Одинокий новый год.

24.12.2025.

Очередной снегопад, очередной день. Остается ровно неделя до Нового года, вокруг царит новогодняя атмосфера. Но взгляд прохожих ненароком падает на Виталю. Он в зимние морозы одет на вид в легкую кожанку без рук, шрам на пол лица не добавляет ему «обычности». Пачка яркого, сладкого мармелада в руках на вид серьезного мужчины выглядела комично. Но ему плевать. Он заходит в уже сильно знакомую однушку. Хочется плакать, но слезы не идут. Парень даже не уверен, что может назвать это место домом. Больше года назад Тима, его лучший друг, пропал без следа, в один день вышел на улицу и больше никогда не появлялся. Ни сообщения, ни звонка, лишь звенящая пустота и зеленый камень, который он носил на веревочке, найденный в глубоком лесу. Родственникам он был не сильно нужен, так что он был отдан скорбящему другу, что ни разу его так и не надел. Ведь оставалась ещё какая-то надежда, что в один день Тим придет и как ни в чем не бывало начнет ругаться на Виталю, что он снова утаскивает его вещи без спроса. И Виталя был бы рад. Может, когда они только съехались и не прожили даже месяца, его достала бытовуха, но сейчас он готов на всё, чтобы её вернуть, снова ссориться по пустякам, а потом часами обниматься. Поставив пачку мармелада к остальным в холодильнике, он его закрыл. Тима любил эти яркие, холодные упаковки, сам постоянно просил поставить в холодильник, Виталя обещает себе, что если он вскоре не придет, то парень правда съест его сам. Только вот «скоро» — понятие растяжимое, да и кислый мармелад он не очень любит. Возможно, тоска бы уже начала отступать, но эта дата. 24 декабря. Каждый год именно в это число начиналось их празднование Нового года, они весь день готовили еду на неделю и закупались продуктами, а к вечеру садились смотреть одни и те же новогодние фильмы. Виталя вечно бурчал, что они смотрят одно и тоже из года в год. Только в последние два года удалось добавить немного новых фильмов и сериалов. Но сейчас ему этого так не хватает. Решая не отступать от привычных традиций, он снова ушел в магазин, будто по инерции начал выискивать именно то, что всегда брал Тим, шоколад с новогодними вкусами, наборы сладостей для детей, имбирные пряники. Он никогда не любил сладкое, но может это даст ему почувствовать близость Тима хоть немного? Взяв его любимые чипсы, он всё оплатил до последней копейки. Придя домой, парень поставил чайник, заварил любимый чай друга, который он бережно хранил специально для него. Сезонный, как-никак, можно достать только к Новому году, еще и в наборе из четырех вкусов, обычно их допивал Виталя, не прикасаясь к любимым пакетикам кудрявого. Но сегодня решил сделать исключение. Заварив чай, он включил до боли знакомый набор фильмов. Несмотря на то, что в прошлые два года удавалось договориться и смиксовать фильмы, сейчас хочется полностью проникнуться атмосферой их старых посиделок. Не досмотрев даже 10-ти минут «один дома», Виталя поймал себя на мысли, что ждет Тима, что он ушел доливать этот злосчастный чай, стоявший ещё с прошлого года в ящичке. Только посмотрев на пустую кухню, Виталя понял. Никого там нет. Тима. Нет. В какой-то степени Виталя себя винил за пропажу столь близкого ему человека. Это произошло в разгар их ссоры, очередная бытовуха съедающая любые взаимоотношения, Виталя был уверен, что Тим перебесится и вернётся, но когда этого не произошло, ни через несколько часов, ни на следующее утро, ни через неделю. Виталя заволновался. Когда узнал о том, что Тим пропал... Он будто умер где-то внутри, важный кусок его сердца просто перестал функционировать. А за ним и всё остальное тело.

So we won't last.

The «flames» are spreading way too fast.

So we won't last

Well, I am sorry.

Взгляд упал на зеленый кулон под телевизором. Там лежало ещё пару украшений Тимы. Носил он их редко, но этот камень будто притягивал, как магнит. Может, потому что это было последним, что надевал Тим? Пожалуй. Он понимал, что Тим не придет, но надежда на это оставалась, поэтому юноша немного замешкался перед тем, как надеть этот камень. Он отдавал странным теплом, да и на душе легче стало, будто Тим правда снова с ним, снова рядом. Виталя никогда не выделялся особой тактильностью, но сейчас он положил под голову руку и обнял подушку. Хотелось верить в то, что когда он проснется, на месте подушки окажется его друг. Звучало это по-детски даже в мыслях, вслух он никогда бы не осмелился произнести что-то подобное. Но дети верят в новогоднее чудо же не зря? Спал одноглазый в этот раз плохо, голову будто кружило, он словно чувствовал своё падение, а снились ему странные вспышки

. . .

Проснувшись, он обомлел. В руках лежало что-то блондинистое и кудрявое. Подняв конечность, он точно удостоверился в том, что это Тим. Его Тим. Виталя тёр оба глаза, щипал себя, трогал пусть и немного холодного, но Тима. Ему не верилось. И вот светловолосый начал подавать признаки жизни. Он проснулся. Открыл глаза и первые пару минут молча смотрел на старого друга, наверное, не веря в то, что он наконец вернулся? Как минимум такие выводы сделал Виталя. Черноволосый тут же потянулся его обнять. Почувствовать тепло, которое раньше лепетало всегда рядом, от которого Виталя порой уставал. Но так соскучился за этот год. Обняв Тима, он прижал его поближе к себе. И сразу захотел отпрянуть. Вместо вечного тепла, исходимого от юноши, его обдало ледяным холодом, не лёгкой прохладой, а холодом, как от громадного куска льда. Обычно все было наоборот. Это было странным... Но Тим обнял в ответ, холодные пальцы впились в спину, не желая отпускать. Это было больше жутко, чем приятно. Виталя отстранился первым, начал расспрашивать Тима, что случилось, как он сюда попал. Блондин неловко замолчал, будто задумался. — «Я... Ам... Наверное, не хочу об этом говорить». Пауза. Тим звучал странно, неуверенно. Казалось, что после такого долгого затишья в одиночестве он будет громче громофона. Но нет. Для себя Виталя оправдал это тем, что он просто... Травмировался? Естественно. Его почти что год не было дома, он был невесть где, и делали с ним невесть что. Каждый после такого бы закрылся в себе. Тут же Виталя начал его расспрашивать о самочувствии, о том, где он был, всё ли с ним в порядке, как он вообще попал домой? Это... Было очень странно, дверь была закрыта на ключ изнутри, на те же четыре поворота, на которые он обычно закрывал дверь. Тим же, если не забывал закрыть дверь, то всегда делал всего два оборота ключом ради экономии времени. Виталя будто спал, ему будто это все кажется. Он точно сошёл с ума. Сейчас Тим выглядел на удивление странно и будто несуразно. Это всё тот же Тим, но что-то словно изменилось. И Виталя не мог понять что. Пытаясь отмахнуть от себя эти мысли, Виталя ушёл на кухню, принёс приятелю мармелад, который так любил Тим. Укутал промерзшего до костей друга в одеяло и приобнял. — «Может, мы... посмотрим фильм? Новогодний, один дома там, те, которые мы раньше смотрели. «Помнишь?» — Тим неуверенно кивнул, не притрагиваясь к мармеладу. Раньше он накинулся бы на него, облизывая пальчики, но сейчас молча сидел. Виталя не мог не сравнивать отличия. Все это выглядело как сон, из которого он не мог выбраться, всё происходящее было будто пластилиновым. Удивительно, как счастье от встречи с любимым другом быстро сменилось недоверием из-за всей неординарности ситуации. Фильм они все же начали смотреть. Чувствовал ли Виталя того же Тима что и год назад? Нет, конечно. Он не оставлял привычные комментарии, не жестикулировал и не реагировал на происходящее на экране. Просто смотрел, будто зависнув, глядя в одну точку. Ничего, что сделал бы Тим. Виталя пытался смахнуть это на тяжёлое время пребывания в... Хрен его знает где? Куда он там попал, блондин так и не сказал. Но вся ситуация буквально мигала красным, обозначая свою нереальность. Тим взялся из ниоткуда, вел себя странно, почти не говорил, а если и выдавливал что-то из себя, то максимально тихо. Это не он. Слова Тима всегда шли от всего сердца, будто вырываясь из самой души. Сейчас же не выходили дальше лёгких, в лучшем случае. Виталя не мог выдержать этих мыслей, он поднялся, на середине фильма буркнул что-то и вышел на улицу. Почти не одевшись, он вылетел пулей. Его пробрал ужасный зимний мороз, вчера было не так холодно. За эту ночь успело замести снегом улицы. Под окнами уже стояли огромные сугробы. Да настолько, что при большом желании в них можно было бы спрятать человека. Хотя, может, прошло всего пару часов? Может, утро, может, вечер, на дворе всё такая же темень. Это, пожалуй, первое утро, в которое Виталя с ходу не тянулся за телефоном. В общем-то, сейчас хотелось расслабиться, а не деградировать. Запустив в карман руку, он достал пачку мятных мальборо и закурил. Тим выглядит странным, не живым, не настоящим. Но кто это, если не он? Виталя сталкивался с паронормальщиной в жизни, но никогда она не касалась его сердца так близко. Сигарета отдавала отвратительной гарью. Будто внутри не табак, а обычные бумажки. Было мерзко, мерзко и холодно. Но возвращаться «домой» не хотелось. Дом без Тима никак не отличался от дома с таким Тимом. Было решено звонить Линчу. Он наверняка сможет помочь? Ведь по всем признакам это Тим, просто травмированный... И очень внезапно появившийся... Может, Виталя все ещё спит? Иначе это уже настоящее безумие. Надеясь на успокоение, Виталя пытается взять в руку зеленый кулончик, который принадлежал точно его Тиму. Но шея Витали была абсолютно пуста. Может, пока одноглазый спал, он открепился? Как-никак Тим раньше часто его таскал, а потом он оказался в снегу, мало ли сколько вообще там пролежал. Поразительно, что камень был цел. Про застежку, которая не представляла из себя чего-то шибко прочного, и говорить не нужно, естественно, она расшаталась, и, наверное, кулон остался на диване. Все же, кинув окурок куда подальше, Виталя вернулся. Поднимаясь по лестнице, в нос парня ударил странный запах, сладковатый, но не то чтобы приятный. Он, проигнорировав это, вернулся домой. Тим был уже будто бы чуть веселее. Виталя сразу начал поиски своего телефона. Спустя 20 минут оказалось, что связь не ловит от слова совсем... — «Виталенька? Ты чего расстроился?» — этот приторный голос, это приторное «Виталенька». Тим бы так в жизни не сказал. Но, несмотря на недоверие и неприязнь, ответил он спокойно. — «Связи нет совершенно, хотел кое-кому позвонить». — Виталя говорил через силу, рядом с этим белобрысым было некомфортно. Его будто изнутри скребли кошки, намекая, что нужно поскорее бежать отсюда. — «Позвонить? Кому?» — резкая навязчивость, может, Тиму и свойственна, но не в таком ключе, одноглазый даже себе не мог объяснить, что конкретно не так в этой фразе, его Тима бы тоже поинтересовался, кому звонит Виталя в столь ранний час, с такой же интонацией. Но что-то было в этом парне напротив не так, не только его внезапное появление, но и мелочи в поведении, которые были малозаметны, но в общем вызывали эффект зловещей долины. Наверное, поэтому он вызывал такие... неординарные чувства. — «Не важно». — кротко бросил Виталя, надеясь, что парень напротив наконец-то замолчит. — «Амм... Хорошо? Может, займемся чем-то?» — Тим на вид был полон энтузиазма. — «Ладно? Дальше фильм смотреть?» — Виталя надеялся, что ему не придется больше разговаривать с «этим», но, видимо, его надежды были тщетны. — «Можем что-то вместе приготовить... Давай?» — холодные руки обвились вокруг талии Витали, ему стало жутко. Этот голос был не живой, а больше кукольный. Одинаковый со всех сторон и совсем мертвый. Эти холодные руки. Может, его обнимает труп? Это все видение? Последнее желание Тима — увидеть Виталю? Обнять? А он так его боится. Стало стыдно. Но уверенность в том, что касается его не Тим, росла с каждой секундой всё больше. Будто царапая легкие и живот изнутри. Он аккуратно отстранился. — «Я тогда в магазин за продуктами... Что-то хочешь?» В ответ Тим отрицательно помотал головой. Виталя же взял наушники, телефон с кошельком и вышел на улицу. Пачка любимых Мальборо всегда в кармане парня. Он включил музыку и пошёл до ближайшего магазина.

But you were always so affraid of losing everything you love.

And i was nothing more than highschool saying i dont give a fuck.

Было тяжело даже идти. Мысли выбивали из колеи. Вдруг это призрак мёртвого Тима, который напоследок перед окончательным развеянием хотел увидеть старого друга? Вдруг это вовсе не Тим, а странное существо, которое пришло по душу Витали? А если это все просто сон?? Последнее звучит максимально реалистично. Но почему он тогда ещё не проснулся? Все ощущается слишком... Реально что ли. По крайней мере настолько реально, насколько это возможно в подобной ситуации. Из-за своих мыслей Виталя поначалу даже не заметил, что на улице ни души. Может, сейчас ночь? В этой зимней темени не понять сколько времени, посмотрев в экран телефона, оказалось, что уже 10 утра. Тогда... Странно. Может, это из-за метели? Но она поднялась только когда Виталя во второй раз вышел из дома. Да и людям нужно на работу, детям в школу. Может, к уроку третьему-четвертому, конечно, но это всё в купе с внезапно появившимся Тимом и отсутствующей связью крайне странно. Паника проскальзывая под кожей, застывает комом в горле, становится тяжело дышать. Но Виталя упорно идёт вперед, таки доходя до магазина. Пустота, гнетущая, ёмкая пустота цветёт и пахнет внутри магазина. На все помещение один кассир, приторно улыбающийся одноглазому. На душе мерзко. Он точно не там, где был прошлым вечером