Player is back

В отеле царила непривычная глазу суета. С тех пор, как все узнали, что искупление работает уже на следующий день, в отель хлынул поток всякого пёстрого адского сброда. И к вечеру становилось лишь хуже: повсюду зажигались лампы, подсвечивая и без того яркий интерьер отеля, грешники выползали из своих комнат, чтобы почесать языками и, конечно же, выпить. Большинство из них совершенно не соблюдали очереди у бара, выкрикивали названия напитков, которые благополучно сливались в общем шуме - работать было невозможно, да и бессмысленно. «Пусть уже сами берут, что им надо, и разнесут весь бар к чертям» - думал Хаск, стоя на втором этаже и наблюдая за всем этим мракобесием. Чарли будет недовольна, узнав, что пол-отеля этим вечером бесконтрольно напились, но что с того? Не его вина, что принцесса берёт на себя больше того, с чем может справиться, ещё и их всех в это втягивает. Бармену, как и обычно, нет дела до большинства проблем, лишь один факт никак не выходил из головы: здесь нет Энджела. Хаск не мог перестать думать о том, что мог сделать для него больше, чем в итоге получилось. Внезапно позади кота-демона сгустились тени, черные острия пальцев обхватили за плечи и неприятно сжали. Спину моментально обдало могильным холодом, а на лице проступила испарина. «Блять, нахуя так пугать?!» – бармен резко обернулся. К таким появлениям Аластора он так и не смог привыкнуть за все время контракта. — Я ошибаюсь или ты, дружище, сейчас должен быть внизу и наливать грешникам пойло? — Эти ублюдки и без меня знают, где лежит бухло. Улыбка радио-демона стала чуть шире, а в голосе зазвучали помехи: «Твоя задача быть барменом в этом заурядном отеле пока мне не надоест». Хаску ничего не оставалось, кроме как закатить глаза и подчиниться, натянув самое презрительное выражение лица, которое у него было. Пока они спускались по лестнице, бармен спросил то ли из праздного интереса, то ли чтобы заполнить паузу: «Ты разорвал контракт с Воксом, как я слышал. Откуда знал, что он так облажается?» «Большинство грешников слишком предсказуемы и склонны допускать ошибки. Иначе бы они не оказались здесь, не так ли?» - треск радио в голосе демона утих, а растянутая зубастая улыбка сменилась легкой ухмылкой. Когда они погрузились в толпу пьющих и болтающих, стало очевидно, что к бару уже просто так не подойти. Радио-демон включил свой микрофон. «А теперь почему бы тебе не вернуться к работе, дорогуша, клиенты не ждут!» - его голос прозвучал громко с соответствующими помехами. Толпа тут же обернулись к ним и при виде источника звука заторопилась обратно по своим комнатам. Жуткая слава радио-демона после битвы с Воксом теперь крепка как никогда. Через минуту в холле и у бара было чисто. — Всегда бы так, — пожал плечами демон-кот и принялся оттирать стойку от всевозможных жидкостей, пролитых постояльцами. Слова радио-демона натолкнули его на мысли о контракте Энджела с Валентино. Неужели этот бабочкоподобный ублюдок мог продумать настолько идеальный контракт, позволяющий ему так манипулировать пауком? Конечно же нет, он далеко не Аластор. Напротив, если Хаск, который давно не в форме, смог навалять ему практически в одиночку, его сила ничего не стоит: может бить больно, только когда не дают отпор. К тому же, у Валентино плохое зрение и крайне импульсивный характер, он мог, даже нет, обязан был допустить в контракте ошибку или лазейку. Неплохо было бы его прочесть полностью и тогда, возможно, мы бы придумали, как избавить Энджи от летучей падали раз и навсегда. «Сделай одолжение, забудь обо мне побыстрее» - отдались в голове эхом слова Даста. А действительно, почему он не может забыть? Хоть на день, хоть на час, хоть на минуту. Память о других ведь стерлась так просто. Тем вечером лежа в своей комнате с бутылкой рома и пялясь в потолок, всё, что он делал – это пытался забыть. Одно событие зацепило и потянуло за собой клетчатую простыню страданий. Всю жизнь он с таким усердием топил боль и потери в алкоголе, душил их сигарным дымом, заглушал игрой, а теперь все старания тщетны. Что-то сломалось на Энджеле, привычный механизм дал сбой. Хаск отложил тряпку, облокотился о стойку и в ту же секунду отпрыгнул: «Да боже блять, вы сегодня все дружно решили отправить меня в двойной ад?» Из-за стола высовывалась голова Чарли, которую он не заметил погрузившись в себя, и её взгляд аля «у меня есть очередная идея как тебя доебать» не внушал бармену ничего хорошего. — Эй, Хаск, я хочу провести новую игру, на ней могут присутствовать не только постояльцы, но и… — Нет. — Ну почему-у? — Прости, принцесса, я совершенно не настроен… — за спиной девушки возникла тень Аластора с хищным оскалом и сверкающими красными глазами — эм, совершенно не настроен придаваться своим мыслям, так что я не против. — Отлично, будь в гостиной, я скоро всех позову — пропела Чарли и упорхнула к комнатам. Она слишком увлечена новыми постояльцами, хотя может даже к лучшему, что она не вспоминает об Энджеле. В прошлые разы, когда Монингстар пыталась помочь, все становилось лишь хуже. Есть ли кроме него в отеле вообще хоть кто-то, кому не плевать на парнишку? В голове тут же мелькнул ответ: «Чери Бомб». Она была расстроена не меньше его тем вечером и её слова: «Все хорошо, он вернется» - скорее звучали как попытка утешить их обоих. Хаск не видел девушку весь день, разумно было бы проведать «взрывную леди». К тому же, бармен полагал, что она единственная, кто сможет разделить его боль. Иногда даже бармену нужен «разговор с барменом». Голова ощущалась практически неподъёмной после всех веществ, алкоголя и слёз, пролитых прошлой ночью. Энджел с трудом смог разлепить веки и тут же зажмурился. От вида бутылок и шприцов на полу в голову табуном ворвались невыносимые воспоминания, мысли, которые он так старался заглушить всем, что попадалось под руку. Паук уже всерьёз начал думать о том, чтобы разбить бутылку об голову, лишь бы снова отключиться и не жить свою дерьмовую жизнь дальше. Ведь что дальше? Снова ненавистные съёмки, избиение и домогательства Валентино - и все это теперь предстояло терпеть в полном одиночестве. Даже его пухлого Нагетса не было рядом: Даст сам посчитал, что в отеле ему будет безопаснее и не стал забирать - о хрюшке позаботятся. От этой мысли становилось немного спокойнее. Все, кого он любит далеко, а значит больше не пострадают, по крайней мере по его вине. Энджел приподнялся на локтях и достал телефон из-под подушки. Еще в тот злосчастный вечер он спрашивал Валентино насчет будущих съёмок, в их чате светилось непрочитанное сообщение: «Отъебись сука съемок сегодня не будет». Паук не стал спрашивать почему, снизу доносились крики и ругательства на испанском. Вал был слишком занят разборками с Воксом и свалившимся на него объёмом работы. Это может затянуться, если только Вельвет не возьмёт буйного партнёра по бизнесу за шкирку. Что ж по крайней мере они все оставят его в покое на какое-то время. Это казалось непривычным. Не срываться с места и не бежать собираться к следующему клиенту или на порно-студию только открыв глаза. Энджел в оцепенении пролистывает ленту новостей. Кажется у Кети Киллджой появилось больше свободы под руководством Валентино и Вельвет. Везде пестрели противоречивые заголовки: «Валентино - герой ада», «Оверлорды спасли нас с помощью гейской песенки!?», «Нежданчик блять: отель скандальной Чарли Монингстар работает!» «Ну и пиздец.» - подытожил Энджел и выключил телефон. В отражении черного экрана он выглядел примерно так же как и чувствовал себя – то бишь отвратительно. Растекшиеся тени, взлохмаченные волосы и опухшее лицо -ему стоило остаться таким, так он меньше всего похож на порнозвезду. Любая загулявшаяся уличная шлюха в разы счастливее его. Она хотя бы может выбрать к кому идти и как именно ублажать своего клиента. Кого он хотел ублажать? Мысли тут же привели его к образу Хаска, на губах сама самой возникла улыбка. Энджел мог представить бармена в мельчайших деталях – неаккуратно лежащая шерсть, хрипловатый глубокий голос, золотые глаза, безошибочно читающие душу. Даст и сам не заметил как каждый его вечер после работы превратился в затягивающие визиты к бару, но не сколько что бы выпить сколько просто «поговорить с барменом», а ещё «пошло пошутить с барменом», «мечтательно позалипать на бармена». Каким бы невыносимым не был день паук знал, что придет в отель, плюхнется плашмя на диван и обязательно услышит спокойное:»Тяжелый день лузер?» Даже когда день действительно был тяжёлым, это прозвище не задевало, а напоминало Дасту об их своеобразной связи, о том что он не одинок. Вокруг Чарли сидело десять грешников, все кто согласился выйти, в их числе были Хаск и Бакстер, Вегги устроилась на диване, а Нифти была слишком занята тараканами и пылью на коврах. — Итак ребят, у меня для вас совершенно новая игра, которая точно поможет вам искупиться — начала принцесса — сейчас каждый по очереди расскажет о каком своём поступке сожалеет больше всего или же за какие грехи он попал в ад. На несколько секунд наступила тишина, а после на учередительницу отеля обрушился шквал негодования. Понятное дело никто не хотел при всех делиться своими слабостями. Хаск видел в этом своеобразную попытку Чарли загладить вину, за то что ей стало известно о грехе Энжела только от Вокса, ещё и в прямом эфире. Хорошая попытка, но непродуманная. Внезапно Бакстер, сидящий рядом с Хаском поднял руку, общий гомон стих и теперь все уставились на него. — Бакстер? Ты хочешь рассказать первым? — в голосе принцессы звучали одновременно удивление и надежда. — Да, я хочу рассказать свою историю, это то о чем я сожалею — парень неловко почесал затылок и прокашлялся. — Конечно, начинай, мы все внимательно тебя слушаем. —пролепетала Чарли. — Что ж это был 1873 г. Я работал подмастерьем у одного, пока ещё малоизвестного биолога-аптекаря, ставящим эксперименты в основном на африканских тараканах... — в кругу раздались несколько смешков, но это не смутило рассказчика — иногда мне приходилось подменять его в лавке и там однажды я разговорился с одой постоянной клиенткой. Она покупала мышьяк для травли крыс. Со временем мы сдружились; я рассказывал ей о наших тараканах и о том что мечтаю стать великим учёным. А она мне о том как ей не легко живется с дядей. Старый мудак регулярно избивал её и заставлял вонзать себе в пальцы швейные иглы если ему не нравилось как заштопаны его штаны. Тем не менее вместе нам было весело и я по своему привязался к ней, а потом она не пришла в один день и в другой и вообще больше никогда. Я конченный идиот, знал что у неё все плохо мог бы предложить ей переехать к нам или пойти в полицию или вовсе сбежать. Мы могли продолжить заниматься исследованием тараканов вдвоём, но я так привык к её каждодневным приходам и наивно думал что так будет всегда. Не могу перестать себя винить, ведь мог сделать больше. — на глазах ученого навернулись слёзы и он замолчал. Никто не ожидал от Бакстера такого откровении в том числе и персонал отеля, в том числе и Хаск. «Наверное у бедолаги больше не было сил носить этот груз в одиночку, вполне можно понять» — думал кот-демон. Привыкнуть смириться вот это в его теме, а бороться бармен перестал ещё при жизни. Чарли была на грани того что бы разрыдаться:«Боже, Бакстер, это очень печально, полагаю это и есть то из-за чего ты попал в ад?» — А, нет, я зарубил своего арендодателя — без колебаний ответил Бакстер. — Что? Зачем? — к обсуждению подключилась Веги, спустившаяся чтобы обнять свою девушку. — Да он с меня охуевшие проценты за жильё брал поддонок, хотя и в коробке было бы жить комфортнее чем в той комнате! Чарли к тому времени уже успокоилась и седела теперь под руку с Веги:«И об этом ты тоже сожалеешь?» — в её голосе звучала привычная надежда. — С чего бы? Я имел на это право учитывая положение дел. В кругу грешников послышались одобрительные перешёптывания в пользу поступка Бакстера. — Да пустим, думаю об этом мы сможем поговорить позже, на уроке осознанности. И так кто следующий? Прямо за Баксером сидел Хаск и Чарли устремила на него свой фирменный щенячий взгляд. Едва ли бармену хотелось откровенничать при кучи незнакомцев, даже после слезливой истории Бакстера, но и отвертеться так просто не представлялось возможным. — Пил, играл на деньги, курил, ничего особенного по тому и попал в ад. —сухо пробормотал бармен — если на этом всё, я пожалуй пойду спать. Чарли попыталась что-то возразить, но Веги её остановила: «Сегодня был первый день, мы все устали» Демон-кот отблагодарил её коротким кивком и поплёлся к номерам, захватив из бара бутылку виски. Прежде чем погрузиться в тревожный рваный сон бармен направился к Чери. Возможно ему хотелось найти себе внятного собутыльника, ведь после ухода и Энджела таковых и не осталось. Нифти Хаск опасался и трезвой, а в пьяном состоянии подавно. Душевных бесед с незнакомцами ему хватило на уроке Чарли. У него был большой опыт в слушании чужих проблем, но говорить о своих… Черт, с этим всегда проблемы. Хаск подошёл к нужной двери и прислушался, изнутри доносились шаги и шорохи, словно кто-то ходил по комнате и рылся в вещах. Он постучал и все резко стихло. Так прошло около минуты, бармен уже думал уходить но тут из-за двери высунулась мордочка Наггетса. Парасенок подбежал к удивленному Хаску и начал тереться о его ногу. Пришлось взять живность на руки. Из щели подул холодный ветер и дверь со скрипом открылась чуть сильнее, позволив просунуть голову внутрь. У распахнутого окна замерла Чери. Девушка вытаращила на него единственный глаз и, наконец распознала в темном силуэте Хаска с Пирожком на руках, быстро сменила удивление на раздражение – Блять, хули ты приперся в мою комнату?! - Она стремительно пересекла расстояние между ними и забрав парасёнка, уже собиралась закрыть дверь не дожидаясь объяснений, но бармен вставил ногу в проём. — Я понимаю как это странно выглядит, но я хотел поговорить об Энджеле. — Или искал собутыльника? - Чери кивнула на бутылку в руках Хаска. — Черт, может и да, но ты прекрасно знаешь что его состояние беспокоит меня не меньше чем тебя. Хаску самому было сложно поверить в то что его слова могли возыметь хоть какой то эффект. Он не знал на сколько девушка могла проникнуться к нему доверием после их операции по спасению паучка и поверхностным разговорам в баре. И не смог скрыть удивления когда Чери открыла дверь пошире и бросила короткое: «Заходи.» Хаск не задумываясь шагнул внутрь, в комнате царил полумрак, из-за чего рисунки на стенах светились ярким неоном, повсюду были разбросаны вещи, а у кровати стояла пара пустых бутылок. Девушка захлопнула окно и на этот раз закрыла дверь на замок. Кот не знал куда себя деть в настолько непривычной обстановке и просто плюхнулся на пушистый бардовый ковер, отметив что на нем совершенно не будет заметно пролитое спиртное или же что-то ещё подобного темного оттенка, он машинально кивнул этим мыслям и наконец поднял глаза на Чери так же усевшуюся напротив. Комната все ещё была погружена в полумрак, но даже так он видел сомнение в ее взгляде, стоит ли ему доверять? Тогда было другое, тогда планы были придуманы Чарли и все действовали согласное им, никто не решал с кем быть в команде. — Так и будешь пялиться усатый? Или расскажешь о чем хотел поговорить. — Я все думал о том что он сказал когда мы виделись в последний раз… — Я тоже там была, то что его последним решением было подписание той ебаной бумажки. Как будто раньше его это как-то останавливало. — девушка фыркнула и потянулась к бутылке которую Хаск все ещё держал в руках. — Он сказал что был вроде шпиона для Вокса и Валентино -кот не задумываясь отдал ей спиртное. — Только им это не особо помогло. — Пробка издала приглушенный хлопок и тут же была бесцеремонно отброшена в сторону. — Так и есть, но Энжела это пугает даже после провала Вокса. — Да ты прям мистер очевидность. — Возможно. Может ты тогда поделишься мыслями? Раз уж пьешь мое бухло. Чери поперхнулась то ли от его чересчур саркастичного тона то ли от внезапного желания высказаться. — Знаешь, блять не я припераюсь к тебе в комнату посреди ночь и не мешаю планам, обнаглевшая морда. — Я могу уйти. Хаск не спешил, ему уже не одно десятилетие некуда спешить, но и нежеланным гостем он быть не собирался, поэтому терпеливо взирал на девушку сложив руки на груди. За глубоким вздохом наконец последовал ответ. — Я хуево разбираюсь в сортах грешников, но Энджел доверяет тебе, так что… Я собиралась забрать его обратно в отель и похуй на какой-то там контракт, я взорву их ебучую башню… Хаск поднял вверх лапу, призывая девушку притормозить, а второй переставил бутылку ближе к себе. Разговор приобретал более серьезный оборот чем он предполагал и решать что-то касающееся жизни их друга на нетрезвую голову казалось недопустимым. Его преследовали мысли о том чтобы поговорить с Энтони о их контракте с Валентино, но он как обычно не дал им ходу, а когда паук предпочел не подвергать их и отель опасности стало слишком поздно. Если бы только выдалась возможность, Хаск бы не за что не остался в стороне. Смог бы расстаться с напускным равнодушием и броситься на помощь, как Энджел когда-то бросился спасать его из-под поезда. Все слова, сожаления и мысли в нем внезапно переросли в решимость, которой он не испытывал уже много лет. — Чери мы сделаем это, как тогда, только действовать нужно аккуратно. Силой нам не разорвать контракт, но наебать этого тупицу Валентино мы можем. Энджел говорил что он как-то пять купюр сосчитать не мог, на столько был обдолбан — Хаск усмехнулся вспоминая их тогдашний разговор — грешники склонны совершать ошибки иначе не оказались бы здесь. На некоторое время в комнате воцарилась тишина, за закрытым окном выли сирены и непутевые грешники, которым не повезло встретить свою кончину этой ночью. Хаск поднял глаза на Чери и увидел как сомнение на ее лице быстро сменяется заговорщической улыбкой. — Черт, а паучок в тебе не ошибался — она выпрямилась и ее голос стал серьезнее - но если не получится взорвем их всех к ебеням, договорились? — Хаск протянул на встречу девушке свою лапу — Договорились — Чери неловко ухватилась за длинные когти, «Видимо ее не хотелось чтобы запястье оказалось прямо под ними» - подумал бармен. Они пару раз тряхнули руками в знак совершения сделки. Никакого зловещего свечения, клятв и несправедливых условий просто договоренность двух грешников, бороться за того кто им обоим дорог.