fractured

The Anix, Julien-K — CRAWL

001

      Ягами гордился своими глазами.       Они видели то, что для многих было закрыто — под кожу и за пределы физического мира, стирая грань между материальным пространством и миром информации. Любой детектив Найт-Сити последние евробаксы бы сдал ради такой фичи — только вот не все были в курсе, что оптика «Кироши», помимо дефолтного наборчика каждому жителю, имела дополнительные каталоги и предлагала штучки поинтереснее.       Не говоря уже о том, чтобы знать, откуда такое можно достать.       Ягами мог получить полную криминальную историю человека одним прищуром. Мог моргнуть, и в глазах включался тепловизор, пробивавший через стены, мог в полном 3D реконструировать место преступления.       Славу он снискал, в основном, благодаря этим самым глазам.

Они сделали его почти что непобедимым.

      Другие импланты тоже приложили руку — он бегал быстрее молнии без Сандевистана в хребте, наносил удары, словно разъярённый тигр, выносил целые толпы одним махом установленными в кибердеку скриптами. Основную работу всё равно выполняли глаза.       Но — все мы умны задним умом. Можно было бы догадаться, что полагаться на то, что так тесно переплетено с его собственной операционной системой и местной Сетью, было не самой хорошей идеей. Ягами был, впрочем, мастер приходить к самым херовым идеям.       Отказать себе в очевидном бонусе для его-то профессии? Особенно на фоне очередного дела, серии хладнокровных убийств трёх корпоративных клерков, которые, похоже, медленно тащили его, улика за уликой, к лабораториям «Биотехники»? Ну нет. Там та ещё клоака тайн, и это если считать только те, о которых было более-менее известно широкой и не очень общественности. Косяк в таком месте будет стоить ему жизни.       Конечно, он полагался на свои глаза. Попробуйте сказать самураю перестать полагаться на свой меч.       Через бессонные ночи и открытую охоту мерков на него… ему нужно было перегрызть корни этого сорняка, больше никак. Красный проводок его судьбы, его прошлого странным образом следовал к самому центру этого дела; это был вопрос чести. Не самурайской, может, из Ягами был такой же самурай, как из Кайто балерина, но чести детектива. Большая редкость в их городе — хотеть спасти тех, кого он ещё может спасти.       А потом Ягами открыл глаза—             —в искрящуюся, трещавшую ультразвуком темноту.       И как же было, блять, больно от этой темноты.

010

      Где-то на задворках сознания всплыли воспоминания о вчерашней драке на площади Кабуки, и о той вылазке на территорию «Тигриных когтей» — и о том, как он в открытую болтался по их укрытию, чуть ли не выпятив свою задницу на радость хакерам «Биотехники». Может, вирус какой подцепил, как хламидии — чего им стоило пробить его лёд. Типичная для него ошибка, с головой броситься в расследование этого дела, забыв про сон и, кажется, еду тоже.       Ничего не изменилось после двух ингаляторов из аптечки.       Он стиснул зубы в ярости. Просто максимально неудобный момент — времени было в обрез на действия, буквально до заката, если верить статьям про очередной готовящийся финт «Биотехники». Нужно было отловить по улицам Плазы ту девчонку, поговорить с ней… Он мог, конечно, найти ещё одного пиджака, у кого был такой высокий доступ к внутренней бухгалтерии, но с ней вроде удалось договориться, надавить на что-то, и они с Кайто не могли позволить себе заново выстраивать цепочку в очередной раз. Двое уже послали их далеко и надолго. Если запахнет жареным…       Он тяжело застонал, сжимая между пальцами оба виска. Мысли начали ускользать из перегруженного мозга, слишком сконцентрированного на том, чтобы просто дышать через раскалывающую череп боль.       У них не могло быть ещё одного шанса, никогда, события будут развиваться совсем по-другому, куда хуже. Всё полетит к чертям, он потратит ещё больше дней, осторожно выцарапывая информацию по мельчайшим крупицам, подставляясь ещё сильнее. В конце концов-то он всё получит, силой упёртости, но насколько позже?       Кто знает, не воспользуется ли «Биотехника» этой задержкой в ​​своих интересах, эффективно скрыв все оставшиеся следы, за которыми Ягами гонялся всю прошлую неделю?       А теперь он ещё и был абсолютно бесполезен.

Выведен из строя.

      Половина мыслей, гудевших у него в голове, могла быть обычной слепой — во многих смыслах — паникой, вызванной перегрузкой всей его нервной системы, как органической, так и хромированной её части. Он всегда балансировал на грани истощения с этой работой, но чёрт возьми, как ещё быть? Размышлениям не оставалось места, иногда приходилось ради ценных жизней других людей жертвовать своей осторожностью — как-то же он выжил.       Ягами пытался сосредоточиться на том, как он собирался ориентироваться в Ночном городе, будучи слепым, как крот. Кайто, что ли, позвонить…

Нет, правда, ему нужно было позвонить Кайто.

011

      На улицах было громко.       Чёрт бы побрал быстрое перераспределение ОЗУ; Сугиура сказал пользоваться им только в случае крайней необходимости— впрочем, это и была крайняя необходимость, чрезвычайная ситуация — но теперь, спасибо (нет) этому импланту, вместо фокуса на том, куда Ягами несли его ноги, вся его внутренняя память была занята обработкой либо звуковой какофонии, либо мигающей светомузыки перед глазами.       Иногда визуальные глюки исчезали, давая передышку в виде полной, слегка шумящей, как отключённый кабельный канал, темноты, но потом болезненно яркие вспышки света возвращались.       Ему бы успокоиться; бешено скачущие мысли лучше ситуацию не делали, но было уже поздно, он выскочил из Агентства на полной мощности адреналиновых преобразователей, прорываясь сквозь толпу, и мчался… куда-то.       Ягами однажды сказал, что может найти дорогу к залу 3D-автоматов Хигаши с закрытыми глазами. Кайто на звонки не отвечал (вовремя, вовремя, как же, блять, вовремя!), возможно потому, что вместе со зрением отвалился и оптический дисплей, постоянно висевший в поле зрения, а физические способы кому-то позвонить давно вышли из употребления. Поэтому следующий в списке источников потенциальной помощи был именно Хигаши. Тот не то, чтобы радовался каждому его появлению в своём скромном предприятии, скорее наоборот, но — он был ближе всех остальных к понятию «надёжного личного рипер-дока». Плюс-минус. Хигаши по профессии рипер-доком не был, навыки тоже оставляли желать лучшего — но он мог бы что-то сделать.

Выдернуть нахуй эту оптику—

      В суматохе автомобильных гудков и криков людей вокруг — что? почему?.. — он понял, что заблудился. В какой части Кабуки он был, и был ли он вообще ещё в районе, он… в душе не ведал. Даже не догадывался. Знакомые звуки, знакомые запахи повсюду; он думал, что найдёт нужное место по сильному, отчётливому запаху карри из забегаловки по соседству, но в районе Кабуки карри подавали на каждом шагу… и он что, стоял посреди перекрёстка?       — Киберпсих!             Где?       Ягами прищурился, пытаясь уловить что-то в пляшущих перед его «глазами» цветных пятнах — нет, случайные вспышки, никакой последовательности. Они шли откуда-то изнутри, по сломанным проводам нервов.       Он открыл было рот, чтобы закричать, просто чтобы кто-нибудь указал ему в сторону зала автоматов, он справится дальше сам — но вместо этого через визуальный шум пробилась белая вспышка. Не ослепила, его уже сложно было ослепить, но от внезапности и боли, тут же пронзившей оптические нервы, его ноги подогнулись. До него донёсся жужжащий шум моторов и резкие порывы ветра — и приближающиеся шаги.       Что-то резко ударило его по лицу.       Что-то— кулак, в тяжёлой тактической перчатке. Только драки ему не хватало — и он даже не знал, с кем, с «Тигриными когтями»? Нет, не они, иначе у него были бы уже полные ладони собственных кишок. Полиция? Ага, конечно, полиции будет дело до случайного — слепого — парня, бегущего по дороге, а не до стрельбы в переулке.       Без сарказма. Типичный Найт-Сити.       — На асфальт, руки за голову! — рявкнул оглушительно громко мегафон откуда-то сверху, эхом разносясь по улице.       Ягами вскочил, чуть не упав обратно, и принял боевую стойку. Он не видел, со сколькими людьми имеет дело, да и плевать — дело приобретало крайне дерьмовый поворот, ему нужно было убираться отсюда. NCPD — это очень плохие новости; помощь и полированные «значки» — вещи немного взаимоисключающие.

А ему было так больно—

      — Он сопротивляется. Усмирите его. Не особо опасен, он… безоружен.

Ха, «не особо опасен». Он им покажет.

      Ягами уловил самое громкое движение рядом с собой — шуршание одежды, словно кто-то протянул руку, — и с разворота зарядил ногой вверх, задев ботинком что-то тяжёлое. Чёртову консервную банку. Шлем.       Ещё один удар — ещё выше, сильнее, ему нужно было вырубить их как можно скорее, не в первый раз же. Ему приходилось сталкиваться с противниками, которым казалось, что они превосходили его числом, весом, но все они забывали одну вещь — всё его оружие было глубоко внутри. Он не выставлял напоказ свои супер-раздутые мышцы, металлический подбородок или протезы в виде встроенных в ладони пистолетов. Его непревзойдённая сила крылась в мышцах.       Конечно, он намного превосходил их мастерством, даже если его мозг пытался справиться с мучительной болью, работая на лихорадочно загруженных процессорах, он был гораздо сильнее их…       Он ударился лбом об асфальт, как только несколько пар рук перехватили его конечности, выбивая землю из-под ног. Он не мог посчитать, сколько; в следующую секунду его повалили на землю, придавив как минимум полудюжиной коленей. Одна широкая ладонь прижимала его голову, а основания шеи коснулся холодный ствол пистолета.       Он надеялся, что это пистолет, а не автомат.       — Эй…       — Не двигаться! Будем стрелять!       Не то, чтобы Ягами мог. Он пытался заставить работать преобразователи адреналина, запасные ускорители, весь этот бесполезный хром, которым его тело было набито под завязку. Он зарычал, пытаясь подтянуть колено ближе, хоть какой-то упор найти, чтобы…             Нет. Его чёртово тело не сдвинулось ни. На. Дюйм.       Он зажмурился, послав короткую команду центру обработки скриптов. Должно же было быть что-то, для чего ему не нужно было видеть противников, ни перед собой, ни сквозь стены. Что-то, что могло бы поразить сразу целую толпу; если за что и можно поблагодарить полицейских потом, так это за то, как эффективно они расчистили улицу, он мог не беспокоиться, что заденет прохожего цепной реакцией.

Взлом чьей-то башки на расстоянии так болеть не должен.

      Он услышал чей-то приглушённый крик, но вес на нём едва ли уменьшился.       — План Б. Усмирение не работает, объект вооружён.       — Вот тебе урок, — добавил какой-то хриплый голос со стороны. — В Эн-Си любого считай вооружённым и опасным. Даже ребёнка.       — Огородите перекрёсток. Сейчас будет грязно.       Ягами готов был молиться об одной-единственной искорке, всплеске внутренней энергии хоть на секунду, достаточную, чтобы выскочить, отбросить копов и бежать, бежать отсюда—       Щёлкнул пистолет.

Стоп, нет!

      Сердце колотилось в горле так сильно, что боль от его ударов почти заглушала общий поток поганых ощущений. Хотя, честно, он был не уверен, что почувствует, если обнулится вообще. Может быть, он уже — растворялся в неподвижном теле, ощущая только последствия отключения главного процессора.       Несколько лет назад он разбил себе затылок почти до открытой черепно-мозговой. Едва ли мог вспомнить, мозг закрыл часть воспоминаний, но — наверное, по ощущениям было что-то близкое.             Ах, да.             Киберпсихоз.       От осознания. Ягами захотелось рассмеяться — и заплакать. Одновременно. Может, «Макс-Так» — теперь он знал, что это они: автомат, консервные банки и пистолеты, всякое такое — были правы, и проще было его пристрелить, ведь оттуда пути не было…

А можно, пожалуйста, его хромированный мозг позволит ему просто отключиться, не чувствовать, раз и навсегда?

      — Так, не-е-е, ребят, так дело не пойдёт.       Ягами моргнул. Ладонь, вдавливавшая его в асфальт, исчезла.       — Мистер, вы препятствуете операции «Макс-Так». Пожалуйста, немедленно покиньте оцепленную зону, иначе мы сочтём вас сообщником…       — Парень до усрачки перепуган, тупые вы ублюдки, а вы тыкаете в него пушками и называете это «помощью», — кто-то, чей голос Ягами в упор не мог опознать, усмехнулся. — Кыш отсюда, кыш, и скажите своим начальникам, что о нём позаботится «Арасака».       — Мистер!       Постепенно, одно за другим, колени на его спине начали исчезать.       — Не, ребят, с этим мы не связываемся.       — А с каких пор «МаксТак» подчиняется…       — С таких пор, как этот хрен в мгновение ока может нас всех, нас, порубить в фарш. Его ядерная бомба не остановит, так что — мы. Дельтуем. Отсюда. Нахрен.       От шеи отодвинулось дуло пистолета, но вместо этого холодная рука обхватила его за подбородок. Ягами инстинктивно попытался укусить — дурак, зачем? — но другая ладонь тут же взяла его за волосы и потянула наверх. Как будто Ягами мог на него посмотреть.       — Ладно, я тебя забираю.       Он мог плюнуть. Мог презрительно усмехнуться. Но зачем— почему? Ему нужна была помощь. Он за ней же пошёл, чтобы кто-то остановил весь этот сияющий кошмар, даже если это означало, что придётся поменять оптику. Он уже готов был раскошелиться, все свои заначки вскрыть. Плевать, лишь бы закончилось…       Он хотел согласиться. Хотел подчиниться. Язык не слушался совсем, и Ягами не слышал собственных слов. Судя по напрягшимся вокруг его лица пальцам, говорил он явно не то, о чём отчаянно думал.       Затем сильный — милосердный — удар прилетел прямо ему под затылок, и агония растворилась в небытии.

101

      — Я с тобой буду честен, пацан, ты конкретно так проебался.       Первое, что понял Ягами — он всё ещё ничего не видел. По крайней мере, куда бы он ни пытался вглядеться, его встречала спокойная, мягкая тьма, а не дикое светошумовое представление. Боль тоже исчезла, сменившись пульсирующей тяжестью в голове. А голова… казалась как-то легче, что ли? Странно. Он больше не был прижат к земле — через несколько позорно долгих секунд попыток осознать свои тактильные рецепторы, он обнаружил, что сидит на чём-то мягком. На столе риппердока? Но подсобкой Хигаши не пахло, и… нет, он не мог там оказаться. Он туда не дошёл.       Воспоминания, наконец, нахлынули с полной силой.

Скорее всего, клиника для корпоратов. Мочой не воняло.

      Он неловко вскинул руки и коснулся лица. Глаза были аккуратно и плотно забинтованы.       — Да, кстати об этом, — голос продолжил говорить, довольно ленивым тоном. Его обладатель сидел (или стоял) в нескольких метрах от него. — Прости и всякое такое, но мы твои зенки достали.       — А…       Ягами замер, развернув голову к источнику этого голоса. Он хотел размотать бинты, посмотреть, но… что?..       Миссия «Определить его местонахождение по звукам и запахам» прервалась. Что?!       — Моргалки твои. Не могли же мы позволить тебе коньки отбросить из-за них, ценный ты кадр, так что… Скажи прощай своим драгоценным «Кироши», тот ещё дырявый кусок дерьма, тебе просто повезло, что его раньше не крякнули.       Ягами стало резко очень холодно.       Не могло же быть так.

Ну не могло же—

      У него же были дела. Он давал фору «Биотехнике» каждым часом простоя, а вот так позорно оказаться в принципе вне игры…       — На твою удачу у меня были дела в Кабуки.       Он их потерял. То, что могло спасти столько людей, просто исчезло, и он ничего не мог с этим поделать.       Он и так наворотил столько херни в своей жизни, ну да, ещё один случай, когда Ягами обосрался по полной программе, ожидаемо—       — Выключил всё остальное, — и этот перец даже не думал затыкаться. — На всякий случай. Классные у тебя штуки, грустно. Далеко б пошёл.       Ему нужно было пойти далеко, дальше, чем кто-то другой, это было смыслом его жизни — потому что иначе разве он мог бы называть себя детективом? Он давал голос тем, кто проскользнул сквозь щели закона, в городе, где и без того царил такой бардак.       — Что ты, — прорычал он, едва находя в себе силы говорить, — знаешь обо мне вообще?..       Ничего не болело, но слова едва держались на языке, никак не кооперируясь с громкими мыслями. Запоздало он подумал, что он всего лишь накачан лекарствами после такого-то, это объясняло, но…       — Слышь, — голос угрожающе притих. — Ты думай, с кем говоришь.       — Так в этом и вся проблема! Я не зна—       — ГДЕ ТАБО?!

110

      Если бы Ягами мог потерять сознание от облегчения, он бы так и сделал. Голос Кайто — несомненно его, полный такой ярости, что она сотрясала стены — раздался издалека.       — Кирю-чан, дверь… — его незнакомый спутник вскочил на ноги.       Кто-то ещё двинулся, но, видимо, поздно — с грохотом, достаточно сильным, чтобы Ягами подпрыгнул, Кайто вошёл внутрь. Ягами не нужно было его видеть, чтобы просто… чувствовать его присутствие.       — Табо! — пропыхтел он, прежде чем обернуться и крикнуть: — Отпустите его, сволочи!       — Да никто его не держит… — начал говорить другой голос, который Ягами, казалось, знал, но в упор вспомнить не мог. Договорить этому человеку не дали, и его слова сорвались в хрип от удара. Кайто, видимо, ему зарядил поддых.       — Не бей Кирю-чана! Это… моя привилегия!       — Я в порядке, Маджима-сан, но…       Ещё один звук удара — на этот раз Кайто зарычал от боли.       — Я тебя закопаю нахуй!       — Ой, да успокоились оба два, я твоей крошке ничего не сделал… ничего плохого, в смысле!       А вообще… Мозг Ягами работал не очень хорошо — половина его оперативной памяти, казалось, отключилась, работая на крохах былой умственной силы и сильно подорванных способностях к расследованию, — но он смог установить связь. Две связи, если быть точным. Его спутник назвал его Кирю, а Кирю, в свою очередь, назвал другого парня — того самого, судя по тону, который распугал одним своим присутствием мордоворотов из «Макс-Так» — Маджимой, и во всём Найт-Сити было только два человека, которые могли бы соответствовать этим именам и быть способными на такое.       — Кайто, — слабо позвал Ягами. — Кайто-сан, пожалуйста.       Маджима Горо. Кирю Казума. Из «Тодзё Инкорпорейтед». Настоящие легенды тёмной стороны Найт-Сити.       — Что?       Ягами потёр лицо. Почему сейчас так сложно и трудно говорить? Он хотел спать. Он не хотел всех этих разговоров. С другой стороны… он так отчаянно хотел, чтобы ему позволили хоть один, пусть расплывчатый, но взгляд на своего напарника. И на этих двоих.       Он слышал истории — слышал дикие байки о работе Бешеного Пса на вершине «Тодзё Инкорпорейтед», о том, как его считали первым — и пока единственным — функциональным киберпсихопатом, которого не устранили и не нейтрализовали, а вместо этого обучали.       — О, смотрите, он думает.       — Маджима-сан, — пробормотал Ягами. — Верно?       — Ага, ага, вот он я, во плоти. Кирю-чан, ну-ка отпусти этого товарища, сегодня мы всё-таки поговорим.       С тяжёлым стуком и возмущённым ворчанием Кайто, казалось, упал на пол, откинутый Кирю. Неудивительно. Если то, что Ягами знал о нём, было правдой, то пытаться сражаться с Драконом Додзимы было совершенно бесполезно.       И он пытался подраться с Бешеным Псом. Он был бы уже мёртв, если бы тот не был таким милосердным. И вообще, почему он был милосердным?..

Чего он от него хотел?

      — Теперь послушай меня, Та-бо или как там тебя.       — Ягами, — буркнул Кайто с пола. — Для вас «Ягами».       — Значит, будешь Ягами-чан, — Маджима придвинулся ближе. Если он собирался продолжать твердить о том, насколько теперь беспомощен, слаб, уязвим Ягами… как будто он что-то мог сделать, кроме как молча слушать. — Знаешь, что «Макс-Так» с тобой бы сделал?       — Убил?       — М-м-м, да, это тоже, потому что тебе приспичило подраться. Смело с твоей стороны, придурок, но это твои инстинкты, скорее, а не ты сам, так? — он фыркнул. — Нет. Они просто накачают тебя лекарствами и отправят к психоаналитику. Ну, знаешь, реконструируют твою личность, вернут тебе человеческое, сделают тебя нормальным. Ты можешь выбрать и такое, но…       Он замолчал. Тем временем Ягами услышал, как Кайто встал на ноги.       — А что в этом плохого? — спросил Кайто. — Он может поправиться. И… мы можем поставить новые глаза, бывшие киберпсихи же со временем смогут снова пользоваться хромом, если всё пойдёт хорошо…       — Его зрительные нервы сгорели дотла, — оборвал его Кирю. — Зрение уже не спасти.       — Ч-что?       — Он говорит, что ты навсегда слепыш теперь, хватит «что»-кать мне, в третий раз уже слышу, — резко ответил Маджима. — Всё, никаких красочных экскурсий по Найт-Сити. Я не доктор, если что, захотелось просто в филантропа поиграть.       Может быть, было бы лучше, если «МаксТак» обнулил Ягами там. Зачем спасать того, кто, в лучшем случае, бесполезен?       Он открыл рот.       — Тогда… зачем ты… вы… Зачем Вы меня сюда притащили?       — А потому что я решил, что ты мне нравишься, в чём вопрос вообще. Напомнил мне о себе и всё такое, неважно, суть не в этом, я к чему это всё… эй, Кирю-чан, что тебе Эмото сказал? Мне стало скучно на середине лекции.       — Внешние визоры никто не отменял.       — Да, вот это вот. — Маджима наклонился к нему, обдав горячим дыханием его ухо, и прошептал: — Я научу тебя паре трюков. Ты согласен?

🕶