Within the Gaze of the Damned || В поле зрения проклятых

Шэдоу сидит в гостиной квартиры, которую он делит с остальными членами команды Дарк. Руж и Омега сейчас заняты личными делами (крадут драгоценности и охотятся на Бадников соответственно), оставляя Шэдоу совсем одного. Поскольку впереди у него весь вечер и большая часть ночи, Шэдоу решил сесть в углу дивана, больше опираясь на подлокотник, чем на пустое пространство слева. Его руки скрещены на груди, а ноги твердо стоят на полу. Спина прямая. Он держит голову высоко, так что его взгляд вынужден смотреть на телевизор, расположенный напротив в гостиной. Если бы кто-нибудь спросил его, что идёт по телевизору, он не смог бы рассказать ни единой детали. Он следил за цветами, но не обращал внимания на рассказываемую ему историю. Звуки из динамиков были сродни белому шуму, настолько Шэдоу это волновало. В основном, ему было всё равно. Он включил фильм, который, по словам Руж, ему «необходимо» было посмотреть. Этот фильм давно закончился. Он не понимал, зачем этот фильм был необходим, но и он, и то, что сейчас идёт по телевизору, отлично справляются с задачей создания тишины в квартире. Иначе он не смог бы это вынести. Ночь слишком тёмная и наполнена слишком большим количеством воспоминаний, чтобы он мог ничего не видеть. Конечно, Шэдоу не стоило позволять себе подобных мыслей. Он давно понял, что Вселенная сделает всё возможное, чтобы ему навредить, и внезапный стук в дверь — лишь ещё один тому пример. Шэдоу несколько мгновений раздумывает, стоит ли игнорировать это. Он не отрывает глаз и ушей от телевизора, изо всех сил стараясь не позволить стуку испортить то, что могло бы стать скучным, но спокойным вечером. Шэдоу всё ещё может насладиться этим, если это существо просто уйдёт, либо поняв, что ему никто не ответит, либо предположив, что в квартире никого нет. К сожалению, стук становится всё громче и быстрее — всё резче, словно тот достиг нового уровня отчаяния. Шэдоу сжимает руки в кулаки. Прищурившись, он поднимается на ноги и направляется к двери, проходя через прихожую. У того, кто бы это ни был, должна быть чертовски веская причина для такого поведения. В противном случае Шэдоу покажет им силу Высшей Формы Жизни, когда разозлится. Шэдоу опускает лапу на дверную ручку. Его пальцы тянутся к замку. Прежде чем он успевает повернуть металл, по телу пробегает странное чувство — настолько сильное, что по спине бежит дрожь. Он резко поворачивает голову, внезапно ощутив, что за ним наблюдают. Шэдоу осматривает квартиру. Ни на свету, ни в темноте ничего нет. В этой квартире нет мест, где можно спрятаться, не заметив сразу. Следовательно, что бы это ни было, оно неверно. Шэдоу качает головой, списывая всё на раздражение и нервозность. В окружающем мире нет ничего плохого — это факт, который он может подтвердить своими чувствами. Эти же чувства напоминают ему, что кто-то тяжело дышит по ту сторону двери, непрерывно стуча так, что это разбудит всех соседей (им и так хватает жалоб на шум от Омеги). Шэдоу отпирает замок и поворачивает ручку. Одним плавным движением он распахивает дверь, вцепившись в край с такой силой, что дерево едва выдерживает. Рот Шэдоу уже открыт, чтобы выдать угрозы. — Что, во имя Гайи, Соник? Сложно сказать, что стоящий по ту сторону двери — это Соник, потому что он на него совсем не похож. Это не дружелюбный и беззаботный ёжик с развевающимися иголками и лазурной шерстью. Это фигура, покрытая толстым слоем засохшей, шелушащейся крови — смеси красного и коричневого. Его иголки растрёпаны, торчат вверх и в стороны, как никогда раньше. Зрачки сузились, радужки сильно дрожат, не в силах сфокусироваться, — но с решимостью это сделать. Он опускает кулак с двери на бок, стоя без драматических поз. — Соник, — повторяет Шэдоу. Скука, спокойствие и раздражение, что преследовали его раньше, исчезают в тот же миг, что и кровь. Остаётся лишь невыносимый холод, с которым приходится бороться даже самому совершенному существу. Он никогда не видел Соника таким. Конечно, обычно они сражаются с роботами, которые не истекают кровью, но всё же… он никогда не был настолько жесток, чтобы выглядеть вот так. Возможно, Соник не самый чистоплотный, но его иглы всегда аккуратно лежат за спиной. Но не всё это причина растерянности и настороженности Шэдоу. Дело в взгляде Соника. Когда его радужки и зрачки наконец замирают достаточно долго, чтобы Шэдоу их рассмотрел, он не находит ни одной эмоции. Нет ни головокружения, ни соревновательного духа, ни расслабления — ничего подобного.Несмотря на яростный стук в дверь, Соник уже не выглядит отчаянным. Если бы Шэдоу не знал его лучше, он бы сказал, что у Соника диссоциация. — Это не… это не моё, — шепчет Соник. Несмотря на то, что ему трудно сосредоточиться, его взгляд ни на секунду не отрывается от лица Шэдоу. Шэдоу отказывается признать, насколько сильно это его нервирует. Он слегка прищуривается, осматривая тело Соника. Он не думает, что ёжик лжёт, но трудно представить, что вся эта кровь — не его. Нескольких других, думает Шэдоу, даже если сейчас не может это доказать. Он знает, что Соник не гнушается пускать кровь, но весь в ней — настолько, что Шэдоу больше не может назвать его синим. — Чья это кровь? Соник моргает, глядя на него. Пальцы Шэдоу дёргаются, готовые сжаться в кулаки. Прежде чем ударить ежа за молчание, он решает спросить еще раз сквозь стиснутые зубы: — Соник, чья это кровь? — Я… не… помню, — признаётся Соник. Затуманенность его голоса мгновенно убеждает Шэдоу. Пальцы разжимаются. Желание драться всё ещё крутится в голове — словно дружеское напоминание. Шэдоу качает головой. Он не собирается сражаться с Соником в таком состоянии. Ёж явно не в себе — это не будет хорошей схваткой. К тому же есть шанс, что часть крови его собственная, из раны, которую он не чувствует в нынешнем подвешенном состоянии. — В коридоре кровь, — фыркает Шэдоу. Он протягивает руку, чтобы схватить Соника за плечи, не обращая внимания на то, что его перчатки будут испачканы. Квартира тоже будет в пятнах, но по какой-то причине Соник решил прийти сюда. Он мог отправиться куда угодно, но пришел именно в эту квартиру. Он мог искать команду Дарк. Он мог быть здесь из-за Руж или Омеги. А мог быть здесь из-за Шэдоу. В любом случае, Шэдоу, вероятно, поможет, хотя бы для того, чтобы отблагодарить героя. Хотя бы потому, что всё это кажется привычкой тому, кто был создан для исцеления. Шэдоу ставит Соника посреди прихожей. Соник не идёт дальше, позволяя Шэдоу передвигаться вокруг него. Следов нет, но несколько капель и хлопьев крови разбросаны по полу коридора за пределами квартиры. Кто-то это заметит. Скорее всего, начнётся паника. Шэдоу не хочет с этим разбираться, но он не может ничего убирать, пока не разберётся с Соником. Надеюсь, тот, с кем Соник это сделал, или правоохранительные органы, которые могут вмешаться, не найдут его здесь, пока Шэдоу не займётся этим (или не придумает, как снова включить Соника и заставить его убрать за собой). Шэдоу закрывает дверь. Он возвращается к месту перед Соником. Ёж смотрит прямо перед собой. Его зрачки, кажется, медленно, но верно расширяются. Шэдоу подносит лапу к лицу Соника. Он не касается его, но этого достаточно, чтобы Соник начал смотреть на него пристально. Шэдоу делает несколько шагов назад, не отрывая глаз от Соника, и протягивает руки, показывая ладони. — Просто оставайся… здесь. Соник никак не реагирует на приказы. Шэдоу резко разворачивается. Он не бежит трусцой, но ускоряет шаг. Он направляется в ванную. Включает кран в ванне. Вода начинает литься на фарфор. Шэдоу пытается включить душевую лейку. Она не включается. Вода течет только из крана. После некоторых манипуляций Шэдоу вспоминает, как Руж говорила ему, что душевая лейка сломана. Ее скоро починят, но пока они будут принимать ванны. В тот момент Шэдоу было все равно — для него ванны и душ более или менее одно и то же, — но он чувствует знакомое раздражение, мелькающее в его груди. Он бы предпочел принять душ с Соником, но если ванна — это все, что они могут сделать, то это все, что они могут сделать. Шэдоу забивает слив засором. Ванна начинает наполняться водой. Шэдоу снимает перчатку, чтобы провести по ней пальцами. Температура кажется нормальной, и она будет только повышаться. С другой стороны, холодная ванна может привести Соника в чувство. Возможно, Шэдоу сделает это, когда ему придётся слить окровавленную воду и снова наполнить ванну (серьёзно, почему душевая лейка не работала?). Шэдоу надевает перчатку, выходя из ванной. Выйдя из коридора, он понимает, что Соника нет там, где он его оставил. Взгляд Шэдоу скользит по комнате. Он не в прихожей, не в гостиной и не… он на кухне. Верхний свет выключен, но Шэдоу видит бело-голубое свечение открытого холодильника под дверцей. Он также слышит оттуда какие-то звуки, от которых выражение его лица искажается от дискомфорта. Звучит почти как еда, но что-то не так. В этом есть что-то слишком неистовое… слишком животное. Шэдоу распахивает дверь. Он уже собирается отругать Соника за то, что тот вышел из прихожей, когда определяет источник звука. Соник сидит на корточках перед открытым холодильником. Вокруг него множество открытых контейнеров. Пакет с виноградом лежит у него на коленях. Сейчас лицо Соника прижато к пластиковой упаковке курицы-гриль. Шэдоу рычит на всю еду вокруг Соника. Он устроил полный бардак из всей посуды, которую украл с кухни команды Дарк, включая кое-что, что Руж принесла лично (виноград был для Наклза, а курица-гриль — по рецепту, который ей прислала Эми, и она хотела его попробовать). Внезапно оказавшись рядом с Соником, Шэдоу дергает его за плечо, пытаясь остановить. Это не срабатывает. Соник сопротивляется прикосновению и продолжает набивать себе рот едой. Шэдоу морщит нос от отвращения. Он опускается на колени рядом с Соником, чтобы оттащить ежа. В этот момент Шэдоу понимает, что ситуация не просто отвратительна, она вызывает беспокойство. Соник ест не только курицу. Он ест кости. Шэдоу опускает взгляд. Он также съел стебли, соединяющие виноград. Он не хочет знать, что пережили другие контейнеры. — Довольно. — Шэдоу резко отдергивает голову Соника за иголки. Соник искоса смотрит на Шэдоу. Он даже рычит себе под нос, словно полностью превратился в зверя. Шэдоу не чувствует ни малейшего страха, поэтому легко вырывает пластик из тисков Соника. Он бросает его обратно в холодильник, наблюдая, как тот скользит по одной из полок. Поднявшись на ноги, он с силой тянет Соника к себе. Шэдоу захлопывает холодильник, игнорируя беспорядок из еды и контейнеров, оставленных на полу. Очередной беспорядок, который устроил Соник, и Шэдоу придется убрать. Шэдоу выталкивает Соника из кухни. Он не хочет трогать испачканные иголки, но его перчатки уже испорчены. Сохранять их не имеет значения; важно лишь довести Соника до ванны. Пока он будет отмывать кровь, он будет требовать объяснений. Он не позволит Сонику игнорировать его или давать уклончивые ответы. Шэдоу издает тихий звук, внезапно врезаясь в твердую поверхность. Он отступает назад и видит, что Соник остановился. Шэдоу прищуривается. Он толкает Соника в плечи, но окровавленный ёжик становится твердым, как камень. Он смотрит на стену рядом с собой с такой интенсивностью, что Шэдоу понимает, что наконец-то видит то, что находится прямо перед ним. Однако шепот Соника нисколько не подтверждает это утверждение. — Здесь так много глаз. — Что? — спрашивает Шэдоу, не прося повторить, а желая получить более подробное объяснение. Соник полностью поворачивается к стене. Он раскидывает руки в стороны, позволяя пальцам зависать перед стеной, не касаясь её. — Они больше не смотрят на нас. — Взгляд Соника резко переключается на Шэдоу. Он продолжает наклонять голову в сторону, и прямо перед тем, как Шэдоу думает, что вот-вот сорвётся, Соник шепчет: — Они смотрят на тебя. — Что ты, блядь, пил? — бормочет Шэдоу, отталкивая Соника. Ёж явно что-то употребляет, либо алкоголь, либо наркотики. Есть вероятность, что это сделал и Эггман. Шэдоу не удивится, если безумный доктор отравит Соника галлюциногеном. Если это так, то, возможно, Соник напал на обычных людей, приняв их за Бадников. Шэдоу может только надеяться, что Соник никого не убил. Лично ему плевать на чужие жизни, но он знает, что это сломит Соника, особенно учитывая, как сильно его лишили свободы. Шэдоу заходит в ванную. Он опускается на колени рядом с ванной, чтобы еще раз проверить воду. Шэдоу выключает кран, когда считает воду достаточно теплой. Он слышит шаги позади себя. Он не удивляется, что Соник вышел на свет. Он немного больше удивляется, когда чувствует давление на затылке. Пытаясь взглянуть через плечо на Соника, его голову резко толкают вперед. Поскольку он не был к этому готов, лицо Шэдоу погружается под горячую воду. Она льется прямо ему в рот и нос, пытаясь попасть в легкие. Шэдоу не собирается мириться с этой попыткой утопления. Он резко разворачивает руки, чтобы ударить Соника. Лазурный ёж хватает Шэдоу за запястья и прижимает их к пояснице. Если Соник думал, что этого будет достаточно, он сильно ошибается. Нога Шэдоу ударяет Соника по лодыжке. Лазурный ёж падает на одно колено. Шэдоу вырывает руки из хватки Соника. Он хватается за края ванны, изо всех сил толкая её. Соник достаточно силён, чтобы удержать его под водой, даже когда фарфор начинает трескаться. В качестве ещё одного плана Шэдоу снова поднимает ногу. Он не знает, с чем она соприкасается, но силы достаточно, чтобы отбросить Соника назад. Он забирает с собой несколько иголок Шэдоу, когда его отталкивают от Шэдоу. Гибрид резко оборачивается. Он кашляет, делая первые несколько вдохов. Он поднимает руки и сжимает лапы, готовясь к бою, даже когда перед глазами всё мутнеет. Шэдоу не позволяет себе потерять сознание и, благодаря невероятной силе воли, ему удаётся прояснить зрение. Это происходит как раз вовремя, чтобы увидеть, как Соник начинает выбираться из вмятины, которую он оставил в стене напротив открытой двери ванной. Соник начинает смеяться, и этот смех разносится громче, чем куски стены, падающие на пол под ним. Всё тело Шэдоу напрягается от странности этого смеха. Он совсем не похож на смех Соника, но, с другой стороны, ничто в этой ситуации не напоминает Соника. И тут Соник поднимает голову, которая висела перед ним. Его зрачки глубокого, чистого багрового цвета. Они слабо светятся, без единой примеси. Зрачки настолько гладкие, что Шэдоу сначала вспоминает суперформу Соника. Лишь спустя мгновение ему кажется, что он смотрит в зеркало, особенно из-за того, как засохшая кровь делает шерсть и иголки Соника темнее. Конечно, различий достаточно, но у Шэдоу все равно сжимается желудок от безошибочного сходства. — Ну что ж, — говорит Соник (если это действительно Соник), поднимая лапу к его плечу, чтобы помочь ему размяться. — Мы знали, что это будет не так просто. — Кто ты? — спрашивает Шэдоу. Глаза Соника расширяются от удивления. Секунду спустя его лицо становится похожим на надутое — он притворяется обиженным словами Шэдоу, но делает это лишь с насмешкой. — Ты нас не узнаёшь? Как тебе не стыдно, Шэдоу! Соник неправильно произнес свое имя. Вернее, в его голосе какая-то странная интонация, словно он делает ударение не на том слоге. У Шэдоу нет времени указывать Сонику на это. С присущей ему невероятной скоростью Соник возвращается в ванную. Он отталкивает Шэдоу назад. Если тот захочет снова попытаться утопить Шэдоу, его ждет большое разочарование. Шэдоу тут же бьет Соника в живот и начинает оттаскивать их от воды. Соник хихикает от удара, на его искаженном, неправильном взгляде нет ни капли боли. Их драка легко разрушает ванную комнату, раскрывая причину, по которой они всегда дерутся на улице. Трещины на ванне увеличиваются, пока фарфор не ударяется о коврик и плитку. Столешница также сильно повреждена, а зеркало за ней разбито. Многие осколки падают на столешницу и в раковину, но несколько застряли в стене, куда Соник бросил их в Шэдоу. Подставка, на которой лежат полотенца и запасная туалетная бумага, полностью отсутствует, из-за чего она неуклюже падает на стену, и большая часть содержимого рассыпается по полу. Шэдоу не загоняет их в коридор, чтобы максимально сохранить ванную комнату, но это плюс, поскольку он знает, что Руж убьет их позже. Он еще больше убеждается в этом, когда страдает не только ванная. Коридор и гостиная тоже стали жертвами двух ежей. Соник не перестает пытаться убить Шэдоу, и черный ежик не находит подходящего способа остановить его. Все попытки пресекаются Соником, который буквально ломает себе кости и разрывает собственную плоть, чтобы освободиться. Шэдоу знает, что Сонику не нравится, когда его связывают или удерживают, но такой уровень целенаправленного саморазрушения — это крайность, даже для такого безрассудного от природы ёжа, как Соник. Более того, Соник кажется… сильнее и быстрее. Он совсем не сдерживается. Он искренне хочет убить Шэдоу и хочет, чтобы ему было больно. Шэдоу, очевидно, не сопротивляется, но ему приходится прилагать немного больше усилий, чем обычно, особенно когда он единственный, кто пытается не разгромить квартиру. Сонику это настолько безразлично, что он швыряет Шэдоу сквозь стену. Шэдоу хотел бы оказаться в другой комнате, подальше от их квартиры, но испуганные крики сообщают ему, что он теперь в квартире соседа. Соник врезается в стену, чтобы освободить себе достаточно места для входа. Шэдоу поднимается на ноги, готовясь сразиться с кровожадным героем. Соник с любопытством наклоняет голову. Он шагает вперед, вокруг него искрится энергия хаоса и что-то еще — нечто уникальное. Шэдоу начинает кричать своим соседям (женщине и ее ребенку), чтобы они бежали. Они застыли на диване, прижавшись друг к другу в поисках защиты и поддержки. Шэдоу бросает на них взгляд, пытаясь таким образом усилить контроль. Он только еще больше пугает их, и это не позволяет им пошевелить ни единым мускулом. Над диваном к стене прикреплена деревянная полка. Она завалена фотографиями, трофеями и прочим хламом, довольно тяжелым. Шэдоу слышит скрип, и полка падает. Он чуть было не дёргается к ней, используя свою повышенную скорость (в конце концов, он все еще может быстро передвигаться даже без своих воздушных ботинок), но останавливается, когда странная энергия, пронизывающая Соника, внезапно конденсируется. Шэдоу наконец узнает её, и как раз вовремя, чтобы увидеть, как она превращается в копье, сделанное из оранжево-золотого света и черных чернил. Оно летит через комнату, врезаясь в полку с такой силой и точностью, что разрезает ее пополам. Оба куска падают по обе стороны от матери и ребенка. В тот же миг, как они приземляются, два мобианца выбегают из квартиры с той же поспешностью, с которой Шэдоу пытался от них избавиться раньше. У Шэдоу нет сил даже думать об этом. Он даже не может об этом думать. Он смотрит на Соника, и ужас нарастает внутри него. Такое учащенное дыхание у него бывает только во время панической атаки. Вполне возможно, что сейчас это именно она. Это было Копье Судьбы — это была сила Судьбы. Она исходит только из одного источника. Она исходит от вида, к которому Соник не принадлежит. У него нет ДНК, общей с Блэк Армс. Но он использовал Копье Судьбы. Может, поэтому Шэдоу и показалось, что он ему так знаком? Эти глаза не напоминают ему самого себя. Они напоминают ему… Соник кричит. Он уткнулся лицом в лапы, чтобы заглушить звук. Это ничуть не помогает. Шэдоу слышит настоящую боль в голосе Соника. Он отшатывается назад и тяжело падает на сломанную стену. Шэдоу медленно продвигается вперед, протягивая лапу к Сонику. Лазурный ёжик внезапно отдергивает лапы от лица, прижимая руки к груди и наклоняясь вперед. Он запрокидывает голову, чтобы посмотреть на Шэдоу. Его радужки переливаются зеленым и красным, эти два цвета борются за превосходство. Сквозь прерывистое дыхание Соник издает смесь икоты и смешка. — Теперь ты нас узнаешь, мальчик? Что ж, тебе стоит нас запомнить. Возможно, мы сейчас недостаточно сильны, чтобы победить тебя, но мы вернемся. Когда мы вернемся, мы отберём у тебя все. Соник отталкивается от стены. Шэдоу резко бросается к нему, но слишком поздно. Соник уже пробежал мимо. Ёж врезается прямо в окно. Шэдоу морщится от звука разбивающегося окна. Он продолжает отступать, пока его колени не касаются земли. Он упирается лапами в бедра, пытаясь обрести хоть какое-то подобие контроля. Сама ситуация остается для него загадкой, но он умудряется спрятать лапы в свои иголки. Он ищет свой телефон. Он собирался позвонить Руж, но обнаруживает новое голосовое сообщение, оставленное несколько минут назад, от контакта, от которого ему редко звонят. — Шэдоу! Это очень важно. На одной из моих баз сработала тревога. Я приехал, чтобы провести расследование. Место изрешечено пулями. Кровь Соника повсюду, но я не могу найти никаких следов его присутствия. Что я нашел… Ну, там какая-то черная… субстанция, в которой содержится ДНК «Блэк Армс». Я не знаю, что это такое, но я подумал, что ты что-то знаешь. Перезвони мне, пожалуйста, как можно скорее. Шэдоу опускает телефон. Эти слова эхом звучат в его голове, в то время как перед его глазами повторяется формирование и использование «копья смерти» из лапы Соника. Тейлз ошибался; Шэдоу тоже ничего не знает. Но он обязательно это выяснит, во что бы то ни стало.

***

— Нет, нет, ничего подобного! Тейлз просто попросил меня отправиться на эту базу. Наверное, ему просто нужно, чтобы я кое-что проверила. Или, может, он по мне скучает! — щебечет Эми в микрофон телефона. Она спрыгивает с упавшего бревна, на которое решила забраться, вместо того чтобы обойти его. Она приземляется на корточки на лесной земле. Она знает, что приближается к базе, потому что у неё снова появилась сотовая связь. Иначе она не смогла бы ответить на звонок Ваниллы. — Передай Крим, что я скоро вернусь за ней. Вы двое сможете провести это время вместе! Уверена, у неё много историй, которые она хочет тебе рассказать! — Завтра я собираюсь на пикник с Хаотикс. Уверена, ей очень понравится пойти со мной и рассказать нам всем свои истории. О, но скажи мне, если сможешь вернуться. Ты можешь пойти с нами! — отвечает Ванилла. Она позвонила Эми только потому, что Крим и Чиз внезапно вернулись к ней домой без Эми. Розовая ежиха, конечно, хотела пойти с ними, но Тейлз, похоже, был довольно отчаян в своём сообщении. Хотя Эми уверена, что все в порядке, но у неё не покидает ощущение, что во всей этой ситуации что-то не так. — Конечно! Я даже сама принесу какое-нибудь блюдо, если смогу. До свидания, Ванилла! Поговорим позже! — Уверена, что это будет очень вкусно. Хорошего дня! До свидания! — говорит Ванилла. Как обычно, Эми приходится заканчивать разговор. Она тихо смеется про себя и убирает телефон обратно в карман платья. Эми проводит пальцами по своей короткой стрижке, откидывая иголки с лица. Утро ещё только начинается, но в лесу уже тепло и жарко. Ветер тоже не помогает, особенно когда начинает приносить с собой отвратительный запах. Все лицо Эми искажается от зловония. С каждым шагом запах становится все сильнее. Эми почти чувствует, как будто вдыхает твердый воздух. Она закрывает рот и нос, как может, чтобы защититься, но глаза начинают слезиться от ужаса. Эми почти узнает этот запах, но воздерживается от каких-либо выводов. Эми понимает, что её выводы были бы верны, когда пробирается сквозь заросли и выходит на поляну, расположенную недалеко от мастерской, где Тейлз попросил её встретиться. Эми прикрывает рот лапами, чтобы не вырвать. Вся поляна покрыта мертвыми животными. Беглым взглядом Эми видит оленя, кроликов, лису, птиц, несколько ящериц, змей и других рептилий. Сквозь глаза, затуманенные слезами (и от запаха, и от попыток сдержать рвоту), Эми замечает ярко-красный цвет посреди всего этого. Эми знает этот цвет. Эми переступает через трупы и разлитую вокруг них засохшую кровь, чтобы добраться до Наклза. Он находится в самом центре разрушений, стоя на коленях рядом с оленями. Услышав её, он запрокидывает голову. Эми невинно поднимает одну руку, другой прикрывая нос и рот. Выражение лица Наклза не смягчается, но он выглядит менее склонным к сопротивлению, поскольку понимает, что она не совершала всего этого — не стала бы этого делать. — Рада снова тебя видеть, Наклз, даже если обстоятельства… — Эми замолкает. Ее радость от неожиданной встречи с другом сильно омрачается бойней вокруг. Эми встречается взглядом с Наклзом. — Ты знаешь, что здесь произошло? — Слишком много разных животных. Слишком много координации в том, как их всех сюда привезли. Слишком много отходов. Тот, кто это сделал, не был диким животным, — Наклз подтверждает худшие подозрения Эми. Наклз проводит лапой по морде оленя, успокаивающе поглаживая мертвое животное. — Но тот, кто это сделал, ел животных. Шкуру, мясо, кости — они могли оставить все это, но явно наелись досыта. — Кто мог совершить такой варварский поступок? — тихо бормочет Эми. — Мобианцы — добросердечная и великодушная раса. Если бы кто-то был так голоден, он наверняка смог бы найти еду где-нибудь ещё. Что же толкнуло их на такую бессмысленную, никчёмную смерть? Наклз не отвечает, явно не имея возможности что-либо сказать. Он опирается на колени, чтобы подняться. Выпрямляя плечи, он поворачивается к Эми. — Тейлз тоже тебя звал? — Да, — мрачно признает Эми. Если Тейлз попросил прийти и её, и Наклза, значит, проблема гораздо серьезнее, чем она предполагала изначально. Она рада, что предусмотрительно отправила Крим и Чиз обратно к Ванилле. Они бы не справились с этой расчисткой, и Эми не уверена, что они бы вообще смогли справиться с тем, что Тейлз для них приготовил. — Возможно, это как-то связано с этим, — Наклз поворачивается и начинает маршировать к мастерской. Эми тут же следует за ним. — Даже если это не так, нам следует вернуться и всё это убрать. — С этим справятся мародеры, — отмечает Наклз. Эми хмурится. — Полагаю, ты прав. Давай скорее пойдем в мастерскую. Наклз кивает, и вместе они направляются к месту встречи с Тейлзом.