Твой взгляд не врет

Вечер Вечер постепенно опускался на город. В кофейне было тихо, только приглушённый смех с сериала разбавлял тишину. Мы с Вовой, развалившись на стульях, уплетали чипсы и смотрели очередную подборку незамысловатых сериалов. Это была наша обычная рутина после особенно долгого дня. Вова, как всегда, был в курсе моих планов насчёт новой работы. Он поддерживал меня во всём, за что я ему была несказанно благодарна. Было почти десять вечера. Сильный мороз выгнал всех с улиц, и кофейня пустовала, совсем. Вова попросил меня отработать за него последний час смены. Он работал и учился одновременно, и я прекрасно понимала, как ему тяжело, поэтому, конечно, согласилась. Уже вечером пришло сообщение от Филиппа – основного менеджера Димы. Филипп оказался довольно приятным парнем, хоть и был завален работой с другими артистами. Он чётко расписал, что Диме нужен концертный менеджер для туров, и предложил мне встретиться завтра, чтобы всё обсудить и уже приступить к работе. Проблема была одна, но огромная: мне нужно было уволиться с нынешней работы. И по внутреннему чутью я понимала, что это будет очень, очень сложно, особенно учитывая Михаила Эдуардовича. Даша написала, что ждёт меня дома и хочет « ждет кое-что интересное». Я уже предполагала, что именно: она хотела рассказать, как провела вечер с Алиной. Это добавило ещё одну нотку интриги в и без того насыщенный день. Мы с Вовой досмотрели выбранный им эпизод сериала. Он поднялся, чтобы собраться. Я встала убираться. — Всё, Лизок, я побежала! — Вова махнул рукой. — Спасибо огромное, с меня шоколадка! — Иди уже, — улыбнулась я, провожая его взглядом. Лиза почти довела кофейню до идеальной чистоты, до закрытия оставалось всего двадцать минут. В этот момент дверь распахнулась, и ввалилась компания из троих парней. Громкие, резкие голоса тут же разорвали тишину. От них веяло холодом улицы и чем-то липким, неприятным. Лиза, как обычно, встала за стойку, готовая принять заказ. — Что будете? — спросила она, стараясь звучать нейтрально. Один из них, высокий и самодовольный, подошёл прямо к стойке, криво ухмыляясь. — Девушка, а вот сколько хуёв в рот вы бы за раз взяли? — издевательски протянул он. — Что, простите? — Лиза ошарашенно переспросила, не веря своим ушам и чувствуя, как кровь приливает к лицу. — Ну, скольким бы ты дала за раз? — добавил второй парень, стоявший чуть сзади, и его друзья загоготали. Отвратительный смех эхом разнёсся по кофейне. В этот самый момент дверь кофейни вновь скрипнула, пропуская кого-то внутрь. Лиза не обратила внимания – весь её мир сузился до этих мерзких ухмылок и отвратительных вопросов. Она чувствовала, как внутри всё сжимается от страха, но должна была держать лицо. Лиза глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь. Голос звучал увереннее, чем она чувствовала себя на самом деле. — Молодые люди, я не собираюсь отвечать на ваши глупые вопросы. Если вы не собираетесь ничего заказывать, будьте добры, покиньте помещение. Или я вызову охрану. Самое ироничное и пугающее было то, что тревожной кнопки в кофейне просто не существовало. — Бля, не будь недотрогой, — прорычал один из них, делая шаг к стойке. — Давай выйдем, и ты отсосёшь кому-нибудь из нас, ха? Лиза почувствовала, как по спине пробежал ледяной пот. Страх был реальным, но она держалась, как могла. — Мне крайне неприятны ваши слова. Я ещё раз прошу вас покинуть кофейню. Мы закрываемся. — Зая, не переживай, мы не... — -ебало завали и выйди из кофейни что не понятно начал третий парень, но его прервал низкий, до боли знакомый голос. Парни резко обернулись, и их ухмылки сползли с лиц, когда они увидели Диму. Он стоял у входа, сжав кулаки, взгляд тёмных глаз был мрачнее грозовой тучи. Он не просто зашёл, он будто влился в это помещение, заполняя его своей яростью. — Дим, не над… — Лиза попыталась остановить его, чувствуя новую волну паники, на этот раз за него. — Помолчи, — резко оборвал он, не отводя взгляда от парней. В его голосе не было злости на неё, только холодная решимость. — А ты чё, дохуя смелый? Пойдём, выйдем, — процедил тот, что подошёл первым. Дима не ответил, просто кивнул в сторону двери. Он был спокоен, слишком спокоен, и это пугало Лизу ещё больше. Она знала, что за этим спокойствием скрывается буря. Все трое парней вышли на улицу следом за Димой. Лиза, охваченная паникой, метнулась в подсобку. Руки сами потянулись к полке, где лежал сумка а в ней перцовый баллончик — подарок бывшего парня, который когда-то настаивал, чтобы она носила его с собой. Выбежав на улицу, она увидела, как Дима уже отбивается от одного из парней, который успел нанести ему удар. В ту же секунду на Диму налетел второй. Сердце Лизы упало куда-то в желудок. Она не могла просто стоять и смотреть. Лиза, подлетев к ним, зажмурилась, вытянула руку и, не целясь, брызнула в парня, который стоял чуть в стороне, но уже готов был присоединиться к драке. Тот взвыл, схватившись за лицо. Парень, который только что получил от Димы, отшатнулся прямо на Лизу. Ему тут же досталась струя жгучей жидкости. — Блять, дура ебанутая! — заорал он, отскакивая в сторону, боясь получить новую порцию. Третий парень, бившийся с Димой, на секунду отвлёкся на крики. Этого было достаточно, чтобы Дима смог отбросить его. Осознав, что они проигрывают, оставшиеся двое бросились наутёк, скрывшись в темноте. Дима же тяжело рухнул на снег, прижимая руку к разбитой губе и рассечённой брови. — Дима! — выдохнула Лиза, подбегая к нему и падая на колени. Снег тут же промочил джинсы. — Живой? Он тяжело кивнул, приподнимаясь с её помощью. Левой рукой он прижимался к рёбрам, тихо мыча от боли. Встав на ноги, Дима сплюнул кровь, которая уже наполнила рот, окрашивая белый снег в алый. — Можешь идти? — встревоженно спросила Лиза, её голос звенел. — Да… всё нормально, — прохрипел он. — Просто… чуть помяли. — Дима, ты… ты дурак! — Лиза говорила быстро, с сильной дрожью в голосе, граничащей с истерикой. — Зачем? Зачем ты полез? Я бы вызвала полицию, и всё! Зайдя обратно в кофейню, Лиза первым делом захлопнула и заперла дверь, хотя до закрытия оставалось ещё минут 10. Плевать. Пусть штрафуют, пусть делают что угодно. Ей было абсолютно всё равно. В голове стучало только одно: Дима пострадал. Из-за неё. Усадив Диму на стул, Лиза быстро сказала: — Я сейчас. — И скрылась в подсобке. Вернулась она с аптечкой. Руки так сильно тряслись, что она с трудом открыла её. Достав вату, щедро полила её перекисью и осторожно поднесла к разбитой губе Димы. Он тихо замычал от боли. — Прости, прости, — прошептала Лиза, стараясь быть максимально нежной, и принялась дуть на рану. Её собственные руки дрожали так сильно, что едва держали ватку. В какой-то момент, когда она осторожно обрабатывала его бровь, Лиза опустила глаза и встретилась с его взглядом.Он был не просто серьёзным – в нём горела какая-то остаточная, тёмная злость, смешанная с болью. Это был не тот поддерживающий взгляд, к которому она привыкла. Он смотрел на неё, стиснув зубы. — Что? — тихо спросила она, чувствуя, как внутренний холодок пробежал по спине. Его злость, хоть и не направленная прямо на неё, всё равно пугала. — Ты всё ещё хочешь здесь работать? — Голос Димы был грубым, резким, почти рычащим, словно он еле сдерживался. — Нет… нет, — выдохнула Лиза. Ватка выпала из её пальцев, упав на стол. Она села на соседний стул и, закрыв лицо руками, разрыдалась. Горькие, горячие слёзы текли по щекам, смывая остатки ужаса, напряжения и теперь уже страха перед этой незнакомой злостью Димы, накопившиеся за этот вечер. Лиза сидела на стуле, её хрупкие плечи сотрясались от рыданий. — Дим, прости, — всхлипывала Лиза, с трудом выдавливая слова сквозь слёзы. — Это всё из-за меня… Я очень не хотела, чтобы так произошло. Слёзы лились градом, она почти задыхалась. В этом плаче была не только паника от пережитого насилия, но и накопленная усталость от работы, от Михаила Эдуардовича, от постоянного нарушения границ. — Просто надо всё оплачивать, а… а я устала уже от всего… — Она всхлипнула, пытаясь вдохнуть. — Тут ещё они… Ты… ты ушёл с ними… я… я… Лиза жестикулировала, её руки метались в воздухе, а голос срывался на заикание. Она пыталась объяснить свой страх, свою беспомощность, но слова застревали в горле. Дима, который до этого был напряжён и зол, смотрел на неё, и огонь злости в его глазах совсем погас, оставив только невероятную горечь и нежность к этой хрупкой, маленькой девочке, которая пыталась быть сильной. Он чувствовал, как его собственное сердце сжимается от боли, видя её страдания. В какой-то момент Дима взял её дрожащие руки в свои, опустил их на колени Лизы и сказал твёрдо, но тихо: — Ты не виновата. Он редко взял её лицо в ладони, заставляя поднять взгляд. Лиза встретилась с его тёмными, слегка затуманенными болью глазами. Её собственные, зелёные глаза, заплаканные и красные, смотрели на него в полном смятении. — Слышишь? — Дима говорил медленно, вкладывая в каждое слово всю свою убеждённость. — Ты не виновата. Ты поступила правильно. Ты защищалась. Я горжусь тобой. Он держал её лицо, его большие пальцы мягко вытирали слёзы. В этот момент Лиза, кажется, прекратила дышать, но слёзы продолжали литься градом, теперь уже от облегчения и внезапной, ошеломляющей поддержки. Дима резко поднялся со стула. Он быстрым шагом зашёл в рабочую зону за стойкой. Ему было абсолютно плевать, что он в верхней одежде и что на его губе снова открылась рана. Он налил стакан холодной воды и поспешил обратно к Лизе. Лиза сидела за столом, запустив пальцы в волосы, пытаясь унять дрожь. Дима опустился перед ней на корточки, чтобы быть на одном уровне. — Пей, — приказал он, протягивая стакан. — И успокаивайся. Лиза взяла стакан, её руки всё ещё дрожали. — Дим… Прости, пожалуйста… — прошептала она, делая маленький глоток. — Ты, — Дима растягивал слова, чтобы они дошли до неё, — ни в чём не виновата. Он нежно сжал её колено, пытаясь передать через прикосновение всю свою поддержку и уверенность. В этот момент Дима был не просто покупателем или потенциальным работодателем. Он был её якорем в этом хаосе.