Изменишься ли ты?

— Мальчик мой, представишь мне своего друга? — Голос Тошинори вывел Зена из состояния шока, в которое тот впал, увидев Каччана.       Может когда нибудь он сможет перестать слышать смех брата над его страданиями? Он уже начинал сомневаться, что это лишь иллюзия. Слишком часто она появлялась. И именно рядом с Восьмым чаще, чем обычно. — Это Кацуки. — Представил Изуку и задумчиво посмотрел на блондина, хмуря брови — Он мой… Эм… Друг?       Кацуки неопределённо повёл плечами и кивнул. Они как-то не обсуждали свои отношения, но вроде бы теперь они снова друзья. Хотя и не такие, какими были в четыре года. Да и сейчас-то им уже давно намного больше. Да и Кацуки… В общем у него есть над чем подумать.

***

      Йоичи бился головой о стол, пытаясь вытряхнуть из мозга идею о реинкарнации. Сначала его брат. Да, Шигараки до последнего будет уверен в том, что этот беловолосый мальчишка с яркой улыбкой, его брат. Теперь Кудо? Типа… Почему? Может там где-то ещё бегают копии его преемников? Звучит всё шизовее и шизовее.

***

      Изуку и Кацуки сидели на диване в гостиной дома Мидории и играли в приставку, которую притащил взрывной блондин, пока Инко что-то вязала в кресле. Совсем недавно мама увлеклась этим и теперь по всему дому были мягкие вязанные игрушки. Мидория даже предложил ей сделать сайт и продавать их. Что же, лишними деньги никогда не будут. — Чёрт! — Кацуки еле сдержался от того, чтобы выкинуть джойстик в сторону — Ты слишком везучий, Шигс.       Зен фыркнул, в очередной раз обыграв Кацуки в файтинге и положил голову на его плечо, начиная новый раунд. На самом деле в его жизни стало слишком много Бакуго. Они вместе идут в школу, Каччан даже не ленится заходить за Изуку. Они вместе в школе. На уроках, на переменах, на обеде. Даже одноклассники к этому уже привыкли и перестали обращать на них внимание, хотя первые дни те всё шептались об этом. Они вместе идут домой. Кацуки всё так же не отдаёт Мидории рюкзак и провожает прямо до двери квартиры. Только тогда его личная вещь возвращается к нему в руки. Они вместе тренируются, чему радуется Восьмой. Ведь, как он постоянно говорит, тренироваться вместе куда продуктивнее, чем в одиночестве. А ещё они проводят время друг у друга в гостях, иногда оставаясь на ночёвки. Кацуки рядом с ним ПОСТОЯННО! Двадцать четыре на семь. Каждый. Божий. День. Кацуки. Кацуки, Кацуки. Слишком много Кацуки в его жизни. — Каччан, слушай, а у тебя никаких своих дел нет? — Изуку не хочет показаться грубым, но разве взрывной подросток не устал от его компании.       Бакуго что-то промычал, потёршись щекой о белую макушку, стуча пальцами по кнопкам джойстика, стараясь выиграть в этот раз. Были ли у него дела? Ну, домашка, тренировки, подготовка к поступлению в UA. Но всем этим он занимался с Изуку, так что дел у него не было.       Со стороны Инко раздался тихий смешок и оба парня посмотрели на неё, стараясь понять, что вызвало смех женщины. Нет, не подумайте, Зен был рад, когда его мама смеялась. Та тогда выглядела невероятно красивой. Как говорится, счастье украшает человека. Но вот такой неожиданный смех немного нервировал. — Мам, ты чего? — Да так, Кацуки немного напоминает мне Мицуки, когда она прицепилась к Масару в старшей школе и не отлипала от него, пока тот не позвал её на свидание. — Инко настольгически улыбнулась, вспоминая, как сияла её лучшая подруга после того первого свидания — Масару думал, что она посчитает его скучным и отлипнет, но Мицуки стала только активнее к нему приставать.       Кацуки фыркнул, припоминая, что что-то подобное его старуха рассказывала. Бакуго младший тогда несколько часов просто пялился на отца, не понимая, как тот не сбежал от мамы, но тот просто улыбнулся и сказал, что однажды Кацуки поймёт. — Так я тебе нравлюсь, Каччан? — Изуку оторвал голову от плеча друга и насмешливо посмотрел на него.       Честно, Изуку ожидал всего в этот момент. Даже взрыва в лицо, за такое обвинение, но точно не того, что Бакуго просто зависнет с приоткрытым ртом, словно для него только что открылся новый мир. Зен ткнул Каччана пальцем в щёку, пытаясь привести его в норму, но тот всё так же продолжал изображать статую самому себе. Красиво, но страшно. — Мама, я Каччана сломал, кажется.       Инко закрыла лицо руками, звонко засмеявшись. Это было предательство с её стороны! Мама смеётся, Кацуки в оцепенении, а он сам не знает, что делать. Хоть бери и Всемогущему звони и жалуйся на свою жизнь! — Кацуки…       Изуку чуть потряс друга за плечо и закусил губу. Да что с ним?! Тот даже не обратил внимание на то, что Зен назвал его по имени, хотя всегда с этого бомбит, запрещая звать себя как-то иначе кроме как «Каччан». Смех Инко стал ещё громче. Мидория думал, что она сейчас задохнётся. Да что с этми двумя не так?!       Наконец-то, казалось бы целую вечность спустя, Кацуки моргнул и медленно перевёл взгляд на Изуку. В глазах взрывного блондина был шок, словно тот открыл для себя новую вселенную. Тот не выглядел так шокировано даже тогда, когда Мидория рассказал ему всю правду о себе, а там было от чего шокироваться. Но, похоже что, то что он понял было куда серьёзнее. И это нервировало. Особенно взгляд. Кацуки неотрывно смотрел на него, внимательно изучая лицо. Можно перестать так пялиться? Зену кажется, что у него выросла вторая голова. — Каччан…       Кацуки моргнул и посмотрел на Инко, которая всё ещё хихикала. Уже не так громко, как было до этого, но всё ещё довольно ощутимо. Бакуго повернулся к Изуку и глубоко вдохнул, словно что-то решая в своей голове. Взгляд Бакуго сфокусировался на глазах Изуку и тот, наконец-то, заговорил. — Похоже, что ты мне нравишься, Шигс.