Тени на торце

Тени пролезали через окно и бегали по комнате. Они шныряли под кроватью, проскальзывали в шкафы и тумбы, сворачивались в клубок на ковре. Курапика проснулся с громким хриплым вскриком, поднял голову, заметил тени, в ужасе отшатнулся от них и стукнулся спиной о стену. Он не знал, что им здесь нужно, и не хотел узнавать. «Всего лишь тени, — повторял он про себя, мелко дыша. — Тени. Просто тени...» Свистнула дверь. Курапика испуганно обернулся, но тут же расслабился: в проёме показался Леорио. Заспанный, в помятой ночнушке, он встревоженно сверлил темноту круглыми глазами. — Леорио, — сипло позвал Курапика, дрожа всем телом и плотно кутаясь в одеяло. Леорио кинулся на звук, сел на кровати рядом и, нащупав руки Курапики, крепко сжал их. Большие горячие ладони стиснули маленькие и холодные — это отрезвило и выцепило из череды кошмаров. — Что случилось? — спросил Леорио шёпотом, когда дрожь Курапики ослабла. — Ничего. Правда, ничего. Всё в порядке. Разумеется, Леорио не верил его треснувшему голосу. Он, должно быть, привык к темноте и видел теперь, как Курапика прячет взгляд. — Я же знаю, что это не так. Но можешь ничего не говорить. Курапика благодарно всхлипнул и зашнырял глазами по сторонам в надежде спрятать подступающие слёзы. Эта попытка бегства была заведомо обречена: Леорио вздохнул, обхватил Курапику чуть ниже плеч и погладил несколько раз — вверх-вниз. Тогда Курапика сдался, придвинулся ближе и ткнулся носом Леорио в грудь. Ночнушка Леорио тут же промокла и слиплась с телом. Слёзы казались раскалёнными, и Курапика даже пропустил мысль, не оставит ли он после себя ожог на груди. Одной рукой Леорио обнял Курапику за спину, а другую прижал к его волосам. Бросив попытки сдержаться, Курапика надсадно рыдал под размеренное сердцебиение. — Мне снова снился тот бой, — звеняще зашептал он. — Сначала я шёл вдоль дороги и слышал его голос. Он прятался и смеялся откуда-то из тени. Потом он вышел, я убил его, и... И... Потом ещё хуже. Хватит. Всё, неважно. Всего лишь сон. Я... Прости, что разбудил. Можешь идти, мне уже лучше. Спасибо. — Эй, посмотри на меня, — позвал Леорио осторожно. Курапика нехотя поднял опухшие глаза, и его сердце понеслось галопом. — Не извиняйся, слышишь? Я не могу так просто уйти. Тень упала на торец кровати, и Курапика отшатнулся. Он хотел снова спрятаться в руках Леорио, позволить Леорио закрыть себя от теней, сдаться его заботе и растворить в ней все страхи. Вместо этого Курапика вдохнул и выдохнул несколько раз, сжал ткань своего рукава и вперил в Леорио отвердевший взгляд. — Тебе сегодня на смену. Поспи. — Тогда я останусь здесь. Извини, придётся потесниться. Курапика моргнул. Внезапно он понял, как сильно этого хочет — хочет спать рядом с Паладинайтом, жаться к нему и чувствовать его тепло. Тело снова бросило в дрожь, но эта не шла ни в какое сравнение с той. — Чем я тебя заслужил? — едва слышно пробормотал Курапика, когда Леорио разлёгся на кровати, притянул его к себе и погладил по щеке. Прежде чем Леорио успел возмутиться, Курапика с нажимом продолжил: — Ты терпишь мои жалкие истерики. Ты всегда рядом, когда я в тебе нуждаюсь. Ты прогоняешь их одним своим присутствием... — Ты замечательный, Курапика, — Леорио смотрел прямо и нежно. — Всё это чепушня полнейшая. Ты крутейший из всех, кого я знаю, — ты умён, внимателен, красив, отважен и много ещё каков. Это убийство не единственное, что делает тебя тобой. И вообще, ты сокровище, и я был бы уродом полнейшим, если бы не ценил такой алмазище. Вот. Комок слёз снова подступил к горлу Курапики, но он зажмурился и смог сдержаться. Леорио вызывал в нём бурю сложных чувств, которые никак не получалось оформить в мысль. Очень хотелось показать Леорио, как много он для Курапики значит, но правильные слова так и не подобрались. Засыпая между двух огромных ручищ, Курапика думал о том, что в этом их временном домике одной спальни было бы достаточно.