Системная ошибка

Новый год Ванцзи считал законным бедствием, втиснутым в календарь вопреки всякому здравому смыслу. Слишком шумно, слишком ярко, слишком много воплей «С Новым годом!» от людей, которые мысленно желали тебе провалиться сквозь землю. Предпраздничная суета была сродни хаотичному судебному процессу, где все говорили одновременно, а протокол давно утратил силу. Свой отступление Ванцзи, как оборонительную стратегию, выстроил по всем канонам: тихо сбежать в отпуск за неделю до праздника, закопаться в тишине с партитурой для пианино, которую он давно проигрывал в голове. А затем — совершить строго дозированный визит на вечеринку брата. Которую можно было бы назвать балом из-за помпезности. Пережить два часа обмена любезностями с толпой незнакомых дядюшек, тетушек и каких-то бесконечно далёких кузин, которых он видел только по большим праздникам и соответственно не запоминал. Всё было продумано до мелочей. Кроме одного фактора — фактора Вэй Усяня, мужчины с длинными чёрными волосами, острым взглядом и улыбкой, обещающей весёлые неприятности, — который всегда рушил тонко выстроенные планы. Вэй Усянь воспользовался его пятиминутной отлучкой за кофе (чёрным, без сахара) и, с чувством товарищеского садизма, подсунул его имя в жребий «Тайного Санты». Конверт с именем какого-то безумца, которому Ванцзи теперь должен был дарить «новогоднее настроение», ему вручили с такой торжественной идиотской гордостью, будто Вэй Усянь вручал ключ от города, а не подсовывал бомбу с часовым механизмом. И не скажешь, что этот человек считался лучшим разработчиком в их компании. — Я выбирал для тебя самый красивый конвертик, — сияя белозубой улыбкой психопата, сообщил Вэй Усянь. — Розыгрыш был неделю назад, поэтому твой Санта, наверное, уже купил тебе подарок! И теперь отказываться будет позорно. Но ты не переживай, я готов тебе помочь с выбором подарка, как самый лучший друг! * * * Ванцзи сел на диван скрестив ноги, положил ноутбук на колени, готовясь к поиску фильма к предстоящей пятнице, но вспомнил про предстоящий ужас. Он поднялся с дивана, вытащил из кармана причину своего испортившегося настроения и вернулся назад. Собравшись с духом, он взглянул на конверт, как на улику тяжкого преступления. Вопрос был один: кому он теперь должен? Офис был велик, а его социальный круг в нём стремился к нулю. К тому же неделю назад, пока Ванцзи был на больничном, у них сменилось руководство и появилось несколько новых сотрудников. Раздражает. Радовало только одно, что они оба попали в отдел к Вэй Усяню и не мучали его своей безалаберностью. — Ох, какая трогательная картина. Мой дорогой братец в раздумьях, словно Майло Тэтч, пытающийся отыскать мифические следы Атлантиды, — раздался за его плечом голос, сладкий, как кленовый сироп, и едкий, как серная кислота. — Ты наконец-то влюбился или готовишь кого-то убить? Вэй Усяня, например? Ванцзи обернулся неспешно, с чувством обречённости человека, знающего, что за его спиной прячется нечто опасное в дорогом костюме. Позади стоял молодой человек с тёмными аккуратно уложенными волосами, тонким лицом и глазами цвета спелых желудей, в которых пряталась тёплая насмешка. На губах играла мягкая полуулыбка. Черты лица были удивительно похожи, словно их лепил один скульптор, хотя Лань Сичень был старше на семь лет. Он был похож на шампанское: тёплое и игривое, то, что бьёт в голову не сразу, но неумолимо. — Вэй Усянь, — произнёс Ванцзи, давая имя источнику всех своих нынешних бед, — решил, что я должен участвовать в этом фарсе под названием Тайный Санта. — И ты, значит, согласился? — Сичень приподнял бровь, изображая живейший интерес. — Меня не спрашивали. Меня подставили. — Он всё-таки смог тебя подловить! Знаешь, в «Тайном Санте» главное — не подарок, — старший брат сделал паузу для драматизма, чуть наклонился, чтобы лучше увидеть запрос, вбитый в поисковую строку. — Главное — новогоднее настроение. Его нужно создать, а потом вручить подарок. Но в этом должна быть изюминка! Ванцзи посмотрел на него пустым взглядом, каким смотрят на человека, внезапно заговорившего на древнегреческом. — Например, можно спрятать подарок и вести к нему замысловатыми записками с шифрами! — энтузиазм в его голосе был настолько искренним и зловещим одновременно, что Ванцзи почувствовал лёгкую тошноту. Такое бывало, когда Сичень предлагал сбежать с последних уроков, чтобы прокатиться на аттракционах, после которых их всегда ждало наказание от дядюшки. — Я могу помочь тебе с написанием загадок. Или можем вместе подумать, куда их спрятать. — Это обязательно? — спросил он, уже зная ответ. — Более чем, братец! — Лань Сичень хлопнул его легонько по плечу, и этот жест был таким зловещим, что Ванцзи пожалел, что иногда слишком мало общался со старшим братом. — Более чем. Давай подумаем… Твоя жертва, прости, твой «тайный друг»… кто он? Та милая леди из бухгалтерии, которая часто просит тебя помочь ей с таблицами? Или тот юноша, который приносит тебе пончики и кофе? — Я не люблю пончики. И Су Шэ носит их всем подряд, — отрезал Ванцзи, закрывая ноутбук. — И это, кажется, девушка. Её имя означает рассвет. * * * Лань Ванцзи, придя на работу заранее и потратив полчаса на выравнивание углов и десять попыток перепечатать текст из-за единственной опечатки, наконец водрузил записку на холодильник. Магнит щёлкнул с чувством выполненного долга. Слишком громко в оглушающей тишине. На записке было напечатано: «Вэнь Сюй. Первый ключ ищи там, где день начинается с терпкого зелья. Не везёт тому, кто не ищет. (А искать советую с утра.) Ключевая фраза: «Если секрет знают больше, чем двое, это уже не секрет» . Ванцзи поспешил удалиться в свой кабинет, надеясь, что стены поглотят навязчивый шум, который начнёт собираться уже через пару минут. Но не прошло и пары часов, как дверь с нажимом распахнулась, впустив торнадо в полосатом носке по имени Вэй Усянь. — А ты не говорил, что вытянул самого Вэнь Сюя! — выпалил он, захлопывая дверь. — Я видел, как ты вешал записку. И чтобы ты знал, Вэнь на кухне не появляется. Предпочитает кофейни вокруг. Так что я, как Букля, отнёс послание прямиком в кабинет. И в благодарность ты просто обязан сказать, куда твой «подопечный» с утра сбежал? Говори, клянусь, буду нем как рыба. Ну, или как ты в обычные дни. Ну пожа-а-алуйста! А я взамен помолчу. Ну, может, час. — Мне откуда знать? — бросил Ванцзи, даже не отрываясь от отчёта. Если Вэй Усянь прав, и Вэнь Сюй действительно провела утро в кофейне, то бариста, похожий на Ранго, так же страдающий от кризиса самоопределения, должен был передать ей подсказку вместе с набором для глинтвейна. Значит, пора уже передать следующую записку в отдел бухгалтерии и тайком сообщить госпоже Линь кодовое слово для передачи небольшого подарочного косметического набора, который ему помогла выбрать Цзян Яньли, сестра Вэй Усяня. Тайная операция началась в двенадцать сорок семь — время, выверенное до секунды. В эти минуты коридоры были пусты, как Сахара под солнцем: половина убежала в кафе, а вторая грела обеды в столовой. Ванцзи уверенно шёл к госпоже Линь, держа перед собой как щит папку с гордым названием «Отчёт по проекту». Внутри, меж листов, притаилась записка номер два. Он чувствовал себя агентом под прикрытием, которого заслали на вражескую территорию с миссией «подарить новогоднее настроение». Абсурд. Госпожа Линь, бухгалтерский дракон с вечным тугим пучком на затылке и взглядом, выискивающим каждый пропавший юань, не горела желанием отвлекаться. Увидев Ванцзи, она лишь хмыкнула — звук, означавший «оставьте и идите». — Не могли бы вы мне помочь? — голосом, звучавшим как скрип несмазанной двери, задал вопрос Ванцзи и, выдержав паузу, продолжил. — В связи с охватившей весь офис игрой... Госпожа Линь оторвалась от экрана. Её взгляд, обычно устремлённый вглубь налоговых деклараций, медленно пополз вверх и остановился на лице Ванцзи. Возможно, дело было в его легендарной неприступности. Его участие в такой ерунде было сродни обнаружению жизни в кислотных облаках Венеры. И в её глазах (о чудо!) загорелось неподдельное любопытство. — Тебе нужна помощь в выборе подарка? — бросила она так же тихо, но уже с лёгким, едва уловимым любопытством в голосе. — Нет. Можете передать конверт и презент человеку, который скажет: «В необычности почти всегда ключ к разгадке тайны». — Это Конан Дойл? — заинтригованно выгнула бровь госпожа Линь, выходя из образа Фрекен Бок. — Хорошо, я передам. — М-м. — Ванцзи еле заметно улыбнулся, видя, как женщина юрко схватила коробочку, к которой был прицеплен конверт, и убрала в первый ящик стола. — А это вам. Благодарю. Ванцзи, сохраняя каменное лицо, развернулся и ушёл прочь, оставив коробочку конфет. Только когда дверь его кабинета захлопнулась, он позволил себе прислониться к ней и тихо выдохнуть. * * * Вечер того же дня затянулся. Ванцзи не был готов к готовке дома, поэтому направился в небольшой, но уютный ресторан «Пристань Лотоса», где царил приятный запах специй и имбиря, а владелица, Цзян Яньли, всегда встречала тёплой улыбкой. К его удивлению, за одним из столиков у окна уже сидел Лань Сичень, доедая порцию лапши. — Предсказуемость — сестра порядка, братец, — произнёс Сичень, отложив палочки, как только Ванцзи приблизился. — Так и знал, что сегодня тебя здесь найду. Присаживайся. Скоро принесут твой любимый чай. — Благодарю. — Ванцзи опустился в кресло напротив. — Как прошло твоё свидание? — Твои предположения ошибочны. Я был с Не Минцзюэ, — мягко улыбнулся Сичень. Отложив палочки в сторону, он чуть подался вперёд, складывая пальцы домиком. — Докладывай, агент ноль-ноль-семь. На каком этапе твоя операция «Тайный Санта»? Жертва, прости, твой «подопечный», блуждает по офису в поисках сокровищ? Или уже получил презент? — На последнем, — отозвался Ванцзи, сделав глоток горячего чая. — Все записки переданы. Вэй Усянь должен был вручить финальный сладкий презент и последнюю подсказку, которая ведёт к месту основного подарка. Осталось только… его подобрать. До послезавтра. — И что ты придумал? Годовой запас ручек и блокнотов? Ланч-бокс с Hello Kitty? Лейку для вашего героического фикуса? — Нет. Я думал о билетах на «Шоу под дождём» или на мюзикл «Призрак оперы». — А если маленькая леди любит хэви-металл? Или ей больше нравится балет? — И что ты предлагаешь? — Ну, ты можешь положить в коробку записку: «Если этот подарок вам не подходит, обменяйте его на что-нибудь у Вэй Усяня. Он уже предупреждён». — Знаешь, я так и поступлю, — счастливо улыбнулся Ванцзи. * * * Утро началось не с самой весёлой ноты. Традиционный вечер кино и пиццы затянулся, а Сичень, недовольный концовкой, до глубокой ночи спорил с засыпающим Ванцзи. В результате тот чувствовал себя разбитым и опустошённым, словно в его голове играли тараканы на барабанах. Его сознание всё ещё тонуло в дремоте, когда он механически шагнул в лифт и врезался в молодого мужчину с лисьими глазами в алом пиджаке. Стаканчик с кофе опасно накренился, и тёмная жидкость хлынула на чёрную рубашку незнакомца. Ванцзи замер, ещё не окончательно скинувший дремоту с разума. Растерянно моргнул, и информация наконец-то долетела до мозга, соединив цепочку: стаканчик-кофе-мокрая ткань—катастрофа. — Прошу прощения, — Ванцзи торопливо вытащил носовой платок и протянул его. — Всё в порядке, — голос прозвучал спокойно, даже с лёгкой усмешкой, словно он был буддийским монахом, а пролитый кофе — всего лишь очередным уроком в искусстве отринь мирское. Ванцзи вылетел из лифта, пылая смущением, как подросток после неудачного признания, ворвался в свой кабинет и громко захлопнул дверь. Давно такого не было. А если точнее — никогда. Ровно через пятнадцать минут в кабинет ворвался ураган в пятнистых шортах по имени Вэй Усянь, который явно забыл о существование дресс-кода. Хаос следовал за ним по пятам даже сейчас. Следующие пятнадцать минут ушли на болтовню, сначала по делу, а потом — на сплетни. Ванцзи пропускал их мимо ушей, пока вдруг не услышал знакомое имя. — …а Вэнь Сюй, представляешь… — А что с госпожой Сюй? — перебил Ванцзи, наконец отрывая взгляд от отчёта. — Госпожой? — Вэй Усянь недоумённо выгнул бровь, будто ему показали настоящую зубную фею. — Вэнь Сюй — мужчина. Наш новый начальник. Я забыл, что ты болел, когда было приветственное собрание. Мир сузился до точки. Даже тараканы в его голове, столь шумные утром, в благоговейном ужасе замерли. Но лишь на мгновение. Затем сознание, словно распрямившаяся стальная пружина, рванулось вперёд, сметая остатки ледяного спокойствия. Мужчина. Не «леди из бухгалтерии». Не девушка по имени «Рассвет». А значит, подарок ему точно не понравится. Напротив, его могут обвинить в оскорблении чести. — Ты мог меня остановить. — Ты о том косметическом наборе? — Вэй Усянь отвёл взгляд, нервно почесав затылок. — Я не думаю, что это его как-то оскорбит. Ты же не положил ему дополнительно подарочную карту в магазин нижнего белья? — Вэй Усянь. — голос Ванцзи стал ледяным. — Я же шучу! — Вэй Усянь тут же поднял руки в защитном жесте, но глаза его лукаво блестели. — Ты можешь принести ему извинения? Ну, или рискнуть и пригласить его на свидание. У такого красавчика, как ты, явно есть шанс растопить его сердце. — Вэй Усянь, я думаю, что госпожа Цзян будет счастлива узнать о твоем маленьком секретике. — Ой, зачем так сразу?! — Вэй Усянь прижал руку к груди с преувеличенной скорбью. — Ты разбиваешь моё сердце, мой жестокий Карабас. * * * Ванцзи стоял у двери Вэнь Сюя, сжимая в руке стаканчик клубничного рафа, купленного по совету вездесущего Вэй Усяня, и тщетно пытался подобрать слова для извинений. Но вместо внятных фраз в голове назойливо крутился разговор часовой давности. И мысль об увольнении внезапно перестала казаться такой уж бредовой. Сделав глубокий вдох, он собрался постучать, но в этот момент дверь сама распахнулась. На пороге стоял человек с лисьим взглядом, сосредоточенно уткнувшийся в телефон. И на этот раз Ванцзи добровольно подставил свою грудь под удар, точнее — под стакан с рафом, который снова пошёл ко дну, повторив судьбу своего утреннего брата. — Простите, — выдавил Ванцзи, и тут же, к своему ужасу, услышал, как его собственные губы вместо заготовленных извинений вылетело вжйусяневское: — Что поделать, вы — ходячая катастрофа для стаканчиков. О, нет. Плечи Вэнь Сюя задрожали от сдерживаемого смеха. Сейчас он чертовски напоминал кота Бегемота из старой книги — того, что наблюдал за человеческой суетой со стороны, находя её бесконечно забавной. — Знаете, люди обычно дарят цветы и комплименты, — раздался его мягкий, бархатистый голос, в котором всё ещё плескался смех. — А вы решили показать насколько недолговечен мой гардероб? Интересный подход. — И знаете что? — голос Вэнь Сюя стал чуть тише, доверительным. — Вам стоит это как-то компенсировать. — Хотите сходить со мной на концерт? Наступила тишина. Вэнь Сюй медленно приподнял бровь. Лисья усмешка на его губах замерла, превратившись в выражение чистого, неподдельного любопытства. Он откинул голову чуть назад, оценивающе оглядывая Ванцзи. — Концерт? — протянул мужчина, раздумывая над предложением. — Это ваш план? Сначала деморализовать, а потом добить внезапным предложением, чтобы не оставить и шанса на отступление? Ванцзи уже успел проклясть себя за следование предложению Вэй Усяня, но не успел он извиниться, как Вэнь Сюй продолжил: — Хитро! — Вэнь Сюй прищурился, и в его взгляде вспыхнуло что-то между одобрением и охотничьим азартом. — Но раз уж вы зашли так далеко... почему бы и нет? Только одно условие — никаких тибетских поющих чаш. И никаких летающих тарелок. — Я не хотел вас травмировать. — виновато поджал губы Ванцзи, чувствуя, как земля начала уходить из под ног. — Пустяки, — отмахнулся Вэнь Сюй, и его взгляд стал пристальным, изучающим. — И, к слову... ваш подарок на Тайного Санту был... не лишён оригинальности. Особенно косметический набор. Вы тоже считаете, что после собраний я выгляжу истощеным? — Это не так. — прямо заявил Ванцзи. — Выглядите вы... эффектно. Но правильный уход за кожей важен при постоянном стрессе. Для любого гендера. И отдых. — Благодарю. Тогда в качестве терапии над моей травмы предлагаю начать с кофе, который вы не прольёте на меня. Сегодня после шести?