Сон о кошачьей безработице

— Когда ты уже перестанешь скакать по подработкам? Так дела не делаются, — бросают ему недовольно и пренебрежительно уже который раз за месяц.       Нелегка жизнь кота-фамильяра. Как, наверное, и любого фамильяра, но кота — особенно. Их раса живёт в симбиозе со всякими магическими сущностями уже многие тысячелетия: любому колдуну, ведьме, стражу границ миров смерти или совершенно хтонической сущности непременно в какой-то момент захочется иметь очаровательного чëрного котика, может даже оборотня, дабы он ел проклятия, настраивал магические потоки и делал другую всяческую пыльную и непыльную работëнку, облегчая жизнь своему нанимателю.       Коты-фамильяры постепенно забывали, что они не только фамильяры, но ещё и коты. Долгое обучение, экзамены на повышение квалификации, поиски работы и каждодневный многочасовой труд — всё как у людей, всё, чтобы удовлетворить потребность адептов магии в самых востребованных работниках.       Но они же всё ещё коты.       Он, наверное, не понимал этого, хотя был котом от рождения. Пока не увидел сон.       Во сне с него резко спали все обязательства — и пропала вся магическая сила. Но его это совсем не тяготило.       Он стал простой дворовой кошкой. Совсем другой — даже цвет шерсти вместо чëрного был каким-то пëстро-бурым, диким. Будучи кошкой, он только и делал, что слонялся по какому-то захудалому посëлку, скакал по шелестящим шифером крышам, лазил по деревьям, где пытались найти пристанище мелкие визгливые птички, да караулил с другим каким-то котом, рыже-белым, под дверьми рыбного магазина: когда же вынесут головы?       Этот сон преследовал его каждую ночь подряд на протяжении доброй недели. Сейчас в жизни его был сложный этап: помимо регулярных тестирований на проф пригодность и аккредитаций, текущих нескончаемым потоком и втискивающихся в самые невозможные часы самых невозможных дней — как можно встать в понедельник в час дня?! — ему ещё и предстояло найти подработку, потому что с прошлой он позорно сбежал. «Устал».       Но каждый день вместо просмотра вакансий он бежал и поскорее укладывался спать, лелея надежду снова попасть в этот чудесный сон беззаботной кошки.       И вот, раз этак в восьмой, когда ему эта жизнь пришлась по шкуре и он уже очень привычно, мявкая наглой мордой, выпрашивал хвосты и головы у полненькой старушки в заляпанном жиром фартуке — она работала в этом рыбном магазине — с тем самым рыжим котом, который бурую дикую кошку всегда сопровождал, завязался разговор. — Пора мне, наверное.       Спал он уже по ощущениям долго и скоро, наверное, родичи придут будить его и выпинывать на улицу, дабы он занялся «кошачьими» — а вернее, «фамильярскими» — делами. — Куда? — рыжий кот глядел совершенно непонимающе и даже с каким-то так привычным осуждением. — Я же кот. Работать надо. — А сейчас ты, как бы так спросить, не кот?       Вопрос его очень озадачил.       Действительно, если так подумать. Усы, лапы и хвост — всё в наличии и кричаще доказывает, что он кот. С кошачьими лапами-царапалками, с глазищами, с дëргающимся ухом. Только цвет шубки другой.       Рыжий кот, глядя на его выражение озарения, отвлëкся от хрустения рыбьим хвостом — старуха уже вынесла им отходов из магазина и ушла восвояси — и продолжил с таким напыщенно-просветлëнным вздохом, будто был столетним старцем, объясняющим дитю малому, как работает жизнь. — Как по мне, такая жизнь вполне приятна. Мы же коты.       ... И действительно.       Почему-то это никогда не приходило ему в голову.       Рыжий кот не сказал ничего сверхъестественного и даже почти ничего разумного — но попал в самую точку, в ядро отлаженной системы мировоззрения кота-фамильяра.       Оставив только кота.       На следующее утро за завтраком он был необычайно воодушевлëн — ни от кого это не укрылось. На все расспросы он отвечал только просто: «Я нашёл своё предназначение».       А затем, ничего с собой не взяв, ушёл как будто бы на работу — и пропал.       Дипломы? Аккредитации? Резюме и трудовая книжка? Зарплатная карта?       Он — просто кот, пусть и способен на чуть большее, чем коты дворовые, рыжие и бурые. Усы, лапы и хвост — его документы, небо — будильник, лающие собаки — вместо соседей, слушающих музыку по ночам.       А на жизнь и зарабатывать не надо. Она уже дана. Прекрасная беззаботная жизнь дворового кота.