Записки сумасшедшего студента

Бальный зал сиял. Хрустальные люстры отражались в зеркальных стенах, тысячи свечей горели ровным жёлтым светом. Вампиры в нарядах кружились в вальсе, музыка лилась с хоров, и воздух был наполнен запахом духов, воска и чего-то сладкого, почти приторного. — Жанна! Какая радость, что вы не отказали мне в такой чести, как быть вашим кавалером этим вечером! Где-то на фоне я буквально спиной чувствовал, как Доминик закатила глаза, желая уйти от моей «наигранности». Но это было не важно — сама Жанна заметно покраснела. Пока мы соблюдали все формальности, я бегал глазами по залу. Вычурные костюмы вампиров разной степени важности… Дворецкие, которые обслуживали столы у стенки. Всё казалось идеальным показным шоу. Моё внимание вернулось к разговору, и я краем глаза заметил Ноя. Он почти всё время молчал и просто смотрел на меня. На мою руку. На то место, где под кружевом манжеты прятался заживающий укус. Я сглотнул, но на мою удачу на очередной мелодии у Жанны загорелись глаза. — Прошу нас простить… Жанна, не желаешь станцевать? Я вёл Жанну между гостями, ловко лавируя, и чувствовал, как её пальцы слегка дрожат в моей руке. — Вы сегодня прекрасны, как никогда, — сказал я, наклоняясь к её уху. Она вспыхнула, опустила глаза. — Спасибо, Ванитас… Ты тоже хорошо выглядишь. Голос тихий, смущённый. Идеально. Предсказуемо. Мы вышли в центр зала, я положил руку ей на талию. Она вздохнула — чуть слышно, будто боялась, что кто-то заметит её волнение. — Ты какой-то… спокойный сегодня, — сказала она, когда мы сделали первый круг. — Я не помню, чтобы ты так долго молчал. — Наслаждаюсь моментом, — я улыбнулся своей фирменной улыбкой. — И твоей красотой. Она снова покраснела и замолчала. Музыка текла вокруг, и я механически вёл её по залу, думая о своём. О Ное. О том, что он помнит дни, когда был маленьким. Я в это уже почти уверовал, как в самый страшный кошмар. Краем глаза я нашёл его у стены с Доминик. Она что-то говорила, он кивал, не перебивая. Потом она рассмеялась — Ной чуть улыбнулся. Коротко, уголками губ. И тут же его взгляд скользнул в мою сторону. На мою руку. На место укуса. Я крутанул Жанну в повороте, её юбка взметнулась, закрывая обзор. Мы продолжали кружиться, а я старался игнорировать мысли о нём, фокусируясь на зале. Дворецких стало меньше. Или мне казалось? Тут рука Жанны накрыла мою вторую руку, слегка тронув мой секрет под рукавом. Я сразу как будто вышел из транса. — Ванитас, — позвала Жанна, когда мы снова оказались лицом к лицу. — Ты меня слышишь? — Прости, заслушался. Она посмотрела странно, прищурилась, будто пыталась разглядеть что-то за маской. — Ты сегодня… не такой. — Какой? — Не знаю. — Она отвела взгляд. — Более… задумчивый. Я хотел возразить, но не успел. Музыка стихла, мы остановились. Жанна отпустила мою руку, отошла на шаг. — Я пойду поправлю причёску, — сказала она. — Конечно. Я буду ждать. Она ушла, а я остался у колонны. Пальцы сами потянулись к манжетам. Бинтов больше не было — только белый, тонкий, почти исчезнувший след. — Ты её утомил. Я поднял голову. Доминик стояла передо мной, руки скрещены на груди, взгляд острый, насмешливый. — Она сама ушла, — ответил я. — Я никого не держу. — Правда? — Она приподняла бровь. — А мне показалось, ты сегодня слишком занят своими мыслями. Я промолчал. Как я мог забыть, что Доминик всегда за мной следит?.. — Что с тобой? — Доминик шагнула ближе, понижая голос. — Ты какой-то… не такой. И Ной тоже. Я вижу, как вы смотрите друг на друга. Что случилось? — Ничего, — сказал я. — Всё в порядке. — Ты врёшь. — Она прищурилась. — Я знаю, что последние дни ты с ним нянчился. Но сейчас он молчит, ты молчишь, и оба смотритесь так, будто на похоронах. Я посмотрел на неё. Она выглядела обеспокоенной — по-настоящему, хотя и пыталась скрыть это за обычной резкостью. — Мы просто устали, — повторил я. — Сама знаешь, что было. — Устали, — она не поверила, но и не стала давить дальше. — Ладно. Не хочешь говорить подробности — не говори. Но если что-то не так… — она запнулась. — Ты знаешь, где меня найти. И отошла, оставив меня с чувством, что она будет ещё внимательнее следить за мной. Я остался один. Вновь. Музыка заиграла снова. Я нашёл взглядом Жанну — она стояла у окна, поправляя волосы, рядом к ней подошла Доминик и, кажется, о чем-то говорила. Я не пошёл к ним. Вместо этого я смотрел на Ноя. Он стоял у дальней колонны, один. Его взгляд блуждал по залу и снова остановился на мне. На этот раз я не отвернулся. Мы смотрели друг на друга через весь зал — через танцующие пары, смеющихся вампиров, сверкающие люстры. Ни вопроса, ни ответа. Только тишина. — Ванитас! Жанна подошла сбоку, коснулась моего локтя. — Я вернулась. — Я заметил. — Я взял её за руку. — Ещё танец? — Давай. Мы снова вышли в круг. Я вёл её, слушал тихий голос, смотрел на смущённое лицо. Всё было правильно. Всё как всегда. Но внутри, где-то глубоко, росло что-то новое. Что-то, что я не умел называть. И… Оно не относилось к Жанне. — Знаешь, — вдруг сказала Жанна, когда танец закончился, — я думала, после ярмарки ты станешь другим. Более… внимательным, что ли. — Я всегда внимателен к тебе. — Нет. — Она покачала головой. — Ты всегда внимателен к тому, что говоришь. А ко мне… не знаю. Она замолчала, посмотрела грустно — по-настоящему, без привычного смущения. — Иногда мне кажется, что ты смотришь сквозь меня, — сказала она тихо. — Как будто я не здесь. Как будто думаешь о ком-то другом. Я хотел возразить. Отшутиться. Но слова впервые застряли. — Прости, — сказал я наконец. — Я просто… устал. Она кивнула и отвела взгляд. К стене. Мы оба уткнулись в Ноя и Доминик. — Они хорошо смотрятся вместе, — заметила Жанна как-то слишком нейтрально. — Кто? — Ной и Доминик. Я всегда думала, что из них вышла бы отличная пара, если бы не… Она не договорила, осеклась. Я не стал уточнять. — Они просто друзья, — сказал я. — Ты так уверен? Я промолчал пару секунд, а потом ответил чересчур чётко, будто сам хотел в это верить: — Уверен. Жанна незаметно расслабила ладони в моих руках. Музыка сменилась. Я повёл её к краю зала. Она взяла с подноса бокал с шампанским, снова посмотрела на меня — внимательно, почти пронзительно. — Ванитас, — она коснулась моего рукава.— Ты когда-нибудь отвечал мне честно? — Конечно, — сказал я. — Ты прекрасна. Я восхищён тобой. Это всё правда. Она улыбнулась — грустно, по-взрослому. — Ты очень хорошо врёшь, Ванитас. И ушла в сторону, не оборачиваясь. Я остался у колонны. На душе было пусто и тихо. Я посмотрел на свои руки. Потом — на потолок. На люстры, свечи, этот бесконечный, сверкающий, фальшивый блеск. «Слишком спокойно, — подумал я. — Слишком правильно. Это не к добру». В глубине зала мелькнул белый хвост Ноя. Он стоял у стола с напитками, один. Я сделал шаг в его сторону — и он тоже сделал шаг ко мне. Мы встретились у стола. Ной взял два бокала, протянул один мне. Пальцы его были холодными. — Помню не всё, — сказал он тихо, глядя не на меня, а на своё запястье. — Туманно. Как наваждение или воспоминания из детства. Я молчал. — Но то, что помню… — он поднял глаза и посмотрел на мою руку. На рану. — Ты был впервые таким... Я ждал продолжения. Он просто смотрел. — Ной, — сказал я наконец. — Если ты хочешь спросить… — Не сейчас, — перебил он. И чуть улыбнулся — той своей лёгкой, рассеянной улыбкой. — Потом. После бала. Он сделал глоток и отошёл к колонне, оставив меня стоять с бокалом. Я остался один. Где-то в углу зала мелькнула тень дворецкого, которого раньше не было. Или он всегда там стоял? Их всего стало четверо? А было пятеро или я уже себя накручиваю? Я напрягся, перевёл взгляд на Ноя. Он уже не смотрел на меня. Я слишком много думаю не о том. Бал продолжался. Слишком хорошо для вампиров. Это дарило предвкушение скорых неприятностей. Я довольно усмехнулся.