Ещё два Греха Чревоугодия

Встретились как-то два самых толстых и прожорливых демонов в Аду: жадный Маммон и никто иной как Адам — первый человек. Как оказалось он выжил после той легендарной битвы, и сейчас он переродился в Аду виде грешника. Когда-то рогатая маска скрывала его лицо, но теперь эта маска стала частью его адского образа. Он и раньше был полноватым мужчиной, но после падением в преисподнюю он значительно запустил себя, став ещё объёмнее и по габаритам догоняя Маммона. Так вот, Адам и Маммон горячо поспорили на тему того, у кого самый большой аппетит. Но внезапно в их спор встрял маленький имп — прислужник и помощник Маммона. Он предложил весьма... наглядный способ выяснить кто самый большой обжора в Аду: просто устроить соревнование по поеданию фастфуда. И вот мы здесь... На одной стороне дивана красовался всеми известный Маммон — великий (и широкий) Грех Жадности. Простые смертные приписывали этому легендарному толстопузу много прозвищ: заклятый враг дверных проёмов, босс КФС, Грех Чревоугодия 2.0., рождественская ёлка, гроза ведёрок с крылышками. Противоположную сторону ринга... то есть дивана, занимает многообещающий и дерзкий новичок Адам — первонах, сексист, сигма и просто красавчик. Когда-то был небожителем, но теперь отбывает бесконечный срок в Аду, как и любой другой грешник. Между двумя чемпионами кое-как потеснился маленький имп, который по своей (кхем-кхем) инициативе вызвался на роль независимого судьи. Имп теперь вряд ли сможет сдвинуться с места или пошевелиться в ближайшее время, оказавшись зажатым между упитанными животами демонов, которые занимают собой весь небольшой диван. Безвыходная ситуация, но наш маленький судья не унывает, ведь между мягкими боками на удивление тепло и уютно. — И так, эм... Вы видите перед собой на столике внушительный запас еды, — импу пришлось высунуть голову из-под складок, чтобы его услышали. — Правила простые, просто... ешьте столько, сколько сможете в себя поместить. Время не ограничено. Кто съест больше всего, тот и выиграл. Или же если противник сдастся... Маммон, почти не слушавший о чём бормочет имп, наклонился к Адаму и с надменным видом ткнул его в грудь. Этот маневр только больше сдавливал импа между животами Адама и Маммона. И чем сильнее Маммон наклонялся, тем сильнее оказывалось давление на импа. — Слушай сюда, мешок с дерьмом. Я сожру ВСЕ эти блядские бургеры с чикен фак наггетсами и ещё попрошу десерт. А ты чем похвастаешься, человечишка? — Маммон наглядно приподнял и попустил своё свисающее на коленях брюхо, демонстрируя весовое превосходство перед соперником и используя живот как инструмент доминирования. Маммон и вправду кажется больше Адама, но дело было в разнице роста. Несмотря на это, Адам ведёт себя не менее вызывающе и дерзко, полностью уверенный в своей исключительной ахуенности. — Я могу похвастаться тем, что сейчас разъебу тебя в этом соревновании, — Адам наклоняется в ответ, ещё больше сжимая импа между ними. Тот что-то приглушённо бормочет, что-то про недостаток кислорода и давление, но его попросту не замечают в пылу спора, — ... и чтоб ты понимал, это из-за меня закрыли тот ебучий ресторан через дорогу! — Господа... Ах... — с кряхтением имп высунул голову, хватая ртом воздух, — Пора начинать, еда остывает... — Точно! Время блядского ланча! — Маммон посмотрел на разложенную еду на столике перед ним, и с ворчанием откинулся на спинку дивана, — как же влом тянуться за всей этой едой. Имп! Давай ты будешь подавать все эти бургеры мне в пасть? Имп поёрзал между их телами, безуспешно пытаясь выбраться. — Я бы рад, сэр, но... Но... Маммон махнул рукой. — К черту! Придётся самому... Гнхххх... Идите к папочке... — с кряхтением Маммон наклонился к столику. Толстое брюхо немного мешает. Маммон потянулся к одному из бургеров, но Адам перехватил его первее. — О да, детка, Адам всегда первый... Мммм... — пробормотал он с набитым ртом, жуя сочный бургер. — Ах ты сучка! — с досадой крикнул Маммон, а затем схватил ведро с курицей. Пуская слюни, он жадно забрасывал в зубастую пасть хрустящее мясо в панировке. Адам тоже не отставал. Он жевал бургеры один за другим, прерываясь на глоток газировки. Разговоры и споры прекратились, оба демона сосредоточились на жратве. У импа, застрявшего между ними, появилась ещё одна проблема: чем больше они ели, тем больше росли их животы, и следовательно глубже он застревал между их пышными телами. Он безуспешно пытался привлечь их внимание робким тихим голосом или похлопыванием по животу, но безуспешно. Он глубже погружался в бутерброд из мясистой плоти, пока снаружи не остался торчать только хвост. Странно, что при таких обстоятельствах имп не задохнулся, хотя и чувствовал сильное давление двух толстых тел. Он ничего не видел, но мог слышать жадное чавканье, урчание их животов и периодические отрыжки. Когда Маммон и Адам закончили есть, всё вокруг них выглядит как поле боя: повсюду лежат пустые обёртки и упаковки, а их выпирающие толстые животы лежат между коленями. Адам, громко рыгая и вяло поглаживая мясистый живот: — Так... Кто-то победил-то в итоге? — Э... Есть проблема. Где-то после третьего ведра с курицей я забыл что это соревнование, — Маммон развалился на диване с видом сытого удава, тем самым ещё сильнее придавливая бедного импа между складками. — Блять... Ладно, хуй с ним, — Адам тоже вальяжно откинулся на спинку дивана, сложив руки на животе. Это был приятный момент тишины после того, как они набили свои животы. Глаза полузакрытые в удовлетворении, а дыхание глубокое... Тишину прервала грохочущая отрыжка Маммона, после которой он издает вздох облегчения. Его живот булькает, приспосабливаясь к освободившемуся месту. — Ахххх.... Тебе не кажется что мы что-то забыли? — пробормотал Маммон, пока торчащий хвост импа мягко покачивался и бился о толстую плоть Маммона и Адама. — Ммм... — Адам медленно соображает на фоне приближающейся пищевой комы, и прежде чем ответить он непроизвольно рыгает в кулак. — Мы забыли десерт? — Бля, точно... А имп почти смирился с участью быть раздавленным, хотя и оставалась надежда что кто-то из них встанет с дивана и он увидит свет. Хотя это маловероятно, учитывая как они отожрались до изнеможения. Имп слышал симфонию клокотания и урчания больших животов, периодически разбавленный приглушёнными отрыжками. Всё это в окружении жара и тепла двух толстых тел, которые оказывали на его давление. Но вскоре он услышал что-то похожее на... храпение. Похоже Адам и Маммон задремали на диване. А это значит только одно... Имп застрял здесь как минимум на несколько часов. Пожелаем ему удачи.