Операция «Поймайте Санту!»

Тем временем Осаму развлекался, как мог. Сегодня решил сходить на новогоднюю площадь в центре городка, где помимо детей по-своему развлекались и взрослые. Для старших тоже была интересная традиция: каждый должен был повесить по одному шару на ëлку, а с кем совпадëт цвет — с тем и проведëшь новогодний вечер. Что-то вроде соулмейтов, но более подобное реальности. У Дазая был ярко-красный шарик с изображением золотого оленя, который он купил ещё несколько лет назад и специально хранил. Сейчас наверняка такие не продаются. Интересно, найдëтся ли на ëлке такое же украшение, как и у него? Налюбовавшись наконец на повешенный шарик, Дазай оглянулся по сторонам: множество других взрослых тоже вывесили на ëлке свои игрушки и ждали, когда их партнëр на вечер наконец найдëтся. Осаму тоже ждал, продолжая наблюдать за всем вокруг: все эти игрушки были такие яркие и разнообразные... Аж глаза разбегаются! Внезапно среди этой пëстрой и шумной толпы он заметил довольно знакомую фигуру, что всеми силами пыталась дотянуться до нижних веток огромного дерева. Эти ярко-рыжие волосы, непослушно вылезавшие из-под шапки, этот забавно маленький рост... Да это же Чуя! Осаму улыбнулся и незаметно подкрался к своему давнему знакомому, который держал в руке точно такой же шарик, как и у него самого: красный с золотым оленем и, скорее всего, купленный в том же самом магазине. Наконец подойдя, он рукой коснулся рыжеволосого парня, который к тому времени уже тоже повесил игрушку на ëлку. От неожиданности тот даже вздрогнул. — О, Чуя! Какая приятная встреча! О тебе давно уж как не слуху ни духу... Неужели ушëл из мафии вслед за мной? — Дазай с наигранным удивлением от "внезапной встречи" покрутил в своих пальцах рыжую прядь волос Накахары. Тот не оценил по достоинству поведение Осаму и зло посмотрел на него. — Ага, размечтался! Из-за тебя уйти из мафии? Смех да и только! Ты себя хоть слышал? Я тебя всем сердцем ненавижу, с чего бы... — И всё-таки сегодня именно со мной тебе предстоит провести эту ночь. — Не дал договорить Чуе Осаму, внезапно перебив его. Рыжеволосый паренëк немного остыл и теперь в его глазах пришедший Осаму заметил некое удивление. — Погоди... В каком это смысле? — Чуя недоверчиво поглядел на Дазая, поправляя свою шапку, что сползла немного набок. Сколько рыжеволосый знал Осаму, тот мог запросто подкатить даже к самому ненавистному врагу, если понадобится. Вот же подлиза! — Это совсем не то, о чëм ты возможно подумал, — Бывший мафиози указал на соседнюю ветку, куда повесил свой шарик. Он сверкал на самом видном месте, радуя глаза людей, с восторгом рассматривавших ëлку. — по традиции те, у кого одинаковые шарики, должны провести Новый год вместе. Сама судьба привела меня к моему дорогому другу, с которым мы раньше работали вместе! — Дазай подмигнул Накахаре и этот жест не остался незамеченным. Низкорослый паренёк ничего на этот счёт не сказал. Видимо, смирился уже. Осаму как назойливая муха: сколько ни прогоняй, с каждым разом лишь всё сильнее и сильнее липнет. — Размечтался! — Чуя упрямо отстранился от подозрительно приветливого «друга», что никак не переставал накручивать его пряди волос и гладить по голове, как маленькое дитя. Наверняка тот что-то задумал, впрочем, как и всегда. Шарик, увы, рыжеволосый уже повесил и это никак не изменишь. Обрадованный Дазай аккуратно взял Чую за руку и повёл в центр танцевальной площадки, что явно не понравилось тому. Остальной люд веселился и громко смеялся, кружась вокруг ëлки. Медленные танцы сменялись быстрыми, а быстрые — медленными. Всë переливалось яркими цветами: и зимние куртки людей, и гирлянды с шариками на ëлке. Всë блестело в ожидании предстоящего праздника, который вот-вот наступит. Вопреки недовольному Чуе, Осаму всё же взял его за талию и начал с ним танцевать... Но это не был привычный всем вальс, а что-то между современными и старинными танцами, что-то нелепое и одновременно привлекательное. Постепенно их танец становился всё более и более слаженным, даже не смотря на то, что низкорослый паренëк изначально был категорически против. С удивлением для себя тот осознал, что ему всё-таки приятно находится рядом с этим надоедливым детективом, хоть и пытался это всячески отрицать. — Какой же ты всё-таки дурак, Чуя! — Дазай, увидев выражение лица партнëра по танцу, прислонился ближе, из-за громкой музыки шепча слова прямо на ухо тому — Расслабься! Неужели мы не можем рассеять вражду хотя бы на один день? — Ты понимаешь, что если кто-то из мафии заметит нас вместе — крышка нам обоим! — Пока Чуя продолжал возмущëнно отпираться, пусть уже и не так сильно, Дазай лишь слегка улыбнулся, но не так, как улыбался до этого, а немного неловко, как влюблëнный по уши школьник. Эта детская эмоциональность Накахары забавляла его. — Думаешь, им есть какое-то дело до твоей личной жизни? Поверь, у них наверняка есть задачки поважнее... — Осаму на секунду призадумался, с ностальгией вспоминая былые времена, когда он ещё состоял в мафии. Он невольно скучал по Мори, Рюноске, Гин, по убийственным будням и посиделкам с Чуей после работы с бокалом дорогого вина в руках. Парни продолжали танцевать свой необычный танец, но движения Накахары стали увереннее, когда он убедился, что среди толпы нет знакомых лиц. Никто, на удивление Чуи, не обратил даже на них внимания. Он немного расслабился, эта новогодняя атмосфера начала ему постепенно нравится. — Кстати, ты разве сегодня не должен быть на работе? Насколько мне известно, все одарëнные, помимо состоящих в преступных организациях, в Новый год работают на Санту и по его приказу исполняют желания детей. — Чуя узнал это от своих знакомых, что тоже были одарëнными, но находились в подобных детективному агенству организациях: безопасных и всем помогающих. — Я думаю, меня это не особо касается, как-никак, я бывший участник портовой мафии. Хотя... В чëм-то ты прав, сейчас я в ней не состою, да и никто из моего агентства о моём, так сказать, прошлом не знает, поэтому наверняка будут искать... — Он на секунду отвлëкся, поглядывая на Чую и немного замедлив темп танца. Внезапно Дазай остановился, почувствовав в своём кармане вибрирующий телефон. Чуя тоже встал, вопросительно глядя: в такое позднее время могли позвонить только из агентства. Накахара в глубине души не хотел, чтобы парень уходил. Эта ночь должна была продолжаться, всё-таки нет в этом мире ничего более чарующего и желанного, как праздник, проведëнный в веселье и танцах. Постепенно звук становился громче и уже была слышна музыка. Осаму закатил глаза и взял трубку. — Алло? — Дазай недоверчиво приблизил телефон к уху, продолжая держать Чую за талию. Тот даже не отпирался, просто слушая разговор. — Это я, Куникида. Если ты сейчас же не подойдëшь, то по возвращению в офис пощады не жди! — Пока Куникида говорил, Дазай тихо хихикнул, поглядывая на Накахару. Этот очкарик украл фирменную фразу Чуи, ещё и так нагло! — О, Куникидушка! Ты ещё живой... В таком случае мне, наверное, нет смысла приходить. — Собеседник ничего не ответил на неуместный подкол Осаму и напряжëнно вздохнул. — Мы на главной улице, в двух километрах от центральной ëлки, рядом стоит магазин детских игрушек. Приходи немедленно, жду. И Куникида отклонил трубку. Видимо, праздник Дазая и Чуи подходил к концу. Однако уходя, Осаму заметил, что рыжеволосый лишь украдкой глядел ему вслед и даже не сдвинулся с места. Видимо, он серьёзно решил ждать у ëлки. Что же... Значит, ночь ещё не потеряна.