Слащавые?

Тихие звуки радио расходились из дальнего угла комнаты, смешиваясь с редкими потрескиваниями помех. Лампа под абажуром отапливала комнату своим теплым желтым светом, а в воздухе стоял аромат свежего печенья и сладкого какао с чуть падтающим маршмеллоу. Комната словно ожила после долгого отсутствия людей. Звонкий смех ребят разносился по комнате лёгким эхом — давно они не собирались всей компанией без повода. Точнее, без тревожного повода. Сегодня они решили просто посидеть вместе, поиграть в разные игры и обсудить все городские сплетни, накопившиеся за это время. Тем более у них было много чего, что следовало мы обсудить. — У меня закончилось какао, я схожу принесу. Тебе что-нибудь нужно, Майк? —Уилл нежно поцеловал его в макушку, поднялся с дивана и направился к двери. — Да, я бы не отказался от печенья. Тебе не трудно будет принести любовь моя? — Нет, конечно. — Лукас, наблюдавший за всем этим, переглянулся с Макс и понял, что диалог всё же нужно начать. — Майк, тебе не кажется, что вы с Уиллом… ну, как бы это сказать? — он повернулся к своей девушке. — Слащавые до ужаса. Боже, меня тошнит от ваших вечных переглядок и чмоков. — Спасибо, Макс, но можно было чуть помягче… Девушка не собиралась отступать и, всё больше распаляясь, начала: — Это и так было мягко. Я вообще молчу о том, что он бросил мою лучшую подругу, пользовался её чувствами, а теперь ведёт— Лукас не дал ей договорить: он накрыл её рот рукой и бросил предупреждающий взгляд, ясно давая понять, что стоит сбавить пыл. Он знал, что Майку и так сейчас не по себе, и не хотел усугублять ситуацию. — Вам не нравится, что мы счастливы? — с раздражением спросил Майк. — Нет, не в этом дело, — мягко начал Лукас. — Но вы… как бы это сказать… слишком открыто это показываете. — Да вы буквально сосётесь в торговом центре, а потом ещё говорите, что пытаетесь скрывать это от всех! — она убрала руку с рта, как всегда говорить прямо правду была не лучшая её сторона, но до жути полезная. — Дастин я права!? Кудрявый, не слушая их разговор, но услышав грозный голос рыжей, сразу выпрямился и сказал: — Да! Конечно Макс подняла руки вверх, её мимика говорила сама за себя, она знала, что права. Эмоции на лице Майка сменялись быстрее, чем его мысли. Он точно не ожидал такого упрёка, особенно от друзей, которые сами в отношениях, и особенно от девушки. Кажется, он хотел объясниться, но слова застряли далеко. — А какая вам разница? Делаем, что хотим. — Понимаешь, Майк, — заговорила Оди, — мы поддерживаем вас, но волнуемся о ваших родителях. Они до сих пор ничего не знают, а твой отец… он же ярый гомофоб. А насчёт Уилла: если Джойс хоть как-то примет это, что тогда скажет Хоппер? — Она говорила скорее с заботой, а не с упрёком, что в какой-то степени успокаивало всех. — Вот то же самое, что я хотел сказать, — сказал Лукас, бросая быстрый взгляд на Майка. Он же отводил взгляд, теребя край рубашки. Было видно, что тема ему неприятна, да и попросту он не хотел ничего говорить. — Я что-то пропустил? — В комнату неожиданно вошёл Уилл, неся поднос с печеньем и другими сладостями. Он слегка улыбнулся и поставил его на стол. — Тут Холли ещё печенья добавила, так что налетайте… — он оглядел всех и хмыкнул. — А вы чего такие хмурые? — Ничего такого, потом расскажу, — быстро ответил Майк, опрокинув взгляд на друзей. — Давайте лучше сменим тему. Он ловко перевёл разговор в другое русло, и вскоре друзья уже обсуждали совсем другие новости и темы, забыв о напряжении. Остаток вечера прошёл на удивление хорошо. Все печенья были съедены, а какао выпито. Друзья же, разговорились, а потом начали вспоминать самые глупые моменты и шутки из детства. Время пролетело незаметно, но было весело, и это самое главное. На прощание, когда все уже собрались у крыльца, а семья Уиллеров сидела на кухне за закрытой дверью, Майк взял Уилла за руку и вышел к ним. — Мам, пап, Нэнси… я теперь встречаюсь с Уиллом. На мгновение воцарилась тишина. Мама моргнула, словно стараясь осознать услышанное, а папа нахмурился и слегка открыл рот, но ничего не сказал. Нэнси же широко раскрыла глаза и скривилась в улыбке, не в силах скрыть удивление. — Эм… ладно, я ребят провожу пока. Как только парни вышли из комнаты, на них обрушились остальные. — Ты что, больной? — лепетал Дастин, почти подпрыгивая на месте. — Зачем ты это сделал, ещё и так резко? Лукас нахмурился и скрестил руки на груди, пытаясь переварить то, что только что сделал его друг. — Майк… ты мог хотя бы подготовиться. Это внезапно. — Да ладно вам, выкрутиться ещё можно, — отозвался Майк, слегка улыбнувшись. — Это же Уиллер. Удачи тебе. Макс, довольная редким образом, лишь кивнула, и Майк мысленно поблагодарил её за это. Он попрощался со всеми остальными, но остался только Уилл. — Зачем? — Уилл посмотрел на Майка, немного нахмурившись, но не от гнева, а от удивления. — По мнению ребят, это только мешало. — Майк отвёл взгляд, сжимая руки. — Да и я сам не был в восторге от идеи всё скрывать… Так вроде стало легче дышать. Прости, если это было резко или если ты не хотел об этом говорить… просто… Он замялся, нервно теребя край своей футболки. — Тебе не нужно оправдываться, — Уилл медленно улыбнулся и прикоснулся пальцами к руке Майка. — Просто… да, это было резко. Но мне почему-то кажется, что ты что-то неправильно понял. Он сделал паузу, взглянув прямо в глаза Майку. — Ну ладно, самое главное, что тебе стало легче. Майк немного наклонился, затем мягко прижался губами к Уиллу. Поцелуй был коротким, почти осторожным, но в нём чувствовалась поддержка, облегчение и лёгкая неловкость, которая сразу растаяла. Уилл мягко положил руки на плечи Майка, а Майк в ответ слегка сжал его за талию, не отстраняясь. Когда они отстранились, Майк тихо рассмеялся, и его глаза светились. Уилл улыбнулся в ответ, взглядом задержавшись на нём, словно проверяя, всё ли в порядке. — Вот скажи… мы слишком слащавые по твоему мнению? — тихо спросил брюнет, с лёгкой надеждой в голосе. — Не могу ничего сказать, кроме того, что тебе ещё нужно поспешить к своей семье, — улыбнулся Уилл, мягко касаясь его руки. — Тебе ещё оправдываться нужно будет. Они ещё раз попрощались. Уилл медленно отошёл, а Майк проводил его взглядом. В тихом районе лёгкий ветер шуршал листьями, запах ночи успокаивал, и в груди Майка было ощущение, что всё только начинается, будто впереди ждало что-то важное и тёплое, чего он давно ждал.