Холод льда и Кубок Гагарина

Сука, да почему он вообще в моей жизни появился?! — кричал Разумовский, сбрасывая со стола все вещи по одной. — Почему пригласили их тогда? Почему ко мне в комнату попёрся? Почему я увязался за ним? Почему?! "Почему я его полюбил?!" Этот матч дался Сергею очень тяжело. Мало того, что он проиграл Олегу, так ещё и ударил его потом. — Пап, у нас ещё целый сезон впереди, — объяснял Серёжа отцу по звонку. — Пап, ну.. да успеем мы выиграть десять раз. — Почему Олег смог, а ты нет? — донёсся до Серёжи сердитый голос отца. — Потому что я не, Олег! — не выдержал младший Разумовский. — Я надеюсь на тебя, Серёжа. Обещай, что следующую свою игру ты выиграешь. — Обещаю, — вздохнул Сергей и отключился от звонка. Телефон полетел в сторону. Благо он упал на диван, иначе разлетелся бы на части. Ненависть к себе поглощала Сергея до головы и не давала нормально дышать. Грудь сжимало, в горле стоял ком и не проходил, а из глаз вот-вот готовы были потечь слёзы. Опять он не первый.. "Прости, отец, я не смог в этот раз тебя порадовать.." Это было самое ужасное поражение! Самое!! Самое!!! Ужасно. От загонов Серёжу спасал лишь хоккей. Спорт и коллектив помогал отвлечься от через чур навязчивых мыслей, что кружили у него в голове 24/7. Сейчас же даже он не всегда помогает.. Поражение Олегу начало его ломать. Хотелось что-то сломать. Жертвой бушующих эмоций стала его совместная фотография с Олегом. Эта фотография была сделана на четырнадцатый день рождения Серёжи, на который, как помнил Сергей, Олег подарил ему огромную коробку различных вкусняшек и золотую олимпийскую медаль, сделанную на заказ. На этой фотографии они улыбались, были весёлыми и счастливыми. А сейчас.. а сейчас эта фотография в стеклянной рамочке полетела на пол. Трещина прошла как раз между Олегом и Серёжей, разделяя их. За ней последовала посуда: тарелки и кружки разбивались вдребезги на тысячи маленьких осколков, а столовые приборы падали со звонким грохотом на пол, явно раздражая соседей снизу. Спустившись по холодильнику на пол, Сергей прижал колени к себе и уткнулся в них лицом, крепко сжав свои волосы пальцами. Сжимал их до тех пор, пока пальцы не начали болеть. Сжимал и разжимал.. Сжимал и разжимал.. Слёзы начали течь ручьём, корни волос болели, как и душа. От волос парень перешёл к рукам: царапал и сминал кожу до красных полос от ногтей. Почему он проиграл? Почему он подвёл отца? Почему Олег такой..родной? — Вставай, — прозвучал до боли знакомый и приятный хриплый голос откуда-то сверху. Олег.. Олег пришёл к нему!!! С надеждой медленно подняв голову, Серёжа увидел перед собой пустоту. Олега нет.. опять показалось. Прошло полчаса. Час. Полтора. Ноги немели, руки противно покалывало, а голос Разумовский сорвал от криков боли. Боли не физической, а душевной. Воздуха стало ужасно не хватать, отчего Серёжа стал судорожно хватать его ртом. Страшно.. руки трясутся.. Как он выпил успокоительное, как доковылял до балкона и до кровати он уже не помнил. Утром голова ужасно болела, царапины от ногтей на руках тоже, а на телефоне было 8 пропущенных от мамы, 9 от отца и 6 от тренера. Господь, дай мне доиграть этот сезон, не наложив на себя руки.. Замученный ночной панической атакой, Сергей еле собрался и заказал такси до ближайшей церкви. За руль сегодня садится он не рискнул. Запах воска, напомнивший ему, почему-то, детство, ударил в нос. Пронзительные глаза ангелов смотрели с потолка на пришедшего и создавали ощущение, что за ним следят. Возможно, сам боженька за ним и следил.. за его грешной душой.. — Здравствуй, сын мой, — тихо произнёс батюшка в черных одеяниях и с серебряным крестом на шее. — Исповедоваться пришёл? — Здравствуйте, — немного замялся Сергей. — Да. Скажите, а можно ли поставить свечку за здравие живого человека? — Конечно, сынок. — Спасибо тебе, батюшка, — с улыбкой поблагодарил Сергей мужчину и ушёл вглубь красивого расписного храма. Прошептав молитвы, он поставил свечи за здравие и упокой родителям Олега, не чужие же люди. Напоследок рыжеволосый попросил себе здоровья, ибо в его ужасном состоянии на бога только и остаётся надеяться. Все эти его истерики после проигрышей нехорошо сказываются и на его физическом здоровье, только добавляются к ним ещё и сигареты с алкоголем. Перекрестившись, Разумовский попрощался с батюшкой и отправился домой, попутно перезванивая маме. — Да, всё хорошо, — с улыбкой ответил парень. После церкви ему стало немного легче. — Прости, я спал просто крепко.. И я тебя люблю, мама. Папе привет. Если одиночество считается за сожителя, то я остался наедине со своим одиночеством. Никто не придёт к тебе, чтобы погладить по голове и попить чай на кухне с разговорами о матче. Никто не пожалеет тебя и не успокоит при очередной панической атаке. Никто, кроме тебя самого. Ты должен сам справляться с этим,             Серёж. Должен сам справиться с симпатией к Олегу. В одиночестве есть не только минусы.. Из плюсов: никто тебе не будет капать на мозги с лекциями о твоих вредных привычках, о том, что спорт и сигареты не вяжутся. Из минусов: порой мне хочется услышать это. Хочется услышать "Серёж, прекрати, пожалуйста". Хочется услышать это от него. Хочется услышать это от Олега. Хочется, чтобы эти слова засели в моей голове голосом Олега. Олег.. Волков не выходит у меня из головы уже шесть лет. Шесть чёртовых лет!!! Шесть!!! На протяжении этих шести лет он преследует меня во снах, в навязчивых мыслях, в телевизоре, в ленте Instagram.. Волков везде!! Волков на первом месте.. Не я, а он! Мама, папа.. Простите меня. Никчемный и проигрывающий сын, да ещё и с чувствами к парню.. С чувствами к Олегу. К бывшему лучшему другу. Отвратительно. Может хоть физическая нагрузка поможет избавиться от гнетущих мыслей? Возможно. Сергей воткнул в ухо наушник и заказал такси до их арены, где и находился спортзал. Он занимался до изнеможения, до боли в конечностях и до сильно сбитого дыхания. Хотел прогнать из головы этого парня в красивой изумрудной форме. Но нет, образ Олега всё ещё оставался перед глазами. — Серёг, а ты чего здесь? — зайдя в зал, спросил Женя, защитник команды и друг Серёжи. — Успокойся, ты куда убежать хочешь? — нажав на кнопку на беговой дорожке, она сразу же начала замедляться и Разумовский перешёл на шаг, а после и вовсе сел на пол. — Тебя Аркаша со вчерашнего вечера ищет, в курсе? — Ага, — устало промычал Сергей. Сейчас не хватало сил даже на разговор. — Ты какой-то сам не свой, нормально всё? — обеспокоенно спросил Юсупов. — Или ты из-за игры такой? Забей ты на неё, ещё целый сезон впереди. — Я? — растерянно поднял Серёжа голову. — А.. да, нормально всё. Аркаша здесь? — Здесь. Пойдём. После разговора с тренером, который был крайне утомительным, Сергей отправился домой собирать вещи уже на новую игру. Вылет послезавтра. В самолёте он сможет отоспаться, если сокомандники дадут это сделать, конечно. Этот матч я точно не проиграю.