Первый снег

В этом году творилось какая-то ерунда! Ни тебе нормального лета, с жарким солнышком, ни яркой осени, что радует глаз красками. Разве что весна могла похвастаться хотя бы тем, что всё распустить вовремя. Однако её дожди захватили половину лета и не дали насладиться теплом в полной мере. Да и осень, вместо того, чтоб раскрашивать листья, просто сдула их сумасшедшими ветрами и смыла частыми осадками, так и не одарив счастьем лицезреть красоту природы. Теперь вот зима решила не отставать в чудачествах и люто морозила, не посылая на землю ни одной снежинки и периодически устраивая оттепель. Ледяные катки, в которые превратились дороги, были очень опасны для передвижения, и многие люди вместо обычных вечерних прогулок предпочитали проводить время у телевизоров. Вот и Чимин хотел так же сидеть в теплой комнате, на подушках, закидывать в рот что-то вкусненькое и болтать с друзьями, или вместе смотреть какой-нибудь фильм, лучше комедийную пародию на известный блокбастер, однако плёлся по пустой улице в неизвестном направлении и зябко ёжился от мороза и ветра, тоскливо глядя на грязь вместо снега. А ведь сегодня новый год! Уже через час все будут пить шампанское и поздравлять друг друга! Собственно, так собирался делать и Чимин, придя к Чонгуку в гости неожиданным сюрпризом, и вечер начался даже очень неплохо. Они вместе накрыли стол, ожидая гостей. За это время не единожды выпили, провожая старый год. Смеялись, вспоминая прошлое. Им было что вспомнить - как-никак друзья детства! А потом пришли их друзья и девушка Чонгука - Суён. Они, наконец-то, перешагнули черту дружеских отношений, которые тянулись ещё со старшей школы и уже полгода как объявили себя официальной парой. Чимин был рад за них и даже слегка завидовал Гуки, ему бы тоже хотелось найти девушку, похожую на Суён. Она милая, скромная, но не до опущенных в пол глаз, и у неё прекрасное чувство юмора! Её шутки всегда смешили Чимина до слёз и икоты. И, конечно, она красивая. Такая, что Чимин не понимал, почему Чонгук так долго тянул с предложением встречаться? И вот, из-за этой девушки, Пак Чимин лишился праздника. Да не какого-нибудь, а Нового года! Это же почти тоже самое, что пропустить собственный день рождения! А началось всё с какой-то глупости. Чимин вышел на балкон, покурить. Вообще-то он не курит, но когда выпьет, руки так и тянутся к сигарете. И у Чонгука для него всегда лежит пачка тонких сигарет с ментоловым вкусом. И вот, стоит Чимин, тянет никотин, как вдруг порыв ветра приносит снег! Долгожданные белые хлопья буквально осыпаются на него с неба. Но буквально через секунду он с грустью понимает, что это не холодные пушистые приспешники зимы, а обычный бумажный серпантин. Короткие белые ленточки улетают куда-то вниз, повожаемые вздохом парня. - Ой, - восклицает выскочившая к нему Суён, - А мне показалось снег пошёл. - Я бы точно заметил, - усмехается Чимин и снова затягивается. - Но я видела..., - начала она и сморщила носик, - Фуу, ты снова дымишь... - Да я так, балуюсь, - отвечает он, но тушит сигарету и, подобрав белую ленту, застрявшую на перилах балкона, показывает девушке, - Это сверху кто-то стрельнул, видишь. Она поджала губы. Тоже ждёт снега. Чимин улыбнулся, а Суён взяла серпантин в руки, покрутила его и вдруг присмотревшись к бумажной полоске, прочла: - Пусть жаркие объятия согреют вас в новый год. "Черт бы её побрал, эту Суён", - думал Чимин, удерживая шаткое равновесие на покрытом ледяной коркой тротуаре, - "Чего обниматься полезла!" В том, что девушка Чонгука обняла Чимина, не было ничего ужасного, она часто делала так, слегка прижимая его к себе и похлопывая ладошкой по плечу. Но на балконе Суён прижалась к нему всем телом и объятия действительно показались Чимину жаркими, даже страстными, если учесть её дыхание ему в шею. Руки Суён обвились вокруг его шеи, а сам он стоял столбом, не зная, как реагировать на это. Но когда, аккуратно взяв девушку за талию, Чимин попытался отстраниться, на балкон выскочил Чонгук. Чимина передернуло от воспоминания. Те слова, что друг ему говорил, резали больнее лезвия! Между ними стояла растерянная Суён, а Чимин просто молчал. Ну в самом деле, неужели он будет говорить Чонгуку, что это всё вина Суён? Что девушка, которую он выбрал, сама накинулась с обнимашками на его близкого друга? Помолчал и ушёл. Вот тебе и весь праздник... Куда теперь идти, Чимин не знал. Назад, он точно не вернётся, а дома никого и даже ёлка не наряжена, так как он планировал встречать Новый год в гостях. Поэтому он просто шёл, куда вела дорога. А привела она его на площадь, к высоченной ярко сверкающей ели. Здесь были люди. Немного. Под самой ёлкой стоял стол с напитками в пластиковых стаканчиках, которые то и дело норовили упасть от ветра. Рядом со столиком находилась большая колонка. Из неё лилась музыка из чьего-то плей листа. Атмосфера была весёленькой, но не взрывной, что давало понять, что это не сбор друзей и знакомых, а просто по каким-то причинам собравшиеся здесь совершенно незнакомые люди. "Но хоть не один" - подумал Чимин и пошёл к столу. Алкоголь был крепким и мало походил на хороший, однако отлично согрел внутренности и в голове вроде распогодилось. Когда Чимин допивал третий стаканчик, его внимание привлекло всеобщее возбуждение, прокатившееся по присутствующим восторженными "Ах!", "Вау!" и "Ого!" Задрав голову кверху, он увидел белые ленточки серпантина, так похожие на снег, что Чимин улыбнулся, представляя, что не бумажки летят на него сверху, а настоящие снежные хлопья! Уже достаточно нетрезвое сознание позволило это представить очень красочно. И тогда с его губ слетело такое же восхищенное "Вау! Ооо!", какое он слышал рядом. - Тут написано что-то, - услышал он голос девушки, которая находилась в паре шагах от него, - "Пусть любящее сердце не даст замёрзнуть вашим рукам" Она хихикнула и полезла под куртку и свитер молодого человека, которому прочла надпись на бумажной полоске. Он дергался и неловко смеялся. А девушка краснела щеками, но упорно продолжала прижимать мерзлые ладони к горячей коже незнакомого парня. Даже Чимину стало неудобно смотреть на такое. Он отвернулся и увидел, что на его рукаве лежит записка, напечатанная на тонкой ленте. "Новых знакомств в новом году!" - прочел он. Прежде, чем он успел что-либо подумать, его пальцы сцапали рукав чьей-то куртки, а губы проговорили: - Меня зовут Пак Чимин. - И чё? - услышал он в ответ и наткнулся на нечитаемый взгляд глаз, напомнивших ему кота его соседей. Тот был умным, но таким наглым, что периодически его хотелось прибить. - Давай познакомимся, - говорили губы Чимина, не собираясь согласовывать с ним свои реплики, а пальцы поддерживали этот бунт на корабле, крепче сжимая кожу чёрной куртки парня с кошачьим взглядом. - Зачем? - так же ровно и совершенно недружелюбно спросил незнакомец. - Я не знаю, - искренне пожал плечами Чимин, почему-то не в состоянии разжать свою хватку. Незнакомец усмехнулся: - Ааа, уже похорошело? Он понимаще кивнул в сторону своеобразного бара, - Пойло у них на вкус - херня полная, но действие достойное. Чимин согласно закивал и улыбнулся, как дурак, честное слово. До сих пор не представившийся парень посмотрел на Чимина повнимательней и остановил взгляд на светлых волосах. - У тебя что-то на голове. Не спрашивая разрешения, он снял с волос Чимина ещё одну бумажную ленточку и протянул ему. - Там послание какое-то, - сказал он, - Я заметил, все читают. Чимин опустил взгляд. "Не бойся кричать о своём счастье!" - прочёл он, набрал в грудь больше воздуха и что было сил прокричал: - Я ОЧЕНЬ СЧАСТЛИВ!!! - Ты странный, - задумчиво сказал парень, чья куртка до сих пор была в плену пальцев Чимина, у которого загорелись кончики ушей от неловкости. - Мин Юнги, - представился парень, протягивая левую руку для рукопожатия, так как правую Чимин всё ещё не отпустил. - Такие маленькие, - как-то по-доброму усмехнулся Юнги, пожимая вложенные в его ладонь миниатюрные пальчики. Чимин сразу отстранился, нахмурившись, и даже не заметил, как совсем отпустил своего пленника. - Нормальные, - вздернулся он. - А разве я сказал, что они ненормальные? - брови Юнги удивлённо приподнялись, а потом лёгкая улыбка легла на его губы, которые произнесли, - Просто... милые... Чимин сквозь землю провалился бы от такого комплимента, высказанного в его сторону парнем, если бы в нем не бултыхались три стакана того невкусного, но действующего правильно пойла, как выразился Юнги. Поэтому он остался стоять на поверхности, лишь полыхнув щеками, температура которых немного выжгла градус в теле. - Я, вообще-то, мужчина! - Да я вроде не слепой, - хмыкнул Юнги, окинув его с ног до головы быстрым взглядом, от которого стало не по себе. Чимин реалист, хоть и стремиться достичь совершенства. Он прекрасно понимает, что видит перед собой его новый знакомый - аккуратную статуэтку, вместо брутального самца. Изящное телосложение, впрочем, никогда не мешало Чимину отстаивать свои убеждения кулаками, если в том была необходимость. Однако, обзавестись широкими плечами и мощными бицепсами Чонгука ему так и не удалось, сколько бы он не работал над этим в тренажёрном зале. - Тогда думай, что говоришь! - раздражённо бросил Чимин. Этот тон не понравился Юнги. Он сделал один небольшой шаг к "мужчине" и сверкнул глазами в точности, как тот самый кот, перед тем, как вонзить тебе в ногу свои когти: - Я, во всяком случае, не хватаю людей на улице. Чимин захлопал глазами и приоткрыл рот, ища слова для ответа. Но они не находились. "Зачем я его поймал? Почему именно его, а не какую-нибудь девчонку?! Вон их тут сколько!" Снова над ёлкой эхом пронеслось возбуждение и с неба опять полетел серпантин. И вдруг в мечущиеся мысли Чимина, закралось одно подозрение, которое он сразу поспешил проверить. Схватив летящую полоску прямо в воздухе, он не думая прочёл: - Подари радость близкому - угости мандаринкой. Глаза по своему хотению ринулись искать круглое и оранжевое, и нашли это в руках девочки. "Я сейчас отниму мандаринку у ребёнка, как самый настоящий злодей!" - в смятении думал Чимин, пока неуправляемые ноги несли его к милому созданию, увлечённо ковыряющему яркую кожуру, бросая себе под ноги оторванные кусочки. Чимин зажмурился. Он почувствовал, как пылает его лицо от стыда за то, что собирается сделать. От волнения в ушах зашумела кровь. Он словно сквозь вату услышал плачь ребёнка, когда ощутил в пальцах прохладную поверхность мандарина, и ругань матери, когда направился со своей добычей обратно к Юнги, по дороге едва слышно шепнув "Простите". Оказавшись на месте, руки отделили брызнувший соком кусочек и всунули ошарашенному Юнги в рот, запихнув ему обратно вырвавшееся "Ты сумасшедший?!" Как только Чимин почувствовал, что его "отпустило" и он снова хозяин своего тела, он бегом метнулся к шарахнувшимся от него маме и зареванной девочке и рассыпаясь в извинениях, говоря, что это дурная шутка и глупый спор, вернул ребёнку его мандарин, а вместо исчезнувшего кусочка всунул ей в руку конфеты, которые таскал с собой, чтоб после сигарет закинуть в рот. - Ну ты чудовище! - хохотом встретил возвращение пунцового Чимина Юнги, - Реальный АнтиСанта! - Это не я! - на эмоциях пережитого позора, крикнул Пак. - А кто?! - продолжал обидно ржать Мин Юнги. - Это вот эти записки! - Это чё, челлендж, какой-то? - утирал слезы знакомец, пока Чимин дул щёки, - Новомодные фанты? - Нет! - рявкнул он, но потом выдохнул и попытался объяснить, - Я понимаю, что это бред, но то, что прочтёшь на этих листочках, ты выполняешь. Хочется тебе или нет. Юнги выслушал и снова взорвался диким хохотом. - Тебя из психушки на праздники домой отпустили или ты сбежал? Он дружески хлопнул злобно таращившегося на него Чимина по плечу и более-менее унял истерическое ржание: - Ты не бойся. Даже если сбежал, я тебя не сдам. Фууу, давно я так не смеялся. Ты забавный. - А ты дурак! Я правду говорю! - возмутился Чимин. - Да? Ну так это легко проверить. Его слова будто кто-то услышал, потому что снова пролетели восхищенные возгласы на летящие с неба белоснежные ленточки с напечатанными пожеланиями. Юнги подхватил одну и только собрался прочитать, как Чимин вцепился ему в руку. - Нет! Не читай! - Почему? Не хочешь оказаться в дураках? Юнги махал бумажкой перед носом Чимина и, поднимая руку высоко вверх, уворачивался так, что прыгающий вокруг него Чимин никак не мог ухватить хвостик и забрать серпантинку себе. Будучи уверенным, что ничего хорошего не выйдет, если Юнги прочтёт пожелание, потому что до этого времени они приносили лишь неловкие моменты, Чимин старался изо всех сил, однако этот новый знакомый проявлял чудеса кошачьей ловкости, чем всё больше и больше становился похож на Пушистика соседей. - Юнги! Я серьёзно! Я из-за этого с другом поссорился! - Выпили много, ляпнули не то..., - отбил Юнги, словно мяч. - С тобой познакомился и орал тут про счастье! - доказывал Чимин. - Ну это тебе повезло, вот ты и радовался, - веселился Юнги. - А мандаринка?! - А это в тебя бес вселился. Бывает. Под новый год всякая нечесть на свет вылезает, - Юнги уже откровенно издевался. Но вот он вывернулся немыслимым поворотом, оставив Чимина за спиной и поймав прыгающие буквы громко прочитал: - Подари поцелуй тому, кто тебе давно нравится. Не успел Чимин опомниться как оказался пойманным в кольцо рук. Он только и смог выдохнуть "Нет", как его губы накрыли чужие, горячие, спрятав их от лютовавшего новогоднего мороза. Чимина крепко держали, давая тепло не только губам, но и всему телу. Поцелуй был похож на поцелуи из старых фильмов, когда герои, тесно обнявшись, прижимаются друг к другу губами, не позволяя себе ничего лишнего. И как в этих фильмах, согласно сценарию всех мыльных опер, однажды и навсегда кем-то придуманному, произошло чудо- зазвенели невидимые колокольчики, десятки человек, среди которых Чимин явно услышал голос той девочки с мандарином, громко закричали "С новым годом!", и посыпал первый в этом году снег. Он летел неспешно, словно не подозревал о том, что очень задержался и его заждались на земле, оседал хрупкими снежинками на одежде ликующих людей, увидевших в этом доброе предзнаменование, и таял на горячих щеках и ладонях смелых, не побоявшихся выйти из тепла дома навстречу новому году. Юнги отпустил Чимина, слегка придерживая пальцами за ткань куртки на руковах. - Ого, - тихо сказал он, - Ты был прав. Его слова паром покружились между ними и улетели ввысь, туда, откуда медленно падали хрупкие звёздочки. - Я не понимаю... Там же было написано "кто давно тебе нравится"... - Уже полчаса как ты мне нравишься, - усмехнулся Юнги, как показалось Чимину несколько смущённо, - С того самого момента, когда ты сказал, что не знаешь зачем ты хочешь со мной познакомиться. Юнги помолчал, а потом с оттенком нерешительности в голосе спросил: - Может... я могу угостить тебя... например горячим шоколадом? Чимин молча хлопал ресницами, не зная что ответить. Если бы это был друг, ну или знакомый..., но Юнги его поцеловал... То есть, сейчас он зовёт его на... свидание? - Ты же угостил меня мандаринкой, - напомнил Юнги и Чимин пришёл в себя, густо покраснев: - Не напоминай. - Так как на счёт горячего шоколада? - Это не свидание, - прямо уточнил Чимин, глядя на парня. - Я пока не готов к серьёзным шагам, - согласился Юнги. - Хорошо, тогда пошли. Намджун сидел на пышном облаке, скрестив ноги и смотрел на восторженного Тэхена, примостившегося на самом краешке соседнего, едва не соскакивая с него вниз. - Ты не наигрался ещё? - устало пробормотал он, зная, что услышит в ответ. - Посмотри, посмотри! Так забавно! Чуть не прыгал от радости Тэ. Рядом с ним лежали три неиспользованные петарды с белым серпантином. Тэхен целую неделю до нового года не вылезал из-за пишущей машинки - всё строчил что-то, резал на полоски исписанные листы, скручивал их и вталкивал кругляшки в картонные трубы. - Да чего там забавного? Не думаешь, что это слишком, заставлять их веселить тебя? Тэхён серьёзно взглянул на старшего, убрав из взгляда всю веселость: - Вообще-то я тут не развлекаюсь. У меня дело серьёзное. - И какое? - закатил глаза Намджун, - Придумывать разные нелепицы и смотреть, как их выполняют? Тэ, они же люди, а не дрессированные собачки... - Ты всегда думаешь, что я занимаюсь глупостями! - А разве это не так? - Не так! - Тогда поведай мне, недогадливому, в чем смысл вот этого всего? Намджун развёл руки, показывая сразу и на петарды, и на ёлку внизу, и на людей. - Хорошо, - охотно согласился Тэ, будто бы только этого и ждал. Он поёрзал на пушистой поверхности, усаживаясь поудобнее, плавно взмахнув кистями, уложил руки на колени, и выпрямив спину, воззрился на Намджуна огромными, полными искренней веры в свою непогрешимость глазами. - Я выполняю первое желание! - торжественно и серьёзно произнёс Тэхён. И значительно замолчал. Старший таращил на него совиные глаза, ожидая продолжения, однако Тэ словно и не думал говорить дальше. Намджун не выдержал: - То есть, хочешь сказать, что кто-то загадал "Пусть с неба вместо снега падают бумажки с глупыми пожеланиями"? Кстати, про снег ты забыл! - Не забыл, а придержал до определённого момента! И желание вовсе не было таким дурацким, как ты выдумал! Тэ сжалился, увидев усталый взгляд. Намджун живёт уже 12 месяцев, он много работал всё это время и, конечно, устал. Ему бы отдохнуть сейчас, а надо проследить, чтоб молодой непоседа Тэхён чего-нибудь не натворил. - Ну вот, смотри, это Юнги, - указал Тэ на парня в черной кожаной куртке, - Он музыкант! Он талант! Ты понимаешь? Настоящий талант! - И что? - Но он перестал сочинять. Ой, подожди-ка! Тэ взял петарду, дёрнул шнурок и с глухим хлопком взметнулись и устремились вниз сотни маленьких листочков. Тэхен улыбнулся. - И вот его желание я исполняю. - И что же он пожелал, что ты ухватился за это, сделав его первым? Самым значимым! Славы? - Нет, - закачал пушистой как облако головой Тэ, - "Пусть всё будет по-другому" загадал он. Ничего не уточнял, представляешь! Хочет повернуть свою жизнь, нового хочет! - И для исполнения его желания ты пожертвовал вон тем блондином? - Намджун ткнул куда-то вниз. - Не было никакой жертвы, - возразил Тэ, снова беря в руки петарду. - Он же с другом поссорился! - Помирятся, - легко и уверенно отмахнулся от старшего Тэ и опять дёрнул шнурок. Тэхен хлопал в ладоши, подпрыгивая на облаке: - Смотри, смотри, читает! Они посидели молча, наблюдая за тем, что происходит на площади. Тэхён периодически взвизгивал, закусывал в нетерпении губу, барабанил пальцами по коленкам. Неслышно к ним подплыло ещё одно облако. - Намджун, не пора ли тебе покидать пост? - спросил высокий широоплечий брюнет. - Тэхён ещё снег не пустил, - пожаловался Намджун, глазами показывая, что он уже готов идти на покой, но не может. Сокджин усмехнулся: - Ждёт момента? Тем временем Тэхен взорвал последнюю петарду и превратился весь в ожидание. - ВОТ! ВОТ! Радостно завопил он. Его голос подхватил звон колокольчиков, донёсшийся снизу. Тэхён подул на свою ладонь и выпустил рой снежинок, довольно улыбнувшись, когда услышал восторженные голоса людей, приветствующих первый снег. - Теперь всё будет по-другому! - заявил Тэ, глядя на пару молодых людей внизу. - Точно по-другому... Блондин же гетеро, - страдальческим голосом проговорил Намджун и закрыл лицо ладонью. Тэ взглянул на Прошлый и Позапрошлый год взъерошенным воробышком, а потом расплылся в широкой квадратной улыбке: - Я как-то не подумал. - Джин, - простонал Намджун, - Он не подумал! - Стерпится - слюбится? - вскинул вопросительный взгляд Тэ на Позапрошлый год. Джин покивал головой и поднял Намджуна: - Пойдём, пора уже. - Но как же... Он же..., Подожди... - пытался сопротивляться Прошлый год. - Да ты себя вспомни, - тормозил его возмущения Джин, - Такого накуролесил в первые полгода, что вторые полгода разгребался. Еле успел к концу. Пойдём, дай молодым свои шишки набить. Всё равно свою голову на его плечи ты не приставишь. Нехотя Намджун поддался и они уплыли, оставив Тэхёна одного. Он почти не заметил их ухода, глядя на то, как Чимин и Юнги сидят в кафе и беседуют. Юнги положил свою руку рядом с рукой Чимина, и иногда немного касался его пальцев своими. Чимин не убирал руку, лишь поглядывал заинтересованно и немного взволнованно. А потом раздался телефонный звонок. От неожиданности Чимин аж подпрыгнул и, извинившись, выскочил из-за стола, сбежал на улицу. Звонил Чонгук. Говорил, что вспылил, приревновал, наговорил ерунды и очень сожалеет. - Ты что, плачешь, что ли? - удивлённо проговорил Чимин в трубку. - Нет, - всхлипнуло в ответ. - Да, ладно тебе, ну выпили лишнего, наболтали всякого. Бывает. - Приходи к нам. - Эээ... Нет. У меня тут... эээ - Свидание? - заискрило любопытством на том конце. - Нет, не свидание, но... я потом тебе расскажу, - быстро протараторил Чимин, услышав, что кто-то вышел из кафе. На плечи ему накинули куртку и Юнги тихо сказал: - Не стой тут долго, холодно. Он ушёл. - Это был мужской голос. Чимин? - Всё, пока! Улыбаясь нетерпеливому "Чимин! Постой! Это парень? У тебя свидание с парнем?", Чимин отключился и помедлил, не став сразу прятаться в тепло. Поставляя лицо под поцелуи снежинок, он вдруг подумал про волшебство, случившееся сегодня. К добру ли оно или нет, но точно к переменам. А Тэхён послал ещё порцию снежинок, намереваясь за одну ночь навалить сугробы, и счастливо улыбнулся: - Я же говорил - помирятся! Вдруг до его слуха донеслась мелодия. Он прислушался, нашёл источник и понял, что она звучит в мыслях Юнги, который наблюдает за блондином сквозь большие окна кафе. Эта мелодия была не такой резкой, какие обычно он сочинял. Она была новая. Другая. - Теперь всё будет по-новому! Новый Год вступил в свои права ровно на 12 месяцев!