Christmas Тree

      Зима в Монтане выдалась как всегда снежная и холодная. Причудливые морозные узоры витиевато закручивались на окнах домов, создавая особую атмосферу волшебства. За танцем искрящихся на солнце снежинок внимательно наблюдала любопытная детвора, пытаясь поймать их языком. Некоторые ребятишки ждали, пока хрупкие кристаллики льда опустятся на их шерстяные варежки и долго рассматривали их, пытаясь найти две одинаковые. Жители городка Грейт-Фолз вовсю готовились к Рождеству. Каждая семья старалась как можно оригинальнее украсить свои дома как внутри, так и снаружи. Одни повесили на дверь рождественский венок из хвойных веток, другие же выставили на улицу светящиеся фигурки Санта-Клауса, а третьи и вовсе обернули свои дома разноцветными гирляндами. Предпраздничная суета не обошла и семью Сайферов, которым впервые придётся отмечать Рождество без кормильца.       Сюзанна Сайфер достала из серванта пять тарелок, пять чашек и столько же ложек и понесла их на кухню, где за небольшим столом кое-как разместились четверо её сыновей, каждый следующий из которых был младше предыдущего ровно на четыре года. У всех мальчиков были светлые прямые волосы со спускающейся на глаза длинной чёлкой и большие любопытные карие глаза с едва заметными редкими ресницами — ну просто копии своей матери. Несмотря на внешнюю схожесть, каждый из них имел свой индивидуальный характер. С озорным и непоседливым Нейтоном, тихим и спокойным Арчибальдом, задиристым Джимом и жизнерадостным Биллом Сюзанне некогда было скучать. Женщина накрыла стол белой кружевной скатертью, которую она сама недавно связала, и принялась расставлять столовые приборы. Все её дети, кроме самого старшего, были жутко нетерпеливыми. Они во весь голос кричали, требуя, чтобы им поскорее дали еды. Получив свою законную порцию жидкой овсянки, разбавленной большим количеством воды, они стали жадно глотать её, как будто несколько дней не ели. — Дети, перестаньте дурачиться! Обеденный стол — не место для игр, — уставшим голосом сказала Сюзанна Сайфер, вытирая со стола остатки овсяной каши, которой до недавнего времени кидались друг в друга её сыновья. — Но, мама, Нейтон первый начал, — пытался оправдаться Арчи, показав язык брату. — Билл, успокой своих братьев, пожалуйста. А я пока пойду развешивать бельё. — Хорошо, мама. Слышали, оболтусы, а ну живо замолчали. Иначе я за себя не ручаюсь. — Ты нам не указ! Мы будем делать то, что захотим, — огрызнулся Джим и для подтверждения своих слов скинул со стола банку с вишнёвым вареньем. — Ты что творишь? А ну живо всё убрал! Я старше вас всех, поэтому вы обязаны меня слушаться. Не замечаете, как матери тяжело стало справляться со всеми вами после смерти отца? Мы должны стать для неё в этот момент поддержкой и опорой, а вы… Да, что толку объяснять? Всё равно вы не поймёте.       Братья тут же притихли. Они не рассматривали ситуацию с этой стороны. Но они ведь ещё совсем дети. Самому младшему из них только три исполнилось. Им хочется иногда попроказничать и пошалить. Но их старший брат Билл, которому совсем недавно стукнуло пятнадцать, был прав: их маме действительно приходится нелегко. Смерть отца очень сильно её подкосила. С тех пор, как ей сообщили, что её мужа раздавило срубленным деревом на лесоповале, она ходила как в воду опущенная. За эти долгие две недели, как не стало её возлюбленного, она не проронила ни слезинки, чтобы ещё сильнее не расстраивать своих сыновей, которым и так пришлось несладко. Ей не хотелось портить им праздник, который они любили всем сердцем. Она готова была сделать всё возможное, чтобы это Рождество ничем не отличалось от предыдущих. Только вот тех небольших сбережений, оставшихся от мужа, стало не хватать даже на то, чтобы приобрести товары первой необходимости. На что же они теперь купят ёлку, которая каждый год занимала почётное место в центре комнаты? Продажей вязаных вещей много не заработаешь. Наверное, в этот раз придётся всё-таки отказаться от семейной традиции, которая так полюбилась всем Сайферам.       Когда Билл узнал, что в этом году они не смогут купить рождественскую ёлку, он сильно расстроился. Ему не хотелось мириться с этим фактом, поэтому он начал искать себе подработку. За это время он сменил несколько профессий. Он успел побывать разносчиком газет, чистильщиком обуви, почтальоном. Сначала он вообще намеревался устроиться на нефтеперерабатывающий завод, но мать его не пустила. Ей не хотелось потерять ещё и сына, с которым может случиться всё, что угодно, на таком опасном производстве. Если бы парень знал, что всё так обернётся, он бы стал лесорубом как и его отец. Раньше он вообще не задумывался о том, каким образом в их семье появляются деньги, сколько сил родители тратят на обеспечение своих детей. Его ровесники давно уже работали наравне со взрослыми, а он, великовозрастная детина, до пятнадцати лет просидел у родителей на шее. Ему было невероятно стыдно за то, что не оправдал надежд отца и матери. На те деньги, которые ему удалось заработать за две недели, можно было купить разве что только половину ёлки. Неужели в этот раз они не украсят её стеклянными разноцветными шарами, мишурой и восковыми свечами, а самый младший из Сайферов, Нейтон, не оденет на верхушку яркую звезду? Нет, нельзя было допустить такое. В этом году у них будет ёлка. И Билл сделает всё возможное, чтобы её достать.

***

      Приближался канун Рождества, а того самого праздничного дерева у Сайферов так и не появилось. Сначала Билл решил незаметно украсть недостающие деньги у кого-нибудь из прохожих, но вовремя осознал, что воровство — это не выход. А вдруг его поймают полицейские? Не хотелось весь праздник провести за решёткой. А что будет с его мамой, когда она узнает, что её сын вор? Она же не переживёт этого позора. Нет, надо придумать что-то другое. А может, ёлку вовсе необязательно покупать? В лесу их целая куча, причём бесплатных. Конечно, и там его могут арестовать за незаконную вырубку деревьев, но ведь попытка не пытка же, верно? Тем более, что в канун Рождества вряд ли там кто-то будет. Все сейчас сидят по своим домам, готовятся к празднику. Зачем им в этот день и час по лесу шастать?       О своём намерении Билл решил ничего не говорить, ни матери, ни братьям. Они наверняка начнут его отговаривать от этой затеи, поэтому не стоит посвящать их в свои планы. Всё равно он сделает так, как посчитает нужным. Вооружившись топором отца, Сайфер пошёл в сторону леса. Поднявшаяся метель сбивала парня с ног, как будто предупреждая о великой опасности, подстерегающей его там, куда он держал путь. Он старался не замечать этот знак, посланный ему откуда-то свыше, и как ни в чём не бывало продолжил свой путь. Заунывная свистящая мелодия ветра сопровождала его всю дорогу от дома до густого хвойного леса, вблизи казавшегося ещё больше. Его короткие бриджи совершенно не подходили для того, чтобы лазить по глубоким сугробам. Мокрый снег забивался под тонкие гольфы, неприятно прилипая к коже. Да уж, пора бы Биллу давно сменить эти детские бриджи на взрослые брюки. Ведь он уже подросток. Ему совсем скоро будет шестнадцать. Как жаль, что лишних денег на новую одежду у его семьи не было. Да, его братьям несказанно повезло. Они могут всё донашивать за старшими. А что делать Биллу? Нацепить широкие отцовские брюки и длинное пальто, которые ему велики размера на два? Видимо, ничего, кроме этого, ему не остаётся.       Когда парень очутился в окружении живых безмолвных гигантов, он как будто и сам потерял дар речи. Все деревья без исключения были одеты в белые тяжёлые одёжи, скрывающие их вечнозелёные острые иголки. Царившая тишина в лесу лишь изредка нарушалась стуком дятла, пытавшегося найти себе пропитание в это солнечное морозное утро. Сайфер неспешными шагами пошёл вдоль ёлок и сосен, слегка покачивающихся на ветру. Все они были массивные и высокие. На то, чтобы срубить одну из них, у Билла уйдёт несколько дней. О том, чтобы дотащить эту махину до дома, уж и говорить нечего. Несколько часов он бродил по лесу, тщетно пытаясь отыскать ёлку, которая смогла хотя бы в дом поместиться. Он уже не чувствовал свои пальцы, закоченевшие от холода и превратившиеся в самые настоящие ледышки. Билл собрался уже уйти ни с чем, как вдруг заприметил одно маленькое и аккуратное деревце, которое было чуть выше него самого. Его иголки были мягкими, пушистыми и совершенно не колючими. Тонкий ствол дерева, казалось, можно было разрубить одним ударом, если приложить достаточно усилий.       Парень обошёл запримеченную ель со всех сторон, прикидывая, сколько ему понадобится времени, чтобы свалить её на землю. Согласно его расчётам, здесь будет работы часа на полтора максимум. Билл занёс топор над головой, приготовившись нанести первый удар по стволу, как вдруг кто-то сильно ударил его сзади в спину. Он обернулся и увидел толстого мужчину с густыми усами в полицейской форме. Суровый взгляд сотрудника правопорядка пробирал до самых костей. Хотелось упасть ему в ноги и молить о пощаде, надеясь, что он смилуется над глупым мальчишкой. — Ты что это делаешь, щенок?! — рявкнул мужчина хриплым прокуренным голосом. — Сэр, я… Я хотел принести домой ёлку и украсить её вместе с моими родными. Праздник ведь всё-таки. А у нас совершенно нет денег, чтобы купить рождественское дерево. Единственный кормилец семьи, мой отец, две недели назад погиб. Моя семья, можно сказать, осталась без средств к существованию. Пожалуйста, позвольте мне срубить эту небольшую ель. — Самоуправствовать вздумал? Ты что, не знаешь, что рубить деревья без специального разрешения строго запрещено? Я вижу, ты славный парень. Обут, одет, умыт, причёсан, попрошайничеством не занимаешься. Поэтому я на первый раз тебя прощаю. У меня, знаешь ли, совершенно нет желания тащить тебя в отделение в канун Рождества. Надеюсь, что ты понял и осознал свою ошибку. Если ещё раз увижу тебя здесь с топором, руки повырываю. Кстати, это я у тебя заберу, пожалуй, от греха подальше, — полицейский выхватил топор из рук Билла, долго сопротивлявшегося, но в конце концов капитулировавшего перед силой противника. — Не трожьте, это топор моего отца. Вы не имеете права… — Мне кажется, ты в тюрьму захотел, а, малец? Если нет, то ты сейчас же исчезнешь долой с глаз моих, пока я не передумал.       Мужчина повернулся на сто восемьдесят градусов и гордой походкой ушёл восвояси с топором на плече. Биллу хотелось догнать его и хорошенько пнуть под зад. Однако он понимал, что своими действиями сделает себе только хуже. Да уж, сходил в лес за рождественским деревом, называется. И ёлку не принёс и топор потерял. От отчаяния парень сел на снег и, подобрав под себя ноги, внезапно для самого себя громко крикнул: — Рождественское деревце, где же ты?! — Я здесь.       Билл вскочил со снега и стал озираться по сторонам. Но он никого не увидел. Ему почудилось, что ли? Нет, он отчётливо слышал чей-то голос. Но где же его обладатель? Не мог же он за секунду испариться? Постояв в полном одиночестве ещё полминуты, он хотел было уйти отсюда, как вдруг ему в затылок откуда-то сверху прилетела большая шишка. Он поднял голову и увидел парня, который был на год или на два старше его. Об этом говорила его одежда, совсем не похожая на подростковую. Незнакомец был в сереньком шерстяном свитере на расстёгнутых чёрных пуговицах, длинных вельветовых брюках на подтяжках, дырявых башмаках и большой плоской кепке, сдвинутой на глаза. Он сидел на ветке сосны и болтал ногами из стороны в сторону, смотря на собеседника сверху вниз. — Рождественское дерево — это ты? — спросил Билл, с удивлением и даже в какой-то степени с опаской смотря на незнакомца.       Парень несколько секунд молча смотрел на Сайфера, а потом внезапно залился звонким смехом, сделал кувырок назад и спрыгнул с дерева, удачно приземлившись на обе ноги. — Да, это я. Позвольте представиться, Диппер Пайнс, — незнакомец поклонился и галантно снял с головы кепку. — Но… Как? Ты совсем не выглядишь как дерево. — Давай я всё объясню. Однажды в преддверии Рождества моему классу в школе поручили поставить небольшую сценку по сценарию, написанному кем-то из учеников. Сюжет этой небольшой истории был таким: злой волшебник похищает рождественскую ёлку, а дети Грейт-Фолз должны его остановить и вернуть лесную красавицу на её законное место. Как ты, наверное, уже понял, роль дерева исполнил я. И не один раз. На протяжении целых трёх лет я был ёлкой, которую похищали и возвращали обратно. С тех пор все, ученики и учителя, стали меня называть рождественским деревом.       Билл выслушал этот рассказ и ещё раз внимательно посмотрел на Диппера. Как же он мог не заметить этого с самого начала? Этот парень в самом деле чем-то походил на дерево. Его насыщенные глаза изумрудного цвета напоминали ту самую ель, которую Билл хотел сегодня срубить. В них как будто в самом деле отразился густой хвойный лес, в котором они сейчас вдвоём находились. Сайфер протянул руку и дотронулся кончиками пальцев до сухих и жёстких каштановых волос парня, походивших на хворост, который он совсем недавно собирал со своим отцом. Длинные и острые тёмные ресницы олицетворяли собой еловые иголки, а трёхдневная щетина на его лице была словно шершавая и твёрдая кора дерева. — Ёлка... Это действительно то, что мне нужно. Деревце, я наконец-то нашёл тебя! Ты же не будешь против, если я отведу тебя к себе домой? Моя семья ужасно обрадуется, когда узнает, что у нас будет ёлка. — Конечно, я не против. Я слышал твой разговор с полицейским от начала до конца, и мне захотелось помочь тебе. И вот я здесь. Стою перед тобой и жду твоих приказаний. — Тогда не будем терять времени. Идём, — произнёс Билл и, положив руку на плечо Пайнса, повёл его к себе домой.

***

      Сюзанна сидела в кресле за рукоделием, то и дело поглядывая в окно в надежде увидеть Билла, который ушёл из дома почти три часа назад. Однако сын не торопился возвращаться к матери. Неужели он не отпразднует Рождество со своей семьёй? Где же он сейчас? Может, он решил остаться у своего друга Джеффри? С ним ему, наверное, интереснее чем со старой матерью и маленькими братьями, постоянно докучающими ему. Женщина поверить не могла, что эту рождественскую ночь она проведёт без своего мужа, Рудольфа, и старшего сына. Глядишь, и младшенькие , когда немного подрастут, тоже покинут родное гнездо.       От этих грустных мыслей Сюзанну отвлёк нетерпеливый стук в дверь. Она была уверена, что это Билл, и, оставив клубок пряжи на кресле, поспешила открывать ему. На пороге действительно стоял её сын, весь в снегу, в расстёгнутой курточке и с горящими глазами. — Мама, мама, я нашёл рождественское дерево, — возбуждённо произнёс Билл, которому так и не терпелось показать семье свою находку. — Нашёл? Как? Где? Только не говори, что ты пошёл в лес и... Билл, это же противозаконно. Конечно, спасибо тебе огромное, но ты не подумал, что из-за твоего необдуманного поступка у нас могут быть большие проблемы? Или же ты украл дерево прямо с рынка? Сынок, не надо было этого делать. Мы бы могли встретить Рождество и без ёлки. В самом деле разве это самое главное? Прошу тебя, отнеси ёлку туда, где ты её взял, пока не поздно. Я не хочу, чтобы тебя оштрафовали или посадили в тюрьму. — Нет, мама, ты не понимаешь. Ёлка, она... Она сейчас будет здесь. Она уже идёт. — В каком смысле идёт?..       И тут из-за двери высунулась голова Диппера, одарившего своей лучезарной улыбкой ничего не понимающую женщину. Она долго смотрела на этого парня, от которого пахло машинным маслом и дёгтем. Почему-то в его присутствии ей сразу как-то стало спокойно. Несмотря на то, что она видела его впервые, он не вызывал у неё чувство страха или недоверия. Казалось, они были знакомы всегда. — Мама, позволь представить тебе наше новое рождественское деревце. Его зовут Диппер Пайнс. Он будет у нас всю Рождественскую ночь. Правда, деревце? — Так точно. Я весь в вашем распоряжении, миссис Сайфер, — парень снял кепку и в очередной раз галантно поклонился. — Я, право, совсем ничего не понимаю. Как это он будет нашим рождественским деревом? Что вы имеете в виду?       Дипперу снова пришлось рассказать историю, которую он поведал Биллу. Сюзанна внимательно выслушала парня. Ей было трудно принять то, что роль рождественского дерева в их доме будет играть живой человек. Вся эта затея казалось странной и несуразной. Да уж, чего только не выдумают подростки. Вроде Диппер и одет как взрослый, а в душе он всё ещё ребёнок с безграничной фантазией и позитивным взглядом на мир. — Даже не знаю, что и сказать тебе, мальчик. Мне не хотелось бы тебя расстраивать, но я вынуждена отказаться от твоего предложения. Всё-таки люди должны быть людьми, а не бездушными украшениями интерьера. Да и твои родители наверняка будут против того, что это Рождество ты проведёшь не в кругу семьи, а с какими-то незнакомцами. Я бы тоже не сильно обрадовалась, если бы мой сын поступил так, — ответила Сюзанна, которая ужасно расстроила Билла. Неужели его деревцу придётся навсегда уйти отсюда? Им ведь так хорошо вместе. — Вообще-то я сирота. Моя мать умерла от холеры, а отец сгорел заживо во время пожара. Так что мне не у кого спрашивать разрешения, чтобы куда-то пойти. Я уже год живу один. После смерти родителей мы с моей старшей сестрой Мэйбл временно разместились у наших дядьёв, Стэна и Форда. Но они были старые и немощные и не могли нас содержать. Пришлось нам самим, распоряжаться своей судьбой. Мэйбл в прошлом году удачно вышла замуж за владельца антикварного магазина, а я пошёл работать на машиностроительный завод. Сейчас я снимаю комнату в одном доме вместе с такими же рабочими как я. Признаться честно, мне не хотелось проводить там Рождество. Если вы всё ещё против того, чтобы я остался у вас и заменил праздничное дерево, тогда я, наверное, пойду. Рад был с вами познакомиться. Прощайте.       Парень надвинул кепку на глаза и поплёлся к выходу. Билл смотрел ему вслед и поверить не мог, что больше никогда не увидит эти изумрудные глаза, не зароется пальцами в жёсткие и колючие волосы своего деревца, не услышит этот звонкий и заразительный смех, который стал так мил его сердцу. Сюзанна заметила, каким грустным сделался её сын, когда его друг уходил. Ей не хотелось его расстраивать. Может, этот мальчик сделает счастливыми и других её детей? А его идея с ёлкой не такая уж и странная, как ей вначале показалось? Нет, нельзя его вот так просто выгнать. Он же от чистого сердца хочет помочь им. Было бы невежливо отказывать такому доброму юноше. — Стой, подожди. Диппер же, верно? Я не позволю тебе уйти вот так. Ты даже не попробовал моё фирменное блюдо — запечённую в духовке говядину с картофелем. Да и с братьями Билла ты не познакомился. Они будут рады такому... милому рождественскому дереву как ты.       Когда Пайнс услышал, что ему можно остаться, он подпрыгнул на месте, закричал от радости и со всего разбега напрыгнул на Билла, повалив того на пол. Они долго лежали в объятиях и всё смотрели, смотрели друг на друга, как будто хотели навсегда запечатлеть в памяти этот момент такого простого человеческого счастья.

***

      На радостные крики прибежали братья Билла, вмиг обступившие незнакомца со всех сторон. Все они были одеты в синенькие матросские костюмчики, в которых они выглядели довольно мило. Когда-то Билл тоже носил такой, когда был маленьким. — Мама, кто это? — спросил Нейтон, не отрывая своих любопытных глаз от странно пахнущего юноши. – Как это кто? Вы разве не узнаёте? Это ваша новая рождественская ёлка. Она, конечно, не совсем похожа на те, что у нас были до этого, но её тоже можно будет... Нарядить?.. — с ноткой сомнения в голосе ответила Сюзанна, неуверенная в том, что дети согласятся на такую, мягко говоря, необычную ёлку. — И нарядить, и зажечь, и всё, что только пожелаете, вы можете со мной сделать. Ну, в пределах разумного, разумеется. — Да, наше деревце ничем не будет отличаться от тех, что стоят сейчас в каждом доме. Оно будет, наоборот, намного лучше остальных. Где вы ещё видели говорящие и смеющиеся ели, которые к тому же выполняют необыкновенные акробатические трюки?       Чтобы подтвердить слова Билла, Диппер решил продемонстрировать, на что он способен. Он сделал подряд три сальто назад и встал на руки, обойдя на них весь первый этаж дома Сайферов. Затем он снова поднялся на ноги, подбежал к столу, схватил яблоки и начал жонглировать ими. Сначала два, потом три, потом четыре и наконец уже пять фруктов были в его руках, которые он так виртуозно подкидывал в воздух. Все заворожённо следили за его действиями, походившими на какую-то магию, не иначе. Они почувствовали себя на самом настоящем цирковом представлении, на котором, к сожалению, ни одному из Сайферов пока ещё не удалось побывать.       После того, как Диппер закончил своё выступление, его одарили бурными аплодисментами. Все были просто в восторге от увиденного. Никогда и никто их так не развлекал. Обычно этим занимались они сами, не рассчитывая ни на кого постороннего. Этот парень за какие-то несколько минут отлично поднял им настроение. У него определённо были задатки артиста. — Браво, бис! Наше деревце такое весёлое и талантливое. Наверное, его выступления в цирке собирают много народу, — сказал Арчи, который разве что только в книжках читал о людях, способных вытворять такие невероятные вещи. — Нет, к сожалению, я не выступаю в цирке. Хотя мне очень хотелось бы. Я работаю на машиностроительном заводе, на токарно-фрезерном станке выпиливаю различные детали и запчасти. Но однажды я обязательно стану цирковым артистом, вот увидите.       После небольшого представления вся семья Сайферов вместе с одним Пайнсом пошла накрывать на стол. Диппер давно не видел так много вкусностей. Он несколько лет питался только одними консервами и уже забыл, как выглядит и пахнет домашняя еда. Кроме своего фирменного блюда Сюзанна поставила на стол салат из солонины, печёный лук с начинкой из арахиса, фасоль, зелёный горошек, кусок ароматной ветчины со специями, а на десерт кекс с цукатами и имбирные пряники. У Диппера слюнки потекли от такого разнообразия блюд, а живот громко заурчал. Он хотел было взять стул, чтобы тоже сесть за стол вместе с Сайферами, но Джим его остановил. – Ты что это делаешь? Разве деревья питаются человеческой едой? — Джим, не будь жадиной. Позволь Ёлочке тоже поужинать с нами. Я же уже говорил, что он не совсем обычное дерево. Его рацион ничем не отличается от нашего. Не волнуйся, он не отберёт у тебя твою законную порцию кекса, – произнёс Билл, поражаясь бестактности своего брата.       Диппер уселся вместе с Сайферами за стол и, не дожидаясь разрешения, приступил к трапезе. Он уплетал стряпню Сюзанны за обе щеки, жадно вгрызаясь зубами в сочное мясо и запивая всё крепким яблочным сидром. Снова к нему было приковано всё внимание домочадцев. В этот момент он очень уж напоминал им их самих, когда они несколько дней назад с таким же аппетитом набросились на овсянку. — Знаете, миссис Сайфер, ваша еда просто восхитительна. Простите меня за то, что я, может, нарушил все правила этикета, но я со вчерашнего дня ничего толком не ел. До сих пор не могу поверить, что это всё не сон. Сейчас я смотрю на это обилие деликатесов и вспоминаю, как моя мама тоже готовила нам с сестрой на Рождество разные вкусности. Она ставила на стол ароматного запечённого гуся, в качестве гарнира предлагала брюссельскую капусту с варёной морковкой или жареной картошкой, а на десерт подавала сливовый пудинг. Потом мы с Мэйбл бежали к ёлке и смотрели подарки, которые принёс нам Санта. Я всегда хотел, чтобы в их числе оказался красный велосипед с кожаным сиденьем и большой рамой. Но его я так никогда и не получил. До сих пор мечтаю о нём. Да, чудесные были времена. Я сильно скучаю по ним.       И Диппер принялся рассказывать о своей прошлой жизни. Он с такими подробностями говорил о событиях давно минувших дней, будто всё это произошло вчера. Билл увлечённо слушал его до тех пор, пока не заметил, что в его голове стали возникать очень странные мысли. Ему хотелось сократить между ним и деревцем расстояние до минимального, снова прикоснуться к нему кончиками пальцев, прижаться к его гибкому телу и смотреть, смотреть и смотреть в глубокие глаза, в которых ему хотелось навсегда утонуть. Что же с ним такое творится? Почему какой-то малознакомый парень смог так сильно проникнуть в его разум? Он хотел перестать думать о нём, но был не в силах оторвать взгляд от самого дорогого ему человека, ради которого он готов был горы свернуть.       После ужина Сайферы пошли к камину, чтобы достать из полосатых чулок, висевших над ним, подарки от Санта-Клауса. Нейтону достался маленький игрушечный ангелочек, Арчибальду набор карандашей, Джиму книжка со сказками, а Биллу чёрная галстук-бабочка. Дипперу тоже захотелось преподнести кому-нибудь подарок. Только вот какой? У него с собой ничего не было. Если бы он знал, что сегодня пойдёт в гости, то обязательно купил бы в магазине какую-нибудь недорогую безделушку. Он сунул руки в карманы брюк в надежде отыскать что-нибудь и, к счастью, нашёл то, что непременно понравится человеку, из-за которого он сейчас здесь. Пайнс подошёл к Биллу и шепнул что-то ему на ухо. Они отошли немного от детей, хвастающихся друг другу своими подарками, и показал парню то, от чего у него пропал дар речи. В своей ладони Диппер держал вырезанного из дерева оленя с ветвистыми рогами, взгляд которого был таким же умным, как у настоящего. Сайфер аккуратно взял в руки это произведение искусства и, не говоря ни слова, крепко обнял свою рождественскую ёлку, которая сама по себе была для него лучшим подарком в мире.

***

      Этот день постепенно начинал подходить к концу, и Сайферы наконец-то принялись наряжать своё рождественское дерево. На Диппера повесили разноцветные шары, стеклянных беленьких ангелочков, обернули его мишурой и дали ему в руки две восковые свечи, а Нейтон снял с его головы кепку и поставил на его макушку большую звезду. Оставалось только зажечь на нём огни и пожелать друг другу счастливого Рождества. — Итак, дети, а сейчас пришло время зажечь нашу ёлку. Кто из вас хотел бы это сделать? — Я хочу! — почти хором крикнули братья, выхватывая друг у друга спички. — Мама, можно всё-таки я зажгу ёлку? В прошлый раз это делал Арчи, в позапрошлый Нейтон, а в позапозапрошлый Джим. Сейчас всё-таки пришла моя очередь. — Но, Билл, ты же сам каждый год говорил, что ты уже большой мальчик и тебе совершенно не интересно зажигать огни на ёлке, — попытался возразить Арчи, совсем не догадываясь, что на самом деле задумал Билл. — Пусть ёлку зажжёт в этот раз Билл. Он действительно несколько лет подряд уступал вам. Позвольте ему сделать это. — Тебе нужны спички? — спросил Джим, протягивая Биллу спичечный коробок. — Ты что, с ума сошёл? Ты не знаешь, что спички детям не игрушка? Никогда не смей больше брать их в руки. А ну дай их сюда. Нет, они мне не пригодятся. Я зажгу рождественское дерево и без них. На все свои заработанные за две недели средства я успел арендовать электрическую гирлянду, которая будет куда безопаснее восковых свечей. Я не хочу, чтобы наша ёлочка пострадала от огня.       Билл забрал у Диппера свечи и обмотал его с ног до головы гирляндой. Сюзанна не понимала, как её сын собирается зажечь лампочки. У них в доме не было проведено электричество. Куда он вставит вилку от гирлянды? В чём заключается его план? А вот братья Билла не задумывались над этим вопросом, потому что не были знакомы с принципом работы гирлянды, которую они видели только в магазине. Они внимательно рассматривали длинные чёрные провода, соединяющие круглые светодиоды, и поверить не могли, что они могут засиять на ёлке так же, как и свечи. — Раз, два, три, ёлочка, гори! — хором закричали дети, не отрывая глаз от Билла, который приблизился к Дипперу, увешанному звенящими шарами и мишурой, и легонько коснулся губами его приоткрытого рта.       Между ними пробежал сильный электрический импульс, заставив трепетать в экстазе каждую клеточку их тела. Ко всеобщему удивлению огни гирлянды в самом деле зажглись. Зелёные, синие и красные лампочки в хаотичном порядке засияли на теле Диппера, который был не в силах оторваться от того чистого лучика света, который сумел зажечь в нём никогда до этого не испытываемых эмоций. Он нежно и чувственно целовал парня, заключившего его в свои объятия, от которого так приятно пахло арахисом и печёным луком.