Последний раунд

      Тэхён делает усилие и сгибает локти, стараясь как можно меньше напрягать поясницу. Вся нагрузка должна идти на бицепс, и омега контролирует положение своего тела, чтобы получить максимум от тренировки. Мерцающая огнями ёлка, которую уже установили в спортзале, раздражает своим видом и напоминает Тэхёну о том, что совсем скоро один год сменит другой. А ему ещё до Нового года предстоит исполнить чужую мечту — именно поэтому омега чувствует груз ответственности куда тяжелее, чем гантель в двадцать килограмм, которую он сейчас поднимает одной рукой.       Промаргиваясь, Тэхён отводит взгляд, продолжая считать подходы вслух. Если он хочет быть в форме к бою, который состоится незадолго до Рождества, то должен усердно стараться. Омега склоняет голову к плечу при очередном рывке, делая вид, что убирает с щеки капельку пота, а сам незаметно принюхивается. Подавители действуют как надо — не чувствуется ни капли сладкого феромона, и это радует. Для того, что Тэхён задумал, ему нужна полная анонимность вторичного пола. Омеге никогда не позволят участвовать в подпольных боях.       Тэхён оставляет гантели, делает передышку, прежде чем убрать их на место, и смотрит на часы. У него есть лишних полчаса до того, как всех детей начнут забирать из детского сада, поэтому он идёт к груше и, надев боксёрские перчатки, начинает наносить по ней техничные удары.       Он бьёт ровно в середину, представляя перед собой лицо страхового агента, который будничным тоном сообщил ему о том, что страховка не покрывает операции по внедрению слухового аппарата в мозг.       Вспоминает счастливого Даона, указывающего маленьким пальчиком на забавную картинку с кроликом — малыш выбрал именно её для слепка своего аппарата.       И, ожидаемо, воскрешает в памяти образ альфы, который оставил его много лет назад, едва узнав, что их ребёнок родится с особенностью.       Теперь удары более резкие, хлёсткие и жестокие. Встреть он Намву сейчас, то точно бы разбил его красивое лицо, на которое когда-то повёлся...       В жизни Тэхёна существовал лишь спорт. В шестнадцать он стал чемпионом среди юниоров, в восемнадцать поступил в университет по стипендии, стал участником сборной по тхэквондо. Он много тренировался и после грандиозной победы стал чемпионом страны среди омег.       Впереди маячил чемпионат мира, и Тэхён отдавал всего себя тренировкам. Мечты о золотой медали и Олимпийских играх разбились о красивую улыбку и приятный запах. Никогда раньше Тэхён не испытывал ничего подобного, но когда высокий, обаятельный капитан баскетбольной команды обратил на него внимание, омега просто сдался под напором чувств.       Всё закрутилось слишком быстро: молодые и горячие, они проводили ночи вместе, а утром спешили в университет, добираясь до него на городском автобусе. Намву снимал комнату в крохотном кошивоне, и Тэхён жертвовал своим комфортом, предпочитая ночи с любимым вместо удобной кровати общежития.       Его тренер был опытным альфой, он просил, а порой просто умолял Тэхёна сосредоточиться на спорте. Словно чувствовал, что эти отношения окончатся катастрофой, но омега не желал слушать.       Впервые он почувствовал заботу альфы, которой не ощущал с самого детства. Отец рано умер, и они с папой остались совершенно одни, но их маленькая семья выжила, а Тэхён закалил характер и научился со всем справляться сам. Намву же стал для него пристанищем, человеком, с которым не приходилось быть сильным...       Порой альфа не брал трубку или пропадал со своими сокомандниками, но после всегда просил прощения. Знакомить своего омегу с родителями он тоже не спешил — Тэхён воспринимал это спокойно, знал, что они ещё слишком молоды, но порой тень обиды ложилась на их отношения серым оттенком горечи.       Всё изменилось, когда Тэхён в свои девятнадцать понял, что его эструс не пришёл вовремя. Он списывал это на тяжелейшие тренировки и ту нагрузку, что обрушилась на организм, но когда пришла утренняя тошнота, в голове Тэхёна всё сложилось.       Он помнит, как стоял у входа в комнату Намву, как его руки дрожали, пока он в очередной раз смотрел на положительные тесты. Все три пестрили чёткими красными плюсами, но для Тэхёна это были кресты, которые он сам поставил на своём будущем.       Как бы то ни было, решение пришло в голову моментально. Он сохранит ребёнка. Почему нет? Намву его любит, в университете можно взять академ, а спорт... В спорт всегда можно вернуться, главное — максимально сохранить форму и восстановить её после родов.       Его доводы разбились о холодный взгляд ореховых глаз, за которые Тэхён когда-то и полюбил отца своего будущего ребёнка. Намву был холоден и прямолинеен. Ему родительство было ни к чему, и максимум, чем он мог помочь, — это найти финансы и отвезти на аборт.       Тэхён в тот день тихо ушёл с порога его комнаты и долго плакал, сидя на лавочке в ближайшем парке. Обхватив ещё плоский живот руками, омега пытался представить себе подобный выход из ситуации, но всё внутри него противилось этому. Он же не только ребёнка убьёт, но и себя... Не смог бы Тэхён жить нормально после подобного поступка.       В надежде на то, что Намву передумает, если увидит ребёнка, Тэхён попросил его сходить с ним в больницу. Альфа на удивление быстро согласился, ожидая, что эта ситуация скоро решится. В кабинете узиста он вёл себя отстранённо, думая, что это простая формальность перед абортом. Его лицо не дрогнуло ни тогда, когда врач включил на полную громкость звуки биения сердца, ни когда на экране показался эмбрион, у которого уже были сформированы ручки и ножки.       Зато после объявления врача о патологии плода на лице альфы появилась еле заметная улыбка. Тэхён с замиранием сердца слушал о возможной глухоте, частичной или полной, и не мог поверить, что человек, которого он любил, ведёт себя подобным образом.       Врач давал позитивные прогнозы, говорил, что в остальном ребёнок полностью здоров и что с подобным можно жить, почти не отличаясь от других людей, но альфа лишь тихо сидел в углу и никак не реагировал.       Стоило им выйти из кабинета, Намву уволок Тэхёна в тихий угол и гневным шёпотом стал ругать за то, что он обсуждал с врачом своё желание оставить ребёнка.       — Ты с ума сошёл? — шипел альфа, больно стискивая запястье Тэхёна. — Если хочешь гробить себе жизнь, делай это без меня, ясно?       — С чего ты взял, что ребёнок испортит нам жизнь? — Тэхён чувствовал, как кружится голова и как немеют пальцы на руках.       — Нам?! Не втягивай меня в это! — Намву отпустил его руку, но внезапно сменил тон — тот резко стал приторно-сладким. — Ты же это из-за чувства вины, да, милый? — Лихорадочный блеск в глазах альфы пугал Тэхёна, а его прикосновение к мокрой от слёз щеке казалось чужим. — Врач же сказал, что он родится уродом, тебе не о чём жалеть. Просто избавься от него, и всё будет так, как прежде...       Резкая боль в плече возвращает Тэхёна в реальность.       Он отступает на шаг, тяжело дышит, чувствуя себя стойким, как скала. Он со всем справился и без альфы... Родил, воспитал, смог доучиться в университете, подрабатывая на мойке посуды и в доставке. Папа помогал ему, как мог, и они выстояли. Лишь однажды Тэхёну пришлось пойти на риск, чтобы оплатить сыну сад для детей с особенностями. Даон должен был освоить язык жестов, проходить нейрокоррекцию и научиться разговаривать, почти не имея слуха.       Тэхён тогда был готов на всё, лишь бы его ребёнок не чувствовал себя чужим в этом мире. Не чувствовал себя уродом...       Его университетский товарищ предложил ему подзаработать. Тот сам был бывшим спортсменом, но, закончив карьеру, ввязался в долги. Выходом стали подпольные бои, в которых альфы и беты дрались на ринге на потеху публике.       Тэхён тогда решился не сразу: сначала набрал былую форму и освоил технику боя, и лишь после позвонил по оставленному для него номеру. Подавители помогли скрыть то, что Тэхён является омегой, а отличная форма, спортивное прошлое и довольно высокий рост убедили организатора взять его на три боя.       Выиграл Тэхён только один из трёх, но на гонорар это никак не влияло. Успешно соврав папе о том, что просто увлёкся боксом и спаррингом, омега выбивал из противников душу и сам получал в ответ. После выполненных условий Тэхён забрал деньги и обещал себе больше никогда не заниматься подобным, хотя организатор и просил его остаться.       Всё изменилось, когда врачи из клиники, в которой наблюдался Даон, сказали, что есть возможность сделать операцию с вживлением слухового аппарата. Это гарантировало почти полное восстановление функций слуха, но радость длилась недолго... Тэхён должен достать деньги до Рождества, иначе Даона вычеркнут из очереди.       Сделав большой глоток воды, Тэхён встряхивает руками и снова подходит к груше. Три недели назад он договорился с организатором на один бой, условия его проведения отличались от прошлых — больше жестокости ради зрелищности, но и сумма большая. Её вполне хватит, чтобы оплатить операцию.       — Отличный удар. — Низкий голос, что доносится со спины, вырывает из собственных мыслей.       Тэхён оборачивается и натыкается взглядом на чёрные большие глаза в обрамлении длинных ресниц. Перед ним стоит сильный, широкоплечий альфа, одетый в строгий костюм и белоснежную рубашку. В пропахшем потом и феромонами зале, среди людей в спортивной одежде, он выглядит странно.       — Чон Чонгук.       Альфа протягивает руку, но Тэхён настороженно смотрит на его ладонь.       — Я один из учредителей сети этих залов, периодически навещаю их в поисках юных талантов. У нас одна из лучших бойцовских зон в городе, не находите?       — Эм-м... — Тэхён смотрит на часы, понимая, что совсем забылся и потратил слишком много времени на тренировку. — Да, у вас отличный зал. Прошу прощения, мне пора.       — Постойте. — Чонгук широко улыбается, едва касаясь плеча Тэхёна. — На самом деле у меня к вам есть предложение. Я организую бои высшей лиги, но сейчас нам позарез нужны новички, желательно беты. Не обещаю, что сделаю из вас звезду, скорее это будет просто участие для спаррингов. Вам даже не обязательно выигрывать, само участие уже...       — Нет, спасибо. Мне это неинтересно. — Отвешивая вежливый поклон, Тэхён направляется к лавочке, чтобы забрать своё полотенце и бутылку воды.       — Послушайте, с вашей внешностью можно провести пару показательных боёв и начать работу с рекламными брендами. Просто возьмите мою визитку, подумайте. Можете не отвечать сразу.       Тэхён забрасывает полотенце на плечо, одаривает альфу скучающим взглядом и принимает визитку, уже зная, что никогда не наберёт телефонный номер, что выведен на ней золотым тиснением.       — Спасибо, я подумаю. — Тэхён без стеснения врёт, даря альфе дежурную улыбку.       Предложение было бы актуально ещё три года назад, когда он впервые принял участие в подпольных боях. Сейчас же омега даже не думает соглашаться. Если его тёмное прошлое раскроется, если кто-то узнает его лицо, то неприятностей не миновать. Он нарушал закон уже тем, что бился на ринге, а ещё скрывал то, что он омега. Вряд ли организаторы будут рады этому факту, если прознают...       К тому же его бой уже через две недели, у Тэхёна просто нет времени ждать. Операция Даона назначена на Рождество, и он обязан достать деньги, чтобы покрыть все счета.       Омега сжимает в руке визитку и задерживает взгляд на острой линии челюсти альфы, чувствуя, как приятный терпкий феромон проникает в ноздри. Тэхён подхватывает небольшую сумку и, минуя раздевалку, идёт прямо к выходу.       Задержавшись ненадолго лишь для того, чтобы забрать пуховик из гардеробной и переобуться, Тэхён смотрит на часы, висящие над ресепшеном. Ему давно было бы пора выйти — Даон до жути не любит, когда его забирают последним, а Тэхёну совсем не хочется видеть своего маленького альфу с нахмуренными бровками и надутыми уточкой губками.       Лишь вспомнив лицо сына, омега ловит себя на том, что расплывается в улыбке. Он берёт сумку в руки, по привычке оборачивается, чтобы окинуть зал взглядом и посмотреть, не забыл ли какую-нибудь вещь, и сразу натыкается на чёрные глаза. Чонгук стоит не шелохнувшись и рассматривает его лицо так пристально, что Тэхён немного смущается.       Улыбка медленно тает на губах, омега не знает, куда себя деть, поэтому быстро прощается с администратором и спешит покинуть спортзал. Тэхён немного мёрзнет от того, что его тело всё ещё мокрое после тренировки, но выбора нет — он не пользуется раздевалкой, пока притворяется бетой. Омега прыгает в старенький Хёндэ, поворачивает ключ зажигания, заставляя машину вымученно завестись, и аккуратно выезжает с парковки.       Путь до детского сада занимает намного больше времени, чем обычно. Пришлось сменить привычный спортзал, в который Тэхён ходил годами, на новое место. Здесь его никто не знает, и «бета», избивающий грушу, явно ничем не примечателен для остальных. Подавители действуют исправно, для всех Тэхён — лишь обычный посетитель. Правда, сегодня он всё же привлёк нежеланное внимание...       Он бросает взгляд на визитку, которую небрежно кинул на пассажирское сиденье. JEON JUNGKOOK Managing Director       Звучит солидно...       Вспомнив чёрные глаза и тот взгляд, который скользил по его телу с особым интересом, Тэхён крепче сжимает руль. Он и забыл, каково это — ощущать на себе внимание альфы. В жизни всегда были иные приоритеты. Сначала спорт, потом ранняя беременность и воспитание Даона, а в параллель с этим — учёба и подработки. Жизнь сделала Тэхёна холодным к романтике, он больше не ждёт поддержки или заботы — со всем прекрасно справляется сам. Альфам не стоит доверять — опыт доверия уже имеется, и этот опыт, к сожалению, плачевный.       Подруливая к парковке детского сада, Тэхён всё не может выбросить из головы Чонгука. В его голосе звучал не только профессиональный интерес, а ведь альфа даже не в курсе, что общался с омегой.       Тэхён паркуется, снова смотрит на визитку и, резко выдохнув воздух из лёгких, сгребает её с сиденья. Он комкает плотную бумагу, запихивает её в карман спортивных штанов и, нахмурившись, выходит из машины.       Входная группа детского сада полна родителей и детей, которые неуклюже одеваются в объёмную одежду и делятся впечатлениями за день на языке жестов. Некоторые невнятно произносят целые фразы, за что получают похвалу. Здесь это обычное дело — всем им нужно много практиковаться.       Даон уже привычно сидит на своём любимом стульчике, а, увидев родителя, впивается в него осуждающим взглядом.       — Чего надулся, медвежонок? Я же приехал вовремя, — Тэхён говорит вслух, подкрепляя слова жестами, и улыбается, когда видит, что сын явно борется с желанием броситься к нему в объятия. — Обнимемся?       Всего секунду маленький альфа показательно дуется, но вскоре, не выдержав, срывается с места. Он обнимает Тэхёна своими крохотными ручками так сильно, как может, омега же аккуратно гладит сына по голове, стараясь не задеть слуховой аппарат.       Даон поднимает большие карие глаза и очень искажённо, но безумно мило говорит:       — Я скуч-шал.       Тэхёну хочется плакать. Всё, что он делает, — не зря. Прогресс сына слишком очевиден, чтобы не испытывать радости, а что будет, когда ему восстановят слух? Врачи обещают, что семьдесят процентов восприятия вернётся на правое ухо и почти девяносто на левое. Ради этого стоит пройти через сотни боёв...       «И я скучал», — доносит свою любовь Тэхён жестами.       Подняв малыша на руки, Тэхён зарывается носом в его макушку и вдыхает сладковатый детский запах. Он готов расщепиться на атомы от любви к этому маленькому созданию, а когда Даон обвивает руками его шею, доверчиво прижимаясь ближе, и вовсе едва сдерживается, чтобы не затискать сына до умопомрачения.       Когда он делал самый важный в своей жизни выбор, он знал, что не совершает ошибку. Просто чувствовал где-то в глубине сердца — ребёнок для него станет наградой, а не наказанием. К сожалению, отец этого ребёнка так не считал, поэтому, как только живот Тэхёна стал слишком очевидным, альфа быстро перевёлся в другой университет.       Быть беременным омегой, мечты которого рухнули на виду у всех, тяжело, но Тэхён стойко терпел косые взгляды. Он помнит полные разочарования глаза тренера и членов своей команды. Чемпион страны, примерный студент, будущий участник чемпионата мира, «залетел» от своего дружка, будучи двадцатилетним...       Но всё это не могло помешать Тэхёну в его решении. Всё-таки спорт научил его упорству и дичайшему упрямству. Он оформил академический отпуск и заручился поддержкой папы, который выплакал немало слёз, но всё же не бросил любимого сына в беде. Тэхён же смело взял на себя ответственность.       Омега купил старенький мопед и уже через три недели после родов устроился в доставку. Он мыл посуду в местном ресторанчике жареной курочки по вечерам, а утром искал помещение для своей небольшой студии. Все накопления папы ушли на первичную аренду, Тэхён красил стены, оборудовал зал для тренировок и печатал листовки, тратя на подготовку львиную долю зарплаты. Он успешно восстановился в университете, открыл студию и начал работать. Даон рос, и бизнес рос вместе с ним, но и суммы, которые необходимы ребёнку с особенностями, тоже были немалыми.       Получив свой диплом, Тэхён смог работать в полную силу, но едва он вышел, пусть и небольшой, на стабильный доход, встал вопрос о детском садике. Папа Тэхёна уже давно хотел заиметь уличный ларёк, но сидел дома с ребёнком и откладывал все свои планы на потом.       Однажды, при поиске педагога по речи, Тэхён наткнулся на сайт специализированного детского сада для глухонемых детей и детей с тугоухостью. Место показалось ему выше всех стандартов, но сумма, которую составлял ежегодный взнос, заставила отбросить эту идею.       «В государственном садике нам не откажут, и цена у него довольно приемлемая...», — так думал Тэхён до того момента, пока не встретил в круглосуточном магазинчике бывшего сокурсника — тот предложил ему организовать участие в боях за процент. Тэхён хотел отказать почти сразу, но когда услышал сумму, предлагаемую за один бой, перед глазами встал логотип детского сада.       А дальше всё как в тумане: подготовка, которая далась Тэхёну нелегко, несмотря на то что он регулярно тренировался в спортзале и практиковал тхэквондо, первая покупка подавителей, знакомство с организаторами, спарринги и наконец — первый бой.       Соперник размазал Тэхёна как мальчишку, но омега продержался три раунда, и организаторам поединок понравился. Папе пришлось соврать, что синяки на лице — от частных тренировок по боксу и спаррингов по тхэквондо со взрослым, сильным альфой. Тэхён держался невозмутимо, пока родитель сверлил его взглядом, полным недоверия. Секретов между ними никогда не было, поэтому Тэхён вышел сухим из воды.       Второй бой был лучше, но всё равно закончился поражением, хотя противником был бета в лёгком весе...       А вот третий Тэхён выиграл и выиграл его, положив альфу в два раза больше себя на лопатки серией сокрушительных ударов. Он просто измотал здоровяка, а в шестом раунде выложился по полной.       Тэхён до сих пор помнит, как получил целую стопку налички, как положил деньги в потайной карман пуховика и как прижимал их к груди, пока ехал на автобусе до ближайшего банка.       Этой суммы хватило на ежегодный взнос для садика, а ещё на имплантацию выбитого в бою зуба, покупку инвентаря в студию, закупку рекламы и создание сайта, и приобретение уличного лотка для папы.       Тэхён помнит, с каким волнением подписал документы и как знакомил Даона с воспитателями и педагогами. Сын очень быстро привык к обстановке, а Тэхён искренне радовался, когда видел, что его малыш наконец-то нашёл с кем-то общий язык. Что его понимают...       Сейчас Даон машет воспитателю своей маленькой ручкой и, увидев улыбку на лице рыжеволосого омеги, складывает ладошки в форме сердечка. Тэхён смеётся, опускает сына и проходит к его шкафчику. Он надевает на малыша тёплый костюмчик, терпеливо ждёт, пока тот сам разберётся с курткой и обувью, а напоследок водружает на голову Даона объёмную вязаную шапку. Крошка-альфа выглядит в ней безумно мило, поэтому Тэхён не сдерживается, обхватывая маленькое лицо ладонями. Он с нежностью целует детские щёчки, пока Даон стойко терпит прилив родительской любви.       Поблагодарив сотрудников садика за труд, омега хватает сына в охапку и крепче перехватывает его в руках.       — Пойдём, медвежонок, папе нужно успеть на работу. — Тэхён выходит из здания и спешит к парковке — ему ещё необходимо принять душ и заправить машину.       Он усаживает ребёнка в кресло, пристёгивает ремни и садится за руль. Омега хватает сумку, открывает её, чтобы достать телефон, но не обнаруживает того на месте. Хаотично шаря руками вокруг себя, Тэхён уже понимает, что скорее всего оставил его в спортзале. За ним есть такая привычка, поэтому он каждый раз проверяет скамейки перед уходом. Но не в этот раз...       Сегодня альфа с карими глазами буравил его своим взглядом, и Тэхён стушевался. Выбежал из зала как ошпаренный...       «Даон-и, нам придётся заехать в одно место, это быстро». Тэхёну дико неудобно, но он всё же держит корпус развёрнутым, чтобы «поговорить» с сыном жестами.       Альфочка лишь деловито пожимает плечами, как бы говоря «ну надо, значит надо», и принимается выуживать свои игрушки из карманчиков, прикреплённых к креслу.       Дорога до спортзала заставляет Тэхёна нервничать. Занятие самой популярной группы, которую он набрал ещё в марте, начинается ровно в семь вечера, и время значительно поджимает. Омега постукивает пальцами по рулю, останавливаясь на очередном светофоре, он поглядывает на часы и недовольно хмурит брови. А когда Тэхён всё же добирается до зала, то успевает накрутить себя по полной... Чувство ответственности и любовь к своей работе не оставляют ему выбора.       Остановившись на парковке, Тэхён быстро выскакивает из машины, вынимает ребёнка из кресла и, удобно обхватив маленькое тело, буквально бежит в сторону спортзала. Он минует прозрачные двери и, слегка запыхавшись, подлетает к стойке ресепшена.       — Прошу прощения, мой телефон. Скорее всего, я оставил его здесь примерно час назад... На нём зелёный чехол и фото вот этого милашки на заставке. — Тэхён сжимает пальцами милые щёчки Даона, и губы ребёнка складываются забавным бантиком.       Администратор — дружелюбный омега с длинными волосами, убранными в аккуратный хвост, хихикает и, кивая головой, приседает за стойкой. Он всего на пару секунд пропадает из виду, но вскоре выпрямляется, держа в руках потрёпанный смартфон.       — Прошу вас. — Омега протягивает гаджет обеими руками.       Тэхёну приходится опустить сына на пол, чтобы проявить максимальное уважение и принять вещь, обхватив одно из запястий ладонью. Он благодарит сотрудника зала, извиняется за неудобство и уже хочет повернуться, чтобы взять Даона на руки, как слышит знакомый голос.       — Неужели вы передумали? — Альфа с большими чёрными глазами излучает уверенность и кажется довольным.       — Я? Нет, я просто забыл здесь телефон... — Тэхёну приходится оторвать взгляд от точёного лица Чонгука, чтобы попытаться обнаружить местоположение своего ребёнка.       Даона рядом нет, и это становится проблемой.       — Извините, мне пора... — Совершенно не обращая внимания на то, с каким интересом Чонгук заглядывает ему в лицо, Тэхён вытягивает шею, пытаясь разглядеть зал как можно лучше.       Он тянет воздух ноздрями, рыщет взглядом между рядами тренажёров и, увидев наконец маленькую макушку, победно улыбается.       — Предложение очень хорошее, бренды спортивной одежды оторвали бы вас с потрохами. — Альфа явно не сдаётся, его приятный запах проникает в ноздри, мешая Тэхёну сосредоточиться. Он игнорирует излишнее внимание, твёрдо шагая в сторону кардиозоны, где оказался его сын, но Чонгук не перестаёт следовать за ним.       Омега подкрадывается к ребёнку сзади, присаживается и аккуратно кладёт руки на маленькие плечи. Даон всё равно привычно вздрагивает и оборачивается с виноватым видом.       — Атри апа, у дяди тоше аппарат. — Маленький альфа говорит это тихо, словно делится тайной. Он показывает пальчиком на мужчину на беговой дорожке, и Тэхён замечает на его ушах спортивные наушники.       — Нам пора, Даон-и. — Чмокнув непоседу в лоб, Тэхён снова сгребает его в охапку, а когда встаёт в полный рост, натыкается на опешившего Чонгука.       Коротко попрощавшись, омега молниеносно движется к выходу. Времени нет, возможность принять душ после тренировки совершенно потеряна, но на работу он точно успеет, если быстро завезёт Даона домой.       Надежды Тэхёна рушатся, когда он слышит вместо рычания мотора хриплый скулёж... Омега снова и снова поворачивает ключ зажигания, но машина никак не реагирует.       — Вот дерьмо! — Тэхён не боится выражаться вслух, ведь Даон всё равно не услышит. Он обхватывает руль руками и обречённо бьётся лбом о его поверхность. Именно в этот момент он осознаёт, насколько сильно устал...       Тащить на себе столько обязанностей, прогрызать себе и своему ребёнку дорогу в будущее, принимать помощь папы, который не молодеет с каждым годом и тоже хочет жить своей жизнью. Тэхён безумно устал, но не может позволить себе расклеиться.       «Даон-и... — Тэхён поворачивается к сыну. — Сейчас я вызову такси, и мы с тобой поедем ко мне на работу, будешь вести себя хорошо? А вечером мы напишем письмо Санте и положим его под ёлку».       Даон, осознав последнюю фразу, хлопает в ладоши и кивает, начиная смешно попискивать от счастья. Видеть улыбку на его лице для Тэхёна по-настоящему бесценно...       Омега надевает тёплые перчатки, пшикает на волосы парфюмированный мист и собирает в сумку всё необходимое. Он заходит в приложение вызова такси, обречённо вздыхает, понимая, какую сумму придётся заплатить за поездку, и вбивает необходимый маршрут. Пока идёт поиск водителя, Тэхён достаёт сына из кресла и снимает устройство с ремней безопасности.       Омега стоит на парковке, в холоде, с ребёнком на руках и безрезультатно дожидается ответа от приложения. Огромный спрос в это время показывает непозволительно длительное время ожидания, а когда водитель берёт заказ, то моментально его отменяет. Так проходит около десяти минут, и когда омега уже теряет всякую надежду не подвести учеников и собирается отменить тренировку, то слышит знакомый голос.       — Вас подбросить?       Чонгук. Альфа сидит за рулём шикарного «Мерседеса» и лучезарно улыбается, встретившись с Тэхёном глазами.       — Не стоит, мы ждём такси. — Ощущая боль в натренированных руках, омега старается держать сына крепче.       — Не отказывайтесь от помощи. — Слова, сказанные Чонгуком, звучат серьёзно. Он выбирается из машины, подхватывает детское кресло и тяжёлую сумку так легко, словно эти вещи вообще ничего не весят.       Тэхён смотрит на то, как альфа устанавливает сиденье, укладывает его сумку рядом и поворачивается, отряхивая большие ладони.       — Всё готово, карета подана. — Чонгук кланяется, указывая жестом на открытую дверь, и не успевает Тэхён опомниться, как Даон начинает ёрзать в его руках, вынуждая опустить его на землю. Маленький альфа с восторгом смотрит на шикарную машину и складывает ладошки в умоляющем жесте.       Тэхён берёт сына за руку, подходит к Чонгуку вплотную и максимально незаметно вдыхает воздух рядом. Природа наградила омег средством самозащиты — каждый из них может считывать по запаху опасность. Альфа с плохими намерениями источает кисловатый аромат, Тэхён сталкивался с этим несколько раз в жизни, и, к сожалению, первым был кабинет УЗИ, в котором сидел отец его будущего ребёнка...       Чонгук пахнет терпко и приятно. Совсем не угрожающе...       — Хорошо, спасибо вам большое. — Обернувшись, Тэхён утвердительно кивает Даону, и малыш, пискнув от радости, забирается в салон.       Пока Тэхён огибает машину, он сгребает куртку на груди и подносит ткань к носу. Запаха пота нет, как, впрочем, и у многих омег, но и феромон не чувствуется под воздействием подавителей. Всё в порядке, и переживать не о чем... Чонгук подвезёт до работы, и больше Тэхён никогда его не увидит. Он завтра же аннулирует абонемент, всё равно пора приступать к спаррингам на ринге.       Тэхён садится на переднее сиденье — так он лучше контролирует ситуацию. Он называет адрес, и Чонгук быстро вбивает его в навигатор. Тэхёну немного неловко, но облегчение, которое он испытывает, гасит это чувство. Он просто ненавидит подводить людей и искренне радуется тому, что ситуация разрешилась. Даон, конечно, будет отвлекать его от тренировки, но если занять его карандашами и включить мультфильм, то час он высидит вполне сносно.       — Вы с сыном похожи как две капли воды, наверное, вашему мужу даже немного обидно, — Чонгук первый прерывает молчание.       — Я не замужем. — Поворачивая голову, Тэхён наблюдает за тем, как губы альфы трогает едва заметная улыбка.       — Значит, вы справляетесь сами. Это достойно восхищения. — В глазах Чонгука читается уважение.       Слегка наклоняя голову, Тэхён изучает лицо альфы.       — Спасибо. Но «сам» — не совсем точное слово. Мне помогает папа.       — Я рад, что могу принять небольшое участие. — Альфа осторожно бросает быстрый взгляд на Тэхёна, прежде чем снова сосредоточиться на дороге.       В машине снова повисает неловкая пауза. Омега рассматривает салон и останавливает взгляд на красивых пальцах, сомкнутых вокруг руля. Альфа действительно хорош собой, и его феромон будоражит что-то внутри, но Тэхён слишком занят для того, чтобы заводить интрижки. Ему нужно сосредоточиться на тренировках и предстоящем бое, а ещё купить Даону подарки к Рождеству, немного разгрузить папу и решить все вопросы с операцией.       К тому же Чонгук тесно связан с организацией матчей — общение с ним поставит Тэхёна под угрозу. Его не должны раскрыть — деньги нужны омеге, и он не имеет права всё испортить.       — Нравится машина, малыш? — Чонгук обращается к Даону, и Тэхён оборачивается, чтобы увидеть, как маленький альфа восхищённо разглядывает салон.       Даон ожидаемо не реагирует на вопрос. Он не слышит Чонгука.       — Он у вас не особо разговорчивый. — Так и не дождавшись реакции, Чонгук добродушно улыбается. Альфа явно намерен продолжать беседу дальше, но Тэхён сохраняет чёткие границы, хотя и чувствует к себе интерес.       — Даон почти глухой. Он вас не слышит, — произнеся это, омега отворачивается. Становится больно. Прошло уже столько лет, а ему всё ещё тяжело озвучивать горькую правду.       — Простите... — Чонгуку явно неловко. — Я не знал. Простите меня.       — Ничего. — Реакция альфы заставляет Тэхёна проявить эмпатию. Чонгук хоть и вёл себя немного назойливо, но всё же не бросил их в беде, а значит, человек он добрый.       Видеть, как он мучается угрызениями совести, всерьёз не хочется.       — Я сейчас спрошу. — Тэхён улыбается.       «Даон-и, этот дядя спрашивает, нравится ли тебе его машина?» — поймав взгляд сына, омега задаёт вопрос с помощью жестов.       — Н-равица! — Даон слегка проглатывает звук, но всё же говорит достаточно громко. Он откидывается в кресле, прикрывает глаза и выглядит при этом как пассажир первого класса.       — Очевидно, его всё устраивает. — Поворачивая голову, Тэхён чувствует, как машина тормозит, и только теперь понимает, что они приехали на место.       — У вас очень красивые руки, и говорите вы ими красиво. — Чонгук укладывает ладони на руль и прижимается к нему щекой. Складывается ощущение, что этот альфа обессилел или сейчас растает — настолько его взгляд и поза расслаблены.       — Спасибо за помощь. — Чувствуя, как кровь приливает к лицу, Тэхён суматошно отстёгивает ремень безопасности. — Нам пора.       — Я вас провожу. Вещей ведь много...       — Нет! — Звучит резко, и Тэхён сбавляет обороты. — Не стоит, вы и так потратили на нас непозволительно много времени. — Омега вовсе не хочет, чтобы Чонгук увидел место его работы. Они стоят рядом с большим зданием, где множество офисов и помещений, поэтому можно не беспокоиться о том, что альфа узнает что-либо о нём.       — У вас есть моя визитка, если нужна будет помощь снова — я к вашим услугам. — Глубокие глаза смотрят с теплом.       — До свидания, господин Чон. — Тэхён выбирается из салона, кланяется и захлопывает дверь.       Чонгук не остаётся сидеть на водительском месте, он выходит из машины, достаёт вещи, помогает с креслом и, лишь убедившись, что всё в порядке, прощается.       Глядя вслед уезжающему автомобилю, Тэхён не сразу осознаёт, что, вообще-то, дико опаздывает. Тренировка начнётся уже через пятнадцать минут, а ему ещё нужно открыть зал, переодеться и занять чем-то Даона...       Мысли о работе и сыне быстро вытесняют из головы образ красивого альфы. Жизнь Тэхёна — борьба, и он выигрывает у неё раунд за раундом, даже если получает увечья и шрамы. На этом ринге он один на один с предстоящими испытаниями, но чемпионы не умеют сдаваться. А Тэхён — чемпион не только из-за титула... Его сын — главное достижение, его золотая медаль и гордость. Он отстоял Даона ещё до рождения и сейчас не опустит руки — Тэхён сделает всё, чтобы его ребёнок был счастлив и здоров.       Он себе это обещает.