All The Angels

      Джерард неторопливо шёл за последней на сегодня душой. По сравнению с Лос-Анджелесом, Тимишоара была совсем небольшим городком. В запасе было ещё около двадцати минут, поэтому он позволил себе прогуляться по брусчатой площади, мимо круглых жёлтых фонарей и маленьких ресторанов, в которых в этот час было малолюдно и тихо. Фрэнк, наверное, только пришёл на работу. Интересно, он снова ест эту вредную сухую лапшу, разводимую кипятком, или играет в примитивные игры на своём телефоне? Сегодня он не сможет проведать его. Джерард себя оправдывал: свободное время он всё так же посвятит Фрэнку, просто тот об этом не узнает. Это, конечно, не самое главное. Джерарду не нужна благодарность, ему просто жаль, что он проводит недостаточно времени с Фрэнком.       Конечно, поспать у Джерарда прошлой ночью не получилось. Мысли всегда были его злейшими врагами, но за последние месяцы они стали сводить его с ума. Фрэнк, Рэй, теперь ещё и Рафаэль... Каждая шестерёнка его разума продолжала работать только с одной целью: предотвратить одну конкретную смерть. Один раз он уже это сделал. Ничто не сможет помешать ему сделать это вновь. В себе он всегда был уверен.       Утро встретило его серостью и холодом. Он подметил, как сквозь закрытые веки начал пробиваться свет, но решил просто продолжить лежать. Кровать Фрэнка была достаточно удобной, а одеяло, на котором он лежал, хоть и было с несколькими пятнами, было очень мягким. Хотелось побыть здесь ещё немного. У Джерарда не часто остается достаточно свободного времени, ведь даже после дневных смен нужно заполнять отчёты. Просто полежать и хотя бы стараться ни о чём не думать — настоящее блаженство. Особенно если можно слышать тихое сопение Фрэнка на правой стороне кровати. Он всё ещё жив. Этот факт очень успокаивал.       Однако шуршание и протяжный недовольный стон вернули Джерарда в реальность: с места он не сдвинулся, только приоткрыл один глаз, чтобы наблюдать. Цокнув языком, Фрэнк, оперевшись на ладони, поднялся с кровати и с непонятным Джерарду волнением быстро осмотрел и ощупал свою футболку и джинсы. Он быстро дышал и очень удивился, когда увидел Джерарда на своей кровати. Теперь его зрачки снова были такими, как всегда.       — Что ты здесь делаешь? — его голос после сна был хриплым и на полтона ниже обычного. — Джерард, я знаю, что ты не спишь.       Второй глаз тоже пришлось открыть. Шевелиться всё ещё не хотелось. Он слишком удобно устроился и с ответом не торопился. Фрэнк звучал странно взволнованно, не совсем понятно, почему. Возможно, дело в изменяющем сознание напитке, от которого Джерард разумно отказался. Из-за отсутствия опыта в употреблении подобного произойти могло что угодно. Сразу, конечно, представлялось самое худшее.       — Джерард, я серьёзно. Между нами что-то было? — голос Фрэнка стал звучать ещё страннее. Джерард понял, что именно имеют в виду, и ответил просто:       — Нет.       — Нет? — он сразу же выдохнул, приложил ладонь ко лбу и провёл ей дальше по волосам, остановившись на затылке.       — Нет, — повторил Джерард, — ты странно себя вчера вёл. Это влияние алкоголя?       Он моргнул, а затем насмешливо фыркнул:       — Да. Да, конечно. Так у всех почти. Ты же не пьёшь? Да ладно, не отвечай, знаю, что нет.       За Джерарда на вопрос уже ответили, но он всё равно кивнул.       Фрэнк осмотрел его, изучая, словно в поисках чего-то, и улыбнулся уголком рта, ничего не найдя:       — Ты как кот свернулся.       Джерард зашёл во двор. Небольшой и неухоженный фонтанчик, пара лавочек и никого живого. В окнах горел свет, но здесь, в тени крон деревьев, жёлтые листья которых ещё не успели опасть, было темно.       На скамейке лежал мужчина. В грязной одежде и с запутанной седой бородой, он прикрывал свои ноги тонким покрывалом с дырками, а его глаза были закрыты. Уже навсегда. Джерард вздохнул.       — Твой путь закончен, невинная душа. Я проведу тебя.       Вэли, так его звали. Джерард не знал, конечно, какую жизнь прожил этот человек. Свои отчёты он составлял на основе папок ангелов-хранителей, уже после суда, так как о большинстве душ читать заранее, перед сменой, он просто не успевал. Конечно, Джерард сейчас ничего не знал об этой душе, но такой одинокой, холодной смерти не заслуживает никто.

***

      В архиве тихо гудели лампы. Их зеленоватый свет даже сейчас действовал Джерарду на нервы так же сильно, как и в молодости, когда он проходил здесь практику. Надеяться, что здесь его не будут беспокоить и позволят проводить свои дни, копаясь в бумагах и читая книги, было весьма наивно. Тонны скучной бумажной работы и ни секунды свободного времени. Отвлечься можно было разве что на рисование в блокноте. Иногда Джерард думал о том, где бы он был сейчас, если бы выбрал практику в суде или в сохранении душ, но мечты не приносят никакой практической пользы.       — Здравствуй, Линдси.       Девушка ещё несколько секунд сосредоточенно что-то печатала на старой шумной клавиатуре, сверяясь с листом убористого текста на столе. Сильный и слегка горький запах кофе витал около её стойки.       Наконец, кивнув самой себе, она свернула вкладку и перевела взгляд на парня.       — Джерард! Боже! Сколько лет? — она улыбнулась во весь рот, зубы, конечно, идеально белые, — Пять? Семь? Давно ты не заходил.       Это правда. Джерард потерял практически все свои связи со времён обучения. Жалел ли он об этом? Стоит поразмыслить позже. Слишком много воды утекло с тех пор, и сам он уже совсем не тот, что раньше. Те ангелы, с которыми он общался больше всего? Их пути давно разошлись. Ангелы смерти всегда были одиноки на своей вершине, хранители их недолюбливали, что уж говорить о… Джерард встряхнул головой, чтобы стереть наваждение.       — Приятно снова тебя видеть, Линдси, — он приподнял уголки губ. — Мне нужно в архив.       — Ты сразу к делу, как обычно, — она выдохнула через нос, — что такое? Что-то потерял?       Что ж, Линдси сама дала ему подсказку:       — У меня нет копии личного дела мистера Вэли Албу. Не понимаю, как это могло случиться. Я не могу составить подробный отчёт без информации о его ранних годах.       — Мистер... Албу, да? Сейчас посмотрю по базе.       Джерард медленно втянул воздух. Копия дела мистера Вэли Албу лежала на его столе, в самом верху небольшой стопки сегодняшних душ.       Она повела бровью и понизила тон голоса:       — Да, есть такой, сегодня пришёл. Тебе его выдавали. Как ты умудрился его потерять? Не помню за тобой такого.       — Я действительно стал несколько... рассеянным в последнее время.       — Из-за отстранения?       — Я не...       — Извини, да, перегнула. Это личное, я понимаю. Ещё и с поста сместили. Но твой рейтинг быстро поднялся, я слежу иногда, просто из любопытства, не подумай. Не переживай ты так. Рэй вернёт тебе руководящую должность, поверь мне — Райану там делать нечего, если тебе интересно моё мнение. Рэй любит всех нас.       «Рэй никого не любит», — подумал Джерард, но ничего не сказал. Только заставил себя сдержанно улыбнуться и глупо кивнуть. Это ощущается как поражение, но сейчас он готов с этим смириться. В финале всё равно он окажется правым. Если долго убеждать себя, возможно, для остальных это тоже станет истиной.       — Помнишь, куда идти? Только не задерживайся особо, ладно? И приходи как-нибудь на кофе! Я угощаю.       Джерард кивнул ещё раз и направился вглубь архива. Линдси была хорошим ангелом. Порядочным. Идеальный сотрудник, не задающий лишних вопросов, относящийся к людям как к строкам в отчёте, и не более. Она редко спускалась, и почти ничего не знала о мире людей, кроме, разве что, мест, где они продают кофе, поэтому холодность не была чем-то удивительным. Интересно, если бы она тоже сходила на концерт Pink Floyd или услышала вживую гитару Джими Хендрикса, поменялось ли что-нибудь? Изменилась бы она так же, как за годы службы вне архива поменялся Джерард? Этого уже никогда не узнать. Трудно было её в этом винить. В конце концов, она старше Джерарда на несколько сотен лет. Всё ещё молода для ангела, но уже достаточно выполняет свою работу, чтобы люди стали частью рутины и не были самой интересной формой жизни, которую создал Рэй.       Путь до полок с фамилией на «А» был не близок, но к счастью, крылья сильно упрощали эту задачу. Столько строк и кодовых наименований папок, что глаза начинали уставать.       Вот оно. Айеро. Айеро Дакота, Айеро Смит Рональд, Айеро... Фрэнк Энтони Томас?       Джерард открыл папку. Внушительная, толстая и с несколькими вложенными неприкреплёнными листками. Джерард выдохнул, и только тогда понял, что перестал дышать. Вся информация там. Внутри. Сколько всего можно узнать про Фрэнка! Конечно, основной его целью было выявление безответственного ангела-хранителя, который чуть не позволил душе уйти вне установленного Рэем срока. Разумеется, он не будет читать больше нужного. Только тот момент, на котором запись прервется. Ну, или ещё пару абзацев до этого. Может быть, несколько страниц.       Джерард быстро прошёлся глазами по начальным записям. Дата рождения…. 1956? Это невозможно. Этот хранитель ошибся в таком конкретном факте? Фрэнк родился на несколько десятилетий позже, а это значит…       Джерард подозрительно огляделся по сторонам и начал быстро просматривать страницы, фиксируясь на датах. 1961, 1964, 1969, 1970, 1973, 1974, 1979, 1981 и, наконец…       «1984 год 31 октября. На свет появился сын. Имя: Фрэнк Энтони Томас Айеро младший (см. папку 84ФЭТА)».       Джерард усмехнулся. Сохранять память о себе в своих детях немного эгоистично, по его мнению, но он не может осуждать людей. Все люди хотят оставить что-то после себя. Папка Фрэнка стояла сразу за папкой его отца.       Записи были совсем короткими. Его ангел-хранитель очень безответственно относится к своей работе. Это не редкость, конечно, Джерард замечал такое слишком часто, когда составлял отчёты, но то, что такое отношение задело именно Фрэнка, отозвалось болью в его груди.       Заметки, слегка небрежные и не особо подробные, не содержали ничего интересного. Некоторые ангелы-хранители записывали только самые основные моменты жизни человека, особенно в период детства. Фиксировать только самые выдающиеся плохие и хорошие дела весьма логично, если у тебя и без того полно дел. На суде у души в любом случае будет шанс получить защиту своего ангела-хранителя, который может поделиться подробностями. В любом случае, если, конечно, судья не Боб.       «12 лет. Снятие с должности.»       Джерард непонимающе моргнул. Он пролистал имеющиеся три страницы ещё раз, осмотрел пол и саму полку архива: может, листы каким-то образом выпали? Не может быть, что на этом всё кончилось. Неужели за всё время жизни Фрэнка не нашлось чего-то ещё, что можно бы было записать?       Что вообще значит «снятие с должности»? Джерард не слышал о том, что ангелы-хранители когда-либо могли просто оставить душу. Рэй сам назначал каждой душе своего ангела, и за душой они были обязаны присматривать до самого окончания пути. Снятие с должности…       Джерард ещё раз пробежался глазами по тексту и закрыл папку. Обложка выглядела совсем новой, даже спустя 22 года. Конечно, её ведь практически не брали. Имя Фрэнка в заголовке, место рождения, дата рождения и пропуск в окошке с датой смерти.       Внизу стояла подпись его ангела-хранителя. Сначала — имя при создании, как обычно, а затем… Брендон. Первая подпись даже отдаленно ему ни о ком не напомнила.

***

      — Танака Ичико. Киото. Годы жизни 1955-2006. Ложный бог. Ад.       Женщина не кричала, когда пол зала под ней провалился. Джерард вздохнул. Он всё ещё в тупике. Ничего не знает о прошлом Фрэнка, чтобы убедиться, что после смерти он не попадёт вниз, не знает, где этот бесполезный ангел-хранитель и как предотвратить смерть Фрэнка. Когда останется один день и его папка окажется у Джерарда на столе, будет уже поздно. Его судьба будет решена. В чём Джерард уверен точно — никакого ангела смерти у Фрэнка при жизни не должно было быть, а значит, всё уже идёт против замысла. Так ведь?       — Лакшила Гхош. Калькутта. Годы жизни 1933-2006. Ложный бог. Ад.       Дела иноверцев Боб никогда не рассматривал из принципа. В такие моменты Джерард больше всего жалел, что ему пришлось стать ангелом смерти. Как бы престижно это ни было — он простой перевозчик, который никак не может повлиять на то, куда отправится душа. По крайней мере, по задумке Рэя. Если бы Джерард стал судьёй, он был бы чуть более внимателен к личным делам и чуть менее категоричен. Возможно, не выбери он тогда архив…       — Саманта Лэйк. Пенсильвания. Годы жизни 1963-2006. Прелюбодеяние. Ад       Джерард перестал его слушать. Через пятнадцать часов по времени Лос-Анджелеса у Фрэнка очередное выступление. Кажется, подводка почти закончилась и придётся зайти в магазин. Последние средства в его карманах уйдут не на кофе.