там, где нет тебя

Минуло как 10 лет с его пропажи. Сколько лет, сколько потраченных сил.. ничего не выходит. Он как будто... испарился. За 10 лет Джон сделал миллионы расчётов, порталов, ничего не помогало. Его нигде нет. Нигде. - Джон, иди хотя бы поешь. Ты не ел уже давно, - сказал мужчина с белыми волосами. - прошло уже 10 лет.. понимаешь? С каждым днем надежды найти все меньше и меньше. Возможно просто её нет. Нам всем тяжело, поверь. - Нет! - Джон яростно скинул со стола свои бумаги с расчётами, он не мог. На столе больше 15 кружек с кофем, огромные синяки.. - Джодах, ты не понимаешь! Он был моё все! Мой смысл.. я... я уже нихочу. Хочу лишь обнять и сказать как люблю его. - Джон, - сказал более серьёзным голосом Джодах. - я разделяю с тобой твои чувства, но думаю уже давно поздно. - Джодах закрыл дверь и ушёл. И Райе, и Окетре - всем было тяжело. Джон остался один в захламлённой комнате, пропитанной запахом остывшего кофе и отчаяния. Он медленно опустился на стул, взгляд бесцельно скользил по разбросанным листам с исписанными формулами, хаотичные наброски порталов, графики вероятностей, исправляемые и перечёркиваемые десятки раз. За окном сгущались сумерки. Десять лет… Десять лет он жил только этим - поисками. Каждый день начинался с новых расчётов, каждая ночь заканчивалась пустым взглядом в мерцающий экран. Вдруг взгляд Джона зацепился за старый фотоальбом, пылившийся в углу. Он протянул руку, открыл первую страницу. Улыбающееся лицо… Тот самый взгляд, от которого когда‑то становилось тепло даже в самый холодный день. Пальцы дрогнули, переворачивая страницу. - Я же обещал, - прошептал он, сжимая край альбома. - Обещал, что найду. В голове снова и снова прокручивались последние слова, сказанные ему:       - Я вернусь. Даже если придётся пройти через тысячу миров. Но миров было пройдено больше, а ответа так и не нашлось. Джон закрыл глаза. В тишине послышался едва уловимый шорох, словно лёгкий ветерок пробрался сквозь щели старого дома. Джон так и не смог отвести взгляд от кристалла. Свет его становился всё тусклее, будто угасал вместе с последней искрой надежды. В комнате было тихо - слишком тихо. Даже часы перестали тикать. Джон медленно опустил руку, и кристалл с глухим стуком упал на стол. Он снова посмотрел на фотоальбом. На открытой странице их совместный снимок: два человека, казалось, такие похожие, смеющиеся на фоне закатного моря. Тогда всё казалось таким простым, таким возможным. - Я устал, - прошептал Джон, и эти слова прозвучали непривычно громко в мёртвой тишине. Десять лет борьбы, миллионы расчётов, бессонные ночи и всё ради чего? Ради мимолетного мерцания кристалла, которое могло быть просто игрой света? Ради призрачной надежды, которая снова обернулась пустотой? Он провёл рукой по лицу, чувствуя, как дрожат пальцы. Синяки под глазами, седина в волосах, измождённое отражение в зеркале. Вот итог его поисков. За окном пошёл дождь. Капли стучали по стеклу, словно отсчитывая время, которого у него больше не было. Джон закрыл фотоальбом. Движения были медленными, будто каждое стоило ему невероятных усилий. Он поднялся, подошёл к окну. Город внизу жил своей жизнью - люди спешили домой, огни фонарей разгорались всё ярче, где‑то смеялись дети. "А я всё ещё здесь" , - подумал он. - "В этой комнате, в этом отчаянии, в этой бесконечной погоне за тенью" Кристалл окончательно погас. Джон сел на стул, обхватил голову руками. Впервые за десять лет он позволил себе задать вопрос, которого так боялся: - А что, если его действительно больше нет? Тишина не ответила. Дождь за окном усилился. Где‑то в глубине души он понимал: даже если найдёт способ открыть портал, даже если пройдёт через тысячу миров - возможно, там его ждёт только пустота. Возможно, тот, кого он ищет, уже давно стал частью этого безмолвного пространства между измерениями. - Прости, - прошептал он, не зная, к кому обращается - к тому, кого нет, к самому себе или к миру, который так и не дал ответа. - Я больше не могу. Он закрыл глаза. Где‑то далеко, за границами сознания, звучали последние слова, сказанные десять лет назад: Я вернусь. Даже если придётся пройти через тысячу миров. Но миры пройдены, а возвращения так и не случилось. Дождь стучал по стеклу. Кристалл лежал на столе - холодный, тёмный, безжизненный. И только фотоальбом на краю стола хранил улыбку того, кто когда‑то обещал вернуться. Джон сидел, уткнувшись лбом в холодные стёкла окна. Дождь за стеклом размывал огни города, превращая их в дрожащие блики словно тысячи далёких звёзд, которые он так и не смог достичь. И вдруг — едва уловимое движение в углу комнаты. Он резко обернулся. У книжной полки, в полумраке, стоял… он? - Лололошка… - выдохнул Джон, не веря глазам. Тот улыбнулся - точно так же, как на фото в альбоме. Кудрявые волосы, знакомые до боли черты, лёгкая небрежность в позе. - Ты… ты здесь? - Джон поднялся, шагнул вперёд, но фигура отступила. -Конечно, я здесь, - голос звучал мягко, почти наяву. - Я же обещал вернуться. Джон рванулся к нему, но рука схватила лишь воздух. Лололошка стоял уже у двери, всё так же улыбаясь. - Постой! - Джон бросился следом, но когда достиг порога, комнаты уже был пуст. Он замер, тяжело дыша. Сердце колотилось так, что, казалось, готово было вырваться из груди. - Это… это просто галлюцинация, - прошептал он, сжимая кулаки. - Опять. Но образ не уходил. Теперь Лололошка сидел на краю стола, болтая ногой, будто ничего не произошло. - Ты слишком устал, Джон, - сказал он с лёгкой укоризной. - Ты ведь знаешь, что я не могу просто взять и появиться! - Но ты здесь! - Джон шагнул ближе, но снова фигура отодвинулась. - Я в твоей голове, дурачок, - просто ответил Лололошка. - Ты так долго искал меня, что теперь видишь везде. Джон закрыл глаза, пытаясь собраться. Это не могло быть правдой. Это не должно было быть правдой. - Нет… - он покачал головой. - Ты не можешь быть просто видением. Я чувствую тебя. Лололошка вздохнул, и в этом вздохе было столько тепла, столько жизни, что Джон едва не упал на колени. - Ты сильный, Джон. Но даже сильным нужно отдыхать. - Не говори мне отдыхать! - голос сорвался. - Я не могу! Если я остановлюсь, то потеряю тебя навсегда! Фигура на мгновение замерла, затем медленно поднялась. - Ты уже давно ищешь не меня, - тихо сказал Лололошка. - Ты ищешь способ не смириться. Джон замер. - Что?.. - Ты боишься принять, что меня больше нет. И поэтому создаёшь меня снова и снова. В своих расчётах, в кристаллах, в тенях. - Замолчи! - Джон сжал голову руками. - Ты лжёшь! Ты всего лишь глупая версия меня! Но Лололошка уже не отвечал. Он просто стоял, глядя на Джона с такой печалью, что внутри что‑то надломилось. - Прости, - прошептал он. - Но ты должен отпустить. Фигура начала растворяться, таять в воздухе, как утренний туман. - Нет! - Джон рванулся вперёд, но успел лишь схватить пустоту. Комната снова была пуста. Только дождь стучал по стеклу, да где‑то вдали гудел уличный фонарь. Джон опустился на пол. В руках он сжимал фотоальбом - тот самый, с их совместным снимком. На странице улыбался Лололошка. Настоящий. Живой. -Я не могу, - прошептал Джон, прижимая альбом к груди. - Не могу отпустить. Но где‑то в глубине души он знал: если не отпустит, то навсегда останется здесь в этой комнате, в этом отчаянии, в этих видениях. Дождь за окном не прекращался. Джон сидел на полу, всё ещё сжимая в руках фотоальбом. В комнате было тихо, только дождь стучал по стеклу, отбивая какой‑то бессмысленный ритм. Дверь тихо приоткрылась. На пороге стояли Райя, Окетра и Джодах. Они переглянулись, увидев Джона на полу, разбросанные бумаги и потухший кристалл на столе. - Джон… - тихо произнесла Райя, делая шаг вперёд. Её голос дрогнул. - Мы слышали… слышали твой крик. Он не ответил. Просто сидел, уставившись в одну точку. Окетра медленно подошла, опустилась рядом на колени. Её рука осторожно коснулась его плеча. -Ты не один, - сказала она мягко, но твёрдо. - Мы здесь. Джон наконец поднял глаза. В них не было ни злости, ни отчаяния - только пустота. -Он был здесь, - прошептал он. - Лололошка. Я видел его. Говорил с ним. Джодах тяжело вздохнул, прислонился к стене. - Это были галлюцинации, Джон, - сказал он осторожно. - Ты слишком долго не спал, не ел… твоё сознание даёт сбои. - Нет! - Джон резко поднял голову. - Он говорил со мной! Сказал, что я ищу не его, а способ не смириться… Его голос сорвался. Он снова опустил взгляд, пальцы сжали край альбома. Райя присела напротив, взяла его за руку. - Даже если это были видения, - тихо сказала она, - в них могла быть правда. Ты действительно слишком долго держишь всё внутри. Окетра кивнула. - Мы все потеряли его. Но ты единственный, кто не сдался. И это достойно уважения. Но… - она сделала паузу, - ты не можешь продолжать так. Ты исчезаешь вместе с ним. Джон закрыл глаза. Слова застряли в горле. Он хотел возразить, сказать, что они не понимают, но… они понимали. Возможно, лучше, чем он сам. Джодах отошёл от стены, подошёл ближе. Его голос звучал непривычно мягко: - Помнишь, как мы втроём - ты, Лололошка и я пытались открыть портал в тот странный мир с фиолетовым небом? Мы тогда смеялись, потому что формула дала сбой и вместо портала получился фонтан из мыльных пузырей. Джон слабо улыбнулся сквозь слёзы. -Да… он тогда сказал, что это самое красивое неудачное заклинание в его жизни. - Вот именно, - кивнул Джодах. - Он не хотел, чтобы ты страдал. Не хотел, чтобы ты превратился в тень самого себя. Райя сжала его руку. -Мы не просим тебя забыть. Но позволь себе жить. Хотя бы немного. Молчание. Дождь за окном постепенно стихал. Джон медленно поднял голову. Взгляд его стал чуть яснее. - Я… я не знаю, как, - признался он. -Мы поможем, - твёрдо сказала Окетра. - Вместе. Джодах протянул ему руку. - Встань. Пойдём вниз. Там горячий чай и еда, которую ты не ел уже бог знает сколько. А потом… потом решим, что делать дальше. Но не в одиночку. Джон посмотрел на их лица - тревожные, но полные решимости. На фотоальбом в своих руках. На потухший кристалл. Медленно, с трудом, он поднялся. - Хорошо, - прошептал он. - Но… я всё ещё не могу отпустить. - И не надо, - мягко сказала Райя. - Просто позволь себе дышать. Они вышли из комнаты вместе. За спиной осталась тьма, хаос бумаг и молчаливый свидетель десяти лет отчаяния - погасший кристалл. А впереди - не надежда, нет. Но хотя бы возможность сделать первый шаг. Дождь за окном стих, оставив лишь редкие капли, стучащие по стеклу, как замедленный пульс уставшего мира. Джон сидел, обхватив себя руками, а трое друзей: Райя, Окетра и Джодах не решались нарушить тишину. Вдруг воздух в комнате сгустился. Лёгкая рябь пробежала по пространству, словно поверхность воды от брошенного камня. - Что это?.. - прошептала Райя, вглядываясь в центр комнаты. Там, среди размытых очертаний, постепенно проявлялась фигура. Кудрявые волосы волосы, знакомая улыбка, глаза, полные тихой грусти. Но это был образ, который он ненавидел больше всего. Междумирец. Джон резко поднялся, не веря своим глазам. - Ты… ты правда здесь? Лололошка кивнул, но не сделал ни шага навстречу. За его спиной, словно тень, возник Смотрящий - высокая фигура в плаще, лицо скрыто в полумраке. -Это не надолго, - тихо сказал Междумирец. - Я пришёл лишь для того, чтобы ты наконец отпустил. Джон шагнул вперёд, но Лололошка отступил. - Нет! Я столько искал… столько сделал… Ты не можешь просто уйти! - Могу, - мягко ответил тот. - Потому что так нужно. Смотрящий молча наблюдал, не вмешиваясь. Его присутствие наполняло комнату тяжёлой, древней силой - силой, которая стояла за законами мироздания. -Я не понимаю… - голос Джона дрогнул. - Почему именно сейчас? Почему после всего? -Потому что ты больше не можешь жить в прошлом, — Междумирец посмотрел на него с такой теплотой, что сердце сжалось. - Ты спасёшь больше жизней, если будешь здесь. В настоящем. Он наконец приблизился, обнял Джона: крепко, как когда‑то, до того, как всё рухнуло. - Прости, - прошептал он. - Не держи обид. Мой долг помогать вселенной. И сейчас это значит… оставить тебя. Джон вцепился в его плечи, пытаясь удержать, но чувствовал, как тело Лололошки становится всё более прозрачным. - Просто забудь меня, — продолжил тот. — Живи с любовью. Это то, чего я хотел бы больше всего. -Не уходи… - голос Джона сорвался. Лололошка улыбнулся, отстранился. Его фигура уже почти растворилась в воздухе. - Я всегда буду с тобой. В воспоминаниях. В сердце. В тех мирах, которые ты ещё откроешь. Мы одно целое, помни. [Смотрящий выражает взглядом, что им пора.] - Мне пора, - его голос звучал как далёкий звон колокола. Междумирец сделал последний шаг назад. Его образ растаял, оставив после себя лишь лёгкое мерцание, которое медленно угасло. В комнате снова было тихо. Джон стоял, опустив руки, глядя туда, где только что был тот, кого он так отчаянно искал. Райя подошла, осторожно коснулась его плеча. -Он прав, - сказала она тихо. - Ты должен жить. Окетра кивнула, а Джодах молча положил руку на плечо друга. За окном начало светать. Первые лучи рассвета пробивались сквозь тучи, освещая захламлённую комнату, потухший кристалл и фотоальбом, лежащий на полу. Джон медленно опустился на колени, поднял альбом. На открытой странице их совместный снимок: два человека, смеющиеся на фоне закатного моря. Он провёл пальцем по изображению, затем закрыл книгу. - Хорошо, - прошептал он. - Я попробую. И в этот момент, впервые за десять лет, он почувствовал не боль утраты, а тихую, горькую благодарность за то, что когда‑то у него было это - любовь, дружба, надежда. Рассвет разливался по комнате, стирая тени прошлого. Жизнь продолжалась.