Санта всех накажет

В этот особенный предпраздничный день один парень, что всем сердцем верил в волшебство и исполнение самых заветных желаний, решил испытать судьбу и написать письмо самому Санта Клаусу! Тэхён был далеко не самым примерным ребёнком, с самого детства показывая свой тяжёлый, несносный характер. С течением времени всё становилось в разы хуже, от чего родители рвали на себе волосы и готовы были уже на стенку лезть, лишь бы их любимое чадо хоть на миг стало послушным и милым божьим одуванчиком. Но всё было тщетно. В средней школе всё стало куда хуже: плохая компания, постоянные прогулы на учёбе и запах алкоголя, почти не выветривающийся из комнаты подростка. Вот только это было начало. К своим восемнадцати годам юноша стал совсем неуправляем: регулярные тусовки у знакомых, плохая успеваемость, задирание ребят помладше, курение на перемене за школой, прогулы заметно участились, и на замечания родителей он лишь огрызался, а иногда и вовсе сбегал из дома. А ещё и волосы свои покрасил в ядрёный красный цвет. Безобразие. «Что с этим ребёнком не так?», — каждый раз вздыхали они, но ответа так отыскать и не смогли. Но они упустили один момент: их ребёнок уже давно вырос. И теперь искренне желает у сказочного героя кое-что интересное. То, что обычно не просят дети у доброго волшебника. «Уважаемый, достопочтенный Санта Клаус, Пишу тебе письмо, чтобы рассказать о своих поступках и попросить тебя кое о чём. В этом году я вёл себя очень плохо, даже хуже, чем прежде. На каждое Рождество я пишу тебе письмо, но до этих пор ты так и не выполнил мою просьбу, поэтому в этот раз прошу иное. Дорогой Санта, приди ко мне и накажи меня за моё непослушание и проступки, очень тебя прошу. С нетерпением жду твоего появления в моей комнате. С уважением, Ким-плохиш-Тэхён♡» После завершающих слов и своего фирменного сердечка в конце, которым он любил одаривать всех своих пассий в сообщениях, юноша запрыгнул на кровать прямо в уличной одежде, мечтательно рассматривая потолок, весь обклеенный флуоресцентными звёздами. «Ну и безвкусица», — про себя фыркнул Ким, снова злясь на родителей за их выбор в декорировании его комнаты. И ведь даже не учли, что парень вырастет и возненавидит эту девчачью мишуру, что они налепили, пока Тэхён был совсем малышом и не мог воспротивиться их действиям. Но сейчас это было абсолютно неважно. А вот что по-настоящему его заботило в этот момент: как он завтра же отправится к заветному почтовому ящику с говорящей надписью «Письма Санта Клаусу» и опустит внутрь очередной конверт со своим желанием. «Хоть бы в этот раз получилось!»

☆☆☆

Где-то в резиденции Санта Клауса

— Аккуратнее укладывай, это тебе не мешок с углём! — командовал мужчина, одной рукой державшийся за больную спину, а другой размахивал в стороны, раздавая поручения. — А ты чего стоишь? Оленей кто запрягать будет? В резиденции сегодня, как и каждый минувший год, была настоящая суматоха, и стоял неутихающий гул различных голосов. Маленькие помощники бегали из одного угла помещения в другой, чтобы успеть выполнить всё и не разочаровать своего босса. А тот сегодня явно был не в духе. — Ну что ты будешь делать. Вот из года в год всё было хорошо, вовремя со всем справлялись, и только в этот раз, стоило мне потянуть спину, так происходит полный хаос! — не переставал причитать пожилой мужчина, глазами выискивая внука. — Чонгук, ну где тебя вьюга носит? И только он произнёс имя парня, как тот тут же появился перед ним, почёсывая свою лохматую от долгого сна голову. Даже причесаться не успел, так не хотел выслушивать тираду деда о его безответственности и о вреде сна до обеда. — Что такое, дедуль? — хриплым голосом поинтересовался тот. Ещё не успел до конца проснуться и прийти в себя. Ох уж этот просмотр сериалов до поздней ночи. — Чонгук, тебе я доверяю самую важную задачу. — начал старик, совсем не уверенный в компетентности внука. Но другого варианта у него просто не было. Никому другому он не может доверить столь важное дело, кроме своего преемника. — Тебе нужно прочитать все недавние письма, отправленные через наш волшебный почтовый ящик, и развезти на санях подарки их отправителям. Понял? После неуверенного кивка мужчина облегчённо выдохнул, улыбаясь внуку тепло и с некой гордостью. Совсем недавно ведь только под стол ходил пешком да эльфов донимал, а теперь вырос, возмужал и понемногу вливается в семейное дело. Жаль только, что его сын — отец Чонгука, не смог видеть его успехов и сопутствовать на этом непростом пути. Но всему есть цена, и тот несчастный случай, который унёс жизни обоих родителей маленького мальчика, тому доказательство. Не стоило пренебрегать волшебными силами и использовать их во вред другим и в угоду своим прихотям, поскольку это всегда чревато — этот магический сгусток с негативной энергией вернётся обратно, и тогда случится самая настоящая расплата. Как и произошло с этими двумя. — Я тогда... Пойду? — неуверенность в голосе немного напрягла, но мужчина знал, что Чонгуку можно доверять и как бы тот не ленился и не противился всей этой, как он выражается, «волшебной дребедени», всегда выполняет все дела быстро и качественно. Ну точно внук самого Санта Клауса! — Иди. И не забудь: на тебе самая важная задача! Не подведи меня. — последние слова вышли чуть тише, словно тот делился чем-то сокровенным, личным. А, может, так и было, ведь у пожилого мужчины из всей семьи остался лишь этот мальчишка, на которого уже с детства возложена большая ответственность и довольно тяжёлая ноша. Что ж, так и начался очередной трудовой день, наполненный бесконечной беготнёй, чтением бесчисленного количества глупых писем с такими же глупыми желаниями, составлением списка подарков и контролем работы эльфов, что в последнее время начали всё чаще халтурить и делать свою работу спустя рукава. Поувольнять их мало, честное слово. Вот был бы он сейчас на месте дедушки, устроил бы этим мелким негодникам хорошую взбучку, а обнаглевшим детишкам, с каждым годом борзеющим всё больше и больше, желая несметное число подарков за не такие уж и хорошие поступки за год, отправил бы по мешку угля и открытку с изображением задницы оленя. Бесят. Но сдерживало Чона лишь то, что дед это явно не оценит и заставит весь следующий год убирать за этими рогатыми их продукты жизнедеятельности, а потом ещё и даст тот огромный учебник на тысячу страниц по истории Рождества и обязанностям настоящего Санта Клауса. Уж лучше стиснуть зубы и выполнить наказ старика по вычитке всей этой макулатуры с детскими каракулями и развозке презентов этим мелким спиногрызам, чем помереть от вони экскрементов и лопнувшей головы от огромного потока информации из этой энциклопедии жизни. Это нудное занятие заняло у брюнета добрых 4 часа жизни, за которые он уже хотел попрощаться со своими глазами и спиной, вчитываясь в совсем непонятный почерк маленьких вымогателей подарков. Каждый из них желал какую-нибудь новую игрушку, гаджет или даже домашнего питомца, которого строгие родители не разрешали заводить. Но одно письмо среди кучи однотипных, детских, выделялось своим отнюдь не детским содержанием. Некий «Ким-плохиш-Тэхён» не загадывал чего-то вещественного и не выделялся своими хорошим поведением и добрыми поступками, а наоборот — открыто рассказал о своих проступках и очень плохом, неподобающем для ребёнка поведении. Это, как минимум, заинтересовало Чонгука. А его рвение к тому, чтобы его письмо, наконец, было прочитано, не могло оставить равнодушным будущего приемника Рождественского бизнеса. Это был реальный бизнес, построенный на многолетней истории, которая гласит, что все хорошие поступки детей, искренне верящих в волшебство, дают магическую силу, за счёт которой и появляются подарки и хорошая, безбедная жизнь в резиденции. Ещё какое-то время Чон потратил на поиск прошлогодних отправленных писем неким «плохишом», но найти их так и не удалось: тогда этим делом занимался его дедушка, что без промедлений сжигал исписанные бумажки от непослушных детей. Ну не положено дарить им желаемое, если целый год эти негодники вели себя неподобающе. А сейчас этим делом заправлял молодой парень, проникшийся искренним желанием этого юного бесёнка быть наказанным за все свои проказы. Чонгук, конечно, не священник, но замолить грехи мальчишке поможет. Вот только прочитает оставшиеся письма и развезёт подарки по домам, а потом и разберётся с главным нарушителем теперь и его спокойствия.

☆☆☆

Атмосфера Рождества не могла не радовать уже изошедшегося юношу, что с нетерпением ждал долгожданного рождественского чуда, в полной мере бы вознаградившего его за все «хорошие» поступки в этом году. Родители снова уехали к родственникам на праздники, оставив своё чадо на произвол судьбы, но со страхом, что тот вновь учудит что-то эдакое, от чего на голове добавится ещё пара седых волосков. Лучше бы Тэхён согласился поехать с ними, но этот непослушный ребёнок в очередной раз всем своим видом и недовольным фырканьем показал, что в этом году из дома никуда не денется. Даже друзей звать не будет на вечеринку: те разъехались на каникулы в соседние города праздновать. Дабы чем-то себя занять и не ходить из угла в угол в ожидании какого-то волшебства, Ким обосновался в гостиной, украшенной по всем канонам рождественских сериалов. В углу комнаты стояла большая искусственная ёлка, увешанная бесчисленным количеством различных шаров и игрушек, а также её обвивала длинная гирлянда, мерцающая и освещающая всё просторное помещение. Рядом с зелёной красавицей расположились фигуры снеговика и забавного пухленького Санты, держащего в руке увесистый мешок с подарками. По правую сторону от главного рождественского атрибута находился незажжённый кирпичный камин, что тоже не забыли украсить, повесив на него красный матерчатый «носок». А на самом камине стояли симпатичные фарфоровые фигурки эльфов и резной подсвечник с золотыми свечками. Всё это создавало поистине сказочную атмосферу и уют. Набрав кучу разных снеков и сладостей с газировкой, Тэхён расположился прямо на белоснежном ковре рядом с диваном для просмотра рождественских фильмов. Это было некой традицией и хорошо поднимало настроение, дабы не чувствовать себя одиноко в пустом доме. Укрывшись пушистым пледом и расставив вокруг себя тарелки с закусками и стакан с колой, юноша с неподдельным интересом пересматривал свой любимый с самого детства фильм «Гринч — похититель Рождества». Казалось бы, ничто не сможет испортить эту мнимую идиллию, но вдруг послышалось приглушённое шарканье, доносящееся из камина. Странно, поскольку это не могли трещать горящие дрова, которые он, к слову, сегодня не разжигал. Камин не горел, но странный звук определённо доносился оттуда. Поставив фильм на паузу, красноволосый осторожно поднялся с нагретого места и начал тихонько красться в сторону эпицентра шума, что и не думал прекращаться, а наоборот — стал более отчётливым и приближающимся. Стало по-настоящему страшно. Только парень подумал о том, что это могли быть воры, выбравшие такой способ пробраться в их дом и обворовать, а, возможно, даже навредить единственному прибывателю, и что стоило бы поскорее найти телефон и позвонить кому-либо, как тут же раздался оглушительный звук падения и шквал благого мата. — Твою мать! — донеслось из камина недовольное шипение и тихое шуршание. — Что у них здесь происходит? Не могли хотя бы раз почистить этот чёртов камин? Чуть не разбился к чёртовой матери! Явно мужской голос не переставал ругаться и причитать, совсем не тревожась, что, вообще-то, он сейчас находился в чужом доме, а именно в чужом камине. Бред какой-то… Взгляд вдруг зацепился за кочергу, что спокойно стояла, прислонённая к стенке камина. Не теряя ни секунды, Тэхён, быстро сориентировавшись, подхватил чугунный предмет, вооружившись им и ожидая, когда незваный гость покажется. Казалось, прошла целая вечность, когда этот человек всё же выполз и, отряхиваясь от сажи и пепла, недовольно бурчал себе под нос, даже не замечая присутствия хозяина дома. — В..вы кто?! — почти проблеял напуганный юноша, неуверенно державший в своих трясущихся руках «оружие», направленное прямо по курсу на незнакомца. А тот же, по всей видимости, вовсе не смутился того, что его заметили и наставили в его сторону кочергу, забавно при этом дрожа и кусая свои губы-сердечки. — Я — Санта Клаус! — как ни в чём не бывало ответил молодой парень, лучезарно улыбаясь и протягивая ладонь, похоже, для рукопожатия. Некая догадка, что он действительно может являться каким-то там сказочным персонажем, промелькнула очень отчётливо, стоило заметить его странный наряд и какую-то волшебную ауру вокруг него. Одет он был в красный костюм с белой меховой оторочкой, на ногах чёрные кожаные ботинки. Его полушубок был затянут поясом с золотой пряжкой, а на голове у него был красный колпак с белым помпончиком. — Ты что несёшь? Разве Санта такой молодой? Я всегда думал, что он старый добрый дедушка! — почти истерил уже Ким, не до конца осознавая, что здесь вообще происходит и какого хера этот парень несёт. Сложно было поверить в то, что видел собственными глазами. — Хах, так вот какие у тебя пристрастия... — в голове уже что-то осмыслил тот и слабо усмехнулся своей догадке, чем сильнее вогнал в ступор стоящего напротив мальчишку. — Значит, любишь постарше? — Н..Нет! С чего ты взял? — Тэхён ну точно сейчас разревётся и начнёт топать ногами. Потому что этот незнакомый идиот, пробравшийся к нему домой через камин, говорит откровенный бред и выставляет его каким-то извращенцем, любящим трахаться со стариками. — Ты же сам писал в своём письме, что хочешь быть наказанным за все свои проступки. — неожиданно выдал «сказочный идиот», откуда-то знающий про письмо и его содержимое. Стало не до шуток. — Да, но... Я писал без задней мысли и думал, что его, как и в прошлые разы, никто не прочитает. Да и это шутка была — не хочу я быть наказанным, я же просто хотел позлить старика, потому что он мои письма не читает! — пытался оправдываться красноволосый, что понял одну простую истину: неспроста этот «Санта Клаус» появился сегодня в его доме. — Но ты же действительно плохо себя вёл в этом году. Я всё изучил: волшебный шар мне показал все твои пакости, постоянную ругань с родителями, твоё ужасное поведение и отвратительное отношение к партнёрам. Ты был очень плохим мальчиком, Тэхён. Тебя стоит хорошенько наказать! В его глазах — глубоких, тёмных, сверкнул слабый огонёк азарта и неподдельного интереса. Всё это ему казалось какой-то забавной игрой, напускной настороженностью со стороны юноши, как он думал, всего лишь играющего роль напуганного, загнанного в ловушку зверька. Но Тэхён в самом деле был напуган и загнан в «ловушку» в своём же доме, а этот парень, что представился самым что ни на есть настоящим «Санта Клаусом», сейчас смотрел на него, как на свою добычу. Хотелось сбежать. — Ч..что? Нет, подожди, как же... — Тшш, оставь все свои вопросы на потом. — Ким не успел вымолвить ни слова, как на его чуть раскрытые от негодования губы лёг чужой палец. — А сейчас я помогу тебе искупить все грехи, что ты совершил в этом году. И резко припечатался к чужим губам своими — сухими, обветренными на морозе, когда на оленях развозил подарки детям. Красноволосый обомлел и выронил из рук ту самую кочергу, которой хотел обороняться от этого... Санты. Он совсем не ожидал внезапно обрушившейся атаки на свой рот, что совсем его не слушался и послушно раскрылся под натиском чужого настойчивого, влажного языка. Тот, словно хозяин, проходился по всей полости, вылизывая каждый её миллиметр. Тэхён же на поцелуй отвечать не спешил, пребывая до сих пор в некой прострации и не до конца осознавая, что с ним делают. А делают с его ртом сейчас довольно приятные вещи. Негодяй не спешил отпрянуть и прекратить невзаимную близость, хорошенько обсосав мокрый язык перед тем, как отстраниться и заглянуть в чужие горящие, он уверен, от возбуждения глаза. Руки уверенно легли на тонкую, прикрытую оверсайз футболкой талию и рывком притянули худощавое тело вплотную к своему, чуть более подтянутому и со слегка прослеживающимся рельефом. — Я знаю, что ты ещё тот грязный мальчик. Так что давай, не смущайся, и покажи мне себя настоящего. Слова возымели нужный эффект. Ким, отпустив себя и все свои предрассудки, навалился всем весом на этого обольстительного незнакомца, раскусившего его, считавшего самые потаённые и скрытые желания, что он с особой тщательностью пытался скрыть на первых порах от парня, прикрываясь маской невинного, непорочного ангела. — Что ж, ты меня раскусил. — притёрся своим животом к чужому, ощущая небольшую рельефность его мышц. — А трахать ты умеешь так же хорошо, как разглагольствовать? — очевидная провокация сработала очень точно и действенно, чему свидетельствовали заходившие под кожей желваки и расширенные зрачки, скрывшие собой всю тёмную радужку. — Ты доигрался, детка. — сильные руки толкнули юношу на мягкий ковёр позади, в ворсе которого тот сразу же утонул, с удивлением и проступившим вождением разглядывая снизу вверх сильного и очень сексуального «Санту». — Скажи мне своё имя, чтобы я выстанывал его, когда ты будешь входить глубоко в меня. — не сводя глаз с фигуры напротив, Тэхён принялся неторопливо избавлять себя от абсолютно ненужной и даже мешающей его небольшой игре одежды. — У тебя совсем нет совести, да? — лукаво усмехнулся парень, жадно рассматривая распластанного на полу искусителя, что соблазнительно закусил свою пухлую губу, пока одной рукой проводил по своему стройному, а теперь ещё и обнажённому телу. — Чонгук. Меня зовут Чонгук. Вместо ответа тот издал приглушённый, полный нескрытого желания стон, стоило кончиками пальцев зацепиться за вставший сосок. Издевательство, не иначе. Не в силах смотреть на эту горячую картину со стороны, названый «Санта» опустился рядом с жаждущим ласки телом, с хитрым прищуром следя за этим занимательным выступлением. Ведь посмотреть точно было на что: мальчишка одной рукой ласкал свою чувствительную грудь, а другой сжал своё налившееся возбуждение, хаотично двигаясь по всей немаленькой длине. Этот вид пробудил в старшем что-то первобытное, животное. Хотелось незамедлительно развести в стороны длинные, стройные ноги и оказаться внутри горячего нутра, что, определённо, охотно приняло бы его всего целиком. На деле же тот пальцами защипнул бусину другого соска, обделённого вниманием, а ртом насадился на возбуждённый член. Ох, этот звук истинного наслаждения и долгожданного облегчения — только ради него Чонгук готов был сделать всё, что только попросит этот очаровательный демонёнок. — Ах, Ч..Чонгук! — стимуляции было слишком много, и просьба так и не могла слететь с распахнутых в очередном стоне губ. — Что такое? — брюнет оторвался от своего увлекательного занятия и поднял свои невинные глаза наверх, будто это не он сейчас отсасывал и ласкал его грудь. — Давай, сделай это! — требовательно, будто отдавал приказ. — О чём ты? Совсем тебя не понимаю... — Чону стало смешно от этого серьёзного тона, поэтому он решил ещё немного поиграть с мальчишкой и как ни в чём не бывало вернулся к стоящему органу, тут же жадно заглатывая тот по основание. Громкие, прерывистые звуки снова стали доноситься до ушей довольного до жути парня, что с упоением вылизывал венистую плоть, проталкивая ту глубоко в глотку и почти давясь той. Этот член был таким вкусным, как леденец, который хотелось пробовать и смаковать его вкус на языке снова и снова, задыхаясь от того, как он приятно давит на стенку горла, когда брюнет решается заглотить тот по самые яйца. Теперь стоны превратились в настоящее хныканье на грани плача. Было слишком. Просто слишком всего: пальцев, терзающих его натёртые соски; горячий рот, высасывающий из него не только сперму, но и душу, и ловкий палец, что нашёл небольшую сморщенную дырочку, потирая и поглаживая ту. От всей этой стимуляции хотелось уйти, выйти из влажного рта и убрать руки, трогающие так правильно, именно так, как хотелось. Это было чересчур. Капризные похныкивания только позабавили старшего, и, не обращая внимания на руки, вцепившиеся в плечи в попытке отстранить настойчивого любовника, продолжил доводить юношу до первого, мощного оргазма. Кажется, такое наслаждение он испытал впервые. — Боже мой... — выдохнул со сладким стоном на губах, выстреливая густой спермой прямо в горло. Определённо, это первый партнёр, который довёл его до такого состояния обычным минетом. А Чонгук лишь сыто улыбался, протирая уголки губ пальцами. Вкус был, на удивление, неплохим, поэтому он проглотил всё до последней капли с превеликим удовольствием и выпустил вокруг себя сверкающие искорки чистой энергии. Это негативная аура из полученной жидкости преобразовалась в позитивную, очищенную. И эти яркие огоньки не остались без внимания ошарашенного парнишки, еле собравшего себя по кусочкам после полученной разрядки и странного изменения в себе. — Ч..что это такое? Чон, словно не услышав вопрос, чуть поднялся и зашарил в кармане своего полушубка, всё ещё надетого на его тело. Ох, поскорее бы увидеть того без всей этой костюмированной мишуры. — Это твоя энергетика. Раньше она была довольно... Тёмной. Сейчас я её немного почистил, и она стала вот такой. Довольно миленько, не находишь? Рука выцепила нужный бутылёк, предусмотрительно прихваченный с собой из его комнаты в резиденции самого Санта Клауса. Ну а вскоре он займёт этот пост и сам станет настоящим «Сантой». Тэхён таращился во все глаза на эти длинные пальцы, ловко расправившиеся с крышечкой и вылившие вязкую субстанцию на плотно сжатый вход. От холода тот сжался ещё сильнее, немного усложняя задачу по растяжке. — Давай, не сжимайся так. — скомандовал Чон, растирающий стекающие по промежности капли. — Мм, легко сказать. — завозился по ковру Ким, пытающийся не уйти от щекочущих прикосновений к отверстию. — Я давно не был снизу, поэтому будь понежнее. Что ж, парень обязательно учтёт этот момент и постарается быть с младшим помягче, но обещать ничего, конечно же, не будет. Ведь для того, чтобы вывести всю «плохую» энергетику из этого пакостника, нужно было хорошенько его «очистить», а затем «наполнить» светлой энергией. Ну а для этого надо быть немного грубым и действовать жёстко и резко. А жалеть юношу и прислушиваться к его словам о том, что он давно не был принимающим, Чонгук вряд ли будет. Стоит только вспомнить о всех его похождениях и последних довольно долгих для него отношениях, длиной в полгода, с девушкой, которой он знатно потрепал нервы, то всё сострадание тут же улетучивается, и появляется непреодолимое желание преподать урок этому проказнику. Старший сейчас же займётся его воспитанием. Два пальца жёстко вошли внутрь тугой дырки, действительно узкой и явно давно не использованной. Жалости не было, даже когда под ним кряхтели и пытались соскочить с пальцев, неприятно растягивающих слабо поддающиеся мышцы. Было неприятно и моментами больно, когда почти сразу третий палец протолкнулся следом и заполнил его очень плотно, хорошо раскрывая сомкнутое мышечное колечко. Растяжка была очень торопливой и резкой, совсем не щадящей и таранящей внутренности быстро и сбивчато, но было в этом что-то возбуждающее. С Тэхёном ещё никогда так не обращались. Может, именно этого он всегда желал и ждал. Когда стенки стали немного мягче, Чонгук быстро расправился со своими брюками и чуть спустил их на бёдра, более не раздеваясь и не позволяя увидеть свою наготу. Это и не к чему, поскольку младший всё равно весь процесс будет стоять к нему спиной и не увидит ни миллиметр его тела. На самом деле эта мысль немного заводила: сам-то он видел каждую родинку, каждый изгиб тела юноши, но увидеть своё тело не давал, как бы говоря, что сегодня волю у Кима забрали и заставили полностью подчиниться. Превосходно. — Что ты... — смог только вымолвить красноволосый перед тем, как его грубо перевернули и поставили в коленно-локтевую, высоко вздёргивая задницу, а лицом ткнули в мягкий ворс ковра. — Не дёргайся. — предупредил серьёзный голос сзади, а затем младший почувствовал приставленную к его чуть раскрытому анусу крупную головку. — Я вхожу. И резким, слитным толчком тот оказался внутри горячего нутра, что рефлекторно стиснуло его от внезапного распирающего вторжения. Стенки скользкие и гладкие приятно обволакивали довольно массивный член, совсем не жалеющий и уже приступивший плавно раскачиваться в мальчишке, не дав ему привыкнуть к сильной заполненности. Юноша пытался слезть, уйти от чрезмерного распирания внутри, но его быстро остановил Чон, одной рукой ухватившийся за его талию, а другой придавив голову к ковру. Лицо полностью утонуло в мягком ворсе, и звуки, вылетающие из его рта, были совсем приглушёнными и почти неразборчивыми. Это было как нельзя кстати: когда фрикции стали ещё резче и глубже, проникая, кажется, до самого живота, Тэхён совсем перестал сдерживать свои стоны и начал откровеннее и громче вскрикивать, хныча и, видимо, прося замедлиться. Шлепки становились всё звонче, и при каждом соприкосновении с их тел сыпались маленькие, сияющие искорки энергии. Как Чонгук и думал, это самый действенный способ наказать и избавить негодника от плохой ауры. Сейчас он напитает парнишку доброй магией, и тот обязательно станет хорошим, послушным мальчиком. Когда крупная плоть задела набухшую простату, младший заскулил и выкрикнул громко, привлекая внимание и требуя: — Чонгук! — еле разобрал старший слова, сдавленные, на грани истерики. — Ещё! Сделай так ещё! Мне нужно совсем немного... И раз уж Чонгук был добрым волшебником, то, конечно, выполнил просьбу, теперь более ожесточённо тараня только эту чувствительную точку. Член так правильно проходился по ней, хорошо стимулируя и подводя к разрядке, что возбуждённому, жаждущему именно такой грубости подростку хватило каких-то жалких пары минут, чтобы с оглушительным криком и громким плачем кончить прямо на белоснежный ковёр. Стенки плотно зажали плоть внутри себя, совсем не давая сдвинуться, поэтому с особым изощрённым наслаждением Чон протолкнулся особенно глубоко, заполнив внутренности густой спермой. Когда орган совсем опал, парень медленно вышел из растраханной, опухшей дырочки, наблюдая за самым захватывающим зрелищем. Раскрытый вход, немного покрасневший от грубого отношения и резких толчков, выталкивал из себя белую жидкость капля за каплей, и каждая из них сверкала каким-то волшебным блеском, гипнотизируя, притягивая к себе взгляд. Жаль, что Тэхён не видел эту красоту. — Вау, детка, видел бы ты сейчас всё это великолепие моими глазами. Просто невероятно... — длинные пальцы собрали всё вытекшее из сокращающегося отверстия семя и протолкнули обратно, размазывая его по влажным стеночкам. Ким уже плохо соображал, что с ним делают, да и было как-то всё равно, акцентируя своё внимание на испытанных ощущениях и изменениях, происходящих в его сознании. Происходило явно что-то серьёзное. В голове словно что-то щёлкнуло, и все те слова, все поступки, которые он когда-либо совершал, показались ему омерзительными и аморальными, а по отношению к себе он почувствовал лютую ненависть и осуждение. Как он вообще мог так поступать с людьми, доверявшими ему, любящими его? Отвратительно. — Ч..Что со мной такое? Почему я так... — слова не складывались в одно предложение, а мысли метались, так и не найдя состыковки. Тэхёну было страшно, он совершенно не знал, что с ним происходит. Когда первые слёзы истинного страха и безысходности упали на мягкую поверхность, юношу осторожно перевернули на спину, большим пальцем стирая непрошенную влагу. — С тобой всё будет в порядке. Я просто избавил тебя от этой отравляющей твою и жизни твоих близких энергетики. Теперь ты стал хорошим мальчиком, Тэхён. — широкая улыбка совсем не вызвала чувства радости. Да, то, что он стал «хорошим» мальчиком и больше не будет изводить своих родителей и обижать своих партнёров, определённо круто, но теперь, когда в его сердце поселилось тепло и невероятная эмпатичность ко всему живому, а также появились какие-то ожидания и надежды, стало совсем не до смеха. Он же только что переспал с этим парнем. А если они слились телом, то значит и душой тоже связаны. Но страх, что его оставят, забудут, как минутное развлечение, плотно засел в его голове. Эта его новая невинная и местами наивная натура пугала. А пока юноша переживал в своём воображении сценарии дальнейшей жизни и будущего в целом, лёжа на ковре абсолютно обнажённым в форме звезды, брюнет тихо поднялся на ноги, не произнося ни слова. Видимо, давал время свыкнуться с новой реальностью. Вынырнув из бесконечного потока мыслей и переживаний, Тэхён тут же подскочил, усаживаясь на больной зад. Внутри всё саднило и покалывало, но с этим он разберётся позже. Сейчас нужно было разобраться с их... Отношениями? — Т..Ты останешься со мной? — совсем тихо, шёпотом, большими блестящими глазами уставившись наверх. Надежда плескалась на дне этих искренних, чистых глаз, что теперь были по-настоящему честны и открыты. Чонгук не ответил. Он продолжил невозмутимо застёгивать ширинку на своих брюках, побрякивая пряжкой кожаного ремня. Тэхён понял. Только сейчас, когда с ним поступали ровно так же, как он поступал каждый раз с любовниками, оказавшимися с ним в постели на одну ночь, жаждущими его внимания и хоть каплю любви, он понял. Это действительно больно. Больно, когда ты, полный надежды на ваше совместное светлое будущее и взаимную любовь, резко ударяешься о жестокую действительность и видишь в чужих глазах лишь пустоту и безразличие. Но Чон точно не был плохим человеком, каким был Ким раньше. Он, полностью приведя себя в порядок, медленно опустился на корточки перед содрогающимся в рыданиях юношей и нежно провёл ладонью по влажной щеке. — Я вернусь, обещаю. Только закончу все свои дела и обязательно вернусь к тебе. Это обещание, даже клятва, мгновенно успокоили и предали сил. Младший кивнул и тепло улыбнулся, ловя в ответ такую же, искреннюю, с отблеском зародившихся чувств. Они провели в этом комфортном молчании, казалось, целую вечность, прежде чем Чонгук исчезнет на неопределённый срок. Парни просто смотрели друг на друга, впитывая в себя образ человека напротив. Это было необходимо им обоим. На прощание «Санта» подарил ему самый нежный, самый прекрасный поцелуй в его жизни, дав понять, что они ещё обязательно встретятся. И так, «Санта Клаус» исполнил желание одного мальчика, что плохо вёл себя в течение года, и откровенно писал об этом в очередном отправленном письме. А теперь он ещё и стал для этого самого мальчика первой и самой настоящей любовью, исцелившей и забравшей всё плохое, что сидело в нём все эти годы. Сейчас, когда пост «Санта Клауса» занимал молодой парень, унаследовавший семейное дело, кругом ходила одна легенда. Все шептались и говорили одну заученную фразу: «Санта накажет всех непослушных мальчиков!»