Сломать, чтобы починить

Красно-синие огни полицейских машин освещали главную площадь Джерико, прорезая дождливые сумерки как ножом. Звуки сирены, озабоченный шёпот зевак и далекие вспышки фотокамер служили саундтреком для места преступления, что уже вылилось из офисного здания на улицу. Полицейские и детективы слонялись туда-сюда, тихо переговариваясь и качая головами, как будто никогда не видели ничего подобного. Не самая обнадеживающая картина для тех, кто хотел, чтобы виновного поскорее нашли. Среди всего этого хаоса Эффи сидела в машине скорой помощи, замотанная в шуршащее одеяло. Вероятно, кто-то укутал её в него, чтобы уменьшить шок. Но никакое количество одеял не могло смягчить шок от того, что она сегодня увидела, когда зашла в офис доктора Кинботт на свою обычную сессию. Тело её терапевта было изуродовано до неузнаваемости. Глубокие рваные раны покрывали её лицо и туловище. Несколько из них вспарывали живот так, что внутренности вываливались наружу, будто она была какой-то чудовищной пиньятой. А голова, неестественно выгнутая в сторону, держалась только на позвоночнике. Как если бы убийца на самом деле собирался оторвать её, но в последний момент передумал. Бордовая кровь заливала обычно чистейшую комнату. Пропитала ковер, забрызгала стены и потолок, и окрасила каждый сантиметр бледной кожи женщины. Увидев эту картину (хотя осознание происходящего заняло какое-то время), Эффи захлопнула дверь и быстро освободила свой желудок от содержимого в мусорку в коридоре. Стоя на коленях, одной рукой она придерживала свои волосы, а другой набирала на мобильном 911. Не самый достойный вид, но вряд ли полицию Джерико это волновало. Они примчались несколько минут спустя, громыхая ботинками по лестнице, по парам поднялись на второй этаж, с пистолетами наголо и трещащими рациями, по которым передавали инструкции друг другу. Стадо слонов шумело бы меньше. Эффи выглядела ужасно: позеленевшее лицо, дрожащие руки, глаза вдвое больше обычного. Достаточно было просто на неё посмотреть, чтобы понять, что она точно не была жестоким убийцей. Да и не сложно было доказать, что у неё были сеансы с доктором Кинботт каждый второй понедельник в 17:30, почти на протяжении года. Несмотря на всю её обычную неприязнь к копам, в тот момент она знала, что они просто делают свою работу. После того, как Эффи проверили жизненные показатели и снова завернули её в одеяло, похожее на конфетную обёртку, на неё перестали обращать внимание. Она знала, что не должна уходить, — её обязательно захотят пригласить на станцию для допроса, — но всё, чего ей хотелось, так это поскорее вернуться домой, принять самый горячий душ и залезть в свою постель. Она услышала, как кто-то выкрикивает её имя откуда-то из-за полицейской ленты, и обернулась. Тайлер, игнорируя протесты нескольких полицейских в форме, перелез через ограждение и поспешил прямо к ней. Его глаза быстро изучили её на наличие малейших царапин и повреждений. — Боже мой! — Он притянул её в объятия. — Я увидел все эти огни через площадь. Что случилось? Эффи немного отстранилась, но его сильные руки оставались на её плечах, не давая потерять опору. — Я шла на свой сеанс терапии, но когда вошла… — она вздрогнула, потому что перед глазами снова возникла эта картина. — доктор Кинботт… Тайлер, это было так ужасно. — Кто мог такое сделать? Прежде чем она смогла ответить, появился шериф Галпин, с руками на пряжке ремня, и нахмурился больше обычного. — Тайлер, ты не должен здесь находиться. Лицо его сына потемнело, и он сжал руку на плече Эффи сильнее. — Не дай бог я предложу своей девушке поддержку? — Сын, это место преступления, а не свидание, — ответил шериф и бросил взгляд в сторону «Везервейн» через площадь. — Разве тебе не надо управлять кофейней? — Никто не покупает кофе в такое время, — огрызнулся Тайлер. Его отношения с отцом были натянутыми в хороший день и опасно непредсказуемыми в плохой. — Менеджер меня не уволит. Шериф Галпин посмотрел на него с неприкрытым презрением, словно его сын был не взрослым мужчиной, управляющим кафе, а непослушным бунтующим подростком. — Ты слишком безответственный, чтобы управлять бизнесом, я всегда это говорил. Прежде чем Тайлер смог гневно ответить, к ним подошла заместитель Сантьяго. И если она и услышала их семейную грызню случайно, то мудро её проигнорировала. — Нам нужно, чтобы ты поехала с нами в участок, — она говорила твёрдым, но добрым голосом. — Для стандартного допроса, потому что ты нашла тело. — Конечно, — в горле пересохло от перспективы вновь пережить свежий ужас того, как она нашла тело. Это всё ещё было отвратительным зрелищем и самым худшим способом начать неделю. — Мне поехать с вами или… — Я отвезу тебя, — перебил Тайлер, нервно выуживая ключи из кармана джинсов. — Это нарушение протокола, И ты знаешь это, Тайлер, — отмахнулся шериф. — Она поедет со мной и может позвонить тебе, когда мы закончим, если хочет. Хорошо? Тайлер злобно зыркнул на отца, но его взгляд смягчился, когда он вновь повернулся к Эффи. — Так подойдет? Она кивнула, он легко прижался к её виску губами: — Наберешь меня, как только освободишься? Полицейский участок Джерико был темным, старым и пах как моющее средство, вперемешку с пережаренным кофе. Колченогий стул с жесткой спинкой в офисе шерифа Галпина был невозможно неудобным: любая поза казалась пыткой. — Итак, — мужчина сидел напротив Эффи, наклоняясь над неприбранным столом с бумагами и пустыми чашками. — Что вы делали в кабинете доктора Кинботт в это время? — Разве мне не полагается адвокат? — Вы сделали что-то настолько плохое, что вам потребуется адвокат? Эффи поджала губы. — Я была там, потому что у нас был сеанс. — Точно? — Я ходила к ней почти год. Уверена, вы можете подтвердить это на портале для пациентов. Галпин посмотрел на неё, прищурив глаза. Эффи никогда особенно ему не нравилась, несмотря на очевидное увлечение сына. Она не знала наверняка, росло ли это чувство из её личности, или из того факта, что Тайлеру было по-настоящему хорошо с ней. Сложно было разобраться и до сих пор, хотя они встречались уже пол года. — И где ты была раньше? — Работала — Ты работаешь удалённо? — Да, сэр. — Теоретически, ты можешь работать откуда угодно, — задумался он, со крипом откидываясь на древнее кресло на колесиках. — Хотите проверить, где находился мой телефон весь день? — спросила Эффи, раздражаясь. — Если, конечно, у вас есть такие возможности. — Где вы находились перед тем, как пойти в офис доктора Кинботт? — голос Галпина становился громче, а тон — жёстче. — Я была дома, в своей квартире. На другом конце города, — нахмурилась Эффи. — Работала с клиентом, можете спросить моего начальника. Я делала это до пяти. Потом отметилась, что закончила работу, остановилась у «Везервейн» повидать Тайлера. И пришла в офис за две минуты до начала сеанса. Тогда я и нашла… ее. Шериф вздохнул и перетасовал бумаги на столе. — Я знаю, вы меня недолюбливаете, — Эффи сложила руки на коленях. — Но я не сделала ничего плохого. — Не мне об этом судить, — проворчал он. — Зачем ты ходила к этому мозгоправу почти год? — Я не должна отвечать на это, — выстрелила она в ответ. — Вы когда нибудь слышали о конфиденциальности общения между врачом и пациентом? — Да, да… — Галпин отмахнулся от её слов, как от насекомого. — Но, кажется, я заслуживаю знать, не встречается ли мой сын с сумасшедшей. Эффи пристально на него посмотрела. — Это не ваше дело, зачем я ходила к психологу. — Проблемы с мамой? Проблемы с папой? — Его тон был насмешливым. — Бывший парень бил? Ваше поколение такое нежное. Боже, неудивительно, что вы с моим сыном поладили. — Шериф, это непрофессионально, и вы явно не можете быть беспристрастным. — Эффи вспылила и её лицо тут же покраснело от гнева. — Могу я уйти? Галпин долго рассматривал её, прежде чем одарить коротким кивком. — Я делаю тебе одолжение, не задерживая тебя, знаешь? Мы с тобой ещё свяжемся. На языке вертелись тысяча вещей, которые она могла бы сказать отцу Тайлера, но не хотелось провести ночь в одной из двух камер в углу участка. Эффи встала и ушла, не сказав больше ни слова. Холодный октябрьский ветер хлестал по лицу, когда она вышла наружу, и всё же это было лучше, чем душный полицейский участок. Единственный фонарь освещал парковку, вокруг оставалось всего лишь несколько машин. Когда Эффи уже начала переходить на тротуар, она услышала хлопок дверцы машины и голос Тайлера. Она обернулась, и он тут же подбежал к ней, и через секунду прижал к своей груди. Её плечи расслабились, как будто прикосновение его рук наконец позволило начать дышать свободно. Их губы встретились в мягком, но нетерпеливом поцелуе, от которого внутри потеплело. В нём было явное обещание продолжения. — Только не говори мне, что ты собиралась идти пешком в темноте, — прошептал он в её волосы. — Тут всего лишь несколько кварталов, милый. Тайлер покачал головой. — Уже поздно, и ты только что пережила огромный шок. Будет лучше, если ты позволишь мне отвезти тебя домой. — Твоя кровать удобнее, — запротестовала Эффи, когда он запустил палец под ремень её джинсов и потянул к своей машине. — Давай лучше поедем к тебе. — Я не спорю, — ответил Тайлер, открывая ей пассажирскую дверь. — Но мой дядя приехал в город и остановился у меня. Так что… мы всё равно не сможем побыть там наедине пока. Эффи нахмурилась: — Вот дерьмо. Я забыла, что он приезжает сегодня. Загадочный дядя Тайлера давно собирался приехать. Недавно он связался с ним, желая восстановить родственные связи, которые были весьма хаотичными после смерти матери Тайлера. Со слов самого Тайлера, его дядя всегда винил шерифа Галпина в преждевременной смерти Франсуазы. То ли потому, что она забеременела слишком рано, то ли по какой-то другой причине. Никто уже не знал. Но после всех этих лет он, кажется, был готов выбросить белый флаг и восстановить отношения с оставшейся семьей. — Это ненадолго. Только пока он не найдет себе жилье, — пообещал Тайлер, пристегиваясь. — Он останется?! — Да, я тоже не думаю, что это хорошая идея, — пробормотал он, выезжая с парковки. — Но, кажется, он серьёзно настроен. У него не было других родственников, кроме моей мамы. По крайней мере таких, кто бы хотел его знать. Мне кажется, их отец… — слова застряли в его горле и Эффи накрыла его руку своей. — Может, вы с ним найдёте что-то общее, — сказала она тихо. — Случались и более странные вещи, — ответил Тайлер. — Но сближаться с дядей на почве дерьмовых отношений с нашими отцами… это не совсем моё понимание комфорта. — Когда ты меня с ним познакомишь? Тайлер посмотрел на неё с недоверием: — Ты уже знаешь моего отца, и всё ещё хочешь познакомиться с другими родственниками? — Если это важно для тебя, то да. — Мы не говорили об этом, но я тебе сообщу. — Чем он занимается? — Не могу сказать, — ответил Тайлер, осторожно подъезжая к её квартирному комплексу. — Судя по тяжелым коробкам с книгами, которые занимают почти всю мою квартиру — возможно, юрист. — Если твой отец не поменяет свои методы допроса, я думаю, у твоего дяди будет много работы. Тайлер скривился: — Он не слишком грубо с тобой обошёлся? — В основном, просто хотел узнать, не встречается ли его сын с сумасшедшей. — Ебаный ад! — Он припарковал машину немного резко. — Мне очень жаль, Эффи! Он не имел права такое тебе говорить. — Я бы сказала, что он просто переживает за тебя, но мы оба знаем, что это не так. Гнев рвался наружу из под кожи Тайлера, когда он отстёгивал ремень. Эффи всегда знала, что в нём есть тьма. В какой-то степени, это её в нём и привлекло с самого начала. Не как к кому-то, кого можно «починить» или вместе поплакать. Скорее он был таким же человеком, которому судьба раздала паршивые карты, и который не видел нужды скрывать это от неё. У них обоих были свои проблемы, но за месяцы отношений они сделали друг друга лучше. Чуть более приспособленными. Чуть менее одинокими. Две стороны одной и той же потертой монеты. Несчастье, может, и любило компанию, но отчаяние ощущалось чуть менее острым, когда он был рядом. Они оба взлетели по лестнице к квартире Эффи на втором этаже, думая только о том, что было бы хорошо закончить эту ночь вместе. Эффи повернулась к двери, перебирая ключи, и почувствовала, как грудь Тайлера прижалась к её спине. Тёплое дыхание пробежалось по шее мурашками. Он прикусим мочку её уха и мягко подтолкнул через порог. Не включая свет, он развернул Эффи и прижал к стене возле холодильника. Со стороны Тайлер выглядел, как милый парень, но он становился ненасытным, как только они оставались за закрытыми дверями. Его колено проскользнуло между её ног, а его губы тут же встретились с её, целуя так, как не целовал уже несколько дней. Он держал её за шею, притягивая её лицо к своему, пока его пальцы запутывались в её волосах и слегка оттягивали их. Её спина немного выгнулась, чтобы плотнее прижаться к его колену. Настойчивые поцелуи Тайлера спустились от края челюсти вниз по шее. Эффи закрыла глаза, когда он зашептал что-то приятное прямо в её кожу. Если он пытался отвлечь её от ужаса, который она пережила часами ранее, у него отлично получалось. Куртка Тайлера полетела на пол, за ней последовала и её. Он уже наполовину снял с Эффи рубашку, когда зазвонил его телефон. Они оба проигнорировали это, и она сама помогла ему расстегнуть пуговицы. Его губы уже прижимались к её ключице, пока он ловко расстёгивал лифчик, и в этот момент телефон зазвонил снова. С раздражённым вздохом Тайлер оторвался и ответил, не прекращая соблазнительно водить по краю кружева. Она вздрогнула, надеясь, что он закончит звонок как можно скорее. — Алло? Нет, Ребекка закрыла. — Тайлер посмотрел на Эффи с коварной улыбкой и нежно обхватил её грудь. Провёл большим пальцем по соску, прежде чем бросить на неё игривый взгляд, замечая, как её дыхание от этого сбивается. — У меня были планы. Нет, я не могу… Зачем я вам там нужен? Черт возьми… ладно. Я скоро приеду. Он сунул телефон в карман и шумно выдохнул. Раздражение исходило от него волнами, пока он собирал свою одежду с пола. — Поверить не могу, что в моем возрасте мне приходится уходить ни с чем. Чувствую себя как подросток. — Тебе придется компенсировать это в следующий раз, — подмигнула ему Эффи. Не спеша одеваться, чтобы он ушел немного сожалея, что оставил её на кухне полураздетой. — Не сомневайся, — он поцеловал её ещё раз. — Напиши мне, когда придешь домой, ладно? — Конечно! Люблю тебя! — Я тебя тоже. Ночью Эффи спала беспокойно и всё время вертелась. К сожалению, ни горячие поцелуи Тайлера, ни мелатонин не смогли стереть образ изуродованного тела Кинботт из её головы. Утром она как в тумане натыкалась на всё в квартире. К счастью, после того, как она объяснила начальнику, что случилось, ей разрешили взять отгулы до конца недели. Но без необходимости работать, тяжесть, оставленная смертью доктора Кинботт, теперь давила ещё больше. Иронично, но, похоже, теперь Эффи нужен был новый терапевт, чтобы справится с травмой после убийства предыдущего. Она быстро достала визитку офиса Кинботт из ящика со всяким хламом, не давая себе шанса передумать. — Семейная терапия Джерико, чем я могу вам помочь? — ответила вечно бодрая секретарша на втором же гудке. — Здравствуйте, я была пациенткой доктора Кинботт, — не то чтобы от этого они были особенно близки, но это ведь не делало ситуацию легче. — Вы можете записать меня к кому-то? — Конечно, милая, — на другом конце раздались звуки ногтей, стучащих по клавиатуре. — Мне очень жаль, мы что-то вам подберём. — Спасибо. — Похоже, оба других психотерапевта очень загружены, — ответила она, кликая мышкой. — Но вам повезло, сегодня утром мы как раз закончили оформление нового. У него прекрасные рекомендации. — Я… — Эффи подумала, как бы это сформулировать. — У вас совсем нет возможности записать меня к женщине? — Нет, боюсь что нет. Доктор Алиса занята на полгода вперед. «Полгода! Быть такого не может», — подумала она, и ответила со вздохом: — Хорошо. Запишите меня к нему. — Прекрасно. Он начинает в четверг, если вам подходит. — Конечно. — Пять часов, удобно? — Да, — Эффи закусила губу. — Могу я спросить, как его зовут? — Доктор Айзек Найт.