Рыжее солнце

Школьные будни всегда были однообразны для меня, как и для моей соседки по парте – Василисы. Мы дружили с детства и всегда делали все вместе: уроки, попытки «подкатывать к парням» (боже упаси) и многое другое, что впервые пробуют многие друзья. И, честно сказать: она была потрясающей. Ее чудесные волнистые рыжие волосы были просто очаровательны. Глубокие карие глаза манили своей магией, а нежный тембр голоса сводил меня с ума. Я не могла оторвать от подруги взгляд. На уроке биологии мне безумно хотелось наклониться и прошептать ей: «Ты прекрасна», «Я хочу быть твоей», но я понимала, что она подумает, будто я сошла с ума. Радовало то, что: во-первых, я знала — она тоже лесбиянка и у нее были отношения с девушкой; во-вторых, она почти не общалась с парнями, да и вообще — кроме меня и пары друзей; в-третьих, она была безумно талантлива и часто радовала меня своими «мини-подарками»: то напишет милый текст, то неожиданно начнет флиртовать, а потом привычно отмахнется: «Мы же подруги! Девчонки так делают». В общем, я втюхалась в нее по-полной. Насчет нее самой я не знала, но иногда так хотелось крепко обнять ее, прижать к себе и шептать: «Спасибо, что ты у меня есть. Я люблю тебя до безумия». Моя сентябрьская девочка всегда удивляла — ее нежная улыбка заставляла меня сиять, а огненно-рыжие волосы — тонуть в них с головой. Я влюбилась в нее больше, чем в кого-либо ранее. Когда урок закончился, я, сама того не замечая, предложила помочь ей собраться — и она согласилась. После школы я пригласила ее в кино. И знаете что? Она согласилась! Я буквально пищала от счастья. Подождала ее, пока она зашла домой переодеться. На себя внимания не обращала — и в школьной форме готова была идти с ней хоть куда. Но когда она вышла в темно-синих джинсах-оверсайз, белом топе, кроссовках и с милыми украшениями, я просто растаяла, как сыр: заметно покраснела и предложила ей руку. Она с улыбкой ее приняла.

В кино.

Я раньше спрашивала у нее о фильмах — она сказала, что особо не смотрит, но любит хорроры и детективы, всякую «жуть». В итоге мы выбрали детектив про мужчину, который убил жену и пытался оправдаться перед полицией. В сам сюжет я почти не вникала — для меня важнее было сидеть рядом с ней. Кажется, мне удалось хоть чуть-чуть завоевать ее внимание. Василиса с головой погрузилась в просмотр, и это вызывало у меня улыбку. Под конец первой половины фильма я аккуратно положила руку поверх ее руки. Она даже не отдернула — и я облегченно вздохнула. Так мы и просидели весь фильм. Я все время краснела и ловила себя на том, что снова и снова любуюсь ее глазами — глубокими, карими, как горький шоколад. Меня очаровывала ее мимика, внешность, ум, ее миниатюрность и креативность. Василиса всегда была благоразумной и необычайно талантливой девочкой — именно это в ней и восхищало меня. После «шедевра» мы еще долго гуляли по площади. В колонках звучали ее плейлисты — от t.A.T.u. до Isabel LaRosa. Я была потрясена тем, как глубоко она чувствует тему женской любви. Она рассказывала, как ее раздражают парни, что многие гетеро-девушки ведут себя инфантильно в отношениях, и что сама она старается быть «лучшей» для той, с кем однажды будет. И тут я поняла: это мой шанс. Мы остановились возле красивого моста, освещенного фонариками. Василиса непонимающе посмотрела на меня, и я, наконец, сказала то, что скрывала годами — от друзей, родителей, ее самой и даже себя: — Я люблю тебя, Васенька. Ее щеки залились румянцем, на лице появилась улыбка. Я поняла: мои чувства взаимны. Она крепко обняла меня, тихо мурлыча в плечо. Я ответила, прижимая ее к себе, и, наконец, осмелилась — коснулась ее губ. Аккуратно, трепетно, словно играя, как кошка. Она ответила — ее губы мягко прижались к моим, и поцелуй оказался нежным, медленным, бесконечно романтичным. Время будто замерло. Кроме стука моего сердца и ее глубокого дыхания я ничего не слышала. Василиса положила ладони мне на талию, и я потянулась ближе — хотелось, чтобы этот человек был только мой. Когда мы отстранились, я увидела, насколько она счастлива. Мы обнялись крепко-крепко. Мы вместе. Это мой человек. Я люблю тебя, мое рыжее солнышко.