Зимняя история

Лариса уже не первый день боялась возвращаться домой. На работе, в общественном транспорте, в парке, кафе и магазинах ей было спокойно, как и всегда. Но стоило ей только ступить на крыльцо своего родного дома и уютный мирок её личного спокойствия рушился на глазах. Всё началось около двух недель назад, в пятницу, с приходом снегопада, обрушившегося на маленький городок. Сначала легкая поземка укутывала последнюю зеленую траву воздушно-снежным одеялом, оживляя краски засыпающего дня, а чуть позже, ближе к полуночи началась настоящая метель и утром дома и улицы города казались пряниками из новогодней сказки, стоя покрытыми высокой шапкой снега. А в понедельник солнце решило порадовать мир своим явлением на небосводе, принеся с собой не только яркие, хоть и не согревающий лучи, но и легкую оттепель на радость детям, лепившим во дворе из податливого снега снежную бабу с морковкой вместо носа и ветками укропа, заменившими даме праздничную укладку. С крыш потекли вялые, тоненькие ручейки, и отзвуки капели в предновогоднем воздухе напоминали скорей весеннюю оттепель, чем конец декабря. Но зима не собиралась так просто сдаваться и ночной морозец превратил подтаявшие улочки в череду непрерывных мини-катков, а крыши украсил сосульками, превратив дома уже не просто в праздничные пряники, а в пряники с карамелью. Лариса любила зиму и до этого года зима отвечала ей взаимностью, давая возможность покататься на лыжах в лесу или весело провести время на катке с друзьями. Но в этом году всё пошло не по плану: девушке стало казаться, что она медленно, но верно сходит с ума. Ларису преследовали голоса. Если уж говорить начистоту, то не голоса, а один голос – тоненький, звенящий на морозном воздухе, обращающийся непосредственно к кому-то одному, но очень дорогому. - Мама, мамочка, где же ты, - пищало некое невидимое существо, не давая Ларисе ни минуты покоя дома. – Ты потерялась, или это я потерялся? Мне скучно одному, мне страшно, приходи, найти меня, я домой хочу. Голос начинал преследовать хозяйку домика прямо с порога, едва он только поднималась на деревянное крыльцо и начинала искать в сумке ключи. - Эй, девочка, - тут же обращался к ней невидимый собеседник. – Позови мою маму, ну что ты головой по сторонам крутишь! Её рядом нет, мне то уж с высоты виднее. Я маму потерял, помоги мне, я домой хочу. Осмотревшись по сторонам в очередной раз, Лариса понимала, что малыш-шутник или где-то очень хорошо прячется, или тот голос, который она слышит представляет собой не более, чем галлюцинации от усталости на работе. - Что конец года с людьми делает, - сокрушенно думала она, входя в дом. – Надо спать пораньше лечь. Или дети соседские шалят, лучше бы уроки делали! Но на третий день, снова услышав назойливый голосок, Лариса решила, что шутка зашла слишком далеко. Голос стал её раздражать. Списать на усталость третий день однообразные события больше не получалось, значит оставалось одно решение проблемы: найти малыша-шутника. Вооружившись фонариком, девушка пошла искать следы незваного гостя вокруг крыльца. Каково же было её удивление, когда никакого присутствия посторонних вокруг своего крыльца она не обнаружила. Снег прекрасно сохранил бы все следы, но, суя по всему сохранять было нечего, никто к ней в гости не заходил. Лариса в растерянности стояла у ступенек, пытаясь в очередной раз рассмотреть хоть какие-то намёки на присутствие чужака, и вдруг до неё снова донесся странный голос. - Девочка, ау, девочка, ты меня слышишь вообще? – Голосишко отчаянно надрывался, пытаясь добиться её внимания, ибо вокруг больше не души не было. – Ты, да, именно ты, в красном пальтишке. А потерялся, помоги мне. Мы с тобой в этом доме уже не в первый день живем. Я маму ищу, а больше кроме тебя тут нет никого. Значит ты и есть моя мама. Мама, мамочка, забери меня скорее куда-нибудь, где не так скучно и одиноко. И чтобы Солнца страшного не было. Мамочка, я же не вырос ещё, а оно меня своим взглядом уничтожить может. - Ты кто? – С трудом собравшись с мыслями тихо произнесла хозяйка домика. Ещё бы, сначала странный голос преследовал девушку, а теперь этот голос не просто внимания требует, а любви, заботы и развлечений, да ещё и мамой называет. Вот же подарочек на Новый Год – легкое сумасшествие. Зря она отказалась поехать с подругами на турбазу на все праздники, нам её бы ожидали шашлыки на свежем воздухе, катание на лыжах, веселая компания, новые знакомства. Дома же у неё был один-единственный собеседник – огромный пушистый рыжий кот и вот теперь второй ещё прибавился. Отличная на праздник компания собирается! - Как кто? Я – твой детёныш, мама, - бодро отрапортовали в ответ. – Я тебя зову, зову, а ты делаешь вид, что не замечаешь меня совсем. Грустно, знаешь ли, одному тут висеть. - Висеть? – Лариса решила, что больше её в данной ситуации уже ничего не удивит. – И где же ты висишь-то? - Где-где, здесь, почти над головой у тебя. Лариса обвела взглядом крыльцо, крышу домика, чердачный этаж. Никаких маленьких детей там, разумеется и в помине не было. И тут она рассердилась по-настоящему, шутка затянулась. - Покажись, выходи давай, хватит меня разыгрывать. Где ты прячешься? - Мама, я не прячусь, я у тебя перед носом почти вишу, посмотри на меня, неужели ты не замечаешь, что я подрос за последние дни? Я стал длиннее, и уже толще той морковки, что вместо носа у снежной бабы торчит. Смотри внимательно, все сосульки, висящие рядом – тоненькие, они же просто сосульки. А я – большой и красивый. Ты можешь мною гордиться, мамочка! – Радостно продолжал вещать голос, пока Лариса из последних моральных сил старалась устоять на ногах, держась за перила. - Это ж надо до такого дойти, что мне кажется, что со мной сосулька в диалог вступила! Что с людьми одиночество делает, надо было со всеми на турбазу ехать, - озвучила своё впечатление от сложившейся ситуации предполагаемая мама огромной сосульки. – Но поздно, последний поезд ушел. Стоило Ларисе поднять голову, как она поняла, что и правда, одна сосулька несколько длиннее и толще своих соседок и размерами вполне сопоставима с не самой маленькой морковкой. Подойдя поближе, она заметила, что в теле сосульки были две странные темные симметрично расположенные точки, напоминающие маленькие глазки. Глазки как будто смотрели в душу девушки, от чего у неё по спине пробежал легких холодок. - Привет, мама, давай знакомиться поближе! – Снова зазвучал в ушах тоненький голосок. - И тебе вечер добрый, сосулька! – А что тут скажешь, даже если просто вежливость пытаешься соблюсти. Разговаривать с неодушевленным предметом – то ещё веселое событие. - Какой я тебе сосулька? – Возмутился кусочек льда. – Я – твой малыш, детёныш твой. Я соскучился. Нам нужно как-то решить эту ситуацию. Не дело это, когда малыш от мамы всегда на расстоянии находится. Скучно мне, поговорить не с кем, заботы и любви хочу. - Как можно проявлять заботу о сосульке?! В морозилке тебя с комфортом разместить, мороженым со всех сторон уютно накрыть, или вообще, пельмешками закидать, - уныло произнесла Лариса. – Если я тебя в руки возьму, то ты ведь растаешь потихоньку, в лужицу превратишься. - А ты нежненько, аккуратно, деликатно к важному вопросу подойди. Фантазия-то у тебя какая-то должна быть, ты ведь взрослая! – Возмущенно заверещало странное нечто. – И я – не лед, не сосулька. Я – Ледяной Голем, мама, просто маленький ещё. Вот вырасту, буду твой дом от воров и незваных гостей охранять. Ты ещё удивишься, какой я полезный. С этими словами сосулька чуть увеличилась в размере, раздулась от гордости и мыслей о грядущих светлых временах. Лариса обреченно вздохнула. Надо же, глупость какая, Ледяной Голем. Тем временем детёныш продолжал расти, у сосульки появились маленькие лапки, быстро вытягивающиеся в длину. Он радостно закурлыкал и захлопал в свои ледяные ладошки. - Ох, как же здорово, мама, дай мне руку, давай обниматься! Лариса протянула ожившей сосульке один палец, и ледяной монстрик довольно сильно в него вцепился. Чудесно, но он вроде бы и не собирался таять и растекаться лужицей. А дальше случилось нечто странное: сосулька начала как будто раскачиваться на обледенелом карнизе, у него появились уже не только ручки, но и маленькие ножки и, сделав усилие, Ледяной Голем упал прямо в руки ошеломлённой девушке. - Ты что это, Лариска, на ночь глядя решила сосульки посбивать, - внезапно прозвучал откуда-то сзади голос Марии Антоновны, самой навязчивой и дотошной соседки, которой до всего было дело. Лариса поняла, что надо как-то выкручиваться и уходить в дом, пока её новый приятель не решил подать голос и пообщаться с кем-то ещё. Стать участницей группового помешательства или галлюцинаций девушка нисколько не хотела. - Самую большую сбила, нечего ей на крыльце болтаться, сейчас растоплю и цветы поливать буду, говорят полезно это очень, льдом растопленным комнатные растения поливать по зиме, - с трудом сдерживая эмоции ответила Лариса соседке и поспешила скрыться в доме. - Век живи, век учись, - долетело до нее на прощанье соседкино удивление. Войдя в дом, Лариса, конечно же направилась на кухню, к холодильнику. - Ну что, гость дорогой, в холодильнике теперь жить будешь, - обратилась она в странному монстрику, который уже больше напоминал маленького нелепого ледяного человечка, чем сосульку. Холодильник гостеприимно распахнул двери, но дитя мороза и снега не спешило воспользоваться гостеприимным предложением, спрыгнув на пол и начав беспорядочно вышагивать по крохотной кухонке, с неприкрытым интересом осматривая всё вокруг. - Что же ты застрял на пороге, прыгай внутрь, а то растаешь ещё! – Нетерпеливо проговорила девушка, которой после рабочего дня хотелось заняться своими делами, и просто прилечь с книжкой на диване, отдохнуть немного. - Не хочу, там внутри странное всё такое, а вон то существо, - ледяной мальчик указал на сиротливо лежащую в миске куриную обезглавленную тушку, - так вообще ужас наводит, вдруг оно на меня нападёт? Объяснять ледяному монстрику, что мертвая курочка давно уснула своим последним сном, совершенно не хотелось. Ларисе в голову пришла простая идея: открыть настежь окно и посадить на подоконник неугомонного малыша, а потом сесть и подумать, что же делать дальше. Так она и поступила, предварительно убрав цветы в соседнюю комнату. Малышу на подоконнике понравилось. А когда он увидел на полке деревянную игрушку в виде лошадки-качалки, получив вожделенное в свои маленькие прохладные ручки, он был совершенно счастлив. Лариса, укутавшись в теплую шаль, села от раскрытого окна подальше, поболтав ни о чём с монстриком, она постепенно уснула. Её снился странный сон. Как будто налетели сильные порывы ветра, такие, что чуть не унесли занавески в далёкие дали. Повалил снег, закружила метель, в плотной пелене которой четко проступали движущиеся силуэты странных человекообразных существ, одно из которых, двигаясь в своеобразном танце подходило к распахнутому окну все ближе и ближе. А потом снежно-ледяная фигура склонилась над малышом. - Или ко мне, мой маленький, - едва слышно пропел снег, прошептал ветер, прозвенел мороз. Ледяной монстрик протянул руки к белой фигуре, и она накрыла его снежным покрывалом, медленно отступая всё дальше и дальше, постепенно растворяясь в ночи. Ларису разбудил кот, требовательно пихающий её лапкой, громко мурча ей в ухо, привлекая внимание к настежь распахнутому окну. С трудом разлепив усталые глаза, Лариса с шумом закрыла ставни. - Приснится же такое, да, Мурлыка? Работать надо меньше и фантастику читать. Так девушка и думала до завтрашнего утра, пока не столкнулась на улице с глазастой соседкой. - Эх, Лариска, зачем я тебя послушала! Полила фиалку холодной водой, да чуть не заморозила! – Высказала своё возмущение вездесущая Мария Антоновна. - Не приснилось, - пронеслась мысль в голове Ларисы. – Может и хорошо, что не поехала я на эту турбазу, когда ещё в жизни приключение подобное перепадет.