Недетские игры (или С Новым годом 18+)

      Семеро выгрузились из черного тонированного микроавтобуса у высоких кованых ворот, отделяющих территорию двухэтажного особняка из красного кирпича от суеты остального мира. Сугробы возвышались почти до карнизов первого этажа, но подъездная дорожка была идеально расчищена. На крыльце слева от входной двери разместились четыре плетеных кресла и квадратный кофейный столик — здесь, должно быть, уютно отдыхалось в теплое время года. Сейчас же мебель была накрыта плотным целлофаном и запорошена снегом.       Спортивные сумки и рюкзаки, набитые всем необходимым на два дня, им предстояло тащить самим — руководство «Хайб» позаботилось об уединении и приватности: никакого персонала, никаких камер и эфиров — исключительно отдых, живое общение только между собой, вкусная еда, доставленная в дом заранее, и качественный алкоголь.       Поздравления с Новым годом для арми — индивидуальные и совместное от группы — они записали заранее, да и контента, которым будут кипеть официальные каналы, хватит на месяц вперед, так что сейчас можно просто пожить, не думая об одежде оговоренных брендов, сохранности макияжа и случайно брошенных фразах, которые могут быть превратно истолкованы. Свобода, выпрошенная для них Намджуном, была самым желанным подарком, преподнесенным ребятам от лейбла. Пусть ненадолго, но после загруженных под завязку расписаний, да еще и в самое горячее время — канун Нового года — эти выходные виделись настоящим чудом.       — Ребята, вау! Это же целый пансионат! И только для нас… — Тэхен завороженно смотрел на дом, пытаясь угадать, сколько же в нем комнат. Бледный рассвет только-только занимался, разбавляя густые тени, делая это место более таинственным.       — Менеджер по секрету сказал, что здесь есть бассейн и электро-сауна. Я бы поел и поплавал. Почему мы стоим, кого ждем? — Чонгук переминался с ноги на ногу, готовый ворваться в неожиданно свалившиеся выходные и начать отрываться на полную катушку.       — Гуки, ты же только что ел? — Чимин посмеивался над вечно голодным другом, припоминая ему корн-дог, умятый в машине по пути сюда.       — Наму, я тебя обожаю, знаешь? — Джин подошел сзади и положил подбородок на плечо Намджуна, укрытое темно-коричневой дубленкой. Меховая оторочка капюшона тут же защекотала ноздри. — Как тебе это удалось?       — Сам до сих пор не верю, что получилось. Мы с руководством долго торговались, ты знаешь. И нам всем еще предстоит отрабатывать этот «отпуск». Но, думаю, оно того все равно стоило. — Намджун чуть наклонил голову к Джину и мимолетно потерся щекой о его щеку. Закостенелая привычка к постоянному сканированию периметра никуда не делась, хоть он и был уверен, что здесь нет и не будет никого, кроме мемберов.       — Так, народ, я замерз. Двинули уже! — Юнги подхватил свой рюкзак, закинул его на плечо и занял руки двумя увесистыми сумками — своей и Хосока. — Блядь, Хоби, что ты туда понабрал?!       — Ты мне еще спасибо скажешь, хах! — Хосок, груженый набитым рюкзаком, подхватил еще одну спортивную сумку и бодро зашагал в сторону крыльца, временами поскальзываясь на заледеневших участках.       В доме было тепло. Ребята разулись в прихожей, оставив ботинки с налипшим снегом, забитым в протектор подошвы, таять на придверном ковре (назвать палас полтора на полтора «ковриком» язык не поворачивался). Куртки, шапки и шарфы разместились на плечиках в большом зеркальном шкафу, а личные вещи перекочевали в просторную гостиную.       — Ооо… Хоби-хен, ты супер! — Чонгук первым оценил содержимое двух черных спортивных сумок Хосока, которые были набиты бутылками пива и соджу, переложенными футболками и трусами, чтобы не звенели, и разными неполезными снэками.       — Ха, да здравствует контрабанда! Тебе повезло, что нас не досматривали при посадке в машину. — Юнги оживился, предвкушая веселую ночку. Думать о завтрашнем похмелье, поджопниках от менеджера и последующей диете «в назидание» — не хотелось. Сегодня он точно напьется (спасибо Хоби!), ибо в последний месяц заебался вкрай. — Дай расцелую тебя, золотой мой человек!       — Иди нахуй, Мин, разгребай давай! И надо прошерстить бар и холодильник. — Хосок, смеясь, перетаскивал бутылки на кухонный стол. Настроение было приподнятое, несмотря на жалкие три часа сна и ранний выезд.       — Ребята, а комнату можно любую выбирать? — Тэхен прокричал это, уже поднимаясь по лестнице. — Или есть крыло, куда ходить запрещено?       — С чего ты взял, что есть ограничения, Тэ? — Чимин со своей объемной сумкой тоже направился к широкой деревянной лестнице.       — Этот дом похож на старый замок, а я недавно «Красавицу и Чудовище» смотрел.       — А ты в этой истории представляешь себя «Красавицей» или «Чудовищем»?       — Ой, иди ты! — Голоса друзей постепенно стихли, где-то сверху хлопнула дверь. И еще раз.       — А сколько здесь комнат? — Чонгук хрустел чипсами, которые под шумок умыкнул из общей кучи снэков.       — Предлагаю закончить здесь, занять комнаты и затем вместе пойти на разведку? Да? — На свою инициативу Джин получил ласковый взгляд Джуна, согласное «угу» Хосока, кивок Юнги и невнятный бубнеж Чонгука, набившего полные щеки вредной едой.       Второй этаж был полностью жилым: однотипных спален с полноценными двуспальными кроватями больше, чем гостей, потому каждый выбрал себе по душе, а ещё два санузла с большими душевыми. Ребята потратили некоторое время на разбор одежды и гигиенических принадлежностей, переоделись в удобные домашние комплекты и только после этого собрались вместе, чтобы исследовать территорию.       Помимо двух этажей в доме нашелся холодный подвал, неприметная дверь, ведущая туда, располагалась в углу прихожей за шкафом. Подвал был набит провизией и вмещал почти пустой винный погреб. За прихожей раскинулась широкая лестница на второй этаж, под который скрывалась тесная хозяйственная кладовка с инвентарем и инструментами, дальше два совмещенных санузла, аналогичные тем, что сверху, и небольшой кабинет с книжными шкафами, забитыми самой разной литературой. Светлая просторная гостиная была центральным помещением: длинный диван, четыре мягких кресла вокруг низкого столика и электрический камин придавали уют, на большом телевизоре для фона проигрывались музыкальные клипы. Гостиная перетекала в оборудованную кухню со столовой зоной в эркере. И еще рядом с эркером нашлась деревянная дверь, отделяющая жилую часть этажа от зала с прямоугольным бассейном, белыми пластиковыми лежаками, круглым джакузи, панорамным окном во всю стену, выходящими на заснеженный задний двор, и вытянутой сауной персон на десять.       — Обалдеть. Я переодеваться и плавать! Кто со мной? — Чонгук, не ожидая ответа, вылетел в открытую дверь, на ходу стягивая белый лонгслив через голову и играя перекатывающимися мышцами спины.       — Тэ, слюни подбери. — Тэхен вздрогнул от шепота Чимина на ухо. Кажется, он действительно залип.       — Я тоже бы поплавал… — Тэхен двинулся следом за макнэ, сопровождаемый ухмылкой Чимина и внимательным прищуром Хосока.       — Думаю, нам всем было бы здорово поплескаться и пропариться, да, Джуни? — Джин плечом подтолкнул Намджуна и глазами указал на опустевший дверной проем.       — А. Да, давайте переоденемся и поплаваем, кхм.

🎄🎄🎄

      Юнги стоял спиной к двери, натягивая черные плавки, потому не видел, как бесшумно открылась и закрылась дверь его спальни, пропуская в комнату Хосока.       — Долго ты будешь просто пялиться на Чимина? — Юнги вздрогнул от неожиданности. Петли здесь были смазаны на совесть.       — Блядь, Хоби, стучаться не учили?! Чуть кони не двинул… — Ох, как не хотелось Юнги обсуждать эту тему вслух. То, что Хосок сразу просек его интерес в сторону Чимина, он понимал по пристальным взглядам и кривоватым ухмылкам. У Юнги давно не получалось вернуть обычную холодность после их фансервиса, который не сразу, но достаточно скоро стал ощущаться как нечто настоящее.       — Итак, когда уже ты отрастишь яйца и присвоишь Чимина? Ты ведь в курсе, что он смущается и краснеет каждый раз после ваших лобызаний? — Хосоку очень хотелось наконец сдвинуть сюжет этой «дорамы» с мертвой точки, иначе эти двое так и будут ходить кругами до старости.       — А тебя это каким-то боком касается?       — Может, я просто хороший друг? Сколько лет ты его обхаживаешь, Юн? Три? Четыре? — Хосок в одних серых шортах до колен развалился на застеленной кровати, опираясь на локти, и явно просто так уходить не собирался.       — Слушай, друг. Я не собираюсь портить ребенка, ясно? Я для него хен, и этого пока достаточно. — Юнги начинал беситься оттого, что его загнали в угол с разговорами по душам. Но по факту он больше нервничал, потому что понимал, что все равно однажды пришлось бы отвечать на назревшие (и перезревшие) вопросы.       — А если я скажу, что слышал, как этот «ребенок» тихо и жалобно выстанывал твое имя в душе? — Хитрый манипулятор, чтоб тебя. Юнги прошибло от яркой картинки обнаженного Чимина, отчаянно зовущего его.       — Он дрочил на меня в душе? Давно? — Юнги очень постарался, чтобы вопрос прозвучал ровно.       — Полгода назад, ну или около того. Но это только то, что мне удалось услышать. Сколько раз он играл с собой до того и как далеко успел зайти, м? — О, Хосок знал, как Юнги зациклен на неправильности своей ориентации. И даже признание Хосока в том, что сам он спит с обоими представителями полов (порой в разных интересных комбинациях) не очень побудили друга стать смелее в отношении его пассии.       — И как часто ты думаешь о Чимине в душе? — Напряженный потемневший взгляд дал Хосоку понять, что тема вот-вот свернет не туда.       — О, поверь, мне есть о ком думать, кроме голого Чимина, Юн. Все, пойдем плавать, нас наверняка потеряли уже. Или Чимин ревновать начнет, хаха. — Он ловко свернул скользкое обсуждение, плавно поднялся и первым вышел из спальни Юнги.

🎄🎄🎄

      Тэхен звездой лежал на воде, рассматривая деревянные балки на беленом потолке и покачиваясь на волне от стремительного браса Чонгука. Он ни о чем не думал, наслаждаясь отсутствием прописанного сценария, камер, ожиданий, дедлайнов. Сейчас все они просто предоставлены сами себе и могут наконец побыть обыкновенными людьми. Давно забытое ощущение, в которое не так-то просто включиться. Еще вчера он до позднего вечера позировал перед камерами для очередной рекламной кампании. Ему нравился этот блеск, движ, признание, популярность, фанаты и влияние, которое они все выстрадали, работая на износ, жизни свои посвятив медиа-миру. Но, черт, как же он устал. Этого не чувствуешь в бешеном ритме, без выходных и отпусков, но сейчас, остановившись, он понимал, что полностью опустошен. Им всем просто необходима была перезагрузка. Выгорание — модное нынче слово, но когда с этим состоянием встречаешься не на страницах «Википедии», то становится совсем не смешно.       По спине проскользило что-то быстрое и гладкое. Хоть умом Тэхен понимал, что в бассейне, кроме мемберов, никого быть не может, но какой-то древний инстинкт заставил его дернуться, выдохнуть и от этого уйти под воду. Вода тут же попала в нос, распахнутые в панике глаза видели вокруг только вихри пузырьков воздуха от истеричного трепыхания конечностями в попытке за что-нибудь зацепиться. Вокруг живота обвилось что-то крепкое, беря его в захват, и Тэхена резко выдернуло на поверхность.       — Кх-Кххх. Блядь, Гук! Нахуя так пугать, кх-кх?! — Откашливаясь и отплевываясь, Тэхен откинул мокрые пряди с лица, сквозь слезы различая довольную физиономию Чонгука.       — Я же не знал, что ты такой трусишка, Тэ, хаха! — Чонгук, нисколько не раскаиваясь, уверенно взял руку Тэхена и вытянул ее вверх, создавая ассиметрию легких, чтобы легче было выкашлять жидкость (никогда не делайте так, если человек подавился НЕ жидкостью!).       — О-кх-кх-отвали, Гуки. — Тэхен попробовал высвободить руку, но Чонгук продолжал удерживать ее наверху, медленно смещая их обоих, пока Тэхен не уперся в бортик спиной. Чонгук смотрел на него как-то дико. Вроде и посмеивался, но жрал глазами и притирался кожей к коже. Это было ново, ошеломляюще… возбуждающе. Настолько близки они еще не были, хоть и не единожды спали в одной кровати, касаясь друг друга во сне. Но не так, как сейчас. — Отпусти, пожалуйста, Гуки… — голос сел, просьба прозвучала совсем тихо и как-то интимно.       — Конечно, Тэ-хен. — Чонгук медленно, будто нехотя, выпустил руку Тэхена, отступил на шаг и резко нырнул, устремляясь к противоположному краю бассейна.       — И что это было только что … Блядь. — Тэхен тайком поправил привставший член в синих плавках, надеясь, что никто, включая Чонгука, этого не заметил, подтянулся на бортик и, быстро обмотав бедра первым схваченным с лежака полотенцем, сбежал в сауну.

🎄🎄🎄

      Густой обжигающий пар заполнял сауну, оседал потеками воды на тонированной стеклянной стене и распаренной коже. Намджун массажными движениями втирал в спину Сокджина, растянувшегося на широким полоке, накрытом полотенцем, ароматное масло, обещающее расслабить нервы и подарить коже безупречную чистоту и гладкость. Хотя он был убежден, что кожа Джина идеальна от рождения.       — Ммм, обожаю твои волшебные пальцы, Наму… Они творят чудеса… — Разморенный Джин растекался под сильными руками Намджуна, наслаждаясь жаром снаружи и приятным томлением внутри. Хвойный запах смешивался с запахом ольхи от деревянных панелей сауны. Божественно.       — Твои мышцы все равно напряжены, хотя я промял их уже до косточек. — Намджун перешел на икры, круговыми движениями поднимаясь вверх к накрытым полотенцем ягодицам.       — Возможно, имеет смысл промять меня изнутри, м? — Джин пошевелился, немного разведя ноги, чтобы привставший член так сильно не сдавливало. — Ммм… еще выше… — Жар накатывал волнами, когда крупные пальцы, словно невзначай, касались яичек. Джин никуда не спешил, он знал, что позже получит все, что захочет взять. Сейчас можно было томиться в этой прелюдии, дразня себя и Намджуна. Давненько они не играли друг с другом не спеша, чаще уединяясь непредсказуемо и «на бегу» из-за загруженности. — Давай теперь я позабочусь о тебе, хочешь?       — Да, хорошо, только подожди, я плавки… поправлю, — закончил он с громким хлопком двери сауны. Что ж, очевидно, они больше не одни.       — Привет, ребята, не помешаю? — Тэхен залетел в парную, будто за ним гнались, плюхнул задницу на полок в ногах Джина, спешно одернувшего свое полотенце ниже, и прикрыл глаза, откинувшись спиной на стену. Надо было успокоиться, расслабиться, выкинуть непрошенные картинки горячего макнэ, после армии сформировавшегося в крупного привлекательного мужчину. Если раньше Тэхену было достаточно легко скрывать некоторый интерес в сторону Чонгука, то сейчас его симпатия грозила обернуться катастрофой. Он глубоко вдыхал и выдыхал горячий влажный пар, пытаясь усмирить неуместное возбуждение.       — Это же общая сауна, ты не можешь помешать, — Намджун отшутился, но некоторое напряжение в голосе почувствовали все присутствующие.       Джин, пользуясь тем, что Тэхен все еще сидел с закрытыми глазами, натянул под полотенце брошеные в стороне плавки и глазами попросил Намджуна присесть на нижний полог между его разведенных ног. Пальцами Джин с нажимом повел вверх по широким плечам Намджуна, переходя на заднюю сторону шеи. Густой пар делал силуэты размытыми, нечеткими.       — Ммм… даа… — Намджуну было так офигенно чувствовать руки Джина на себе, что мысли о находящемся рядом Тэхене напрочь вылетели из его головы.       — У тебя мышцы окаменели, даже промять тяжело. Ты к массажисту ходишь вообще? — Джин улыбался, понимая, что Намджун поплыл от его манипуляций, но, в отличие от лидера, помнил, что они не одни.       — Я ходил, но ты это делаешь лучше-ммм… — Джин наклонился вперед, большими пальцами проводя по подмышечным впадинам и сдвигаясь к краям грудных мышц. — Даа, вот здесь…       Тэхен молчал и старался не двигаться. Непонятно, что подействовало на него больше — недавний эпизод с Чонгуком в бассейне или стоны Намджуна от обычного, мать его, массажа. Член и не думал падать.       Тэхен не видел, что в этот самый момент рука лидера, пропущенная под коленом Сокджина и забравшаяся под накинутое сверху полотенце, поглаживала промежность, скованную бельем.       В сауне лучше париться без одежды, потому Намджуну хотелось снова раздеть Джина. И себя тоже, иначе он взорвется от тесноты в собственных плавках.       — Э, кх, я согрелся, пойду…       — Ага. Не переохлаждайся. Мы еще посидим, — Джин прекрасно владел голосом, ничем не выдав, что течет под настойчивыми ласками и также, как и Намджун, страдает от неприятного давления.       Как только дверь хлопнула, Намджун развернулся, встав на колени на деревянный настил, молча стянул с сидящего выше Джина трусы и насадился ртом на истекающий член, уперев его в глотку. Он подавился от своей поспешности, но смог перетерпеть неприятный позыв. Намджун уверенно и мощно раскачивался, беря глубоко, засасывая и массируя языком, и улетал от тяжелого дыхания и проглоченных стонов сверху.       Стянув на бедра свои плавки, он дрочил поспешно и отрывисто, туго сжав член в кулаке. Ноги Джина дрожали, живот поджимался, стоны и мычание проскакивали, несмотря на закушенный кулак, член подергивался на языке, готовый выплеснуться. Пара скользящих движений кулаком и замычавший в оргазме Намджун глубоко заглотил изливающийся член выгнувшегося назад Джина, плотно сомкнув губы.       Им повезло, что больше никто из ребят не решил погреться, а плотный белый пар скрыл происходящее от случайных свидетелей.

🎄🎄🎄

      До вечера парни коротали время, пробуя блюда, упакованные для них в баночки, кастрюльки и подписанные контейнеры разного размера, играя в приставку, читая и просто валяясь где придется. Елки в доме не оказалось, как и украшений, гирлянд и хлопушек — администрация предусмотрела все, кроме новогодней атрибутики. Что ж, обойдутся, не впервой.       — Если вы выставите все разнообразие жратвы, то есть мы будем стоя как на фуршете. — Юнги жевал собственноручно сварганенный бутерброд с сырокопченой колбасой и листовым салатом, запивая его кофе с контрабандным соджу.       — Больше влезет! — Хосок воодушевленно раскладывал еду по найденным в шкафчиках салатникам и относил на обеденный стол, уже заставленный до отказа. Бутылки и снэки теснились на столике в мягкой зоне.       — Предлагаю начать уже закусывать, иначе напьемся, не дождавшись полуночи! — Чонгук подтверждал свои слова, таская нарезку с расставленных тарелок и запивая открытым вином из погреба.       — Поддерживаю предыдущего оратора! — Юнги с новым бутербродом уселся на один из стульев у стола и с трудом примостил на нем свою чашку.       И все-таки ребята перестарались. К десяти вечера все расселись вокруг накрытого стола, но держать тарелки пришлось в руках и есть навесу, что вызывало веселый смех и подколы в сторону «хозяюшек». Остатки вина в погребе они уничтожили к одиннадцати и снова принялись хвалить предусмотрительного Хосока, очень не зря перестраховавшегося от подставы администрации с алкоголем.       Без десяти двенадцать Юнги, Хосок, Чимин и Тэхен заняли кресла, а Джин, Намджун и Чонгук поделили просторный диван. Общий свет был потушен, в полумраке гостиной горели лишь настенные бра, пакеты со снэками вскрыты и разложены на столике среди бутылок, по центральному телеканалу вот-вот начнется обратный отсчет, а за окнами крупными пушистыми хлопьями тихо кружил снег.       Три… Два… Один…       — С Новым годом!!! — Общий галдеж, звон столкнувшихся в поздравлении бутылок и полные лучших стремлений сердца семерых.       — Ребята, а давайте поиграем? — Немного хмельной Хосок чувствовал потребность расшевелить затухающее веселье.       — Во что? — Юнги сыто улыбался уголками рта, расслабленно прикрыв глаза и слушая какую-то приятную попсовую композицию, льющуюся из колонок, установленных под потолком.       — Да во что угодно! В «Прятки»! Или в «Правда или Действие»? — Глаза Хосока горели, он ерзал на месте, готовый предлагать все новые и новые идеи, если эти не зайдут.       — Да это же детские игры, хен! — Тэхен, посмеиваясь, закинул в рот полную горсть поломанных чипсов и захрустел.       — «Детскими» игры делают дети, Тэ, а мы будем играть в них, как сами решим!       — Интересно, как можно сделать «недетской» игру в прятки, хаха? — Чимин широко улыбался, сверкая взглядом и порозовевшими щеками. В принципе, действительно, почему бы им не подурачиться, как в старые добрые?

Тебе решать, во что играем!

«Правда или Действие» → прыгай в Главу 1 «Прятки» → прыгай в Главу 2