Что я значил

Квартиру продал буквально за пару дней, всего один звонок, а Субин за пару часов прислал потенциальных покупателей. Вещи собирал на скорую руку, забрал только одежду и все необходимое из импровизированной домашней аптеки. Ключи вручил двум альфам на улице и пошел к машине. Два чемодана, в один из которых спихали вещи, подходившие омеге по размеру. За день до этого поехал вместе с Донхеном в общежитие людей Субина. — Кай, вы… — начал омега, еще сидя на переднем сидении рядом с ним. Сказать что он тогда просто волновался, не сказать ничего. Младшего тресло не на шутку, руки он прятал в рукавах куртки и со страхом смотрел на главный вход общежития. Здание было в самой глуши большого города. Пять этажей, по длине оно не уступало ближайшим жилым комплексам. Заселено оно было не полностью, лишь первые три этажа и частично четвертый, на пятом в большей мере были своеобразные склады, забитые оружием, техникой, медикаментами и продуктами питания. В этом доме было буквально все, что обеспечивало этим людям безопасность и возможность бежать в любую секунду. По обеим сторонам от него находились два завода, что было еще выигрышнее для них, один из которых был заброшен, а вокруг второго всегда ходили десятки людей среди которых они могли легко слиться с толпой. А внизу первый этаж дома выводил в огромный подвал, из которого был проложен путь к городским канализациям. Это всегда был самый аварийный план, но вполне самый безопасный. — Я предупредил Субина, что ты зайдешь за вещами — говорит Кай, видя как Донхен так и не решался выйти с машины. Он кивнул на эти слова, брови нахмурились, губы поджались, он долго собирался с силами, а увидев открывшиеся двери общежития резко остановил руки, что уже тянулись к ручке. Из дома вышли трое альф, они Каю были ни капли незнакомы, но то что Донхен их явно знал было очевидно. Его дыхание участилось, как и расширенные глаза в испуге. — Я пойду с тобой — внезапно произносит Кай, отстегивая свой ремень безопасности. А Донхен повернулся на него с очевидной благодарностью. — Спасибо — произносит он, на что альфа только кивает и зовет идти. Он специально прошел вперед, рукой махнул за свою спину и повел Донхена за собой. Альфы явно знали, что за человек с осветленными волосами и проницательным хмурым взглядом. Все трое молча глазели на него, но ни помешали ни словом, даже увидев мальчишку за его спиной. Внутри первыми встретили охранники, а вперед сразу вышел знакомый Каю мужчина с татуировками на плечами, вечно в майке, будто на улице было лето. — Субин сказал, Донхен зайдет за вещами? — сказал он, здороваясь сначала с альфой, а после уже замечает омегу за ним — Привет, Донхен. — Здравствуйте — скромно кивнул он. — Я проведу, идемте — все тем же равнодушным тоном сказал мужчина. Ему было лет около сорока, черные волосы между которых проглядывали еще едва заметные седые, на обоих запястьях явно тяжелые серебрянные браслеты. Душевые здесь были общими, в комнатах селились по одному, максимум два человека. Как бы думалось, условия могли быть ужасными, но Субин не экономил на их жилье. Свежий ремонт, проверенный персонал для уборки, в коридорах лежали длинные ковры и стояли растения. Так и сложно было сказать, что жили здесь преступники, которым закон стал давно по одному месту. Двери с прочными замками, удобные кровати. Субин и Донхен говорили правду, проблема была в людях. Альфа еще давно говорил об этом Каю, как бы он не старался, одного было не изменить. Нельзя было изменить людей. Субин ломал каждого, кто смел высунуться из своей норки, ставил всех по своей системе, учил как себя вести. Это выручало, тем что предателей среди людей Субина действительно было не найти, никто даже мысли не допускал чтобы хоть словом обмолвиться с чужаками. Кай пододвинул Донхена ближе к себе, когда заметил впереди стоящую компанию альф посреди этажа. — О, Донхен малыш, ты как? — внезапно воскликнул один из них. Омега чуть ли не рванул назад, но Кай успел схватить его за руку, сжал ладонь в своей и повел дальше. — Милашка, давно не виделись — выпалил второй из них, таким сладким тоном, что у Кая чуть ли не свело скулы от злости. Им самим на вид было лет столько же сколько и Каю, а мальчишка за его спиной дрожал даже не поднимая на них глаза. — Слушай, малыш… — вновь начал первый. Альфа не выдержал, отпустил чужую руку и остановился прямо перед ним, как только они дошли. — Заткнись или я тебе прямо здесь язык вырву — как можно тише проговорил Кай, наклонился к его лицу и схватив его за плечо — Хочешь ощутить немую жизнь? Кажется, что второй альфа, стоявший в полуметре сзади наконец признал лицо Кая. — Черт — вдруг воскликнул он, на что альфа отпустил плечо парня. — Придурки — вдруг сказал охранник, ушедший едва на два метра вперед — Не поняли сразу, так извинитесь, пока не стало поздно. Уж он то явно знал и понимал влияние Кая на Субина. — Простите, мы не… — начал первый стоящий перед ним. Кай только закатил глаза, обернулся назад и подтолкнул Донхена вперед. Никогда он здесь и не чувствовал себя как дома, за этот прошедший год и дополнительные месяцы, сколько приходилось вечно прятаться в комнате и бегать до душевой и обратно. Дверь бывшей комнаты Донхена охранник открыл ключом. Кай остался в коридоре, как и мужчина рядом с ним. Омега неспеша шагнул внутрь. Комната была визуально поделена на две части, на одной из которых была аккуратно заправленая кровать, ночник в форме белого зайца на тумбочке, рабочий стол с оставшимся ноутбуком и стопки книжек с тетрадями. Слева у стены стоял шкаф, на подоконнике со стороны его кровати стояло одинокое растение в горшке, явно засохшее за период отсутствия хозяина. Кай заметил мягкие игрушки возле подушки на кровати, штук так пять точно, пара медведей, какой-то заяц с морковкой руках. Но Донхен остановился посреди комнаты и смотрел совершенно в другую сторону. Со второй стороны пустая кровать с одним только матрасом, открытый пустой шкаф, такая же тумбочка, все явно убрали и зачистили. — Он умер два дня назад — произносит охранник позади Кая, видя то как парнишка смотрел на сторону бывшего соседа. Казалось, что Донхен дрогнул от этих слов. — Субин отправил медиков, но они не смогли его спасти — говорит охранник, все еще глядя на омегу. Он говорил это так, явно зная что Донхену это интересно, но видя то как тот так и стоял глядя на пустое место, не стал продолжать о том как мучительно скончался тот парень. — Я вернусь минут через двадцать — тише сказал он Каю, на что альфа кивнул. Альфа осторожно прошел в комнату, закрыл за собой дверь и оглядел у стены стоявшую полку с обувью, пара кроссовок и то разодранные до дырок. Донхен не повернулся, хоть и знал что Кай остался с ним. Он опустил голову, специально прикрыл лицо волосами и шагнул к шкафу. — Я присяду? — спросил альфа, прежде чем пройти к его кровати. — Да — чуть ли шепотом ответил Донхен, а альфа уже понял, что что-то явно было не так. Омега достал рюкзак откуда-то снизу шкафа, а проходя к кровати Кай лишь глянул в ту сторону. На вешалках висели всего две кофты, внизу было пусто, на полках слева лежало от силы пара футболок и одни сменные джинсы. Донхен же положил в рюкзак вторую кофту, такая же серая в которой он пришел к Каю, положил туда же две пары трусов, пару носков и одну футболку. — У тебя вообще вещей нет? — спросил Кай, видя что Донхен отошел от шкафа и прошел к столу с опушенной головой. — Я же говорил, мне только ноутбук забрать — прошептал в ответ омега, тут же прикусывая нижнюю губу и глядя на растение. Он стоял спиной к альфе, а дрожащие пальцы аккуратно потянулись к засохшим листьям. Голову он вновь опустил, обратил внимание на стоявший ночник, после на лежавшие книжки и забрал одну тетрадку, что была между ними. Кай давно заметил, как через раз дышал омега, будто не дышал вовсе. Видел что лицо он прятал специально, но еще не торопился с вопросами. Донхен быстро достал из-под кровати какую-то коробку из-под обуви, внутри лежала всякая мелочь, похожее на всякие провода, но под ними явно было что-то еще. В руках омеги оказалась фотография, на которую он долго смотрел, прежде чем всунуть между листов тетради. — Что это? — осторожно спросил Кай. Руки омеги остановились, он о чем-то задумался, но так и не повернулся. Просто протянул фотографию в руки Кая. — Мой дедушка — прошептал Донхен. На фото был уже пожилой мужчина сидевший на диване в больничной одежде, а рядом с ним на койке сидел ребенок лет десяти. В лице второго были черты Донхена, да и сам старик был схож на него. — Вы похожи — произнес альфа, вставая с места и возвращая фотографию в его руки. Он быстро выхватил ее обратно, вложил в тетрадь и спрятал в рюкзак, но Кай уже стоял рядом с ним. Уже видел залитое слезами лицо и то как он задерживал дыхание чтобы не хныкать. — Донхен — зовет Кай, но омега только быстро закрывает молнию и отворачивается. — Простите… — выдает младший, встав спиной и делая пару шагов в сторону второй половины комнаты. Вытирает слезы со щек и смотрит на пустую кровать. Тогда то альфа наконец и понимает. — Вы были близки? — спросил Кай, так и стоя на месте. — Я знал, что он умрет… — голос дрожал, слоги не сходились, но он все же ответил — Субин говорил мне, чтобы я не сближался с ним. Но со мной в комнате всегда был он… — Мне жаль — произносит Кай, неловко отводя глаза в сторону. — Я ночами не спал, потому что мне здесь было страшно — будто сорвавшись говорит Донхен — Он тоже был омега… Тоже боялся… Сломленно, больно. — Он постоянно был под этими…под этим… Но он ложился со мной, чтобы я уснул, а потом только ложился к себе — говорит Донхен, обнимая себя за плечи — И дома…когда я был дома, мой дедушка всегда делал также. Родители вечно ругались, вечно там… Он бил папу, а потом они напивались и запирались у себя. Я сбегал к дедушке в больницу каждый день, прятался от врачей в шкафу… А ночью он обнимал меня пока я не усну… — Твой дедушка…? — спросил Кай, шагнув ближе к нему. — Его не стало восемь лет назад — на выдохе выдает Донхен, заливаясь слезами и отходя все дальше к окну — Год в больнице, а врачи так и не смогли его спасти. Омега метался глазами по виду заброшенного завода из окна, то что видел постоянно каждое утро и чертов вечер. То что вечно маячило перед глазами, пока на кровати справа от него сосед вопил от ломки или ломал драму под действием наркотика. — Извините… — вновь сказал Донхен, быстро вытирал слезы рукавами куртки и шмыгал носом, шагнул за рюкзаком и быстро закинул на плечо — Я все…все… — шептал он, оглядывая в последний раз свою кровать. Кай подошел молча, коснулся ладонью плеча, что сразу дрогнуло под ней, а Донхен поднял удивленные глаза на альфу. Он не хотел страха в его глазах, аккуратно потянул к себе, ощутил его робкость, омега явно не понимал его действий. Но Кай прижал к себе и обнял за плечи, а младший замер на месте. — Я не умею поддерживать — говорит Кай, так и неловко обнимая его — Но поверь, в твоем будущем всегда наступит день, когда ты поймешь что наконец все наладилось. Ты будешь спокоен, у тебя будет своя семья и все будет хорошо. Наверное, слова вышли банальными, особо не утешающими. Только не для Донхена, услышавшим такое впервые, слова о том что хорошо все-таки будет, когда-нибудь. С пару минут Донхен так и боялся дышать громче беззвучного, но после сам боязливо протянул руки вперед и обнял его в ответ. Через еще минуты две послышались его хныканья и то как омега сильнее заплакал. Рука альфы похлопывала по спине. Впервые Кай почувствовал что-то вроде того, что хотелось бы ему помочь, утешить, поговорить. Слезы Субина он за всю жизнь видел только в его глазах, те что никогда не смели скатиться по щекам. К Енджуну было больше ненависти, капля жалости, но уж точно не желание помогать. Когда он видел слезы Бомгю, было непреодолимое желание прижать к себе и не отпускать, приласкать и обезопасить от всего мира. С Донхеном было что-то совсем другое, что заставляло непонимающе нахмуриться и неловко оглянуться вокруг. Субин сам подготовил для них условия, гарантировавщие оставить их в покое, хотя бы на какое-то время отдалить от всего происходящего. Небольшой одноэтажный домик на окране города, куда все кто мог кинуться искать Кая, вряд ли доберутся быстро. — Я не понимаю, нахрен ты с ним таскаешься? — раздраженно спросил голос Субина из динамика. А Кай так и сам сидел в непонимании, когда они только засесились в этот дом. Кухня и две комнаты, ванная и небольшая подсобка в углу. Снаружи через метр от входа уже был забор где-то по пояс в высоту, а сзади был милый дворик метра три в длину. Стояла скамейка со столиком и росли какие-то кусты с ягодами. — Не знаю — искренне признался ему Кай в ответ. Потому что правда не понимал, что испытывает к этому мальчишке и почему не хочет бросать его одного. Почему этот вечно напуганный взгляд не казался ему каким-то чужим или неприятным. — По-честному — рассмеялся тогда холодный тон на том конце линии — Он тебе нравится? Имей в виду у вас разница в возрасте… — Заткнись — прошипел Кай, сидя в этом дворике и наблюдая как падают осохшие листья с этих кустов — Он мне скорее в сыновья годится. — Вот и я об этом — с той усмешкой ответил Субин — Тогда, что? У тебя что отцовские инстинкты проснулись? А может быть и так. — Отцовские инстинкты? — нахмурился Кай, устало держа телефон возле уха. — Ну у омег же что-то такое есть — говорит Субин — К детям тяга с возрастом начинается. Точнее не тяга и наверное не у всех, ну ты понял о чем я. Что-то вроде природных инстинктов по отношению к детям. — Ты куда-то далеко загнул — удивленно ответил Кай. — Ну либо он тебе нравится… — Он еще ребенок, Субин — повторяет Кай, будто разговаривая с глухим. — Ему семнадцать, напоминаю — вновь говорит альфа, а вот у Кая уже скулы свело от злости. — Это для тебя…блять… — вновь закипая прошипел Кай — Сука из-за тебя все… — невнятно говорит он, ударив ладонью по столу. — Шрамы видел его? — внезапно спрашивает Субин, отчего друг неожиданно остолбенел. — Какие шрамы? — У него руки все перерезанные — твердо отвечает Субин, будто резко отстранившись от шуток — Я давно заметил, но мне как-то по боку знаешь. — Руки? — глянув в сторону двери в дом, спросил Кай — Где именно? — На предплечьях, от локтя до запястья на обеих руках — продолжает он — Я думал он вскрыться планирует, да пока видимо еще планирует. — Блять и ты это знал? — громче говорит альфа. — Ну да — усмехается Субин — У нас в штабе частенько летом была жара ужасная, даже кондер не справлялся. В то время и заметил, когда понял что даже в эту жару он не снимает кофту. Потом как-то случайно увидел, когда все ушли он снял кофту и сидел в футболке. — Ты не спрашивал? — глупо спрашивает Кай. — Нет, нахуй оно мне надо — легко отвечает Субин. — Так, ладно — вздыхает друг, закрывая лицо рукой и откинувшись на спинку стула. — А я тут кое-что узнал о Енджуне — заманчиво говорит Субин, сразу заставляя снова вслушиваться в его голос — Кое-что о чем ты пока не в курсе. — Что там? — Он вчера навещал своего дружка в полиции — с азартом произносит Субин — Как думаешь, они уже строят казнь мне или тебе? — Обоим сразу — не задумываясь, отвечает Кай — Ты не узнавал, зачем? Что он там вообще мутит? — Да херня, у полиции сейчас внимание все на Ким Бонхене, так что пока сидим не дергаемся — говорит Субин. Что-то уж больное подозрительное в визите Енджуна туда должно было быть. — Я заеду к тебе чуть позже — говорит Кай, услышав довольный смех в ответ. — Третий штаб, буду ждать тебя. После Субин сбросил сам, вот так просто назвав ему свою локацию и завершив звонок. Кай привык всю жизнь находится рядом с Субином. Быть в его тени или же это Субин оставался в его тени, что довольно сложно стало понять с годами. Главным оставалось то что помимо него в круге общения Кая не было никого. С Тэхеном они вроде и ладили, но в друзья особо не записывались, с предыдущими коллегами Кай общался переступая через себя. Только те от кого была выгода, только те кем Кай мог пользоваться в своих интересах. А вот как общаться с теми, от кого высокой выгоды не было, было одним сплошным вопросом. Ровно как и сейчас, глядя на Донхена, который сидел на полу комнаты с ноутбуком на коленях и что-то смотрел в экране. Он явно слышал как альфа вошел в дом, а от того и заметно кусал губы в напряжении. Была ли выгода от него? Определенно, да. Его способности были куда выше, чем имел Кай, а значит и помочь он точно мог. Только сейчас в голове промелькула совсем другая мысль. Ведь с Енджуном все же сходство у них было. Это Субин вечно с кем-то общался и просто так и для каких-то целей. Это он имел друзей и знал к кому обращаться в случае чего. Кай вот всегда обращался к Субину, только если ситуация не была из разряда недавней «Помочь Субину». Енджун ведь сталкивался с таким же, именно это он наверное ощущал когда хотел поближе с кем-то познакомиться, но банально не знал как это все делается. Потому что за них обоих всегда решал Субин, сам когда-то ворвался в жизнь, сам решал все проблемы и был просто рядом. Так что же ощутил Енджун, когда остался без него? Почему глядя на Донхена, Кай задумался именно об этом? А что же будет, останься он без Субина? — Занят? — спросил альфа, отчего младший сразу вздрогнул. — Нет-нет, я просто… — поматал головой он, а Кай так и стоял на пороге — Проходите — тише сказал омега, поднимаясь с пола и пересаживаясь на кровать в углу. Здесь только кровать и стояла, под окном был обогреватель и больше ничего. Чемодан с вещами для омеги остался у двери, его рюкзак на подоконнике. Сам он так и сидел в теплом худи и джинсах, что-то быстро нажимая на клавиатуре и закрывая ноутбук. — Старые данные, нужно было убрать — вздохнув сказал омега и отодвинулся ближе к изголовью кровати, тогда как Кай присел на середину к нему. — Покажи руки — твердо произнес он, а взгляд неожиданно стал слишком суровым. — Что? — испуганно поднял глаза омега, а сам неосознанно запрятал ладони под рукава. — Рукава подними — грубее сказал альфа, заметив как Донхен тяжело сглотнул. Так значит, Субин не врал. — Извините, я не…зачем? — пробубнил младший себе под нос. — Показывай — настойчиво сказал он, заметив как задрожали его губы и забегали глаза. — Простите… — прошептал Донхен, сорвался с места и было хотел сбежать, скорее всего в ванную комнату. Только Кай куда раньше это понял и схватил омегу за запястье сразу как тот сделал шаг к дверям. — Не надо — воскликнул омега, попятился к стене, сам вынудил старшего встать с места. Он вжался лопатками в стену, пытался выдернуть руки из чужих. Зачем ему это нужно было? Вопрос оставался открытым, но слова Субина всегда могли пробудить то что всегда молчало. Омега вскрикнул когда Кай сжал его предплечья, в глазах появились слезы, а приоткрытые губы просили остановиться. Но рукава оказались задраны до локтей, а омега пытался вырваться из рук что держали запястья. Исполосованные руки, бледная белая кожа с множеством шрамов, от ярко выраженных и толстых, до едва заметных и тонких, одни на других мешались со свежими. Свежие, что сделали будто вчера, только покрытые еще неплотной корочкой и покраснением вокруг. Проведи бы ладонью по его руке, живого места бы не нашлось, где была простая гладкая кожа. Омега задрожал, перестал вырываться, сам смотрел на свои руки и пролил первые слезы, но наконец замолчал. — Сам? — спросил Кай, отпуская его руки, а Донхен бегом опустил рукава и попытался рвануть с места, попытаться спрятаться. Альфа ухватил за плечо, потянул назад и толкнул в угол комнаты справа от кровати. Он загородил путь к дверям, давая понять что на свои вопросы ответы получит. — Да — прошептал омега, забиваясь подальше к стенке. — Умереть хочешь? — легко спрашивает Кай, все так и стоя на своем месте. — Нет — ответил омега, стыдливо опуская голову. — Тогда зачем? — спросил альфа. Такое истезательство над собой он видел впервые, тем более у подростка. Не стоит скрывать что и вообще в его окружении давно не было кого-то младше тридцати, чтобы понять их мышление. Этот мальчишка стоял в углу прибившись лопатками к стене и вызывал только непонимание своими слезами. Донхен прятал лицо, прижав рукав на запястье к глазам. — Так легче… — шепотом донеслось до ушей альфы. Легче? Кай нахмурился, недовольно выдохнул и надеялся что ему послышалось. На его теле тоже осталось много шрамов, даже нынешний еще свежий от ножа, напоминавший все еще тот диковатый взгляд Субина, с которым он так легко вставил лезвие в его тело. Только самому и вот так провести металлом по себе, в голове просто не укладывалось. — Легче? — переспросил Кай, шагнул ближе надеясь услышать что-то еще. В ответ только положительный кивок головой. — Легче резать себя? — громче спрашивает альфа, видя как тот чувствовал его наступление и жался ближе в угол — Легче что? Легче чтобы руки болели? Но омега больше не сказал ни слова, долго молчал и явно хотел остаться один, а может и верил что альфа просто уйдет. Очевидно, что ему просто было этого не понять. Потому что ему физической боли хватило с детства на всю жизнь, а та что внутри сидела рвала еще сильнее. — Иди умойся — грубо сказал альфа, махнул рукой в сторону ванной и устало шагнул к его кровати. Остался ждать его возвращения, а Донхен быстрыми шагами скрылся за дверью. После того как он видел шрам Субина на его спине, шедший до самой поясницы, обходивший по ключице с одной стороны и тянулся до плеча. Сколько времени тогда ушло на заживление, сколько времени его друг не мог нормально жить. Перевязки от которых альфа чуть ли не орал от боли. В неумелых дрожащих руках Кая, который сам боялся коснуться, боялся сделать больно и сам был готов орать от того как ему было тяжело это видеть. А теперь, в комнату вернулся омега, чьи руки наверняка тяжело заживали, кто был с этим в одиночестве и скорее всего мучился с этим сам. Почему это все вызывало такую злость внутри и отчего мысль о его боли вызывала такой прилив эмоций. Донхен стоял на пороге, пока альфа не указал ему ладонью на кровать, место рядом с собой. Медленные шаги, покрасневшие глаза и его поджатые плечи. Он кое-как заставил себя присесть в полуметре от него и побороть желание сбежать через окно. Почему от Кая омега не чувствовал такой опасности, как от других альф? — Легче значит — зацепился за это слово Кай — А можно как-то подробнее, чтобы у меня сейчас пропало желание сдать тебя в психушку — вполне честно признался альфа. — Я… — выдавил из себя младший, тут же останавливаясь и проглатывая следующие слова. — Тебя что-то заставляет это делать или это как-то…ты делаешь это осознанно? — продолжает Кай, не зная как вообще можно сформулировать вопрос. Убедиться, в его адекватности и понимании реальности? Будто после жизни с Субином он боялся снова услышать это коронное «Не помню» или «Это был я?». Может и в психушку давно было пора ему самому, а далеко не Субину. — Да — выдает твердое Донхен, что выводит из себя еще сильнее — Я это…специально… — Зачем? — не сдержавшись шипит он. Сбавляет свой пыл только когда понимает, что этим давит его. — Так, ладно…прости — тише говорит альфа — Объясни мне это как можешь, я не буду больше…просто выслушаю. — Зачем вам это знать? — нахмурившись спрашивает Донхен. Наконец они сталкиваются взглядами, обоими неловкими, будто в этой комнате сейчас вдвоем они сидеть не должны. Только судьба свела вот так, именно таким образом посадив напротив друг друга и заставив открыться. — Я предложил тебе остаться, помнишь? — спрашивает Кай, отведя глаза в сторону. — Да — кивает Донхен, поджимая коленки друг к другу. — Ты можешь уйти прямо сейчас, если того хочешь — начинает Кай, коротко смотрит на удивленные глаза омеги — Я могу вкрации рассказать тебе что будет дальше, а после ты либо примешь мое предложение, либо уйдешь сразу. Донхен в ожидании разглядывает его серьезное лицо, цепляется взглядом за все еще прикленный пластырь на виске и боится даже предположить. — У меня есть план побега — первым признается альфа — Субин еще много лет назад мне его представил и он действует по сей день. Скорее всего, что Чхве Енджун уже сейчас строит свои планы, вопрос того как скоро меня объявят в розыск это дело времени. Поэтому сейчас мы уже здесь. — Здесь…вас не найдут? — осторожно спросил Донхен. — Нас — поправляет Кай — Если найдут меня, то возьмут и тебя, в этом случае ты должен держаться до конца. — В смысле? — спрашивает омега. И Кай уже наставляет его заранее сейчас. Если Донхена возьмет полиция, он не должен ни словом обмолвиться о своей работе. — Лучше плачь и говори что тебя держали в заложниках… — среди своих слов говорит Кай, а омега как-то грустно смотрит в ответ — Выставляй меня кем угодно, но то что ты омега тебя спасет. — То есть…выставлять вас? — переспрашивает тот. — Да педофилом в конце концов — устало вздыхает Кай — Пойми, чем лучше ты отыграешь, тем меньше вопросов в твою сторону возьникнет. Потому что пусть лучше Кай сядет дополнительно за насилие над несовершеннолетними, чем этого мальчишку обвинят вместе с ним. — Но Субин постарался, здесь вокруг его территория — говорит Кай, а эти слова заставляют напрячься обоих — Все под его контролем и его люди всегда следят за местностью. Мой план побега, свалить из этой страны как можно дальше. И на этих словах взгляд замирает на омеге, что от последнего предложения весь сжимается и прячет глаза. — И я…? — шепчет он. — Либо ты уходишь со мной, либо бежишь сам — ставит перед фактом альфа, заставляя вновь обернуться к себе — Выбирай сейчас, чтобы Субин успел все подготовить на два места. И снова отворачивается, потому что понимание сути бежать вместе с ним было совершенно разное, быть точнее двоякое. — И что вы хотите взамен? — внезапно уверенно спрашивает Донхен — Если я уйду с вами. — Ты уже достаточно сделал, чтобы заплатить за это — отвечает Кай, а омега хмурит брови. — Но… — Без «но» — твердо отвечает альфа — Считай, что взамен ты не спал целую ночь чтобы очистить мою жизнь. — Вот так просто…? — напряженно спрашивает омега. — Мне ничего от тебя больше не нужно — уверенно говорит Кай — Можешь подумать до конца дня, я поеду к Субину через час, вернусь вечером и ты ответишь. Тогда все. С этим можно будет покончить. Пока Кай спокойно встает и уходит, оставляя омегу одного на этом пути…принятия? Как вообще можно было назвать это и что следовало последствиями за ответом?