you had to believe.

— Сону, люди пропадают, а ты гулять собрался под ночь! — кричала небольшая женщина среднего возраста. — Ну куда же ты? Парень, нагло игнорируя, хлопнул дверью, выходя наружу. Люди пропадают. Ну конечно, они ведь были никому не нужными алкоголиками. Ушли куда-то, упали, а затем и пропали. Сону про себя смеялся от слухов, что ходили по деревне. Какая-то женщина, явно сумасшедшая, сегодня рассказывала, как видела русалку у озера. По её словам, та тварь убила человека, забрала с собой в воду, совершенно не жалея. Юноша посмеялся от своих мыслей, продвигаясь вглубь леса по узкой тропинке. Ким часто гулял именно по ней, ведь она вела к особо красивым местам, а если пройти по ней в самый конец, то выйдешь к мерцающему озеру, где всегда было свободно и тихо, а в особенности вечером. Темнота в лесу совсем не пугала, наоборот, словно вдохновляла. Ким всегда ходил тут именно по вечерам, почти каждый день гулял здесь. Остался ведь живой, а это значит, что все слухи — бред, чтобы запугать людей в мелкой деревушке. — Что же такого вам сделало озерцо? — размышлял вслух Сону, медленно шагая по хрустящей траве. — Вроде красивое, а всё равно пытаются изуродовать. Чуть объёмная рубаха раздувалась от ветра, а отросшие волосы летели в глаза, заставляя вновь и вновь заправлять их за ухо. Тело сильно болело от тяжёлой работы, что сегодня преследовала его весь день. Хотелось просто заполучить заслуженный отдых. Внутри сидела обида из-за очередной ссоры с родителями. Возможно, раньше Сону бы снова шёл здесь и плакал после очередного конфликта в семье, но тот уже давно привык, поэтому слёзы совсем не текли. Крики и истерики преследовали его в том доме, который он уже давно стал считать действительно проклятым, даже несмотря на то, что не верит в мистику от слова совсем. — Вот бы уйти от вас куда-нибудь навсегда. Из-под деревьев показался яркий свет луны, что освещала спокойное озеро, то самое, о котором и пошли слухи. Послышалось лёгкое журчание воды, от чего мгновенно стало лучше. Сону наконец почувствовал забытое умиротворение, что приятно растеклось внутри, словно вода. Он прошёл ближе к мерцающим волнам и сел на берегу, вдыхая чистый воздух полной грудью. Атмосфера вокруг спокойная, одинокая, волшебная. Это было именно то, что хотел ощущать сейчас Ким. Видеть никого не хотелось совсем, но обстоятельства сложились немного иначе. Сзади послышались тихие шаги по звенящим маленьким камешкам, что рассыпались на берегу, Сону обернулся мгновенно, замечая перед собой высокого парня. Его внешность была невероятной. Бледная кожа будто блестела от лунного света, а тёмные глаза притягивали, заставляя буквально утопать своими в их кромешной тьме. Волосы были красиво уложены и подстрижены, словно Хун жил где-то подальше, но уж точно не в этой сумасшедшей деревушке, а лёгкая блузка выглядела очень дорогой. В целом его внешний вид был очень аккуратным, парень выглядел ухоженным, а оттого и невероятно красивым. Его слабо вишнёвые губы, что были слегка приоткрыты, манили к себе, аккуратная форма и их небольшая пухлость добавляла яркости в его образ. Острый нос казался идеальным, так же, как и скулы вместе с длинным подбородком, а волшебные родинки добавляли в его внешний вид ещё больше индивидуальности и невероятности. Сону на секунду завис, просто разглядывая его с широко расширенными глазами. Он метался взглядом по его лицу и телу, словно изучая. — Не боитесь здесь гулять? — Чуть улыбнувшись, сказал незнакомец. Сону сглотнул, а после громко выдохнул, в голове словно всё смешалось в одну огромную кашу, а пульс повысился по непонятной причине. Парень заметил чужую нервозность и улыбнулся сильнее, пытаясь внушить Сону ощущение комфорта. — Я Сонхун, а как ваше имя? — Сону... Ким Сону. — Тихо пробормотал тот, от чего покраснел, сам того не понимая. — И что же вы тут делаете, Ким Сону? — Сонхун присел рядом с младшим, положив руки на колени. — Не слышали разве слухи? Сону мгновенно разозлился, раздражённо выдохнув. Кровь словно закипела в жилах, из-за чего парень выдал лёгкую агрессию. — Вы серьёзно в это верите? — Немного резко, но всё ещё тихо выдавил из себя младший. — А вы? — странно переспросил тот. Сону нахмурился, уже начиная подозревать незнакомца в том, что тот обычный сумасшедший, как и все в этой деревне. Но разводить новых конфликтов не хотелось, ему хватало и своих. Ким вновь выдохнул, переводя взгляд на тёмную воду. — Это просто бред. — Чуть увереннее сказал младший. — Чем же опасно это озеро, когда оно является самым чистым и спокойным во всей этой деревне? Сонхун рассмеялся, опустив взгляд куда-то вниз. Он выглядел странно и необъяснимо загадочно. — Вы так уверены в этом, — Хун кусает губу. — но это неправильно. Вы не можете быть так сильно уверены. — А вы верите в то, что людей убивают мистические существа? — Словно усмехнулся Сону. — А почему такого не может быть? — Но вы сейчас находитесь здесь со мной. Не значит ли это, что вы тоже не верите в этот бред? — Парировал Сону. Сонхун снова усмехнулся, покачав головой. Он перевёл свой взгляд на парня рядом, рассматривая его с явным интересом. Ким, почувствовав чужой взгляд на себе, слегка замялся, но обернулся к другому лицом, заглядывая в такие мрачные, но затягивающие внутрь глаза. Время вокруг словно остановилось, мужчина гипнотизировал только лишь своим присутствием. Сону, сам того не понимая, покраснел, пряча глаза вновь. — А может я просто умереть хочу. — Всё ещё смотря на парня рядом, говорил Сонхун. Ким резко обернулся, с ужасом заглядывая в чужие глаза. — Вы серьёзно? — После послышался лёгкий смешок Пака. — Нет, я просто показал вам, что я могу и верить в это, несмотря на то, что нахожусь здесь сейчас. Ким громко сглотнул слюну, обратно обернувшись к воде. Луна красиво блестела, отражаясь в сверкающем озере. Внутри снова всё неприятно сжалось, будто все проблемы резко вернулись обратно. Глаза неприятно стало жечь, предупреждая о поступающих слёзах. — А вы почему здесь? — Интересуется Пак. — Как я и сказал, это место единственное чистое во всей этой деревне. А вот мой дом самый грязный и чёрный. Уж лучше находиться здесь, чем там. — Неужели эта деревня настолько плоха? — А вы не живёте здесь? — Не-а, я тут по соседству, — рассказывал его новый знакомый. — разве вы видели меня раньше? Ким отрицательно покачал головой, рукой потрогал тёплую воду, что приятно журчала. В голову пришла новая идея. Сону внезапно схватился за края своей рубашки, потянув её наверх. — Вы чего? — слегка удивился Пак, нахмурившись. — Давайте покупаемся? Вода же тёплая совсем, — Пак заметно напрягся, чуть отполз от воды, словно напугавшись. — Что такое? — Я боюсь глубины, поэтому очень не люблю плавать. В детстве чуть не утонул, после этого в воду не залезал. — Сонхун поправил свои мягкие волосы. — И вам бы не советовал, вдруг что. Сону замер, пальцы всё ещё сжимали края чуть испачканной рубашки. Он тихо вздохнул, а после лицо спрятал в колени, обняв их двумя руками. Возможно, Хун был прав, поэтому тот не стал спорить, а лишь послушно промолчал, прислушавшись к совету. — Можно на «ты»? — Аккуратно спросил Пак. — Вроде знакомы уже. Сону улыбнулся, что было незаметно, а после кивнул, поворачиваясь всем корпусом к рядом сидящему. Юноша дружелюбно протянул руку, которую тут же накрыла чужая. — Будем знакомы, Сону. Не думал, что буду сидеть здесь с кем-то, я редко общаюсь с людьми. — Почему? — Ким чуть наклонил голову вправо. — Потому что они не считают меня человеком. Парень нахмурился, чуть вздрогнув от его слов. Видимо, в соседней деревне ситуация была не лучше, раз жители так нагло могли поступить с довольно вежливым и приятным на вид парнем. Можно было предположить, что Сону многое не знает, но верить в это не хотелось автоматически, основываясь на личном опыте в своей деревне. — А кем тогда считают? — Хун усмехнулся, а его глаза будто стали ещё темнее, появился непонятный красный блеск внутри них. — Они ненавидят меня и желают смерти, говорят, что я жестокий монстр, — Сонхун зачем-то наклонился чуть ближе к лицу Сону. — но, может быть, так и есть. Ким нахмурился, вновь ощущая внутри себя долю тревожности. Молодой человек рядом вроде был обычным, но что-то внутри него не давало младшему покоя. А Пак как будто бы чувствует напряжение другого, начинает давить своей невидимой стеной энергии, словно пытаясь размазать Сону, как букашку. От его взгляда хочется убежать и спрятаться, а сам парень был высоким и довольно широким, казался огромным по сравнению с Сону. Одна его ладонь была в два раза больше его собственной. — Ты тоже боишься меня? — Сонхун слишком внезапно вытащил Сону из мыслей, чуть усмехнувшись. Ким тихо покашлял, прочистив горло, а затем вновь спрятал взгляд, рассматривая мирно лежащие камушки на берегу озера. — Нет... Ты просто кажешься мне очень интересным человеком. Знаешь, будто внутри тебя есть что-то такое скрытое и странное, может даже необычное. Но это просто моё впечатление, не бери в голову. После этого послышался чужой смех. И он совсем не был давящим. Хун не смеялся над Сону, не издевался и не игнорировал его слова. Этот смех был лёгким и даже чарующим слегка. Он словно музыка рассеивался по местности вокруг, лаская слух младшего, чего он сам и не понимал. Его глаза застыли на чужой фигуре, он вновь с любопытством рассматривал его. На секунду в голове появилась мысль о том, как они вообще разговорились. С этим парнем через время стало неописуемо комфортно, хотелось говорить с ним и долго смеяться до потери сознания. Время тоже застыло, словно и оно хотело, чтобы Сону поговорил с ним. Так они и познакомились. До самого утра сидели у озера, болтали обо всём вокруг, смеялись. А ещё они гуляли, дошли до огромного поля, усыпанного прекрасными цветами. Тогда рассвет разливался по небу, а они, смеясь, бежали, с трудом перебирая ноги из-за высокой травы, что значительно уменьшала скорость их движения. Сону бежал как мог быстро, кричал и оглядывался назад, чтобы поймать Сонхуна взглядом и оценить, насколько он близок. После он оборачивался вновь и ускорялся, лишь бы не попасться. И в очередной такой раз, когда младший решил глянуть на Пака, ноги словно запутались, из-за чего равновесие было потеряно. Ким с громким визгом шлёпнулся в чуть желтоватую траву, сгоревшую от пылкого солнца, а затем сверху на него упал и сам Хун. Сону открыл глаза, глядя на старшего, что тогда нависал над ним. В его волосах небрежно застряла какая-то веточка, а грудь часто вздымалась. Его белоснежная кожа стала сиять от восходящего солнца, а руки Сону, что оказались случайно на крепкой груди Хуна, почувствовали крепкую груду мышц. Глаза уже не казались такими мрачными, наоборот, стали отливать слегка янтарным цветом, они тоже быстро бегали по лицу Сону, как и его собственные. Тепло его тела согревало, заставляло почувствовать себя наконец не одиноко, что для Кима было слишком непонятно и неожиданно. Время вновь остановилось, оно не могло идти, когда они были вместе. Их магнитом тянуло друг к другу, и совсем не важно, что они знакомы были не так долго. Важно лишь то, что сердце начинало биться всё чаще, когда Сону заглядывал в чужие тёмные глаза. Хотелось провести по волосам рукой, почувствовать их мягкость, а затем и запутаться в них пальцами, а красивые губы цвета вишни хотелось целовать. От этих мыслей Сону наконец осознал реальность. Внезапно подскочил, за собой поднимая и Сонхуна. Ким неловко почесал затылок, совсем не зная, что надо сказать в таком случае, а Хун после этого засмеялся, наблюдая за чужой реакцией. Для Сону это было слишком непривычно, что его щёки покрылись мгновенно румянцем, а внутри рассеялось неприятное чувство стыда. А Пак словно почувствовал, сорвал красный цветок, что рос неподалёку от них, и приблизился к его лицу снова. Рукой он мягко взял за подбородок, повернул к себе, а затем аккуратно бутон засунул в волосы, после чего улыбнулся самой мягкой и приятной улыбкой на всём белом свете. Сердце от этого застучало как бешеное. Тогда Сону и осознал, что таинственный незнакомец явно вызывал у него внутри непонятную бурю эмоций и чувств. Но это ничему не мешало, наоборот лишь разжигало интерес к чужой персоне. После этой ночи Сону с Сонхуном, попрощавшись, разошлись по домам. Ким мгновенно расстроился, не желая возвращаться в деревню, где снова на него все будут давить. После этой ночи Сону с Сонхуном, попрощавшись, разошлись по домам. Ким мгновенно расстроился, не желая возвращаться в деревню, где снова на него все будут давить. Вокруг уже летала напряжённая атмосфера, от которой хотелось поскорее избавиться. Ким лениво перебирал ногами, ощущая тяжесть своих век. Хотелось поскорее прилечь и заснуть, хоть сейчас и ранее утро. Как только Сону сошёл с тропинки, то показалась деревушка. На скамеечках у дома уже сидели женщины и бабушки, кто-то работал, а кто-то, как обычно, сплетничал обо всём и всех, словно их это касалось. Любопытные глаза мгновенно прилипли к Сону, что уверенно шёл к себе домой. Он даже не глянул на них, но тяжёлый взгляд на спине ощущал до самого конца, пока не отворил скрипучую дверь в свой дом. Внутри было тепло и пахло чем-то сладким, стоял непонятный гул и вечные стуки. Ким захлопнул дверь, а затем послышалась тишина, которую далее вновь перебили чьи-то быстрые шаги. — Сону! — Мать суетливо вбежала в прихожую, сразу схватив сына за пыльную рубаху. — Как ты смеешь вообще так поступать с нами, наглый мальчишка! Ни отец, ни я из-за тебя сегодня не спали всю ночь! Да как ты смеешь вообще домой возвращаться после такого!... Крики женщины раздались по всему дому, Сону от этого нахмурился, ощущая, как его голова словно набухла сильнее, обещая лопнуть. Неприятный писк раздался в ушах, а глаза вновь неприятно намокли. — Мам, хватит уже, — хриплым голосом просил Сону. — дай пройти. Женщина замолкла, но взгляд её легче не стал. Ким это лишь проигнорировал, тяжёлыми шагами обошёл её, после чего последовал в свою небольшую комнату. Прикрыв везде шторы и закрыв напрочь дверь, чтобы никто не смог его потревожить, Сону грохнулся на кровать, мгновенно проваливаясь в крепкий сон, даже несмотря на то, что на часах было 6 утра. В такое время обычно он вставал, но уж точно не засыпал. А впрочем, это было и не важно. Во сне к нему вновь пришёл тот странный парень, напомнив о себе, а Ким от этого улыбнулся. Эта ночь явно останется в его памяти как самая счастливая.

***

После того дня уже прошло три дня и три ночи. Сону больше не встречал того юношу, но, признаться честно, скучал по нему. Да и к озеру тот больше не ходил, хоть и хотелось. Мать специально запирала дом под вечер, чтобы Сону не вздумал никуда сбежать опять, ей уже хватило и первого раза. Ким от этого лишь фыркал, молча намекая матери, что это уж точно его не остановит, но сбежать не пытался. Слухи по деревне разошлись мигом. Теперь Сону был самой обсуждаемой особой во всей этой местности. Кто-то говорил, что его подменили, другие выдумывали, что проклят, третьи додумывали ещё всякие разные теории, которые у юноши в голове даже улечься не смогут. Но обращать на это внимание уже не хотелось, слишком это утомляет. То озеро до сих пор пытались очернить. Что только люди не придумывали, но со всем соглашались, из-за чего через время приняли решение, что там точно живут русалки. Сону долго смеялся над этим, ведь надо же придумать такую чушь. Ким принял решение сегодня вновь прийти к тому озеру. Но не для того, чтобы что-то доказывать народу, а чтобы поискать там Сонхуна. Сону верил, что сегодня они смогут увидеться вновь, ему было это очень надо сегодня. Словно только Хун мог понять его и успокоить, был единственной его надеждой и теплом, чистотой. Рабочий день наконец завершался, чему Сону был очень рад. В ближайшее время в планах был лишь отдых, а затем и побег с родительского дома. Пот и грязь неприятно стекали по чуть загорелой коже, работа в огороде выматывала до ужаса, поэтому ноги сами пошли к бане. Хотелось смыть с себя этот день и всю усталость, что неприятно въелась в кожу, застряв внутри. Хорошенько помывшись, Ким отправился домой, а затем заперся в комнате, решив слегка вздремнуть перед встречей, которая могла и не состояться. Сону и сам был не уверен, что сможет увидеть Хуна сегодня, но он очень в это верил, а это главное. С такими мыслями Ким и заснул на долгие три часа, чего сам и не заметил, но проснувшись, в доме было тихо, а на улице идеально темно. Юноша быстро оделся, выбрался тихо из комнаты, на цыпочках подкрадываясь к двери. Он аккуратно отодвинул засов и толкнул дверь вперёд, отчего та неприятно скрипнула. Ким последний раз глянул назад, убедившись, что никто этого не услышал, а затем наклонился вниз, взяв в руки уличную обувь. Парень уверенно шагнул за порог, прохладный воздух мгновенно поступил в лёгкие, стало хорошо и легко. Толкнув тяжёлую дверь обратно, он бросил на пол лёгкие тапочки, сразу надел их и отправился в путь. Уверенный шаг превращался постепенно в бег, Сону явно спешил, желая увидеть Сонхуна. Внутри плескалась какая-то непонятная детская радость, а в ушах от этого стоял приятный звон. Трава шуршала под ногами, мешая наконец услышать журчание воды, но Сону и не обращал на это внимание, как раньше. Сейчас цель была другая, озеро волновало его чуточку меньше, чем красивый парень, с которым тому посчастливилось познакомиться пару дней назад. Из-за мыслей Сону сам и не заметил, как прибежал к озеру, глаза сразу же стали искать знакомую фигуру. Парень отчаянно разглядывал каждый угол берега, надеясь, что сможет увидеть там Хуна. Шли долгие минуты, а он всё ходил туда-сюда по хрустящим камням, пока сердце болезненно ныло. Сону запыхался, отчего решил присесть, чтобы привести дыхание в норму. Голову мгновенно забили дурацкие мысли. — Видимо, он не пришёл. — Вздохнул отчаянно парень, а после лёг спиной на камни, расплатился звёздочкой. Глаза неприятно защипало вновь, словно его кто-то предал. Хоть Сону и понимал, что это не так, но сердце всё равно неугомонно скулило, отчего хотелось достать его и выкинуть куда-нибудь подальше. Только свечение луны сейчас могло его успокоить, поэтому Сону смотрел в небо на мерцающие звёзды, краем уха слушая, как приятно журчит вода. Но вдруг рядом появилась чья-то тень и послышался звук тяжёлых шагов. Ким чуть приподнялся, обернувшись назад, а перед глазами появился он. Сонхун медленно подошёл ближе, а затем лёг рядом с чужим телом. Он молча взял руку Сону в свою и дёрнул чуть на себя, тем самым просил лечь, что Ким выполнил мгновенно, но взгляд свой с Хуна не убрал. — Я скучал, если честно, — заговорил первый Сонхун. — почему не приходил? — Не знаю, мы и не договаривались о встрече. — Тогда теперь давай договоримся, — Пак повернул свою голову в сторону другого, от чего их взгляды встретились. — что будем приходить сюда по ночам, чтобы увидеться друг с другом. Я не хочу по тебе скучать. Глаза Кима точно стали щенячьими, они ярко блестели, разглядывая перед собой чужие. Младший почувствовал, как Сонхун сжал его руку в своей, словно говорил о том, как боялся потерять, и всё вокруг казалось таким неописуемо волшебным, что бабочки в его животе ожили, начиная порхать. Тот смог лишь одобрительно кивнуть, а дальше все слова каким-то образом совершенно забылись. Он просто лежал, разглядывая такого красивого Хуна, что сейчас находился перед ним, а тот в свою очередь смотрел на него, отчего-то странно улыбаясь. — Сону... Ты тоже это чувствуешь? — Что? Оба наконец нарушили тишину, но она ни в коем случае не была давящей. Лишь наоборот, успокаивала и придавала сил. — Я не знаю. Ты... такой красивый, — Сонхун неожиданно стал слишком откровенным, от чего Ким внутренне сжался, снова краснея из-за этого парня. — с тобой приятно проводить время и... мне никогда не хочется прощаться с тобой. Я не хочу отпускать твою руку. — Я... да. — Кратко, но совершенно понятно ответил Сону. Время рядом с ним снова остановилось, а точнее, не имело значения. Его больше ничего не волновало, хотелось просто быть рядом с другим. Он перестал с этого дня верить народу, да и своим родителям тоже. Теперь он верил только одному человеку — Сонхуну. Ведь единственный Хун стал для него таким близким и отчасти родным за такое короткое время. Только он смог заставить его чувствовать комфорт, спокойствие и любовь, что было слишком ценно для Сону. И они так и пролежали до утра. Сначала совсем без слов, а затем парни вновь разболтались, разговаривая обо всём, что наболело. Но всё хорошее когда-то заканчивается, и это нормально, поэтому, когда показались первые лучи греющего солнца, Сону отправился домой, перед этим обняв Сонхуна крепко за плечи. И Хун не оттолкнул его, а наоборот, прижал к себе сильнее.

***

Так шли недели, а затем и месяца. Сонхун с Сону стали крепко дружить, гуляя по вечерам у того озера. Иногда Ким оставался и на ночь, лишь бы провести побольше времени с его единственным другом, с которым было всегда слишком хорошо. Уже вошло в привычку прибегать к их любимому месту после рабочего дня, после чего они гуляли до самой глубокой ночи, если не утра. Иногда просто сидели на берегу, изредка кидая в блестящую воду камни, а иногда уходили куда-нибудь подальше собирать цветы или ловить одиноко порхающих бабочек. Им всегда было весело вдвоём, отчего и жизнь стала значительно лучше. Сону с каждым днём просыпался с утра с подозрительно хорошим настроением, чаще улыбался, что совсем не было похоже на него. Поэтому родители и жители деревни уже давно заподозрили его в чём-то, но пока что сами не знали в чём. Мать стала ругаться ещё чаще, пыталась всегда останавливать сына, но сил совсем не хватало, чтобы удержать Сону. Он всегда убегал от неё куда-то, говорил, что уйдёт погулять, а всех ссор избегал, просто игнорируя. А отец, как обычно после этого, выслушивал обеспокоенную жену. Затем пытался поговорить и с сыном, но всё безуспешно, его он слушать тоже не хотел. А всё потому что Сону точно знал, что Сонхун не несёт никакой опасности. Если бы его не было, то он бы так и ходил угрюмый, избегал бы всех вокруг и вечно был бы уставший, словно это его пожизненное проклятье. Хун наоборот спасал, и это был огромный факт, с которым нельзя спорить, именно поэтому Ким и не хотел слушать людей вокруг себя. Всех людей, кроме Сонхуна. Рабочий день подходил к концу, что свидетельствовало о том, что скоро они снова встретятся. Ким пришёл домой перед этим, быстро взял что-то со стола и закинул в рот, параллельно с этим расчёсывая волосы. Он всегда старался выглядеть лучше рядом с ним и сам не мог понять почему. Просто хотелось ему нравится. Сону бегал по дому, хватая всякие вещички, а после наконец выбрался на улицу, побежав к любимому озеру. Мама его уже будто смирилась, не стала бежать за ним и кричать, чтобы тот вернулся обратно, просто проследила за ним из окна, пока тот не скрылся из виду. Дорога всегда занимала немного времени, поэтому через десять минут Сону уже сидел там, играясь кончиками пальцев в прохладной воде, пока сверху не легла чья-то широкая ладонь. Кому она принадлежала сразу было понятно, поэтому Ким не обернулся, а лишь улыбнулся, наконец ощущая растекающийся вокруг комфорт. — Как ты? — Спросил Хун, что только что присел рядом. — Нормально. Всё везде стало так легко, что даже не верю в происходящее. — Послышался лёгкий смешок рядом. — Главное, что тебе хорошо. Я этому тоже рад. — Ты сделал меня счастливым, Хун. Это признание вышло совсем нежным и по-своему интимным. Сонхун тяжело сглотнул слюну, смотря на парня рядом, его тело отчего-то дрогнуло, а губы дёрнулись в едва заметной улыбке. — Я рад. — А сейчас ты не хочешь искупаться? — Внезапно спросил Сону, наконец обернувшись лицом к Паку. — Сону... Ты ведь знаешь, что я не люблю это всё. — Да всё будет хорошо, я же рядом. Послышалось секундное молчание. — Возможно, это и есть твоя ошибка. — Хватит приукрашивать, пойдём. — Сону схватил Сонхуна за руку, а затем потянул на себя, но почувствовал мгновенное препятствие. — Нет, Сону, я не готов сейчас. Хун поднялся вместе с младшим, а затем потянул его немного на себя, сокращая расстояние между ними. — Я хотел поговорить с тобой сегодня о кое-чём более важном. — Серьёзно начал тот. — Давай поговорим. Что случилось? Сону обеспокоенно наклонил голову чуть в бок, внимательно слушая. Пак прикусил губу, а затем вздохнул, беря чужие руки в свои. — Сону, возможно, тебе покажется это странным, потому что и мне так казалось время от времени. Мы с тобой уже давно знакомы, но я ещё с первой нашей встречи стал ощущать внутри себя что-то странное. И это «что-то» очень волновало меня, я думал об этом, когда засыпал и просыпался. Постоянно. Послышалась вновь секундная тишина, добавляющая атмосфере больше таинственности. — И через время я понял, что это. Ким Сону, я хочу сказать тебе, что влюбился. Я влюбился в тебя. — Сону, возможно, тебе покажется это странным, потому что и мне так казалось время от времени. Мы с тобой уже давно знакомы, но я ещё с первой нашей встречи стал ощущать внутри себя что-то странное. И это «что-то» очень волновало меня, я думал об этом, когда засыпал и просыпался. Постоянно. Послышалась вновь секундная тишина, добавляющая атмосфере больше таинственности. — И через время я понял, что это. Ким Сону, я хочу сказать тебе, что влюбился. Я влюбился в тебя. Глаза широко распахнулись, а губы приоткрылись в немом шоке. Сону стоял на месте, разглядывая снова эти глаза, наполненные темнотой. Тепло чужого тела рядом успокаивало, а руки, что удерживали другие, нежно гладили пальцами мраморную кожу, тем самым молча поддерживали, либо слишком ярко переживали. Ким словно потерял дар речи, его язык не мог и двинуться, будто только что полностью окаменел. Поэтому всё, что он смог сделать, так это обхватить его шею руками, а затем прижаться ближе, носом прячась где-то в шее. Почувствовалось лёгкое касание сзади, это Хун обхватил хрупкую талию Сону большими ладонями, сжимая нежно, словно боясь поломать. — Спасибо. — Шептал он, вдыхая носом аромат его волос. И, постояв так недолго, Сонхун быстро подхватил любовь свою на руки. Он сделал пару оборотов с ним на месте, слыша звонкий смех, а затем оставил лёгкий поцелуй на лбу. — Можно тебя поцеловать? — Аккуратно спрашивает Пак, а глаза не отрывает от Сону, любуется. Ким кивает, а затем ногами чувствует землю. Хун опустил его, а затем потянул на деревянную платформу над озером, что была сейчас рядом с ними. Остановившись у самого края, Хун взял в руки лицо другого, сначала посмотрел в глаза, погладив по щекам пальцами, а затем, наконец, сомкнул свои губы с чужими. Приторно-сладкий привкус губ попал на язык, от чего старший зашипел, причмокивая. Он чуть оттянул его нижнюю губу, а затем облизал языком, вновь целуя. Сону руками пробрался в чужие волосы, путаясь в них пальцами. Постанывал от поцелуя и любви, что вокруг летала, заставляя сердце биться чаще. Он точно знал, что это всё родители не одобрят, но было слишком всё равно, он готов был вечно прибегать сюда тайно, чтобы вновь целовать эти губы и обнимать тело родного человека. Он бы вечно сбегал, чтобы вновь поговорить с ним ни о чём или побегать по полю, всегда был бы с ним. Сону старательно двигает губами, целуя вишнёвые губы, до которых уже давно мечтал дотронуться своими. Он жмётся ближе, лишь бы чувствовать тепло чужого тела, а Сонхун лишь позволяет, руками прижимая к себе. Поцелуй вышел мокрый и чувственный, словно оба боялись друг друга отпустить, не хотели терять. И Сону бы никогда не хотел думать, что это всё ложное. Он никому не поверит, если кто-то посмеет так сказать. Сегодняшней ночью он снова не пришёл домой. Он провёл её с любимым, совершенно не жалея. Они ещё долго целовались в разных местах, что были поблизости, дарили друг другу цветы, в которых потом оба лежали, обнимаясь, а затем смеялись. Долго, громко и вместе.

***

— Мама, я ухожу гулять снова, должен прийти сегодня ночью, но если не приду, то ждите к утру. — Сону вновь покидал свой дом, но на этот раз женщина не собиралась позволить ему это сделать. — Никуда ты не пойдёшь. Отойди от двери, нечего куда-то убегать по ночам. Сону с огромным возмущением глянул на мать. Он тяжело вздохнул, а затем голос повысил, не собираясь выслушивать. — Мама, хватит мной командовать! Я уже достаточно вырос, чтобы ты меня контролировала. Никуда я не денусь, просто отстань! — Сону, ну мы же переживаем! Ты снова на озеро то ходишь, я ведь знаю! Что ты там делаешь? Там опасно, сынок. Прошу, хоть сегодня останься дома. Юноша закатил глаза, а затем отвернулся, выскакивая за пределы дома. Он с силой закрыл дверь, от чего та громко стукнула, а затем широкими шагами направился к озеру, где его уже наверняка ждал Пак. Сердце бешено стучалось от злости. Мать снова лезла не в своё дело. Что могло произойти с ним, если Сону ежедневно на это озеро ходил уже на протяжении месяца. Ни разу он там не встретил никого опасного, а русалок тем более. Очередной бред не хотелось слушать, поэтому он так резко и ушёл, желая увидеть лишь своего любимого. Придя к озеру, Сону огляделся, на берегу не замечая Хуна. Это было странно, ведь обычно он всегда приходил сюда первый. Но Ким не расстроился, а лишь прошёл ближе к движущимся волнам, вглядываясь вдаль. Он собрался ждать Сонхуна, пока не заметил что-то в воде. — Сону! — Крикнул Хун оттуда. — Подойди к мостику! Юноша быстро среагировал и подбежал к деревянной платформе. Он быстро встал на её край и только тогда смог заметить свою любовь. Парень находился в воде, держась за деревянный мост, и улыбался. Сону лёг на пол, лишь бы быть рядом, руки протянул к его лицу, а Пак в свою очередь сделал то же самое. — Что случилось? Почему ты в воде? Тебе надо помочь? — Беспокоился Ким, ведь знал, что Сонхун не любил плавать. — Всё в норме, пойдём со мной. — С тобой? — Ага, я помню, ты хотел вместе поплавать, — Хун улыбнулся, оголяя свои острые клыки. — залезай, я тебя поймаю. И Сону, не задумываясь, плюхнулся в холодную воду, прямо в руки Хуна, что действительно поймал его, как и обещал. Они вновь смеялись, громко и ярко, стали брызгаться в воде и плавать наперегонки. Пара вновь проводила хорошо время, целуясь и играясь, всё казалось идеальным, словно этого всего и не могло никогда существовать. Они пробыли в воде минут сорок, после чего наконец выплыли на берег. Сону улёгся на острые камни, ощущая, как одежда неприятно липнет к его телу. Юноша всё ещё смеялся, пытаясь наконец отдышаться. Тело болело от повышенной активности, но он не жаловался, потому что этот вечер был одним из лучших за всю его жизнь. Сонхун почему-то лёг дальше, его ноги всё ещё находились в воде, отчего их было не видно. Он глядел наверх, подложив руки под голову, искал на небе созвездия, о чём-то явно раздумывая. Но вскоре Сону подполз к нему ближе, начиная рассматривать яркие пятнышки из космоса вместе с ним. Так прошло ещё немного времени, пока Ким не сел, замечая в воде что-то непонятное. Сону присмотрелся к Сонхуну, что всё ещё наполовину был погружён в озеро и заметил что-то странное, словно у него не было ног. Он подумал, что ему точно показалось, и решил спросить об этом самого старшего. — Сонхун... А что с твоими ногами? Затем наконец поднялся и Хун. Он глянул на него какими-то непонятными глазами, что были наполнены чем-то страшным и мучительным. — Помнишь, как ты рассказывал мне о том, что не веришь в существование русалок? — Издалека начал Хун. — Ну помню. Глаза Сону расширились, когда вместо ног Хун достал из воды огромный русалочий хвост. Он помотал головой, пытаясь всё правильно понять, но Сонхун перебил его мысли. — Я русал, Сону. Это действительно правда. Сонхун отвернулся, махнув чуть хвостом, из-за чего вода неприятно брызнула на кожу. Ким наблюдал за этим с непониманием, словно не хотел принимать или осознавать. Всё казалось сном или вымыслом, дурацкой фантазией, но только не хотелось принимать эту правду. Его потерянный взгляд метался от чужого лица к хвосту, пока Хун не поймал его губы своими. Он впервые целовал его не так легко и нежно. Пак кусал, спешил, грубо целуя нежные губы, от чего Сону промычал, пытаясь выбраться, но не получилось, ведь Хун был слишком настойчив. Он быстро лёг на хрупкое тело сверху, подмяв его под себя, стал целовать ещё более интенсивнее. Парень прокусил губу Сону, от чего тот взвизгнул и наконец отстранился. Но открыв глаза, перед собой увидел не своего любимого. Кожа Сонхуна неестественно заблестела, становясь слишком бледной и словно неживой. Его глаза полностью стали чёрными, появился страшный белый зрачок, он был словно струна. Эти глаза внушали страх и тревогу, которую Ким никогда не ощущал рядом с Паком. Между его пальцев сформировались плавники, а вместо аккуратно подстриженных ногтей отросли острые когти. Ткань его рубашки порвали редкие шипы, что шли по рукам на спину и заканчивались у копчика. — Сонхун... — Сону не успел договорить, ведь Пак закричал, безжалостно впиваясь своими когтями в чужое плечо. Он оставил глубокую царапину, что мгновенно стала кровоточить. Сону вскрикнул, начиная елозить под холодным телом, но ничего не вышло. Вместо свободы он вновь получил жгучую боль, Хун вгрызся в его плечо острыми зубами, от чего по лесу прошёлся громкий мужской крик. — Что ты делаешь? Любимый, прошу... — Ты должен был поверить. — неестественным голосом проговорила водяная тварь, схватив Сону за руку с невероятной силой. Монстр потащил ослабевшее тело парня в воду, не собираясь жалеть. По щеке Сону скатилась первая слеза, юноша кричал и пытался выбраться из хватки, но силы покинули его, как только его погрузили в воду. В лёгкие мгновенно попала вода, которую он пытался выкашлять, пока всё ещё мог хоть на секунду всплыть, отбиваясь от уродливой твари. Но внезапно Сону почувствовал, как его ногу обхватили где-то внизу, потянули вглубь почерневшей воды. Ким успел сделать глубокий вдох, чтобы хотя бы попытаться выбраться, сильно толкал чудовище от себя руками и ногами. Его раны невыносимо щипали, кровь окрасила воду, а в глазах начинало темнеть, но сейчас это не играло значения. С берега можно было увидеть, как он пытается выбраться, ведь вода плескалась и сильно кружилась в этом месте, иногда можно было заметить и руку, что отчаянно пыталась ухватиться за что-то. Но воздух в лёгких всё же закончился. Его тело полностью ослабло и перестало двигаться, последнее, что он смог почувствовать, так это тяжёлые руки на талии, что потянули его к морскому дну.

***

Его тело искали два дня, скоро прошёл бы и третий, но родители Сону верно отправились на то самое озеро, про которое люди так плохо говорили. Каким же ужасом для них было увидеть труп собственного сына, что лежал на берегу и безжизненными глазами смотрел на закат, что окрасил небо разными цветами. Мать подбежала мгновенно, крича на весь лес от жгучей боли, а отец лишь схватился за сердце, руками вытирая слёзы, что градом полились из глаз. Его кожа была зеленовато-серого цвета, а половины тела и вовсе не было. Кто-то словно обглодал, оставив только кости и всё самое невкусное. И теперь только сам Сону знал, кто это сделал. И для него это было явно больнее всего. Он бы никогда не подумал, что человек, который спас его, смог бы так быстро уничтожить. Последняя мысль в его голове была такой: «Простите все, кому я не поверил. Прости меня, мама и папа. Я действительно должен был поверить. Должен был». После этого он заснул вечным сном. И больше никогда не проснётся, не сможет полюбить вновь. Остатки его тела закопают под землю, а мясо его сожрал монстр, что стал его первой и последней любовью. Как же было больно осознавать, что он смог довериться лишь ему, было жаль, что собственную ошибку он смог осознать, но больше никогда её не исправит. На его лице навсегда застряла гримаса ужаса, а в сердце, что перестало давно биться, стояла обида за тяжёлое предательство.