Однажды в Сочельник

Olivia Rodrigo — Drivers License

      То, что Абрахам ненадежен, Роксана давно понимала. Он был не тем человеком, которому стоит доверять своё сердце. Правда, это она осознала далеко не сразу, а до того — поверила, увлеклась. Влюбилась…       Поначалу всё было прекрасно. Абрахам умел ухаживать за девушкой, если того хотел. А поцелуи его — словно пламя, от которых Роксана вся загоралась. Но чем дальше, тем яснее она понимала, что у её избранника характер… не самый простой. Впрочем, она сама была далеко не сахар. Была бы более кроткой, способной в напряжённый момент смолчать — ссор с Абрахамом случалось бы куда меньше. Вот только Роксане это было по нутру, и если ей что-то не нравилось, она не скрывала, говорила это прямо, дерзила. Абрахам в ответ жалил её не менее больно. Они походили на двух скорпионов, что травили друг друга своим ядом и никак не могли остановиться.       Но однажды этому должен был прийти конец. Правда, Роксана не ожидала, что это произойдет именно сейчас, именно так. Они с Абрахамом собирались отпраздновать вместе Рождество, а потом и Новый год. Она наивно верила, что это удастся в кои-то веки мирно, что в такие праздники все обиды и споры позабудутся.       Но чуда, что обычно ждут в такие дни, не случилось. Наоборот, всё пошло совершенно наперекосяк. За пару дней до Сочельника Абрахам встретился с Роксаной и заявил, что расстаётся с ней, а праздники собирается встречать с другой девушкой. Роксана знала её, родители Абрахама давно хотели свести его с Энн, дочерью своих друзей. Та была девушкой милой до приторности, из тех, кто не скажет избраннику ни слова поперёк, вместо того смолчит, смягчит всё улыбкой. Словом, такой, какой Роксана не была и становиться не собиралась.       Было больно. Сколько бы нервов ни вытрепал Абрахам, сколько бы слёз ни пролила из-за него Роксана, сколько раз ни срывала бы горло от криков, ругаясь с ним, она продолжала любить его. И верила, что он тоже любит её, пускай и называл порой стервой в запале ссоры. А теперь же Абрахам заявлял, что любит Энн. Говорил это спокойно, как бы констатируя факт, словно не о девушке, заставлявшей его сердце трепетать, а о чём-то, совершенно его не касающемся. С Роксаной он был куда живее, проявлял эмоции ярче, несмотря на все сложности в их отношениях.       Но причин не верить ему у Роксаны не было. Говорит, что больше не любит её, хочет быть с другой, — ладно, она не будет спорить, в кои-то веки. Наверное, она просто устала от этих болезненных отношений, которые всё же нелегко было оборвать. Роксана проплакала один вечер, а потом вдруг осознала, что испытывает… облегчение. Не будет больше постоянных скандалов, попыток уязвить друг друга. Его поцелуев, кружащих голову, и обжигающей близости не будет тоже, но это она как-нибудь перетерпит. Верила, что со временем станет легче.       А пока ей всё же стоило подготовиться к праздникам. Правда, отмечать их Роксана собиралась одна. Родители жили в другом городе, и отношения с ними были непростыми. Они чаще созванивались и переписывались, чем виделись вживую. А близких друзей у Роксаны не имелось. Она была не из тех, кто легко заводит длительные прочные связи.       Она уже успела поставить ель, украсила дом. Благо, ещё до расставания с Абрахамом, иначе потом было бы не слишком подходящее настроение. Кое-что приготовила для праздничного стола, совсем немного, чтобы хватило ей одной, и купила бутылку вина. А потом направилась в книжный магазин, чтобы сделать себе подарок — купить новинку любимого автора, которую давно ждала.       В это время покупателей там было всего два человека, кроме неё. Продавец со скучающим лицом сидел за прилавком, подперев щёку кулаком, и наверняка гадал, за какие прегрешения его смена выпала именно сегодня. Даже непонятно, кто сейчас был более несчастным: он или Роксана. Но скоро он наверняка будет праздновать с родными, друзьями, своей девушкой (или парнем). А Роксана так и будет одна, слушать рождественские песни, есть приготовленные закуски и пить вино, думая, что всё могло быть совсем иначе.       Погруженная в свои мысли, почти не глядя даже на книги, она случайно толкнула высокого мужчину, взявшего толстенный том в твёрдом переплёте с одной из полок. Он не удержал книгу, и та с громким шумом упала, отчего полусонный продавец встрепенулся и послал в их сторону возмущенный взгляд.       — Осторожнее, миледи, — проговорил незнакомец. Спокойно, лишь с лёгким укором в голосе. И всё же в его тоне было что-то знакомое. Наверное, ей померещилось. Роксана подняла взгляд, чтобы убедиться в этом, и замерла.       Она уже хотела извиниться, но вместо этого выпалила:       — Ты!       На неё смотрел Эдвард Пемброк, её первая любовь, с которым Роксана встречалась ещё в старшей школе. Прошло десять лет, он конечно же изменился: возмужал, стал чуть шире в плечах, его прежде растрепанные волосы вились аккуратными кольцами, а вместо линз он теперь носил очки. Да и одеваться Эдвард стал элегантно: явно дорогое пальто, небрежно повязанный шарф, чёрный свитер и брюки. Он был так хорош, прямо мужчина с картинки. Роксана невольно залюбовалась на него.       — Здравствуй, Ро. — Его губ коснулась лёгкая улыбка. — Неожиданная встреча, хотя, признаться, приятная.       — Что ты здесь делаешь? — выпалила она резче, чем собиралась. Во всём были виноваты расшатавшиеся нервы и дурное настроение из-за испорченных праздников. Злости и обиды по отношению к Эдварду она никогда не испытывала. Пускай они расстались когда-то, но не так травматично, как это произошло с Абрахамом. Просто разъехались по разным колледжам, поначалу переписывались, даже виделись на каникулах, но постепенно общение стало сходить на нет, от Эдварда чувствовался холодок. К тому же, до Роксаны дошли слухи, что он начал встречаться с другой девушкой, Офелией. В итоге она приняла решение расстаться с Эдвардом.       И вот она снова видит его, спустя десять лет. Будто совсем немного времени прошло с их последней встречи, но на самом деле столько всего произошло.       — Что я здесь делаю? — повторил Эдвард её вопрос. — Зашёл купить книгу, как видишь.       Он вновь улыбнулся, с таким видом, будто Роксана задала очень глупый вопрос, а он как всегда самый умный. Эта его привычка проявлять определённую долю самодовольства и высокомерия всегда бесила Роксану, ещё в юности.       — Ты знаешь, о чём я, — огрызнулась она. — Ты вроде как строил карьеру в другом городе, а сюда не возвращался много лет.       — Ты наводила о мне справки? — поинтересовался Эдвард, который был явно не против такого поворота.       — Нет, просто моя начальница знакома с твоим дядей, вот я и спросила у неё пару раз, — пояснила Роксана. Она недолюбливала Джоан, как и дядю Эдварда, Клавдия Пемброка. Но начальница являлась той ещё сплетницей, и порой это играло на руку.       Став серьёзнее, Эдвард сказал:       — Я вернулся сюда пару месяцев назад. С работой в Сан-Франциско не сложилось, и я решил попытать удачи в родном городе, устроился здесь в неплохое место.       — А почему пошёл в книжный, когда нужно вовсю готовиться к Рождеству? — спросила Роксана.       — Кто бы говорил, учитывая, что сейчас мы оба здесь. — Он качнул головой. — Просто решил сделать сам себе подарок — книгу, которую давно хотел.       Роксана отметила, как же они в этом совпали. Подумала: если Эдвард собирается отмечать Рождество один, то это точно судьба. Но конечно же, так быть не могло.

Sia — Helium

      — А с кем собираешься отмечать? — как бы невзначай поинтересовалась она.       — В одиночестве. — Он ответил спокойно, как бы констатируя факт. Если бы Роксана в этот момент куда-то шла, то обязательно споткнулась бы, слишком его слова совпали с её мыслями. Но она просто стояла, потому только вскинула на Эдварда удивлённый взгляд и спросила:       — Почему?       Наверное, прозвучало не слишком тактично, но он не стал укорять. Вместо этого пояснил:       — У нас с дядей Клавдием сейчас напряженные отношения, а новыми друзьями я не обзавелся здесь. Со старыми же мы давно не общаемся.       — А как же та девушка, Офелия? — уточнила Роксана. — Я думала, вы поженитесь.       Настал черёд Эдварда удивляться.       — Та, которая была влюблена в меня в колледже? Я никогда не отвечал взаимностью на её чувства. И мы не встречались.       Надо же, а ведь Роксана думала, что когда-то именно из-за Офелии они с Эдвардом расстались. Видимо, ошибалась.       Решив рискнуть, она спросила:       — Тогда, может, отметишь Рождество вместе со мной? Я ведь тоже собиралась встречать его одна.       Не хотела навязываться и почти готова была, что Эдвард откажется. Но не спросить не могла. Он задержал на ней внимательный взгляд, потом улыбнулся:       — Я буду только рад.       Роксана выдохнула с облегчением, надеясь, что это не слишком заметно. Что ж, похоже, праздники будут не такие тоскливые, как она ожидала. Эдвард тем временем произнёс:       — Но в таком случае, я обязан сделать тебе подарок. Какую книгу ты хотела купить?       — Эту. — Она нашла желаемый томик в красочной обложке.       — Значит, куплю её для тебя. Будет мой подарок.       — А какую хотел ты?       Он указал на книгу, которую до того уронил, столкнувшись с Роксаной.       — Тогда подарю её тебе, — довольно отозвалась она. Настроение постепенно поднималось. Роксана даже не думала, что на неё так могла повлиять встреча с бывшим. Вот только Эдвард ярко выделялся среди них. Ему удалось оставить неизгладимый след в её сердце, и хороших воспоминаний, связанных с ним, было куда больше, чем плохих.       Вскоре они вышли из книжного и зашли в продуктовый магазин, чтобы купить ещё закусок, фруктов и конфет. Того, что приготовила Роксана, для двоих человек было маловато. Заодно они взяли ещё одну бутылку вина. Наверное, в этот праздник больше подошло бы шампанское, но оно сейчас не соответствовало настроению Роксаны, да и Эдвард никогда особо не любил его.       В её квартире он с интересом огляделся. Та была не очень большой, всего пара комнат и кухня, но зато комфортной, Роксана подбирала всё под свой вкус, отдавая предпочтение дереву и приглушенным тёплым тонам.       — Твоё убежище? — промолвил Эдвард.       — Оно самое, — кивнула Роксана. Это была её территория, куда она мало кого приглашала. В последнее время частым гостем здесь был только Абрахам. Но сейчас было не время для мыслей о нём.       Вдвоём Роксана и Эдвард быстро накрыли на стол.       — Мне кажется, не хватает музыки, — заметил он, и она включила радиоприемник, быстро отыскав станцию, на которой играли рождественские песни. В другой ситуации такая музыка скорее раздражала бы её, но с Эдвардом всё было гармоничным, естественным.       — Можно вопрос? — произнёс он, наливая вина ей в бокал.       — Смотря какой, — осторожно отозвалась Роксана. Обычно она не любила, когда лезли к ней в душу. А внутреннее чутье подсказывало, что сейчас произойдёт именно это.       — Почему ты планировала отмечать Рождество одна? — прямо спросил Эдвард. Роксана замялась. Это был не самый удобный вопрос, так как у неё ещё не успело отболеть. Но всё же ответила:       — Мы собирались праздновать с моим парнем. Правда, уже бывшим. Но недавно он признался, что любит другую и хочет порвать со мной.       — Не очень красивый поступок накануне праздников, — нахмурился Эдвард. — Хотя, с другой стороны, мне стоит поблагодарить его.       — С чего это вдруг? — вскинула брови Роксана.       — Иначе ты не пригласила бы меня, — пояснил он, и на её губах появилась невольная улыбка. А затем Роксана призналась:       — На самом деле, отношения с Абрахамом всегда были сложными. Мы часто ругались. В последнюю ссору он назвал меня упрямой стервой.       Она сильнее сжала свой бокал, но вовремя опомнилась. Не хватало ещё расколоть его и закончить вечер накладыванием швов в травмпункте. Лицо Эдварда чуть потемнело. Он не любил, когда с женщинами грубо обращались, и сам себе такого не позволял.       — То, что у тебя есть характер, не даёт кому-то права называть тебя «стервой», — промолвил он. — А этот Абрахам такой уж лапочка?       — Точно нет, он сам далеко не подарок, — сказала Роксана.       — Вот видишь. Держу пари, под оскорблениями он лишь маскировал собственную неполноценность, — уверенно заявил Эдвард. Она негромко рассмеялась, подумав, что Эдвард прав. Ей было нужно услышать такие слова.       Пару минут они оба молчали, а потом Роксана сказала:       — По крайней мере, с тобой мы расстались гораздо спокойнее, без взаимных упрёков. Хотя когда-то я думала, что время и расстояние и вовсе не станут помехой для нас.       Он помедлил, будто припоминая что-то, после чего кивнул:       — Да, ты права.       Роксана прищурилась. Эдвард словно недоговаривал, и ей хотелось узнать, о чём именно.       — Я чего-то не знаю? — спросила она. — Мы расстались не из-за Офелии, это я уже поняла. Тогда какая настоящая причина?       — Я думал, так будет лучше. — На одном выдохе сорвалось с его губ.       — О чём ты?       — Я опасался, что мы окончательно охладеем друг к другу, будем притворяться, что между нами ещё есть чувства, а сами не сможем двигаться дальше. Я решил, что будет правильно расстаться, пока наши отношения окончательно не испортились. Думал, так будет лучше для тебя. Ты заслуживала большего, чем отношения на расстоянии и редкие встречи.       Роксана горько рассмеялась:       — Потрясающе. Ты всё решил за меня. Счел себя самым умным, а мне не предоставил выбора. Откуда тебе было знать, что для меня лучше?       В груди вспыхнул гнев. Прошло десять лет с их расставания, тогда почему боль от слов Эдварда оказалась такой сильной?       — Прости. — Он протянул руку и сжал её предплечье. — Наверное, я был неправ. Тот выбор непросто дался мне. И я скучал по тебе.       — Тогда мог бы просто не отпускать меня, — негромко проговорила Роксана. Гнев угас так же быстро, как появился. Будь перед ней сейчас Абрахам, они обязательно разругались бы в пух и прах. Но Эдвард словно усмирял её внутренний огонь. Не гасил, не пытался укротить. Просто с ним хотелось греть, а не обжигать.       — Потанцуешь со мной, в знак примирения? — Он отпустил её и перевернул руку ладонью вверх. Роксана не колебалась, вкладывая свою ладонь в его.       Они встали, отошли немного в сторону от стола. По радио играла какая-то мелодичная песня, но Роксана почти не вслушивалась. Всё её внимание занимал мужчина, который другой рукой притянул её к себе за талию и плавно повёл в танце.       Они танцевали далеко не в первый раз, но впервые с момента встречи. И всё же сейчас казалось, будто не было тех десяти лет. Они чувствовали друг друга идеально, предугадывая следующий шаг партнёра. Роксана не понимала, как столько прожила без его близости и прикосновений, сейчас таких невинных, но способных быть пылкими.       Эдвард неотрывно смотрел на неё, взгляд же Роксаны скользнул к его губам. Она помнила до сих пор, как сладко, как упоительно было его целовать. Он едва заметно потянулся к ней, и она это уловила. Мелькнула мысль: именно сейчас подходящий момент для поцелуя. Роксана уже хотела сделать это, подалась ближе.       И тут в дверь позвонили.

Taylor Swift - Bad Blood

      — Проклятье, — выдохнула она, отстраняясь. Момент был упущен. Наверное, это соседка явилась. Она недолюбливала Роксану, порой называла её ведьмой, но не стеснялась заявиться к ней, если что-то внезапно потребовалось, к примеру, за солью.       — Я ненадолго, — сказала Роксана Эдварду. — Только проверю, кто там.       Он с неохотой и оттенком разочарования во взгляде отпустил её. Тоже, наверное, жалел, что их прервали.       Но когда Роксана открыла дверь, на пороге была не пожилая соседка. Вместо этого она увидела Абрахама. Тот стоял, привалившись к косяку, засунув руки в карманы зимней куртки. Тёмные волосы до плеч, в которые она так любила зарываться пальцами во время поцелуев — словно в прошлой жизни, — падали на лицо. Он поднял голову, тряхнул волосами, и глядя в его замутненные глаза, Роксана поняла, что Абрахам пьян.       — Что ты здесь делаешь? — возмущенно спросила она, сама не осознавая, что повторила вопрос, который совсем недавно задала Эдварду. Только видеть Абрахама она была рада гораздо меньше.       — Пришёл к тебе, — ухмыльнулся он. — Если забыла, мы хотели отметить праздники вместе.       — Я провалами в памяти не страдаю, — отрезала Роксана. — В отличие от тебя, похоже. Ничего так, что это ты сказал, что расстаёшься со мной? К тому же, ты вроде как влюбился в другую. Почему ты сейчас здесь, а не с этой своей Энн?       — Она скучная до невозможности, — поморщился Абрахам. — По сравнению с тобой — серая мышь.       — А тебе снова захотелось острых эмоций? — хмыкнула Роксана. Радости из-за того, что Абрахам снова приполз к ней, она не испытывала. Скорее, неожиданное сочувствие к бедной Энн, которой этот мудак ещё потреплет нервы.       — Какие-то проблемы, Ро? — К ней подошёл Эдвард, и она неосознанно подалась к нему. На лице Абрахама промелькнула злость.       — Вижу, ты без меня недолго скучала, — процедил он. — Так и знал, что ты та ещё шлю…       Договорить он не успел, так как Эдвард молниеносно подался вперёд и впечатал кулак в скулу Абрахама. Тот пошатнулся, отступил на три шага назад и едва не упал. Затем вперил изумленный взгляд в своего противника. Это с виду Эдвард походил на лощеного джентльмена в своей одежде с иголочки и в очках. Но в юности он активно увлекался спортом, что сказывалось и на физической силе, и на скорости реакции. Похоже, с годами он своих навыков не растерял.       Впрочем, замешательство Абрахама длилось недолго, и он кинулся на Эдварда, но тот легко оттолкнул его. На этот раз Абрахам не удержал равновесие, отчасти из-за того, что был хорошо под градусом, и рухнул прямо на пятую точку. Роксана смотрела на всё это с нескрываемым довольством. Ей было приятно, что Эдвард заступился за неё, и что Абрахам получил по заслугам.       Эдвард тем временем навис над ним и произнёс самым угрожающим тоном, на который был способен:       — Лучше отстань от Роксаны, если не хочешь, чтобы я спустил тебя с лестницы. И если ты ещё хоть раз попробуешь обидеть её, то глубоко пожалеешь об этом.       Абрахам фыркнул, попытавшись вложить в этот звук всё своё презрение к Эдварду и Роксане, вот только это ничуть не впечатлило их. И когда перед носом Абрахама захлопнулась дверь, он недолго возмущался, а потом поплелся прочь.       — Как понимаю, это и есть твой бывший, — промолвил Эдвард.       — Да. И честно говоря, я рада, что теперь он в этом статусе, — отозвалась Роксана. — Некоторым бывшим стоит навсегда оставаться бывшими.       — Некоторым? Но не всем?       — Кое с кем можно попытаться построить всё заново. Если на это есть обоюдное желание.       — У меня есть. А у тебя?       Вместо ответа Роксана обхватила лицо Эдварда ладонями и прижалась в поцелуе к его губам. Он тут же ответил ей, обнимая за талию.       Теперь Роксана верила, что в новом году обязательно будет счастливой.