𝔃𝓾𝓰𝔃𝔀𝓪𝓷𝓰

After him

Дождь шёл уже несколько часов, превратив асфальт в красную реку. Разноцветные мигалки экстренных служб ослеплял глаза. Лежащее у стены тело, выглядело до жути неестественно – вывернутые в стороны конечности и разломленный череп, возле которого образовалась кровавая лужа.  Молодой парень, который стоял всего в нескольких метрах, дрожал как осиновый лист. Его будто пригвоздили к земле, не давая сделать ни шагу. В голове стоял шум, в ушах гудело. Его взгляд был направлен на тело другого парня, который не подавал признаков жизни. Его глаза были закрытые и … мертвые. Парень резко дернулся, словно его окатило ледяной водой. Он наконец сорвался к нему, пытаясь прикоснуться и привести в чувства. Но люди в форме тут же схватили его и силой потащили в сторону, не дав взглянуть хотя бы ещё раз. Слух уловил разговор: – Пульса нет, - сказал мужчина, судя по всему парамедик. – Зрачки не реагируют. Кто-то из полицейских уже передавал по рации: – Подтверждаем. Парень, двадцать с небольшим. Смерть на месте. Ему не послышалось, он мертв. 

before *** him

Феликс с детства понял, что не все люди способны проявлять эмпатию по отношению к другим. Более того, он не испытывал ее даже к самым близким. Чужие чувства казались ему чем-то отдалённым и абстрактным, не имеющим никакого значения. Ещё он понял, что жизнь штука очень скучная. Стать одним из тех жалких людей, что проживают её строго по заданному сценарию, Феликс не собирался. Его воротило от самой мысли о том, чтобы покорно следовать судьбе. Поэтому, парень старается жить так, как хочется самому. Иногда Феликс может творить все, что взбредет ему в голову. Риск помогает ему чувствовать себя живым. Жизнь без обязательств и привязанностей, самое важное для него. Вносить хаос в чужие жизни ради собственного удовольствия, тоже одно из любимых занятий Феликса. Но в обществе, ему приходится прятать истинные мысли за маской нормальности. Резкий звон мобильного заставил погрязшего в мыслях парня слегка вздрогнуть. На экране высветился входящий видеозвонок с иконкой девушки с милой собачкой. Нацепив улыбку, Феликс сразу же ответил на звонок:   – Привет малышка, только собирался тебе позвонить, но ты как всегда меня опередила - все с той же улыбкой произнес он.  – Ликси, мы тут с Чоко скучаем без тебя. Давай сходим куда-нибудь? Все равно у тебя одни факультативы на этой неделе.  Гаен очень милая девушка. Красивая, немного легкомысленная, чаще всего податливая. Чоко – милый йоркширский терьер, подарок Феликса на день рождения. Несмотря на надоедливость своей девушки, Чоко он очень любил. – Гаен, даже если это факультатив, мне сразу же накидают кучу заданий, ты же знаешь - вышло немного грубо, не порядок. – Но …  – Но - вовремя перебил он – я бы с радостью приехал к тебе. Всяко лучше, чем зависать на этих скучных парах - уже милее, отлично.  Феликс никогда не грезил о юрфаке, впрочем как и о любой другой серьезной профессии. Скорее это желание родителей. Благодаря отличной успеваемости, он попал в SNU. В Сеульском дается возможность взять несколько предметов, которые лишь косвенно касаются основной профессии, что дает возможность для разностороннего развития студентов. Поэтому в качестве факультатива на третий курс он выбрал то, к чему больше всего лежит душа – психологию и живопись. Ему нравится изучать личностные расстройства, а потом расслабляться, водя кистью по белому полотну.  – Прости, я постоянно забываю что у тебя там все строго. Ты такой умный у меня, весь в работе и учебе, а тут я навязываюсь - немного взгрустнув ответила девушка. – Все нормально Ёни, ты же знаешь, я всегда тебе рад.  Феликс умел отвечать ей так, чтобы она чувствовала себя любимой. – В таком случае, заедешь вечером на часик? Я так соскучилась, да и Чоко вон грустит без тебя. Пожалуйстааа - девушка надув губки, повернула камеру к Чоко, который расположился на милом лежаке.  Глубокий вдох. – Какая же ты милашка. Раз моя Ёни соскучилась, так и быть, я заеду. Тебе что нибудь привезти?  Феликс уже мысленно составляет план на весь день, куда придётся включить вечерний визит к Гаён. – Только пустой желудок, поэтому не ужинай. Гаен всегда готовила исключительно низкокалорийные блюда, которыми Феликс никогда не наедался, но говорить об этом он не станет.  – Кайф, тогда с меня вино. Я кладу трубку солнце, не хочу опоздать. Целую - изобразив чмок, Феликс наконец завершил звонок.

***

Дойдя до нужной аудитории, Феликс сразу окликнул Минхо, второго по значимости любимое Феликсом живое создание, после Чоко.  – Эй, Ли Минхо, как жизнь холостяцкая - потрепав его за волосы сказал Феликс. – Не все мы встречаемся с красотками с обложек плейбоя. – Только не говори, что ты рассматривал полуголые фото Гаён - ухмыльнулся Ликс.   – А что, ревнуешь? - вздернув одну бровь сказал Хо. –  Да нет, просто не все знают что ты гей, подумают что я куколд - рассмеялся Ликс. – А что, можно устроить - сделав задумчивое лицо сказал Хо, затем добавил, – Чур мой дружок будет в тебе, а не Гаен.  – Ты мерзок - притворно сморщил лицо Ликс. Только Минхо он мог позволить так шутить.  – Можно подумать, что ты ни разу не испытывал влечение к мужикам - почти обиженно сказал Минхо. – К кому, тебе что ли? - усмехнулся Ликс. – Не узнаешь пока не попробуешь меня - пропел Минхо.  – Придумай что нибудь новое. Ты же знаешь что я могу согласиться, так  эксперимента ради. Не мне потом залечивать душевные раны, так что… – Жуть, ты такой жестокий, малыш Ликси - тоже посмеялся Минхо. –Давай, доставай свои карандашики с тетрадками и готовься вникать, я пожалуй посплю.   – Не дуйся, все равно простишь меня. И вообще сдалась тебе эта психология? Я то знаю что ради меня выбрал  – Ага, ещё чего - пробормотал Минхо, но резкий звук открывшейся двери заставил его поднять голову.  В аудиторию вошёл статный мужчина средних лет, с коричневым дипломатом. Профессор Пак, он же доктор наук и доцент кафедры психологии, не терпел халатного отношения к своему предмету. Он всегда очень требователен к своим студентам. Но свой предмет вёл качественно и достойно, отдавая столько же, сколько требовал.  Вместе с ним, вошёл ещё кое кто. Молодой парень, который одет в светло голубые джинсы и персиковую рубашку поверх белой майки. Он выглядел очень романтично. Длинные чёрные волосы были собраны в небрежный полупучок, а уши и шею украшали металлические побрякушки. Обычно новые люди редко привлекали внимание Феликса. Люди приходят и уходят, в них нет ничего особенного. Но что-то в этом новеньком стало причиной внезапного сбоя в системе Ли Феликса, что парень откровенно пялился. Настолько долго, что их взгляд пересеклись. Гляделки продлились всего несолько секунд, но этого было достаточно, чтобы Феликс почувствовал странное покалывание по всему телу. Романтик тоже не из робкого десятка. Не растерялся поймав чужой взгляд, а наоборот смотрел прямо, не уводя взгляда. Только смотрел он без презрения и какой либо ухмылки. В ярко карих глазах читалось чистое любопытство. Феликс вовсе не удивлен. Его всегда видят и замечают, хотят узнать поближе, стать частью его мира. Но собственная реакция на другую персону, вызывала у него смешанные чувства.  – Всем добрый день будущие коллеги и другие - сказал профессор посмотрев на Феликса и Минхо. Друзья Ли единственные из юрфака выбрали себе психологию в качестве факультатива. Мужчина оценил их энтузиазм, похвалив за ответственность перед будущей профессией. Он считал, что хороший юрист или адвокат должен понимать душевную организацию других людей.  – Сегодня наш урок будет посвящен  «диссоциальным расстройствам личности». Начнем мы с лекции, и продолжим дискуссировать на уроках. Затем, я проведу устный зачёт по прошлой теме. Но прежде, хочу представить вам ещё одного студента. Прошу выйти вперед и представиться. Романтичный незнакомец даже двигался так, словно он герой мелодрамы. Он бегло осмотрел аудиторию, в пальцах покрутил серебряную цепочку, и заправив прядку сбившихся волос, аккуратно, почти что робко, вышел к центру. – Всем привет. Меня зовут Хван Хенджин. Я студент 3 курса медицинского факультета. Его голос полностью соответствует внешнему виду и поведению. Немного дрожащий, нежно- трепетный, с легкой хрипотцой. – Добро пожаловать Хёнджин - хором произнесли студенты.  – Хенджин, расскажи студентам причину выбора именно моего предмета - гордо спросил Пак. – Изначально, психология была моим профильным предметом, но лишь на первом курсе. Как будущий врач, я хотел бы глубже изучить эту науку, чтобы в будущем лучше понимать своих пациентов – Что ж, это весьма похвально. Сразу видно что тебя ждёт хорошее будущее. Люди которые серьезно относятся к своему делу, заслуживают уважения.  – Благодарю - вежливо поклонившись сказал Хенджин.  – Ох, ребята. Да у нас теперь почти полная комплектация. Будущие психологи, психотерапевты, один доктор и два юриста. Не хватает только подопытного для разбора - по доброму усмехнулся Пак.  — Так Хенджин, присаживайся, — кивнул профессор, указывая на свободное место. Свободное место оказалось как раз рядом с Феликсом. Минхо тихо прыснул и наклонился к уху Ликса: – Ты просто любимчик вселенной. Сразу говорю, новенький мой. Феликс ничего не ответил. Лишь сдвинул тетрадь, освобождая пространство. – Спасибо, - негромко сказал Хёнджин, усаживаясь. Феликс кивнул, состроив милую улыбку, затем вновь вернулся к своей тетради. Пытаясь написать тему урока, он почувствовал что на него все ещё пялят. Внутри шевельнулось что-то неприятное. Он не любил, когда его долго рассматривали. Это выбивало из равновесия. – Итак, - профессор Пак включил презентацию, – диссоциальное расстройство личности. Как вам известно, это расстройство идёт наряду с психопатией и социопатией. Чаще всего, это люди, которые хорошо умеют притворятся. Люди, которые прекрасно адаптируются к любым обстоятельствам. Люди, у которых отсутствует эмпатия. Но в основном, они наделены интеллектом и обаянием. Феликс машинально усмехнулся. Профессор бьет десятибалльную.  –  Расстройство начинается и формируется до 15-18 лет. Люди с ДРЛ склонны проявлять открытую и пассивную агрессию. Они импульсивны и склонны к рискам. Те из них, кто отлично маскирует свою сущность, обычно становятся успешными в своих интересах, работе и отношениях. Феликс почувствовал, как новенький слегка повернул голову в его сторону. Интересно. – Они не обязательно преступники-продолжал профессор. Скорее стратеги, манипуляторы и нарциссы. Идеальные актёры. Феликс записывал конспект аккуратным почерком, но мысли уже уходили далеко от лекции. Он поймал себя на том, что слишком часто следит за движениями соседа: как тот держит ручку, как задумчиво кусает край колпачка, как хмурится, услышав новую терминологию. – Такие люди редко признают себя больными, - голос профессора стал тише. – Они считают себя исключительными и идеальными. Могут хладнокровно использовать других в своих целях, либо портить им жизнь, так для забавы. Но опять же, не всех под одну гребенку. Феликс не выдержав очередной взгляд, ответно поднял глаза на соседа. Хёнджин не замешкался и не опустил взгляд. В нем был только интерес, без толики похабства. Феликса заметно начало раздражать его любопытство. Хотелось прямо в лоб спросить: чего тебе уебок? Собственно так он и сделал, разумеется в более вежливой форме.  – У меня что-то на лице? Просто ты так долго смотришь, мне немного неловко - притворно замешкавшись сказал он. Хенджин на это лишь мило улыбнулся, тем самым обескуражив Феликса. – Ничего, просто ты очень красивый. – Мило - коротко ответил Ликс, и продолжил писать конспект. Феликс впервые за долгое время почувствовал, что кто-то ещё может войти в небольшой список интересных ему людей. «Будет забавно» подумал он.  Лекция закончилась неожиданно быстро. Профессор Пак после устного зачёта, ещё раз напомнил о конспектах и дополнительной литературе, после чего аудитория наполнилась голосами студентов, спешивших скорее пойти по своим делам. Минхо потянулся и зевнул. – Нуу, идём на небо? - спросил он, закидывая рюкзак на плечо. «Небо» это их с парнями местечко на крыше старого корпуса, куда вход знают только избранные. То есть компашка Ликса и Минхо.  – Пошли, - ответил Феликс, закрывая тетрадь.  Он встал и уже хотел пройти, но сосед рядом не двигался с места. Хенджин очень медленно собирал вещи, будто вовсе не спешил уходить. – Ты правда с юрфака? - вдруг спросил сосед, не поднимая взгляда. – Не помню чтобы говорил тебе об этом - выгнув бровь сказал Феликс. – У тебя из рюкзака торчит искусство речи на суде - наконец посмотрев на него ответил Хенджин . – А ты наблюдательный. Да, а что ? – Ты выглядишь слишком свободным и ярким для такой хмурой профессии. Феликс хмыкнул и застегнул рюкзак. – Профессиональная деформация. Нам полезно делать вид, что все идёт спустя рукава. – Делать вид? - Хёнджин приподнял взгляд. – Именно, - Феликс чуть наклонился ближе. – Делать вид. – Интересный подход – А ты правда с меда? - ответно поинтересовался Феликс. Просто ты выглядишь так, будто собираешься кого-то разоблачить, а не лечить? - спокойно спросил Феликс. – Хах, справедливо. Я пока наблюдаю, - ответил Хёнджин после небольшой паузы. – Самые любопытные случаи раскрываются со временем. Феликс медленно выпрямился, затем не сводя глаз с чужих, медленно произнёс:  – Тогда не торопись. Я не люблю когда быстро. Хенджин лишь удивлено выгнул бровь, но в остальном держался молодцом. Ответно улыбнувшись и повторив тон соседа, решил ответить. – Я … – Кхм, не хочу прерывать ваши прения, - вмешался Минхо, – но нам пора, Ликс. – Пока - одновременно сказали Феликс и Хёнджин. Минхо рассмеялся и первым вышел из аудитории. Феликс задержался на секунду, попутно снимая с себя белую зипку. – Увидимся на следующей паре, доктор. – Обязательно, господин юрист - ответил Хёнджин. Феликс не обернулся, но почему-то был уверен, что на него смотрят.

***

Добравшись до «Неба», друзья Ли расселись прямо на рюкзаках. – Они что, пешком из Пусана идут? - Феликс раздражённо стянул кепку. – Мне жарко. Я хочу пива. Прямо сейчас. – Не хныч, принцесса, - лениво отозвался Минхо. – Хан сегодня мёртв для общества, у него пересдача по уголовке. Остальные пишут, что бегут. – Заставь их бежать быстрее, - Феликс почти заскулил. Он ненавидел жару. – Я, конечно, бог, но не всемогущий, - хмыкнул Минхо. – Всем аннён - раздалось сверху. Запыхавшиеся парни рухнули на старые диванчики. – Ну что, как там наша сладкая парочка правоведов? – Пока не посадили, Ваша честь, - отозвался Феликс, даже не поднимая головы. – Как отдохнули? - Чонин прищурился. – Ликс, я видел фотки Гаен …. Ты снимал? – Ага. И сразу в «Плейбой» отправил, - Феликс надел чёрные очки и развалился поудобнее. – Лучше скажите, вы пиво принесли или я тут зря умираю? – Лови, - Сынмин кинул ему холодную жестянку. – Да хранит тебя Бог, великий Сынмин. – Слушай, а тебе норм, что она такие фотки выкладывает? - осторожно спросил Сынмин. – Ну… они ж довольно откровенные. Феликс закатил глаза, наконец сделал первый глоток. – Минни, мне сейчас вообще не до этого. Я ей разрешил. Пусть хоть полностью голая бегает, мне похуй. – Проще сказать, она тебе не даёт, вот ты и словил дзен, - хохотнул Чанбин. – Ты же знаешь, с этим у меня проблем нет, – Феликс ответил неожиданно твердо. Чанбин сразу посерьёзнел. – Или мне кажется, или тебя она интересует больше, чем меня, Бини? - Феликс усмехнулся слишком сладко. – Всё ещё дрочишь на ее фотки? Малыш Бини-Бин. Минхо, которого перепады в настроении Феликса откровенно заебали, шумно выдохнул: – Всё, брейк. Хорошо же сидим. Не начинайте, девочки. – Да мы прикалываемся, - Чанбин быстро сменил тон. – Да, Ликс? – Конечно, - Феликс ухмыльнулся. –Тем более у меня новый, очень интересный экземпляр. – У-у-у, - хором протянули парни. – И кто эта несчастная? - Чонин подался вперёд. – Этот несчастный , - ответил за него Минхо. – И вообще, я его первый заметил. Но Феликс пообещал мне тройничок, так что я спокоен. – Мальчик, да не простой, - Феликс прищурился. – И, Хо, губу свою закатай. Он мой – Ты серьезно?, - Чанбин нахмурился. – А Гаен? – Ещё не решил, - беззаботно пожал плечами Ликс. – Кстати, - Чонин быстро сменил тему. – Хан хочет вечером в «Эхо» собраться. Кто за? – Я за, - сразу сказал Чанбин. – Хочу напиться. – Тоже за, - усмехнулся Минхо. –Может, кого подцеплю или даже трахну для профилактики. – Эй, а как же я и новенький? - Феликс изобразил обиду. – Впрочем, я пас. – Во-первых, сохнуть можно хоть по троим сразу, - Минхо усмехнулся. – Во-вторых, с чего это ты пас? – Во-первых, можешь не мечтать обо мне, после приключений на свой член. Он скоро побывает уже в другой половине Сеула. Во-вторых, я иду к Гаен. – Отлично, - подмигнул Минхо. –Пока мы тусуемся, ты будешь жрать ее стряпню и делать вид, что любишь её? – Не-а, - Чонин прыснул от смеха. – Он идёт получать награду за примерное поведение – Эй, - вмешался Сынмин. – А про мои планы спросить не хотите? – Ты всё равно сольешься, - отмахнулся Чонин. – Зачем спрашивать. Феликс поднялся, допил пиво. – Ладно, пацаны, бывайте. За пиво спасибо. Но в следующий раз, не берите светлое, - отсалютовал он и пошёл вниз. – Вот опять, - проворчал Чанбин. – Свалил и даже не сказал куда. – В отличие от вас, бездельников, у него есть работа, - бросил Минхо и поспешил за ним. – Ага, - крикнул вслед Сынмин. – Спасибо, господин личный адвокат Феликса!

***

Хенджин сидел за столиком у газонов между корпусами, неторопливо потягивая свой любимый американо. Вместо того, чтобы воспользоваться длинным окном между парами и наконец отдохнуть, он торопливо дописывал конспект по психологии. На самой лекции, он то и дело ловил себя на том, что разглядывает соседа, а не записывает слова профессора. Вот и расплачивайся теперь за свою падкость ко всему красивому. С первой же секунды после встречи с этим Феликсом, Хенджин понял что пропал. Нет, он не был наивным романтиком. В его жизни хватало красивых людей, красивых тел, мимолётных связей, даже айдолов. Но в Феликсе было что-то другое. Какая-то несостыковка, загадка, которую хотелось разобрать по слоям, докопаться до сути. На первый взгляд он сплошной ангел. Белокурые волосы, словно сплетённые самими серафимами, аккуратные черты лица. Самое главное веснушки, которые буквально заставляли на него пялиться, а затем смущаться того, что поймали. Хенджин не влюбчивый. И уж точно не из тех, кого накрывает с первого взгляда. Но здесь принципы дали трещину. Когда под конец пары Феликс встал и снял с себя зипку, Хенджин просто кончился как человек. На его шее был тату дракона, на ногах массивные чёрные ботинки и рваные джинсы, из под которых проглядывала сетка. Образ совершенно не сходился ни с его миловидной внешностью, ни с факультетом, на котором тот учился. А его голос и манера речи. Хенджин поймал себя на том, что уже представляет, как этот голос может звучать при иных обстоятельствах. Конечно, он хотел бы с ним переспать. А кто бы не захотел? Это вовсе не делало его пошлым говнюком, он просто умел честно признавать свои желания. – Ну вот, опять, - пробормотал Хенджин вслух, осознав, что снова утонул в мыслях и забыл о несчастном конспекте. И именно в этот момент он увидел того, о ком думал всего секунду назад. Феликс, лицо которого не выражало абсолютно ничего, быстрыми шагами спускался по лестнице к газону. Его окликнул запыхавшийся Минхо, догоняя почти бегом. Они что то очень бурно обсуждали.  Интересно, о чём он думает сейчас? Что будет делать после универа, чем живёт, чем дышит. Хенджину хотелось знать о Феликсе всё. Парень проводил их взглядом, пока фигуры не растворились в толпе студентов. Только тогда он выдохнул и снова посмотрел в конспект, будто там мог внезапно появиться ответ на вопрос, который его мучил. – Соберись, Хван, - пробормотал он себе под нос. – Это просто человек. Очень красивый, очень загадочный, но всё ещё человек. Американо остыл, стал горчить сильнее обычного. Хенджин сделал ещё один глоток, скорее по привычке, чем из желания и захлопнул тетрадь. Всё равно дальше он не продвинется. Его мозг сегодня отказывался думать о теориях личности, когда рядом существовал живой пример сплошного когнитивного диссонанса с веснушками. Следующая пара была через сорок минут. Он встал, закинул рюкзак на плечо и направился в сторону корпуса, но на полпути передумал. Вместо этого свернул к выходу и поплел домой. Иногда он позволял себе такие побеги. Ему хотелось немного отдохнуть, после слишком бурного дня.   Квартира встретила его привычной тишиной и радостным топотом лапок. Кками, как всегда, радовался так, будто Хенджин отсутствовал не три часа, а три года. – Я тоже рад тебя видеть, - Хенджин присел, зарывшись пальцами в мягкую шерсть. – У меня, знаешь ли, тяжёлый день. Кками, естественно, не ответил, но принёс любимую игрушку, и это почему то сработало лучше любых слов. Хенджин переоделся в растянутый свитер, поставил чайник и открыл окно. В комнату вполз городской шум, сигналы машин, гул толпы. Жизнь, которая шла своим чередом и совершенно не интересовалась его внутренними драмами. Он любил этот контраст. Хаос на улице, и уют дома. Он достал скетчбук. Рисование всегда было его способом думать. Иногда, способом не думать. Карандаш легко скользнул по бумаге, выводя линии почти сам по себе. Сначала шея, потом ключицы. Контур челюсти. Веснушки он добавил не сразу, будто оттягивал момент. – Чёрт, - тихо усмехнулся Хенджин, заметив, как точно рука рисует чужое лицо. Он не делал портретов людей, которые ему нравились. Это было его негласным правилом. Слишком личное. Но сейчас… сейчас ему было всё равно. Дракона он добавил последним, но не таким, каким видел на самом деле. А вытянутым, почти изломанным, будто тот охранял не тело, а душу. Хенджин откинулся на спинку дивана и посмотрел на результат. Вышло слишком узнаваемо. – Вот почему ты такой дурачок, - сказал он самому себе. – Ты понимаешь, что это плохая идея. И всё равно продолжаешь. Телефон завибрировал. Сообщение от одногруппника, что-то про перенос практики. Хенджин ответил и тут же поймал себя на том, что проверяет список контактов. Разумеется, имени «Феликс» там не было. Хенджин не верил в судьбу, но верил в закономерности. А закономерности подсказывали что такие люди не появляются в твоей жизни просто так. Они приходят, чтобы что то изменить. Либо излечить, либо сломать. Кками уютно улёгся у его ног, Хенджин погладил его немного успокаиваясь и снова посмотрел на рисунок. – Ладно, - тихо сказал он. – Посмотрим, кто ты такой Ли Феликс.

***

Остаток дня Феликса прошёл одинаково и предсказуемо. Так и проходят дни, когда не ждёшь от них ничего нового. Приняв последнего клиента в тату салоне, он вымыл руки, стёр с кожи остатки краски и не глядя в зеркало, накинул зипку. Пора идти. По дороге к супермаркету мысли снова свернули не туда. Новенький. Его любопытный взгляд. Красивые, почти воздушные волосы и глаза… Чистые и блестящие. Феликс всегда смотрел в глаза людям. Это было профессиональное, выработанное годами. Глаза редко врали. Не зря ведь говорят, что они зеркало души. И именно это раздражало. Феликс не любил людей, которые задерживались в голове дольше положенного. Они мешали и сбивали настрой. Напоминали, что орган в грудной клетке, всё ещё, что то чувствует. В супермаркете он двигался по знакомому маршруту. В отделе алкоголя без колебаний взял три бутылки вина, да подороже. Гаён любила не вкус, а упаковку. Чем лучше этикетка, тем больше шансов, что бутылка окажется в её сторис. Следом взял десерт, который она долго фотографировала, но почти не ела. В зоотоварах Феликс задержался чуть дольше. Угощения для Чоко он выбирал внимательно, это был единственный пункт, к которому он относился серьезно.  Последняя остановка цветочный. Он взял большой букет, не задумываясь о значении. Красиво, значит достаточно. С пакетами в руках и охапкой белоснежных роз Феликс направился к своей «возлюбленной» Квартира Гаён встретила его мягким светом и сладковатым запахом ванили. – Ликси - она повисла у него на шее, едва дверь захлопнулась. - Ты правда приехал – Я же обещал, - сказал он мягко и поцеловал её в висок. Чоко радостно тявкнул, крутясь у ног. – Привет, малыш, - Феликс присел чтобы погладить собаку. – Я принёс тебе вкусняшки. Гаён уже суетливо раскладывала покупки. – Я приготовила ужин. Лёгкий и полезный, как ты любишь - сказала она с гордостью. – Обожаю, - соврал он так же легко, как дышал. Они достаточно долго сидели на диване и распивали уже третью бутылку вина. Гаён рассказывала о мелочах дня, о подругах, о новой одежде, о том, как Чоко сегодня не хотел идти на прогулку. Феликс слушал, кивал, вставлял нужные фразы, вовремя смеялся. Когда они включили любимую мелодраму Гаен, она положила голову ему на плечо и тихо сказала: – Мне так хорошо с тобой … Феликс посмотрел в окно, где на улице после дождя было так же гадко, как и на душе. И почему то, в этой пустоте снова мелькнул образ чёрных волос и слишком внимательного взгляда.

***

Гаён поцеловала его первой. Её ладони скользнули под ткань футболки, ласково обводя идеальное тело под ним.  Феликс ответил медленно, оттягивая ее губы, и заново поцеловал, врываясь языком. Одной рукой он аккуратно заправил прядь ее волос, а другой полез под ее майку. Его поцелуи были аккуратными, но очень горячими. Он знал, где именно нужно коснуться, чтобы она вздохнула чуть глубже. Они еле переместились в спальню, заметно перебрав с алкоголем. Феликс любил нести ее на руках, словно она дорогая статуэтка.  Он снял с неё одежду неторопливо, рассматривая пьяным взглядом, словно выполняя ритуал. Гаён тянулась к нему, шептала его имя, цеплялась за плечи. Феликс позволял, а в ответ гладил, целовал, делал комплименты.  Когда он вошёл, она мелко задрожала, в точности как в их первый раз. Поцеловав ее ещё раз, он закрыл глаза и начал вбиваться в ее тело. Они двигались так плавно и красиво, словно слившиеся волны окена. Комнату заполнили горячие вздохи и стыдливые звуки. Её дыхание постоянно сбивалось, она практически плакала от удовольствия. Феликс любил кусать ее за ухо, лизать и целовать ей шею, заставляя стонать ещё громче. Любил смеяться ей в губы, пока она содрогалась практически как в припадке. Он делал всё правильно и прекрасно знал насколько ей сейчас хорошо. Она шептала слова о любви, царапала кожу и оставляла следы на теле. Доведя ее до пика, Феликс сделал пару последних толчков и с единственным за процесс стоном, кончил ей внутрь. Гаён уснула быстро, доверчиво прижавшись к его боку. Феликс лежал рядом, глядя в потолок. Прежде чем погрузиться в сон, он признался сам себе, что весь процесс представлял образ парня, с красивой родинкой под глазом.