Нарушая дистанцию

10.

Апрель. 15:00. Весна в этом году ворвалась в город внезапно, расплавив остатки грязного снега и наполнив школьные коридоры запахом влажного асфальта и первой зелени. Окна в кабинете физики были распахнуты настежь, и легкий ветерок шевелил занавески, принося с собой шум улицы и далекие крики птиц. Тэхён сидел на своей парте, сосредоточенно хмурясь над каталогом университетов. На его столе больше не было комиксов или наушников — только стопки тестов, планшет с примерами работ лучших фотографов мира и несколько справочников. Он повзрослел. Тот капризный мальчик, который прогуливал уроки, уступил место юноше с горящими глазами и четкой целью. — Сеульский институт искусств... — прошептал Тэ, обводя ручкой факультет прикладной фотографии. — Или всё-таки поехать в Пусан? — В Пусане отличная школа света, — раздался над ухом спокойный, бархатный голос. Тэхён даже не вздрогнул. Он привык к этому присутствию. Чонгук стоял рядом, опершись бедром о край стола. На нем была легкая голубая рубашка с закатанными рукавами, и он выглядел таким же уставшим, как и его ученики — конец учебного года выжимал соки из всех. Дополнительных занятий по вечерам больше не было. Программа была настолько плотной, а подготовка к выпускному такой бешеной, что они едва успевали перекинуться парой фраз на переменах. Но им больше не нужны были многочасовые посиделки, чтобы чувствовать друг друга. Один взгляд в толпе коридора, мимолетное касание пальцев при передаче тетради — этого хватало, чтобы поддерживать тот огонь, который они разожгли зимой. — Выбираешь будущее? — спросил Чонгук, заглядывая в каталог. — Выбираю, где мне будет не хватать твоих уроков меньше всего, — Тэхён поднял на него взгляд, в котором светилась нескрываемая нежность. Чонгук прикрыл глаза на секунду, сдерживая улыбку. В пустом классе они могли позволить себе эту секундную слабость. — Ты справишься везде, Тэхён-а. Твой талант видеть красоту в мелочах — это физика высшего порядка. Я горжусь тем, как усердно ты занимаешься в последнее время. — Это заслуга моего учителя, — Тэ хитро подмигнул, вспоминая их «ледяные» понедельники. — Он научил меня, что дисциплина — это тоже часть искусства. Чонгук мягко рассмеялся и, убедившись, что в коридоре никого нет, на мгновение накрыл ладонь Тэхёна своей. — Нам осталось совсем немного. Сдай экзамены, поступи туда, куда мечтаешь. А потом... потом больше не будет никаких «господинов Чонов» и «учеников Кимов». Только мы. Тэхён сжал его пальцы в ответ. Весеннее солнце заливало кабинет золотом, и в этом свете всё казалось возможным. Страх перед будущим отступал, уступая место предвкушению новой жизни. Вечер того же дня. Квартира Тэхёна. Тэхён лежал на кровати, закинув ноги на стену, и переписывался с Чонгуком. Тэхён: > «Я выбрал Сеул. Хочу быть ближе к тебе, когда всё это закончится». Чонгук: > «Хороший выбор, маленький фотограф. Я уже представляю твою первую выставку. А теперь спи. Завтра лабораторная по квантам, и я не сделаю тебе поблажку только потому, что ты выбрал Сеул». Тэхён улыбнулся, прижимая телефон к груди. Весна шептала о переменах, и он был готов к ним как никогда. Глава его школьной жизни подходила к концу, но главная история — их общая — только начиналась. *** Конец мая. 18:00. Школьный двор был засыпан лепестками цветущих вишен и конфетти. Повсюду мелькали белые рубашки, синие ленты «Выпускник» и слышался смех, перемешанный с тихими всхлипами прощания. Тэхён стоял в центре этого хаоса, сжимая в руках свой аттестат. Он больше не был тем растерянным мальчишкой, который в начале года пытался прогулять физику. Он стоял уверенно, в идеально сидящем костюме, чувствуя, как внутри него дрожит струна гордости — он сдал всё. Он поступил в Сеул. Он обернулся и поймал взгляд Чонгука. Тот стоял на крыльце школы среди других учителей, официально-строгий, в своем неизменном сером костюме. Но когда их глаза встретились, маска «господина Чона» на секунду соскользнула. Чонгук едва заметно кивнул и коснулся дужки своих очков — их тайный знак, понятный только им двоим. Тэхён вспомнил всё. Вспомнил те дождливые вечера на допах, когда они сидели над задачами по оптике, а на самом деле изучали друг друга. Вспомнил запах кофе в машине Чонгука, который стал для него запахом безопасности. Вспомнил, как Чонгук сердился из-за его ревности к баристе Джину, и как потом нежно называл его «маленьким котенком» на диване в своей гостиной. Эти месяцы были похожи на сложную лабораторную работу, где они выводили формулу собственного счастья, ошибались, исправляли расчеты и в итоге пришли к идеальному результату. 21:00. В машине Чонгука. Когда шум праздника стих, а одноклассники уехали праздновать в ресторан, Тэхён тихо скользнул на переднее сиденье знакомого внедорожника, припаркованного за углом школы. В салоне было тихо и тепло. Чонгук уже снял пиджак, ослабил галстук и просто смотрел на Тэхёна с какой-то бесконечной, щемящей нежностью. — Ну вот и всё, Ким Тэхён, — негромко произнес он. — Ты больше не мой ученик. Можешь официально забыть закон Ома, если хочешь. — Я никогда не забуду твои уроки, — Тэхён улыбнулся, откидываясь на сиденье. — Особенно те, что были после параграфов. Чонгук усмехнулся и потянулся к бардачку. — У меня есть для тебя кое-что. Это не аттестат и не высший балл за экзамен. Это... в честь твоего нового пути. И в память о том, кто ты для меня. Он протянул Тэхёну небольшую бархатную коробочку. Внутри, на тонкой серебряной цепочке, висел изящный кулон в виде крошечного, свернувшегося клубочком котенка. Детализация была поразительной — котенок выглядел таким же уютным и немного капризным, как сам Тэ в те моменты, когда он не хотел учить физику. — Чтобы ты помнил, — прошептал Чонгук, — что как бы далеко ты ни уехал учиться в Сеул, у твоего «учителя» всегда есть место, где тебя ждут. Ты мой самый талантливый котенок, Тэхён-а. Я люблю тебя. Тэхён почувствовал, как к горлу подступил комок. Он взял кулон, чувствуя прохладу металла, и посмотрел на Чонгука. — Я тоже тебя очень люблю. Поможешь надеть? Чонгук кивнул. Его пальцы, обычно такие уверенные, когда они держали мел, сейчас слегка подрагивали, когда он застегивал замочек на шее Тэхёна. Когда цепочка легла на кожу, Чонгук не отстранился. Он мягко притянул Тэхёна за затылок к себе, сокращая те жалкие сантиметры, что их разделяли. Их поцелуй в этот вечер был другим. В нем не было спешки или страха быть пойманными. В нем была тихая уверенность в будущем. Это был поцелуй двух людей, которые прошли через школьные правила и социальные рамки, чтобы просто быть собой. — Теперь мы на равных? — прошептал Тэхён в самые губы Чонгука. — Почти, — Чонгук хитро прищурился, возвращая свою привычную властную манеру. — Но за неправильно решенную задачу по жизни я всё равно буду тебя наказывать. Но уже не формулами. Тэхён рассмеялся, прижимаясь к его плечу. За окном машины зажигались огни большого города, в который они скоро отправятся вместе. Школа осталась позади, как прочитанный учебник, а впереди была целая жизнь, где главной константой была их любовь. 21:30. В машине у дома Тэхёна. Тэхён сжимал в пальцах новый кулон, чувствуя, как металл согревается от его кожи. Он посмотрел на Чонгука — тот выглядел таким спокойным и гордым, но Тэ видел, как потемнели его глаза после их поцелуя. — Знаешь, Чонгук-а... — прошептал Тэхён, придвигаясь ближе и обжигая дыханием ухо мужчины. — Родители уехали на дачу праздновать мой выпускной с родственниками. Дом полностью в моем распоряжении. И я подумал... у меня есть для тебя особенный подарок. Моя личная «благодарность» за все те часы, что ты потратил на меня. Пойдем? Чонгук на мгновение замер, его пальцы сильнее сжали руль. Он медленно повернул голову к Тэхёну, и в его взгляде вспыхнуло то самое опасное пламя, которое Тэ так любил разжигать. — Ты уверен, маленький? — хрипло спросил Чонгук. — Если мы сейчас зайдем туда, уроки физики закончатся окончательно. Начнется практика. Тэхён вместо ответа просто прикусил губу и первым вышел из машины, маня его за собой. 21:45. Комната Тэхёна. В комнате горела только гирлянда, отбрасывая мягкие блики на стены. Тэхён встал посреди комнаты, спиной к Чонгуку, который замер у двери, завороженно наблюдая за каждым движением своего теперь уже бывшего ученика. — Ты всегда говорил, что форма — это важно, — Тэхён начал медленно расстегивать пуговицы своего парадного пиджака. — Но иногда самое интересное скрыто под ней. Пиджак соскользнул на пол. Следом за ним отправилась рубашка. Тэхён медленно повернулся к Чонгуку, и у того буквально перехватило дыхание. Под строгой школьной одеждой скрывался настоящий сюрприз. На подтянутом, хрупком теле Тэхёна было надето сексуальное белье нежно-розового цвета. Тонкие кружевные вставки и эластичные ремешки подчеркивали каждый изгиб его талии и белизну кожи, делая его похожим на экзотический цветок. Розовый цвет невероятно шел его нежной коже, создавая контраст с дерзким взглядом. — Ну как... господин Чон? — Тэхён игриво склонил голову набок. — Пройду я этот тест? Чонгук издал низкий, гортанный звук. Он в два шага преодолел расстояние между ними, обхватывая талию Тэхёна и прижимая его к себе. — Тэхён... ты даже не представляешь, что ты со мной делаешь. Это... это выше любых законов притяжения. Тэхён лукаво улыбнулся и, мягко надавив ладонями на плечи Чонгука, заставил его сесть на край кровати. Чонгук послушно опустился, не сводя глаз с этого розового видения. Тэхён опустился на колени между его ног, его пальцы начали медленно расстегивать ремень на брюках учителя. — Сейчас я покажу тебе, как хорошо я усвоил теорию... — прошептал Тэ, глядя на Чонгука снизу вверх из-под длинных ресниц. Он аккуратно высвободил уже изнывающую плоть Чонгука. Тэхён начал с нежных, дразнящих поцелуев по всей длине, заставляя мужчину сжать простыни в кулаках. А затем он полностью взял его в рот, работая языком и губами так умело и ласково, что Чонгук откинул голову назад, громко и рвано выдыхая его имя. — Тэхён... черт... — простонал Чонгук, запуская пальцы в волосы парня и направляя его движения, полностью отдаваясь этой сладкой пытке. Тэхён старался изо всех сил, наслаждаясь каждым звуком, который издавал его любимый учитель, чувствуя свою абсолютную власть в этот момент. Тэхён двигался на коленях Чонгука тягуче и плавно, чувствуя, как кулон-котенок на его шее бьется о грудь в такт движениям. Он видел, как на шее Чона вздулись вены, как потемнели его глаза, превращаясь в два бездонных омута. Чонгук не выдержал. Он перехватил инициативу, опрокидывая Тэхёна на мягкие простыни. Его губы обжигали кожу, спускаясь от шеи к груди, где он принялся дразняще посасывать и покусывать нежные соски, заставляя Тэ выгибаться в спине и громко стонать. Когда пальцы Чонгука скользнули вниз для подготовки, Тэхён, задыхаясь от возбуждения, прошептал: — Я... я уже подготовился сам, Чонгук-а... я ждал тебя. Чонгук на мгновение замер, а затем на его губах расцвела та самая хитрая, порочная ухмылка. — Ах так? Мой маленький всё продумал заранее? — Он звонко шлепнул Тэхёна по бедру, оставляя розовый след на нежной коже. — Тогда не надейся на пощаду. Сегодня я выжму из тебя все соки, Ким Тэхён. Его пошлости, прошептанные прямо в губы во время толчков, заставляли Тэхёна плавиться. Чонгук вошел в него глубоко и уверенно, заполняя собой всё пространство, выбивая из легких воздух. Это была физика в чистом виде — трение, тепло, энергия, переходящая в чистый экстаз. В ту ночь в комнате Тэхёна не осталось места для формул, только для рваных вдохов и признаний, которые срывались с губ вместе с финальным пиком наслаждения. Утро. 09:00. Солнце ярко заливало комнату. Чонгук и Тэхён спали, переплетясь руками и ногами, укрытые одним пледом. Тэхён мирно посапывал, уткнувшись носом в плечо Чона, а тот даже во сне собственнически прижимал парня к себе. Дверь в комнату тихо приоткрылась. Родители Тэхёна, вернувшиеся раньше времени, замерли на пороге. Отец Тэ уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но мама приложила палец к губам. Она увидела разбросанные вещи, розовое кружево на полу и... абсолютно счастливое лицо своего сына. — Я же говорила тебе, что физика — это не просто предмет, — шепнула она мужу, уводя его на кухню. На их лицах не было злости — только тихая, понимающая улыбка. Они давно всё поняли по тому, как горели глаза Тэ после каждых «допов». Год спустя. Сеул. Утро в их небольшой, но уютной квартире в центре Сеула начиналось с громкого лая маленького щенка померанского шпица. Ёнтан — так они назвали этого маленького пушистого бандита — уже вовсю прыгал по кровати, пытаясь разбудить своих хозяев. Тэхён лениво потянулся. Он теперь студент первого курса факультета фотографии. Его комната была завалена проявленными снимками, объективами и эскизами. Он наконец-то занимался тем, что любил, и его работы уже начали замечать на студенческих выставках. Чонгук, который теперь работал в одной из частных академий Сеула, зашел в спальню с двумя чашками ароматного кофе. Он выглядел расслабленным, домашним — в простых серых штанах и футболке, без всяких очков и строгих костюмов. — Просыпайся, фотограф, — Чонгук поставил кофе на тумбочку и присел на край кровати, притягивая Тэхёна к себе для утреннего поцелуя. — У тебя сегодня съемка в парке, забыл? — М-м-м, еще пять минут... — пробормотал Тэ, обнимая Чонгука за шею. На его груди всё так же блестел тот самый кулон с котенком. Тэхён переехал к Чонгуку сразу после поступления. Их жизнь превратилась в гармоничный танец: совместные завтраки, прогулки с Ёнтаном, вечера, когда Чонгук помогал Тэхёну выстраивать композицию кадра, используя свои знания оптики. Они прошли через всё: школьные запреты, ревность, страх осуждения и сотни решенных задач. И теперь, стоя на балконе их общей квартиры и глядя на просыпающийся Сеул, Тэхён понимал: самая главная формула в его жизни была выведена абсолютно верно. Тэхён поднял свою камеру и сделал снимок Чонгука, который в этот момент смеялся, пытаясь отобрать у щенка свой тапочек. Это был идеальный кадр. Кадр его идеальной жизни.