made in heaven

❝ Удача любит безрассудных. ❞

***

Райне было стыдно. Стыд был вязким, всепоглощающим и липким. Особенно по вечерам. Когда она лежала в своей до жути неудобной скрипящей кровати и бесконечно долго пялилась в потолок, обдумывая сцену в подвале раз за разом. Самым странным было то, что между ними ничего не случилось. Они не целовались, не занимались сексом, он просто... что он вообще делал? Целовал её живот? Девушка махнула головой и зажмурила глаза, пытаясь смахнуть наваждение. Замоталась в одеяло по самую голову и повернулась на бок. Было чуть легче проживать свои эмоции не видя лицо Ксандра каждый день. Последнее время он пропадал, видимо на службе, и почти даже не вёл у них занятия. Оно, наверное и к лучшему, но маленькая обида все равно колола сердце мыслью, что он её избегает. Девушка тяжко выдохнула в тишину и прикрыла тяжёлые веки, погружаясь в негу дрёмы. *** Следующие очередные несколько дней пролетели до жути пресно, в тусклом жёлтом свете армейских ламп и в скрипящих натирающих берцах. Райна успела пережить все стадии обиды от отрицания до смирения и просто решила, что Ксандр её игнорирует. Она видела его редко, отрывками, и чаще сбоку. Но цепкий женский взгляд, лицезреющий его буквально годами, сразу отметил изменения: покрасневшие уставшие глаза, которые часто слезятся от сухости, волосы растрепаны пуще прежнего, ремень перекручен, бляшка повернута вбок, розово-красные следы на костяшках пальцев, едва заметная появившаяся щетина и порезы от попыток её сбрить. Она лишь с удивлением рассматривала товарища, и наблюдая за тем, как он обходит её стороной и не ищет встреч, сама подходить к нему не хотела. Конечно мучали вопросы и сомнения, и признаться честно, вид его был настолько плох, что Райна пропустила грешную мысль о том, что Ксандр приложился к стакану, или подсел на что похуже стимуляторов. И со временем становилось только хуже: меж его бровей пролегла морщинка от постоянного хмурого выражения лица. Он жмурился от света, выкуривал по пачке сигарет в день, без конца тер переносицу и виски, зубы постоянно сжаты. Даже по военной форме, которая наполовину состоит не из ткани, было видно, насколько она помята. Так прошло около недели, пока в какой-то из дней Ксандр не явился на службу вообще. Его учения были заменены уборкой территории, и пока рядовая Рейн монотонно драила шваброй деревянный старый пол в коридоре в голову невольно лезли мысли. И если по началу эти мысли о Ксандре были горько обидными, разжигающими непонимание и злость на него, то сейчас они сменились подступающей паникой, сочувствием и пугающим отголоском волнения. Он выглядел не просто плохо, он, если не льстить совсем, выглядел так, будто последние лет пять провел в увлекательном тандеме с синтетическими веществами. Выжимая грязную тряпку в железное ведро девушка обдумывала варианты и способы узнать, что вообще с ним происходит. *** Этой ночью она так и не смогла уснуть. Несмотря на физическую усталость, гудящие ноги и храп сослуживцев, веки не закрывались от слова совсем. Ещё немного и она прожгла бы дыру в побеленном потолке. Аккуратно встав с кровати она наспех обула разшнурованные берцы и схватила тёплую кофту на замке, накидывая сверху на бельевую майку. Райна, насколько это было возможно в тяжёлой военной обуви, тихо выскользнула из казармы и прикрыла дверь. Оглядев коридор она двинулась вглубь училища, попутно завязывая растрепанные белоснежные волосы. Бесконечно тёмный мрак за старыми окнами выглядел пугающе, и натянув рукава кофты на пальцы Райна сглотнула. Перебирая ногами она только сейчас осознала, как это, скорее всего, выглядит. Атмосфера была как ситуация из детства, где тебе приснился кошмар, где маме плохо, и ты поскорее спросонья бежишь в её комнату, проверить все ли с ней хорошо, а потом заснуть вместе с родителями на их кровати. Только вот Ксандр не её мама. Он не её парень или муж, он ее начальник. И резко похолодело в груди, от того, что она в пижамных штанах растрепанная зайдёт к нему в кабинет и... и что? Что если он давно ушёл, давно спит? Мокрая холодная ладонь посильнее сжала железную ручку тяжёлой деревянной двери. Райна зажмурила глаза, открывая дверь, будто физически ожидая удара. Но удара не было. Был тусклый свет и прохлада. Ксандр, уперевшийся локтями в стол и положивший лоб на поверхность, сжимал волосы на висках и тяжело дышал. Он заметил её далеко не сразу. На полу были разбросаны таблетки, смятые картонные пачки лекарств, несколько пустых блистеров парацетамола, раскрытые аптечки, была открыта форточка, запускающая морозный ночной воздух, И картина начала складываться. Она знала, что у него есть приступы мигрени, но, видимо даже не осознавала насколько они сильные и серьёзные. Она никогда не видела человека в подобном состоянии, и в особенности его. Рядом с ним, на заваленном бумагами столе, было несколько открытых пачек сигарет и пепельница, ментоловые стики и капли для носа, упаковки от мятных леденцов. Ксандр неспешно поднялся, прищурившись смотря на неё, и, видимо, не сразу узнав. Он снова нахмурил брови, фокусируя красные глаза на её лице, а затем снова прикрыв тяжёлые, будто свинец веки. – Райна... – Он тяжёло вздохнул, и девушка почти физически ощущала, что ему тяжело даже говорить, – Уходи. Рейн застыла в проходе у закрытой двери, но с места не двинулась. Она лишь шагнула ближе, и в нос еще сильнее ударил резкий запах ментола и сигарет. Ксандр, слыша шаги снова приоткрывает глаза. – Я сказал уйти. Что непонятного? – Ксандр, я... Мужчина резко встаёт на ноги, отчего пошатывается стол и с громким до одури в ночной тишине звуком падает стул. Резкое движение заставляет Райну вздрогнуть всем телом и подсознательно отклониться назад. Ксандр смотря на неё исподлобья снова резко жмурит глаза и хватается за угол стола. – Блядь, Райна... Девушка подбегает к нему, хватая его за плечо и пытается удержать. Он судорожно и прерывисто дышит, желваки играют на скулах. Дрожащей второй рукой она, не отпуская его предплечье, кладет ему ладонь на спину, отчего он вздрагивает, но она не убирает, она медленно, почти невесомо водит ей по лопаткам и очерчивает круги на крепких мужских плечах. Спустя минуту его дыхание становится глубже и медленнее. Он откидывает голову, приоткрывая рот, и Райна смотрит на диван, стоящий в правом углу комнаты. – Давай, пойдём, пожалуйста... Спустя минуту усилий и страданий Райна перетаскивает его в почти бессознательном состоянии на кожанный диван. Его ноги полусогнуты, все еще касаются пола и свисают сбоку с дивана. Ксандр, одетый в тёмный лонгслив цвета хаки, периодически щурит глаза и вздыхает. – Погоди секунду... – Она кидает ему напоследок и шагает в сторону. Следующие десять минут она быстро открывает вторую форточку, собирает полупустые блистеры и таблетки с пола, делает свет приглушеннее и визуально пытается навести хоть какой-то порядок. Затем она снова подходит к нему, касаясь ладонью лба, и говорит совсем тихо, едва слышно: – Чем тебе помочь? Холодный компресс может? Ксандр невнятно что-то бормочет в полубредовом состоянии, почти не открывая глаз. Давящее чувство в голове и звон в ушах не позволяют услышать торопливые женские шаги и хлопающую дверь, но тело чётко ощущает, как она опускает прохладное полотенце поверх лба. Сначала он жмурится. Но затем пульсация в висках приглушается, челюсть рефлекторно чуть разжимается. Он приоткрывает сухие горячие губы, издавая едва заметный стон облегчения. Райна садится рядом, поправляя ткань на его голове. Она поворачивается к нему всем туловищем, коленями стараясь не задеть головы. Мужчина приоткрывает глаза, пытаясь взглянуть на неё, поворачиваясь устраивается поудобнее, кладя затылок на её бёдро. Райна на минуту замирает, но вздыхает, помогая ему устроиться на своих коленях. Она пару минут смотрит на его лицо в полной тишине, улавливая лишь их дыхание, прежде чем аккуратно, едва ощутимо запустить тонкие пальцы в копну тёмных волос. По началу он снова жмурится, а затем резко, одним движением хватает её за запястье. Она на секунду немеет, но он ослабляет хватку. – Не уходи. И она не уходит. Она дальше водит пальцами меж его волос, сидя в ночном кабинете. Она чувствует, как он постепенно расслабляется, как тяжелеет его затылок, как он дышит глубже. И наконец, погружается в свой, впервые за неделю спокойный, сон. Около получаса Райна просто смотрит на его умиротворенное лицо, рассматривая каждую родинку, шрам на брови. А затем и сама не замечает, как собственные глаза закрываются. И сон у неё самой впервые за долгое время спокойный и глубокий, несмотря на давно затекшую спину, на периодически дергающегося во сне Ксандра, и даже на сквозняк из форточки.