о боли и доверии.

      — Суоу-сан!       Хаято, неспешно прогуливаясь по коридору перед занятиями, привычно спрятав ладони за спиной, останавливается, с любопытством оборачиваясь на зов. Он видит бегущего блондина, выглядящего весьма взволнованным и немного нервным.       — Нирэи, что случилось? — Акихико останавливается подле Суоу, тяжело переводя дыхание, но явно спешащий что-то рассказать.       — Сакура-сан... Он изменился!       На миг на лице заместителя появились морщинки, а жёлтые серьги от движения головы слегка всколыхнулись.       — Я не совсем тебя понимаю, Нирэи.       — Проще показать! Идем! — Акихико сразу разворачивается и срывается на бег, а Суоу ничего не остаётся, кроме как последовать за вторым заместителем капитана.       Хаято сильно удивляется, когда они проходят мимо их класса, а затем и вовсе покидают школу. По итогу они оказываются напротив двери жутковатого дома Харуки. Суоу обыденно несколько раз стучит, предупреждает о вторжении и открывает дверь, которая с легкостью поддаётся.       Хаято идёт сразу в спальню и удивляется виду их капитана, вернее, его маленькой версии.       — Он... Ребёнок! — в конце восклицает Акихико, что почему-то не мог сказать раньше, но и Хаято не уверен, поверил бы своему другу, если бы не увидел собственными глазами.       Малыш оборачивается на шум, хмурится в характере самого Сакуры, а затем, спотыкаясь, неловко встаёт на ноги, подбегая к Суоу и протягивая ладошки. Хаято немного в растерянности, но как-то подсознательно понимает, что Харуку нужно поднять. Малыш обхватывает его и ногами, и руками, доверчиво прижимаясь. Пока Суоу испытывает подобие шока, где-то на фоне он слышит от Нирэя: «Боже, это так мило!» Хаято делает вдох, так, нужно взять себя в руки и разобраться в этой ситуации.       — Нирэи, как ты узнал, что Сакура-кун превратился в ребёнка?       — А, я забеспокоился, что его нет в классе, поэтому решил отправиться к нему домой, обнаружив... в таком виде, — Суоу подбирает новый вопрос, но Акихико сразу отвечает на него: — У меня сел телефон, поэтому я побежал искать тебя.       — Он что-нибудь говорил, когда ты уходил? — Хаято слегка отнимает от себя малыша, чтобы рассмотреть его теперь умиротворëнно-нейтральное лицо – кажется, присутствие Суоу его значительно успокаивает – Харука похож на младшеклассника, возможно, ему около шести-семи лет.       — Ничего конкретного. Только то, что ему очень больно.       — Сакура, ты хочешь со мной поговорить? — спрашивает Хаято, заглядывая ребенку в глаза, тот выглядит слегка смущённым под пристальным вниманием, поэтому Суоу быстро исправляется, отводя взгляд.       — Хочу, — слышит он ответ, и заместитель мысленно выдыхает от облегчения. Он вновь быстро оценивает Харуку на видимые ушибы, синяки или порезы, но ничего не находит.       — Где у тебя болит?       Харука задумчиво дуется – Нирэи обязательно оставляет новую заметку в книжке... – а потом показывает большую зону для ребёнка, охватывающую и грудь, и живот, что непонятно становится. Акихико не на шутку пугается.       — Может нам вызвать врача?!       — Нет-нет, всë в порядке, — Хаято опускается на татами коленями, становясь на один уровень с малышом, которого ставит на пол, и приветливо протягивая ладони, которые, немного задумавшись, маленький капитан охватывает пухлыми детскими пальцами. Само очарование.       — Сакура, тебе очень грустно, не так ли? — малыш медленно кивает, и на его милом лице появляется ужасная печаль. — Не хочешь поделиться со мной?       Сакура бросает взгляд на Акихико, почти испепеляет, что тому становится не по себе.       — Ты расскажешь мне на ушко? — предлагает Хаято с улыбкой, а Харука отрицательно ведёт головой, к удивлению Суоу. Сакура не глупый; ребёнок явно не верит, что сможет пересказать всё на одной громкости в тайне от второго заместителя. Тогда Суоу поворачивается к Нирэи с извиняющейся улыбкой: — Нирэи, тебе стоит вернуться на занятия, время уже... — на блондинистом лице проскальзывает тень осознания. — И скажи учителям, что мне пришлось уйти по семейным обстоятельствам.       Акихико кивает и уходит к выходу.       — Я не подведу!       Дверь за ним захлопывается. Суоу вздыхает с неким огорчением, что почему-то ребёнок-Сакура не доверяет Нирэи; и одновременно испытывает облегчение – что Харука верит ему. Он пребывает в лёгком изумлении, когда малыш бежит в коридор, прижимаясь ухом к двери – проверяет, действительно ли ушёл человек. От необычности поведения Хаято воздушно смеётся в ладошку, разводя ладони в приветственном жесте, когда Сакура возвращается в спальню, явно успокоенный тет-а-тет встречей, который бежит в объятья, облепляя тело подростка всеми конечностями.       — Ну что, Сакура, расскажешь теперь? — слабый кивок в шею, а затем приглушённый голос, с неясными хнычущими нотками.       — Я никому не нужен, я уродливый, — эти слова, которые выходят из маленького рта, поражают словно молнией, — для меня нет никакого места. Меня все бросают, — голос затихает, дыхание ребёнка ускоряется; Суоу беспокоится, не переживает ли Харука паническую атаку. — А ты не бросишь меня? — в детском голосе слышится отчаяние с примесью страха.       — Сакура... Всё хорошо, я никуда не уйду, — Суоу удивлённо смотрит на цветные волосы, когда ребёнок, обнимая его, утыкается в шею и жмëтся-жмëтся, будто боится, что его отпустят. Хаято сразу расслабляется, слегка покачивая малыша в руках, пока идëт к чужому футону. Он напевает какую-то мелодию, и Харука под её влиянием ослабляет хватку и почти без труда укладывается на постель. Убаюканный, он медленно засыпает в тепле и мягком одеяле, забавно причмокивая. Суоу не может не смотреть на это чудо без улыбки – сидит и наблюдает ненавязчиво, пока дыхание ребëнка не выровнится.       Он ни за что не даст его в обиду, ни при каком условии не станет безразличен – этого человека нужно оберегать. Когда Харука станет прежним, Суоу бесконечно будет благодарен, если капитан поведует историю о своём прошлом более подробно и честно.       Наклонившись, Суоу целомудренно целует лоб дитя, плотнее прижимает одеяло к детскому лицу и наблюдает за умиротворëнным состоянием.       А до тех пор он будет посещать этого ребёнка, приносить ему сладости и за простыми легкомысленными разговорами играть.       «Спасибо, что доверился мне».