Часть 1
29 декабря 2025 г., 12:06
Юки — примерная ученица младших классов — с большим портфелем за спиной упрямой походкой уверенно шагала по дороге. Занятия в школе закончились, и она спешила домой.
Дома вкусно пахло, мама готовила обед.
За столом, уплетая за обе щеки, Юки делилась школьными событиями.
— Сегодня на естествознании мы проходили круговорот воды в природе. Это так интересно. На дом нам дали задание сделать доклад в любой форме. Я хочу придумать сказку, рисунки сама нарисую.
Мама слушала и смотрела на дочь с любовью и нежностью.
— Какая ты у меня умница.
***
Небольшое светлое облачко образовалось над чистым озерцом в предрассветный час. Сначало оно было такое тоненькое, что через него просачивались первые осторожные лучи солнца. Эти же лучи нагревали водную поверхность, маленькие капли пара поднимались и подпитывали облачко. Подул лёгкий летний ветерок, подхватил облачко и позвал за собой. Утренняя роса, испаряясь, тоже спешила напоить наше облако, от этого оно становилось больше и плотнее. Ветерок усиливался, развивая скорость. Облако поднималось выше, пролетая над зелёными лугами, полянами, деревьями, над голубыми ручьями и реками, отдаляясь от места своего рождения. Две маленькие капли оказались рядышком. — Ты где родился? — нежно прозвенела первая капелька. — Я родился в озере и сразу поселился в этом домике-облачке. А ты? — А я родился в лесном ручейке и запрыгнул в облачко, когда оно пролетало мимо меня. Значит, ты старше меня. А как тебя зовут? — Тае. А тебя? — А меня Гуки. Давай дружить. — Давай, — согласилась вторая капелька. Они вместе смотрели вниз на землю и делились своими впечатлениями об увиденном. — Тае, посмотри, какая красивая поляна, вся в цветах. Ты чувствуешь их запах? Он такой приятный. — Да, это замечательно. А вот когда мы пролетали над городом, там было шумно, грязно, и воздух пах бензином и гарью. Как люди там живут и дышат? А тем временем облако ширилось в размерах, двигаясь вместе с другими облаками в воздушном потоке. Капли укрупнялись и росли. Внутри облака была своя жизнь, свои интриги. Более крупные и сильные капли забирали влагу у слабых, быстрее насыщались и покидали свой дом-облако, срываясь вниз в свободном полёте. Тае и Гуки всегда держались рядом. — Ты хочешь полететь вниз по воздуху, увидеть другой мир? — с замиранием спросил Гуки. — Всему своё время, — загадочно ответил Тае. — И тебе не страшно? — Мы же будет вдвоём, а вместе ничего не страшно.***
В каком возрасте Чонгук начал осознавать себя отдельной личностью, он и не помнит. Вероятнее всего, как и большинство детей, примерно в три года. Зато он помнит, что в его жизни всегда был Тэхён. Старше его на два года, он был с ним во всех детских играх, начиная от игры в машинки до езды на велосипедах. Вместе они запускали бумажного змея летом, а зимой — играли в снежки и строили ледяную крепость. Дома это были шахматы или простые настольные игры, совместные просмотры от мультфильмов и аниме до фэнтези и приключений. Если бы Чонгука спросили: «Когда в твоей жизни появился Тэхён?», он бы ответил: «Он был всегда». Их семьи жили по соседству. Родители раньше не были знакомы друг с другом, но, увидев, как мальчики сдружились «неразлейвода», тоже стали приятельски общаться. Тэхён на правах старшего всегда опекал Чонгука. Подрастая, младший сторицей возвращал ему поддержку и заботу. Им было комфортно вдвоём. После уроков всегда дожидались один другого и шли домой вместе. За эти годы они словно вросли в друг друга — их мимика была очень схожа, хотя внешность разная. Когда один подхватывал фразу, второй её заканчивал. Им даже поссориться было не из-за чего. Про них все говорили: похожи как две капли воды.***
Облако меняло форму и структуру. Лето давно закончилось. Осень дышала прохладой. Цвет дома-облака изменился. От белого, лёгкого, воздушного оно стало темным, приобретая синие и серые оттенки. Тае и Гуки тоже выросли: они всё также крепко держались за руки, но Тае в силу своего возраста набирал вес быстрее. Он становился тяжелее и тяжелее, и хватка их рук ослабевала, создавая брешь. В какой-то момент закон природы сработал, и капля Тае покинул родное облако, оторвался и устремился вниз. Эхом в холодном осеннем воздухе вслед летели слова родного Гуки. — Тае, только дождись меня, я скоро… за тобой…***
Счастливое безмятежное детство и мальчишество закончилось, Тэхён наряду с окончанием школы вступил в пору юношества. Настало время выбирать профессию и место дальнейшей учёбы. По умолчанию, лучший ВУЗ страны — Сеульский университет. Расставание было неизбежным. Трудно представить разлуку, когда твои душевные корни проросли так глубоко в другого человека, что без мучительной боли их не оторвёшь. Последние дни перед отъездом парни могли часами сидеть молча и глядеть друг другу в глаза, держась за руки. — Сеул — большой город, — голос Чонгука был тихим и грустным. — Да, — не отводя взгляда от глубоких чёрных глаз, отвечал Тэхён. — Там много других людей, в твоём университете. — Да. — Ты увидишь массу всего нового и интересного. — Да. — Ты постепенно забудешь меня. — Нет, ни за что и никогда этого не произойдет, — Тэхён сильнее сжал ладони своего друга. — Тогда поцелуй меня на прощание. Тэхён неумело и осторожно прикоснулся губами сначала к щеке, а потом к губам, таким родным. Сейчас они были по-новому свежими, очень приятными. Он попробовал захватить их в плен, и они поддались. Дыхание сбилось, руки раскрылись и сошлись в объятиях. Сладкий вкус первого поцелуя осел лёгкой бабочкой на сердце.***
В свободном полёте каплю Тае подхватил осенний шквалистый ветер, и она упала в другое облако. Оно было огромным, по сравнению с первым. В нём было неуютно и одиноко, каждая капля была сама по себе. Иногда несколько капель собирались вместе, создавая свой маленький воздушный шар, в котором были свои секреты. Тае дрожал, его цвет переливался, на него обращали внимание другие, хотели подружиться, но он ждал своего Гуки. Он знал, что это разлука временная, всё в природе подчинено незыблемым законам. Гуки ещё немного подрастёт, наберёт достаточно сил и переберётся к нему в новый облачный дом. И всё будет как прежде, надо только набраться терпения. Тае смотрел вдаль и ждал свою предначертанную судьбу.***
В университете Тэхён держался особняком, все своё время посвящал исключительно учёбе. Вечерами, сидя в своей комнате в общежитии, он отчаянно скучал по Чонгуку. Неожиданно для себя, Ким начал рисовать. Он вспоминал лицо Чона в мелких подробностях и прорисовывал каждый элемент, словно память сама водила его карандашом по листу скетчбука. Вот Чонгук мягко улыбается; вот морщится, откусив кислое яблоко; вот сосредоточенно делает уроки; а здесь хитро прищуривается, задумав розыгрыш. Везде такой разный и родной. Тёплым днём, сидя в студенческом парке на скамейке, Тэхён прикрыл глаза и фантомно ощутил свой первый несмелый поцелуй. Раскрыв любимый блокнот, который он всегда носил в рюкзаке, Ким быстро сделал набросок, пока это чувство присутствия Чонгука не исчезло. Он не заметил, что рядом присел незнакомый парень и разглядывал его рисунок. — Красиво рисуешь. Тэхён вздрогнул и перевёл взгляд на незнакомца. — Меня зовут Юнги. Я видел тебя в университете. Почему ты всегда один? — Это временно, потом приедет мой друг, он ещё учится в школе в старших классах. — Тебя никто не обижает? Если что, обращайся ко мне. Тебя же Тэхён зовут? — Да. Спасибо. Два прожитых года Чонгуком без Тэхёна превратились в одноцветный калейдоскоп, в котором не было разграничения на время и сезоны, на тепло и холод. Там не было моментов радости. Еда стала безвкусной и пресной. И только воспоминания грели душу, дарили надежду. Чонгук провёл пальцем по своим губам, которые помнили свой первый в жизни поцелуй. Как и Тэхён, он сосредоточился на учёбе, подгоняя время встречи. Начинались выпускные экзамены.***
В своём облачном доме Тае часто сидел один у самой кромки, боясь пропустить появления Гуки. В последнее время к нему нередко подсаживался капелька Юнги, иногда они болтали ни о чём. — Ты ещё ждёшь своего друга? — Жду. Мы не можем друг без друга. — А вдруг он забыл тебя? — Такого просто не может быть. — Если он не появится, ты будешь со мной дружить? Вопрос остался без ответа. Со стороны юга подул новый свежий ветер, он принёс еле уловимый запах облака из прошлого. — Гуки! Долгожданная встреча состоялась. Капли Тае и Гуки светились необычным светом, отражая внутреннюю чистоту друг друга. Все вокруг смотрели на них, кто-то с завистью, кто-то с восхищением. Им стало неуютно в этом облачном доме от обилия чужого внимания. — Давай поищем новое пристанище, где нам будет комфортно вдвоём. Следующее облако благодатно приняло их. Здесь были капли всех цветов и оттенков. Индивидуальность, связанная общими интересами, приветствовалась. Тае и Гуки, словно вернулись в атмосферу детства, только уже повзрослевшими. Они приобретали опыт, наполняя жизнь новым смыслом.***
После успешной сдачи экзаменов, Чонгук с нетерпением ожидал поездки в Сеул. Он не хотел учиться в том же университете, но, раз там Тэхён, скрипя сердцем Чон выбирал факультет, который был бы ему интересен. На самом деле, он хотел заниматься творчеством. Встреча самых близких друзей детства стала для них лучшим событием за два последних года. Оба повзрослели и изменились внешне. Ким стал ещё красивее, чем прежде. Детская припухлость исчезла, черты лица заострились, подчёркивая истинную аристократичность. Глаза цвета шоколада стали выразительными, наполненными природным тёплом. Чонгук возмужал, стал выше и раздался в плечах, но взгляд его тёмных глаз ещё оставался по-детски наивным. Тэхён повёл Чонгука на экскурсию по университету. По пути они встречали много знакомых студентов, которые приветствовали Кима, некоторые откровенно флиртовали. Чонгук весь напрягся от этих взглядов и разговоров, ему хотелось, чтобы всё внимание было ему одному. Во дворе возле главного корпуса им навстречу попался Юнги. Он приветственно пожал руку Киму и кивнул в сторону Чона. — Приехал твой друг? Познакомишь? Мин протянул руку. — Чон Чонгук, — с явной неохотой ответил на приветствие Чон. — Я тебя узнал по рисункам. Они перекинулись ещё парой слов и разошлись. — Он мне не понравился, — буркнул Чонгук, — и университет тоже. — Ты не хочешь здесь учиться? — забеспокоился Тэхён. — Да, не хочу, но я хочу быть с тобой вместе, поэтому постараюсь что-нибудь выбрать. А про какие рисунки он говорил? — Пойдем, покажу. В комнате Тэхён несмело протянул свой скетчбук с рисунками. Ошарашенный Чонгук не мог поверить своим глазам, он в сотый раз перелистывал страницы. — Господи, Тэхён, ты рисовал только меня? — Я сильно скучал, а так мне было легче перенести разлуку. Я смотрел на тебя и представлял, что ты сейчас делаешь или о чём думаешь. Чонгук быстро полез в свой рюкзак и начал что-то интенсивно искать. — Вот, — он вручил свой альбом в руки Тэхёну. Тэхён делал тоже самое, что Чонгук несколько минут назад: листал и возвращался к каждому эскизу. — Какой ты талантливый! Ты рисуешь меня лучше, чем я есть на самом деле. Они опять сидели, взявшись за руки и глядели друг на друга. — Можно я задам вопрос, — осторожно начал Чонгук. — Да. — Тебе нравиться здесь учиться? Твоя будущая профессия? — Не очень. Но так хотели родители. — У меня есть мечта, — Чон сделал попытку заинтересовать Тэ. — Какая? — Ты же понимаешь, что мы на одной волне? — Да. — Давай пойдём вместе учиться в художественную Академию. — Я плохо рисую. — Там научат, — Чонгук с надеждой заглядывал в глаза напротив. — Я согласен. Учёба в Академии полностью поглотила их. Даже трудные азы классического подхода к рисунку давались им легко. Время летело незаметно. Кажется, они ни на минуту не расставались. Комнату в общежитии делили на двоих, мольберты в учебной студии стояли рядом, этюды на природе проводили бок о бок. Но стиль рисунка у каждого выработался свой, индивидуальный. Вокруг них собралось много талантливых личностей, каждый со своей одаренностью. Вечеринки будущих участников богемы не похожи на простые, студенческие. Разговоры о высоком искусстве, творческие споры о восприятии живописи, скульптуры, театра. К выпускному экзамену каждый подготовил картину, над которой работал более полугода. — Какую тему ты выбрал для дипломного проекта? — Хочу нарисовать обнаженную фигуру, — хитро улыбался Чонгук, — попозируешь? Будешь и натурой, и музой. — А мне тогда в ответ нарисовать тебя в стиле ню? — Тэхён подошёл ближе и убрал отросшую чёлку со лба, заглядывая прямо в глаза, — мы же всех преподавателей сведём с ума. Представительная комиссия, состоящая из известных признанных мастеров, единогласно отметила две выдающиеся работы начинающих художников — Ким Тэхёна и Чон Чонгука — романтический пейзаж и современная абстракция.***
Природа — живой организм — всегда находится в движении. Один цикл сменяется другим. Капли Тае и Гуки приобрели свои неповторимые, особенные оттенки. В зависимости от солнечного света, они играли красками так искусно, что не могли не выделяться среди других. Живописной радугой искрились их таланты. И чем ярче они сверкали, тем холоднее становилось пространство вокруг.***
Собственная художественная мастерская была куплена на деньги от продажи первых картин. Тэхён и Чонгук писали в классическом жанре, только Ким больше тяготел к пейзажам и натюрмортам с налётом романтики, а Чонгук экспериментировал от реализма до абстракционизма. Постепенно они приобрели известность, их картины выставлялись в знаменитых галереях, им пророчили большое будущее. Но в какой-то момент личная жизнь художников стала интересовать публику больше, чем их работы. Пересуды, светская хроника, жёлтая пресса, папарацци. Сплетни и шепот за спиной убивали желание творить и созидать. — Тэхён, ты заболел? — Да, у меня болит душа. — Ты же знаешь, твоя боль — это моя боль. — Да. Ты тоже это чувствуешь? Гармония мира нарушена. Мои картины уже не отражают тепло, они стали холодные как лёд. — Но мы же вместе? — Навсегда, как и прежде.***
Тае и Гуки блистали всеми гранями своих талантов, превращаясь в настоящие бриллианты. Однако, атмосфера вдруг резко начала обдавать холодом, повеяло зимней стужей. Облако почернело от избытка темной энергии вокруг. Но в мире так заведено, что добро всегда побеждает зло. Внезапно капли начали преображаться, наряжаясь белыми снежинками. Пушистым снегом они опускались на землю, преображая всё в зимнюю сказку. — Какой ты стал необычайно красивый, твой орнамент неповторим, — с восторгом воскликнул Гуки. — Точно так же, как и твой. — В новое путешествие? — Полетели.***
Городская ёлка на центральной площади была настоящим украшением, создавая праздничное настроение жителей. Настоящий снегопад добавил магии и очарования в канун рождества. — Мама, смотри, какие интересные и красивые снежинки опустились мне на варежку. Нам учитель говорил, что каждая снежинка уникальна, и её узор не повторяется. А вот эти две как будто держатся за руки. Это так волшебно, как в сказке. Юки легонько подула, снежинки поднялись и плавно вместе опустились на новогоднюю ёлку.***
Чонгук вытер руки от краски и присел рядом на диван, где лежал Тэхён, укрывшись с головой одеялом. — Поехали в Германию на Рождество. Там лучшие ярмарки, горячий глинтвейн. Вся твоя хандра сразу пройдёт, поймаешь новое вдохновение. Окунёмся в атмосферу праздника. Через неделю в Мюнхене Тэхён тащил Чонгука за руку на «Розовую рождественскую ярмарку». — Мы только посмотрим со стороны как люди искусства. Я уже чувствую своё вдохновение, ко мне вернулось хорошее настроение. Они смаковали эту праздничную обстановку, пили её глотками, наслаждаясь общением. Тэхён достал из кармана блокнот для эскизов, небольшие наброски рождались один за другим. Вот пряничный домик, вот новогодний шар с необычным рисунком, вот цветная гирлянда, растянувшаяся на всю улицу, вот самая лучшая в мире улыбка — улыбка его Чонгука. Чон наблюдал за повеселевшим Кимом, и на сердце стало спокойно и радостно. — Давай останемся здесь жить, — не удержался Чонгук. — Давай, только в маленьком городке. Я буду рисовать горные вершины, а ты — портреты местных жителей.***
На новогодней ёлке Тае и Гуки поместились рядышком высоко на ветке и наблюдали, как взрослые и дети от души веселились. В своём новом образе — образе снежинок — они ярко мерцали днём и ночью, даря свет друг другу. Их зима не обдавала холодом, она была теплой и мягкой, пронизанной любовью. Последующая весна принесла обновление. Тае и Гуки снова стали каплями и отправились в новое бесконечное странствие.***
Художники поселились в небольшом доме с камином. Жизнь их текла размеренно и спокойно, в этой стране никто не обсуждал, что двое мужчин жили вместе. С новым энтузиазмом они вернулись к живописи. Каждая картина была наполнена смыслом. Прошла зима, весна, лето, осень, и опять всё по кругу. Тэхён с Чонгуком не торопились возвращаться назад, здесь им было уютно и комфортно. Они не ходили на светские рауты, но их картины выставлялись в самых знаменитых галереях и будоражили общественность. — Я хочу написать твой портрет, — с серьезным видом предложил Чонгук, — такой, каким я вижу тебя, твою душу. — А ты позволишь мне сделать твой портрет? — в ответ попросил Тэхён. Они принялись за работу. Это было откровение. Портреты, написанные в разном стиле, выражали индивидуальность личности художника и позирующего. Тэхён — это эстетика и элегантность, красота и гармония, очарование и сексуальность, нежность и доброта. Чонгук — это сила и энергия, экспрессия и движение, яркость и уникальность, смелость и верность. И главное — это отражение бесконечной любви в глазах друг друга. Их взаимные портреты стали легендой в мире искусства — легендой о вечной любви.***
В детской комнате горел мягкий приглушенный свет ночника. — Юки, ты опять не спишь? Фантазируешь перед сном? — Мамочка, я придумала счастливый конец для своей сказки.
