Пена

      — Ты посмотри только! Какая невеста восхитительная, а жених…       Лют скучающе тупит в мерцающий экран смартфона собеседницы, но стоит только глазам зацепиться за фотографию жениха, её пробивает озноб. Эмили не заметив изменений на её лице, радостно продолжает:       — Представляешь? Нас приглашают туда, чтобы мы помогли с организацией и…       Девушка пропускает её лепет мимо ушей, буквально вырвав телефон из нежных рук, недоверчиво всматриваясь в одну лишь фотографию.       — Лют, ты слышишь? Прекрати себя вести уже как дикарка, хотя бы при людях, — не обрадовавшись такому раскладу запричитала Эмили, извиняюще глянув на остальных людей, входящих в курс предстоящего дела.       Ивент-агентство под строгим контролем Серы, одной из знаменитых профессионалов в своем деле сейчас во всю готовилась к одному из главных мероприятий, посвященному такому прекрасному событию — свадьбе. И не простой свадьбе, а союзу двух знаменитостей, чьи лица то и дело всплывали на билбордах.       Лют же не часто обращает внимание на рекламу, уткнувшись в дорогу, расталкивая зевак на своем пути. Для неё было неприятным открытием увидеть, что бывший, пропавший без вестей, смотрел на неё сквозь экран, обнимая за талию завидную невесту, излучающую тепло и ауру добродушия.       — Итак… — Эмили хлопнула в ладоши, и, не пытаясь вернуть свою вещь, важно провозгласила, — мы обязаны сделать так, чтобы эта свадьба была незабываемая! Я вся во внимании услышать ваши предложения!       — Я не люблю свадьбы, — поджав губы, Энджел недовольно заерзал на своем кресле, — особенно селебрити. Скука смертная, одни камеры и выпендрежи. Ни слова о любви, да, Хаск?       Хаск тем временем почти засыпал, страдая от похмелья и внимания со стороны коллеги. Эмили же насупившись, влезла между ними, воодушевлено глася:       — Ребят, я понимаю, что вам могут не понравится мероприятия, но это же наша работа! Если мы приложим руку к торжеству и прибавим свою изюминку все выйдет сносно!       Лют, только сейчас сдвинув гаджет, скрипнула зубами, обратив на себя все внимание коллег.       — Видишь! Даже Лютня со мной согласна! Прошу заметить, что такое редко случается, — ухмыльнулся Даст, крутанувшись в кресле дабы отстраниться подальше от приставучего начальства.       — А я думаю, тут дело в другом, — хмыкнула Вегги, заинтересованно всматриваясь в напарницу.       — Мне нужно отойти, — сипло отозвалась Лют, немедленно покинув совещание, звонко цокая шпильками.       — И что это с ней? — удивленно вопросила Чарли, удерживая увесистую папку в своих руках, наверняка с предполагаемыми снимками мест, где должен был пройти ивент.       Все в помещении задавались тем же вопросом, недоуменно подняв брови и уперев взгляды в хлопнувшую дверь.       — Милая, забей, — ободряюще улыбнулась Вагги, — всем бы было непросто готовить свадьбу своего бывшего.       Тут же разъярила поведение коллеги Вагата, безмятежно откинувшись на спинку сидения. Ивент-агентство пришло в еще более замешательство, явно шокируясь ответом.       — Оу, бедняжка, — неловко откашливается Эмили, нервно поправляя пастельную блузу.       — Да уж, — хрипло отозвался изумленный Хаск, — может стоит дать ей выходной? Ну и мне, сами понимаете…       — Нет! Это очень важно для всех нас! Сера еле уговорила Еву выбрать нас в качестве организации!       Сера, будто услышав, что обсуждали сейчас её, явилась на собрание грозно хмуря брови:       — Свадьба Адама и Евы подчеркнет наш имидж и даст толчок развитию компании, — слегка освобождая шею от захвата неудобного галстука, провозгласила начальница, — все сотрудники должны не покладая рук трудиться, чтобы она осталась в памяти людей навека. Я ясно выразилась?       Спрятав смешок в кулак, услышав имена молодоженов Энджел понимающе кивает боссу. Остальные же тоже немало удивлены тем, что новоиспеченные супруги носили библейские имена, но решили воздержаться от своих впечатлений.       — Может поговорить с Лют? Ей, должно быть, грустно… — растеряно обнимает папку Шарлотта, печально опустив глаза.       — Это же Лют. Она сильная, справится, — взбадривающе обхватывает поникшие плечи возлюбленной Вегги.       — Ну… главное, чтобы она не воспользовалась работой в целях мести. Честно? Я бы сделал также, так что винить её в любом случае не стану, — Даст, будто подпитав грусть от Чарли, поник, понимая, что организация свадьбы неизбежна.

***

      Несмотря на бушующий ураган в душе, Лют превосходно справлялась с обязанностями, иногда кормясь безмолвным сочувствием со стороны коллег. Хаск как-то раз даже завел её в бар, щедро рассыпаясь предложениями выпить за его счет. Чарли то и дело выпытывала с неё подробности самочувствия, касательно навалившегося и девушка впервые поделилась с ней чем то, не затрагивая рабочей темы. Вегги лишь говорила о том, что давно пора отпустить прошлое и что Адам мудачье, коих поискать надо. Энджел только и причитал, как питает неприязни к пышным свадьбам, ведь такое событие должно быть только для двоих.       — Лют, займись секьюрити и следи, чтобы папарацци не проникли раньше дозволенного. Хаск — бар и веселье гостей. Даст, мне уже не терпится взглянуть на невесту, платье ты отбирал тщательно. Чарли, думаю, арка и место, которое ты подготовила стоит похвал. Вегги? — Сера, подобно лидеру целой армии распиналась перед выходом в свет, деловито подбирая бабочку к своему костюму.       — Банкет и официанты подобраны идеально, как и полагаются, — спокойно уверяет в своем профессионализме Вагата.       Шарлотта, обворожительно сияя, кружила в нелепом танце Эмили, то и дело переходя на детский заразительный смех. Энджел не теряя время, помогал с отбором аксессуаров боссу, недовольствуя её личными предпочтениями. Хаск, подперев руками подбородок, незаметно протягивал фляжку мрачной Лют, сидящей рядом.       — Знаете как тяжело было вырвать эту свадьбу у трех ВИ? — Сера, благодарственно расплывшись в улыбке Дасту, внезапно начинает делиться подробностями, — я думала, мы так и не возьмемся за такой большой проект, но, Адам увидев наш состав сразу дал согласие. Ева тогда поменьше начала сомневаться в нашем агентстве и через день тоже дала положительный ответ.       Лютня, потягивая фляжку одолженную у коллеги, едва не захлебнулась. Вегги ядовито ухмыльнувшись, резко ухватила ту за острое плечо, понимающе разглаживая напряжение. Хаск тут же выхватил свое имущество, прибегнув губами к горлышку. Даст лишь пожал плечами, выбрав наконец достойную бабочку своему начальству.       — Я так счастлива работать над таким событием! Сразу вспоминаю свадьбу мамы и папы… — отстранившись от Эмили, Чарли выудив платочек из кармашка ядовитого красного пиджака, шумно всхлипнула в ткань.        — Придержи слезы для алтаря, моя дорогая, — вышмыгнув из личного пространства коллег, притягивает к себе возлюбленную Вегги, кутая её в своих объятиях, — ты им свадьбу потом загубишь. Сера вон как старалась, чтобы мы её организовали.

***

      Лют, отдав четкие распоряжения охране, шаткой походкой проходит в торжественный зал. В глазах зарябило от излишества света и напыщенных украшений, но девушка сморгнув пелену, стойко занимает место у бара. Натянувшись, подобно струне, Лют оценивающе обегает взором гостей. Все по классике — одеты совершено безвкусно, зато богато.       В висках пульсировало от выпитого алкоголя, но Лют не подавала виду, сложив руки за спиной. В костюме непривычно жарко, а сердце предательски уносилось вскачь, намереваясь выскочить из оков ребер. На лбу выступает испарина и девушка уже тянется, чтобы смахнуть капли пота, но её резко останавливает голос, выбивающий из-под ног опору.       — Рад тебя видеть, сучка.       Адам. Тот, чей образ преследовал по ночам, терзая бессонницей. Тот, кто оставил, не уведомив и единой причиной бегства. Того, кого Лют старалась забыть годами, впадая в протяженную депрессию. И тот, кто сегодня должен был пройти венчание с прекрасной супругой — Евой.       — Не могу сказать того же, — глухо отзывается девушка, стараясь не попасться под любопытный взгляд из-под насупившихся густых бровей.       — Отойдем? — приглашающие намекает на террасу мужчина.       И Лют себя ненавидит за то, что готова кинуться в объятия бывшему, стоит ему только позвать, но идет на поводу чувству, на ватных ногах шагая к выходу с ним. Но, этот же разговор может наконец принесет желанные ответы и возможно…долгожданное утешение?       Свежий воздух отрезвляет, подобно живительному глотку. Шелест зеленых деревьев слегка успокаивает, а кроны усердно прячут восходящий палящий диск.       — Знаешь, а мне тоже все это пиздецки не нравится, — шевелит пересохшими губами Адам, многозначительно обозначив величественный особняк, — только ты меня понимаешь, Лют.       Лют натягивает кривую ухмылку на уста, поздно осознав, что зря она пришла и повелась на сантименты. Идиотское решение, купившийся избитой души на заветное понимание.       — И что? Сбежишь от Евы? Вряд ли в этот раз получится, — угрожающе шипит, подобно змее девушка, готовясь вернуться на свое место.       — Сука, ты все не так понимаешь! Ты вообще за новостями следила? Мне концерты начали отменять! — протестно возникает на пороге мужчина, нависая над Лют, — единственная, кто помог мне с этим была Ева. Конечно, я не смог устоять над тем, чтобы не рушить её хрупкие надежды на наше с ней будущее. Поставь себя на мое место! Я знаю, что должен перед тобой объясниться и я для этого сейчас освободился, блять!       Девушка сердито цокнув, сплевывает комок, царапающий горло и обиженно поджимает накрашенные губы.       — Ну? Я жду твоих ебучих оправданий, — сомкнув потряхивающие руки на груди, Лют выжидающе скалится.       — Ты сама знаешь, как мне было тяжело в турах. Залететь в ребуху было всеобщим решением лейбла, нужно было отгородить меня от всего и…       — Я ездила с тобой на концерты! Неужели вам всем было трудно связаться со мной?! Ах да, я же всего-навсего группис, не богатенькая моделька Ева, — прерывает речь Адама секьюрити, заходясь почти истерическим смехом, — моей поддержки тебе было маловато, нужна была именно она, чей имидж стоит куда дороже горе рокера, — горько улыбнувшись, Лют разворачивается, оставив за спиной бывшего дабы не выпустить наружу подбегающие слезы.       — Лют, я правда не хотел, — бесцеремонно втиснется в границы девушки Адам, крепко обнимая сзади и утыкается в белоснежную макушку, довольно поводя ноздрями, — я ебануто скучал, боже… Ты так же пахнешь, сучка.       Лют замерла, впишись зубами в губы, едва не прокусывая кожу. Тело предательски откликнулось на позабытый запах, на теплоту, что она давно перестала искать, перебрав значительное число любовников, так и не найдя проблески того самого. Дрожь пробравшая до костей от опалившего дыхания у шее, вытесняло все здравомыслие, пошатнув рассудок. Хотелось раствориться хотя бы на мгновение в этой иллюзии того, что ничего не изменилось ровно три года назад. Она вся та же группис, мелькающая на фотографиях с концертов, целующая самого солиста и главного виновника торжества, чью личность мусолят завистливые фанатки, но…       Это свадьба, устроенная уже родной Серой и ивент-агентства, к которому Лютня хоть и по началу относилась с опаской, но ставшими верными товарищами.       — Правда не хотел? — тихо, еле слышно зашептала девушка, — правда не хотел исчезнуть? Не хотел оставить меня в полной, ёбанной неизвестности на три года?        — Нет, но мне не дали поступить иначе, как же ты не поймешь, сука? — разочарованно дышит прямо в висок, словно надвигающийся выстрел Адам, — клянусь, я скоро опять так двинусь, если не поймешь меня. И похуй мне на Еву, уж поверь.       Жилистые руки пробегают знакомый маршрут, оттягивая ткани костюма и оставляя жаркие следы, на тех же местах, казавшихся шрамами. Лют ответно прогибается, теряя самоконтроль и прикрывая усталые слезящиеся глаза, пролившие столько невысказанной ярости и обиды. Объятия надежды удушливые, не терпящие попыток сбежать от слепой старой влюбленности. Надо бы вспомнить наставления Вегги, прекрасно понимающей, что Адам мудак, но Лют так настрадалась.       — Ты знаешь, что было самым ужасным? — все также тихо, — не твоё исчезновение. А надежда. Каждое утро. Каждый звонок на неизвестный номер. Мысль, что сейчас, вот прямо сейчас, дверь откроется, и ты скажешь «Привет, сучка, я вернулся». А потом — пустота. Снова и снова. А теперь приходишь и говоришь, что «не хотел»? Ты хотел! — совладав с накатившей слабостью, Лют грубо сбрасывает руки, оборачиваясь.       Адам смотрел на неё открыто, и на его лице то и дело вспыхивала растерянность, то досада, но не искреннее раскаяние. И девушка не удивляется, она его любила и знала все до мельчайших подробностей.       — Сучка, это шоубиз, чему ты удивляешься? — снова сокращает расстояние до миллиметров Адам, с нежностью оглаживая растерянное лицо, — знала же, что по любому такое придется провернуть. Прекрати драму высасывать, я тебя люблю. Только с тобой так ахуенно.       Почему она так тает от одних явных манипуляций, ведясь на все и вся? Сердце итак еле зажило, напоминая, как горестно бывает быть с тем, кто держится под светом софитов. Янтарные глаза напротив разъедают, подцепляя швы, и смеются. Лют медлила, кусая губы, глядела с тоской покрасневшими глазами, а по щекам молча стекали слезы, опадая на изящную шею, заползая под воротник выглаженной рубашки.       — Уходи, невеста заждалась, — невольно слетает и девушка благодарит саму себя за это.       — Подождет ебать, — он почти зажал секьюрити над металлическими прутьями, — я хочу тебя, сучка.       Целует также жарко, собственнически гладя по бедрам. Руки предав хозяйку, заползают в каштановые пряди, портя укладку и утягивают ближе. Значение имеет только вновь встретившие торопливые ласки, нетерпеливые ладони, но…       Лют не предательница. Она решительно оттягивает бывшие родные волосы, отесняя. Адам зашипев от внезапной боли, недоуменно поднимает густые брови, но его тут же сбивают ноги, протестно оцепляя от некогда любимой группис. Она с яростью оттолкнула его, утерев непрошеные капли с лица тыльной стороной ладони.       — Лют… — мягко, почти умоляюще.       — Нет, — обрывает того девушка, торопясь к выходу, — у меня здесь работа. Твоя свадьба, между прочим и если ты опять попытаешься разрушить то, что готовили мои…друзья, поверь, я убью тебя, никакая Ева больше не спасет.       Адам опять обхватывает запястья, грозящиеся открыть дверь к отступлению. Лют неприязненно морщится.       — Ты же все равно меня любишь. Я это вижу, сука.       Эти слова должны были сорвать последние предохранители, но Лют больше не поведется.       — Любила, — ледяные нотки приобретает шаткий голос.       Пощечина последнее, что она оставила за собой, сбежав от вспыхнувших чувств. Преданность превыше всего для Лют, как ни крути.

***

      Чарли, светясь от счастья, щедро раздавала каждому гостью поклоны и дурно пахнущие розы, но заметив лицо объявившийся коллеги, извиняюще ретировалась. Подошла бесшумно, многозначительно взглянув на Вегги, стоящей у буфета. Та понимающе кивнув, жестом вызвала Хаска из бара.       Через несколько мгновений, Лют уже обхватывала запотевшими ладонями ледяной стакан. Хаск, заслонив её от любопытных посторонних взглядов своим широким плечом, негромко ворчал, явно пребывая в недовольствах.       — Нужно было меня позвать, я бы ему все ребра пересчитал.       Энджел хихикнув, крутанул бокал с пузырчатой жидкостью, понимающе склонившись над коллегой.       — О да, туда этих ублюдочных селеб, — отпив шампанского, довольно разложился на диване Даст.       — Я сама справилась, — осушив стакан, выпрямила сгорбившиеся плечи Лют.       — Значит, все сказала? — оценивающе скользнула взглядом по коллеги Вегги, утешая беспокойную Шарлотту в объятиях.       — Все, — хмыкнула девушка, отбросив изъевшие сомнения.       Вегги одобрительно улыбнулась, прижав к себе потерянную возлюбленную. Эмили непонимающе возникла на пороге, залепетав о приближающейся свадьбе и неловко мнясь между карьерой и эмоциями.       Лют спокойно махнув рукой, как бы говоря, что все под контролем, встала. Долгожданные ответы получены, а толку? Лучше бы она их дальше не знала, смотря на все через призму розовых очков и была все той же любимой группис.