weno gift.

не то чтобы николас верил в новогоднее чудо. да, конечно, этот праздник такой же важный, как и все остальные, но ван всегда придерживался мысли, что, в основном, новый год – это огромная трата денег на подарки родным, украшения, праздничный стол... получается, что он работал весь год только для того, чтобы в последние дни задарить всех подарками на годовую зарплату. получается как-то неправильно. в этом году все было точно также. снег шёл ровной стеной крупными хлопьями на улице. жёлтые фонари освещали дорогу, вокруг витала праздничная, даже какая-то чересчур загадочная и мистическая атмосфера. фантазии ему, естественно, не занимать. время уже переваливало за одиннадцать часов ночи, из открытых окон и балконов шумела разная новогодняя музыка, а ван, сжимая в пальцах пакет мандаринов и напевая под нос самую банальную песню про новый год, шёл к себе домой. туда, где его никто, конечно, не ждёт, только салаты, купленные в магазине, злосчастные замёрзшие мандарины, добрые три литра газировки и приставка, в которую он будет рубиться ещё полночи после курантов. наверное, даже не так уж и плохо будет провести новый год примерно вот так. пакет раскачивался в руках, а ручки оставляли красные вмятины на заледеневших пальцах. николас коснулся свободной рукой своих красных волос и смахнул слой накопившегося снега на макушке, стряхивая его на плечи черного тёплого пальто. несмотря на одиночество, ему не было грустно. да, он проведёт новый год один, играя в приставки, но, все таки и в этом моменте было что-то... особенное. атмосфера не такая, как раньше; еда не такая, как обычно; за окном будут гулять счастливые пьяные компании, – мысли о том, что кто-то в эту новогоднюю ночь признался в любви, будут теплить душу, – а за любимой игрой время пролетит незаметно – исчезнут и мандарины, оставив после себя только яркую рыжую кожуру, исчезнут салаты, пропадёт полтора литра газировки, а всё остальное останется на последующие дни и быстро пролетят новогодние выходные, а потом всё будет по-старому. висящая на соседнем доме протянутая гирлянда привлекла его взгляд. николас остановился посреди дороги, наблюдая за тем, как переливаются большие огоньки – с красного в зелёный, потом в синий и жёлтый. и настроение поднимается как будто само по себе. вот здесь красивые огни, дома скромная, но сияющая ёлка и телевизор, украшенный золотой гирляндой. николас не мог найти в своей голове адекватного оправдания, почему это так ему нравится. наверное, он просто такой человек. простой. и совершенно счастливый. в темноте одного из окон, похоже, ещё пустой квартиры, он вдруг замечает неестественной формы шевеление. может, там все-таки кто-то есть? кто-то, кто крадется около окна в смешной шляпе в форме конуса, а после пропадает в темноте и тусклом отблеске гирлянды. возможно, чей-то старший брат разыгрывает сценку для младших, оставляя подарки в одежде эльфа, чтобы потом маленькие дети, как бы невзначай, поймали его на месте преступления, крепко обняли и заставили бы вместе распаковывать долгожданные подарки. николас усмехнулся. раньше так было и у него. только он был не старшим братом в костюме эльфа, а младшим, которого сестра постоянно мотивировала существованием загадочного санта-клауса, заставляя писать ему письма, подписываясь фамилией с несколькими ошибками, а после отдавать письмо маме, которая знает почтовый ящик санты. и, на удивление, все подарки исполнялись, а отправитель «вэно» ни разу не получал замечания за свою ярко выраженную неграмотность. именно за это он и любит свою семью. хотелось бы ему сейчас снова стать маленьким. снова бегать по дому в красном свитере с оленем, снова с горящими глазами смотреть на ёлку, что раза в два больше, чем он сам, снова распаковывать подарки с сестрой-подростком, которой вечно дарили блестящую косметику и дорогие гаджеты, а самому получать машинки на пульте управления, различные гоночные трассы и поезд на батарейках, который потом половину января катался у него по комнате, пока окончательно не переставал работать, а батарейки они так и не заменяли, потому что николасу, если честно, было все равно, едет он сам или ван толкает его рукой. игрушка оставалась игрушкой и никто ничего не предпринимал. да ван и не просил. тёплые мысли о семье разогрели в нём огонь только сильнее. николас сжал пакет с мандаринами покрепче и решительной походкой отправился домой, минуя тёмный переулок, а потом заскочил в тёплый подъезд, подошел к лифту и нажал нужную кнопку онемевшим пальцем. да уж, долго же он провел времени на морозе – все лицо покраснело, щёки кололо, пальцы сводило судорогой, а сжимать пакет становилось только труднее с каждым мгновением. стоит начать носить перчатки. он зашёл в лифт, нажимая кнопку своего этажа, и железные двери благополучно закрылись у него перед носом. до курантов оставалось около получаса – ему как раз хватит, чтобы включить телевизор, расставить еду, налить газировку и окончательно расслабиться, поддаваясь атмосфере праздника. и он верил, что этот год будет лучше, чем прошлый, несмотря на поджидающие его трудности. он справился со всем и справится дальше. и не существует проблемы, которая могла бы его в одно мгновение переубедить. когда лифт остановился на нужном этаже, николас вышел в темноту. он проморгался, мотая головой туда-сюда, не понимая, почему на этаже отключён свет. в лифте по-прежнему горел яркий белый, а коридор освещался лишь его свечением. а когда дверцы закрылись, то и последний источник света пропал. похоже, кто-то случайно отрубил свет на этаже или, может быть, это временный перебой из-за количества гирлянд, воткнутых в розетки в этом жилом комплексе. во всяком случае, вану плевать, он с закрытыми глазами и в темноте способен найти свою квартиру, а значит никакое отключение света ему не помешает. достав ключ из кармана пальто, он нащупал нужный и подходит к двери, предварительно, все-таки, осветив её телефоном, чтобы уж точно не вломиться в чужой праздник. и, вставив ключ в замочную скважину, он провернул его несколько раз, дверь, наконец, открылась. снег растаял на пальто и волосах мгновенно, как только он зашёл в подъезд, а теперь в теплой квартире волосы окончательно стали мокрыми, как и плечи пальто, заставляя вана моментально стянуть с себя тяжёлую тёплую вещь и, бросив мандарины в коридоре, двинуться в ванную комнату, включая в ней свет. темнота во всей квартире его не пугала, он выключал всё, когда уходил, а потому не удивился, продолжая сушить волосы полотенцем, а после слегка расчесываясь, приводя себя в должный вид. должен же он встретить новый год опрятным? определённо да. звук падающего ёлочного шара отвлёк его от красных волос. он замер, прислушиваясь к тишине, слыша, как шарик постепенно катится по полу, а после вдруг резко остановился. тишина длится пару секунд, а после шуршание ёлочных веток, будто кто-то, своими руками, повесил упавшую игрушку обратно, делая вид, что ничего мгновением ранее не произошло. ван насторожился. руки моментально рванули к ящику под раковиной, он потянул его на себя, хватая первое, что попалось под руку – длинные ножницы. конечно, защищаться таким орудием всерьёз он не собирался, это на крайний случай, первым делом он естественно собирался напугать вора или взломщика. хотя как человек мог попасть в его квартиру, если дверь была заперта снаружи? вскрыл и закрылся изнутри? не слишком ли странно для вора? николасу всегда казалось, что они заходят и стараются за короткое время вынести всё самое ценное, а тут... все как-то странно. вообще, ему бы стоило побояться выходить из ванной. если этот человек нацелен недобро, то у него точно есть оружие, – нож или пистолет, – а если николас попытается драться, то есть шанс, что вместе с украшениями и деньгами злосчастный вор украдёт у него самое главное – жизнь. и вот её он уже не сможет вернуть, даже если вызовут полицию и заставят сознаться. ван сглотнул, высовываясь из ванной и находя на стене выключатель, тут же нажал на него, а коридор озарился ярким светом, задевая и гостиную, где стояла та самая елка. николас вышел уверенно, шагал, сжимая ножницы в кулаке. и замер в проходе, когда видит около ёлки невысокого парня в разноцветном, зелено-красном наряде, шортах, полосатых колготках, каких-то смешных ботинках и – самое главное – с колпаком на голове. подобным, что видел николас тогда в чужом окне, подумав, что это чей-то брат. ван сжал губы в полоску, видя под зелёными ветвями на полу стоящие три небольшие коробки, обёрнутые в цветастую бумагу. он нахмурился, эмоции на лице стремительно сменялись одна за другой, пока наконец он не встретился с испуганными глазами человека напротив него. а после резко включил свет в гостиной. – ты вообще кто такой? – собственный грубый голос на мгновение показался николасу чужим. незнакомец выпрямился и оказался не выше той же самой ёлки и похоже, даже ниже самого вана, в этом нелепом новогоднем наряде. – я... – человек замялся. его тонкие пальчики с покрасневшими от холода костяшками коснулись вытянутых эльфийских ушей. на этот раз исян удивлённо выпучил глаза. – это что, маскарад какой-то? как ты попал в квартиру? – не сдавался ван. – через окно... – незнакомец звучал смущённо-испуганно, но ни в его тоне, ни в глазах, не было ни капли настоящего стыда. он будто пытался сделать как лучше, но в чем-то ошибся и сильно-сильно расстроился, что ван поймал его с поличным. но разве он не должен наказать вора? – ты воришка? выворачивай карманы, – николас упёрся руками в бока. – не буду, – буркнул незнакомец. – я сейчас позвоню куда надо и тебя заберут, клоун, показывай карманы. – голос стал строже и жёстче. ван подошёл ближе, решительно, с уверенностью, видя как незнакомец запятился, упираясь спиной в большую ёлку. николас почти прижал бедного парня к ней, нависая сверху. юноше просто пришлось подчиниться: он потянул руки к карманам своих шорт и вытащил горсть разноцветных леденцов, и те повалились из его ладони на пол. он вытянул внутренность кармана, вытряхнул конфеты, а после сделал точно то же самое со вторым карманом, только оттуда валятся не обычные маленькие леденцы, а красно-белые трости. ван удивлённо вздохнул. – ладно... допустим. но что ты делаешь в моей квартире? – смирение с ситуацией пришло неестественно быстро. ему стоило поскорее выставить незнакомца за дверь, разложить еду, включить телевизор и найти игру. он только тянул время своим бессмысленным присутствием, не уточняя, зачем пришёл, как вообще попал в его квартиру и похоже, даже не собирался ничего красть, только вот, оставил три коробки. и николас не знал, открывать их... или все таки вызвать полицию. – я разношу подарки, – уверенно ответил незнакомец. – я новогодний эльф. харуа. – харуа – твоё имя? – уточнил ван, а губы почему то дрогнули в ухмылке. – да, – с той же уверенностью заявил харуа, моргнув своими большими, яркими глазами с длинными коричневыми ресничками. его светлые волосы выглядывали из-под колпака, что ему, похоже, не по размеру. а николасу казалось, что он никогда таких милых людей в своей жизни не встречал: аккуратный нос, ровные розовые губы, милые щёчки и два передних зуба, что немного длиннее остальных и выделяются, когда парень начинал говорить. – эльф, говоришь... – ван задумчиво сделал шаг назад. он уже давно не верил ни в санта-клауса, ни в новогодних эльфов, ни в какие-либо байки о новогоднем чуде. да, ему нравятся украшения, нравится атмосфера, нравятся фильмы и мультфильмы, но чтобы всерьез воспринимать все, что показывают на экране – только в детстве. – я ведь уже взрослый, зачем мне подарки от санты? – взрослым тоже санта дарит подарки, – беззаботно пожал плечами харуа. – знаешь, это ведь тоже не каждый год происходит, да и санта делает это в основном ну... через других людей. вот ты думаешь весь декабрь о том, что хотел бы получить на новый год, а потом неожиданно оказывается, что тебе близкий друг дарит именно то, что ты и хотел, а если друга нет, то получается так, что в магазине осталась та вещь в единственном экземпляре, и у тебя как раз хватает на неё денег. понимаешь? чудо не всегда заметно для глаз. – тогда почему ты здесь? с коробками, – николас кивнул на подарки под ёлкой. губы парнишки растянулись в весёлой улыбке. – я знаю всех выросших детишек, кто регулярно писал письма санта-клаусу. – от слов парня у вана перехватило дыхание. – и, вэно, я просто не мог пройти мимо твоего дома. но ты так вырос и стал таким красивым, поэтому тебе три подарка вместо одного. – по-моему, это называется не щедрость. – а как? – харуа удивлённо хлопнул глазами. николас усмехнулся. – флирт. – и пожал плечами, отвернувшись, чтобы найти пульт и включить телевизор, пока не стало поздно, и он не пропустил куранты. – я не знаю что такое флирт, – харуа подал голос из-за спины.– это хорошо? – это очень хорошо, – рассмеялся николас и включил новостной телеканал, убавив звук, чтобы не мешать. до сих пор не верилось, что в его квартире был самый настоящий эльф. конечно, это все могла быть заранее заученная сценка и парень все-таки стащил у него деньги или дорогие украшения, а сейчас просто выделывается, думая, что николас беспрекословно поверит в его придуманную чушь но... «вэно». и письма. откуда он о них знает? – исян, я хочу сказать что я никогда не видел детей, которые так смешно писали письма. – парень тихо рассмеялся. помпоны на его обуви зазвенели, едва он сделал несколько шагов от ёлки в сторону телевизора. николас фыркнул на замечание эльфа. – я хотя бы пытался писать, – в свое оправдание буркнул николас. – я верил, что лучше будет, если я напишу пожелание сам, а не буду диктовать маме. иначе она неправильно донесёт моё желание санте. – настолько ты не любишь свою маму! – громко фыркнул харуа, но следом заливисто рассмеялся. присутствие харуа в квартире ощущалось как-то странно. от него пахло слишком сладко – теми леденцами, которые он вывалил из карманов на пол. его длинные эльфийские уши дёргались сначала от страха, а сейчас от смеха, и николасу хотелось к ним прикоснуться. прощупать кожу, хрящи, понять, настоящие ли они вообще или это лишь реалистичный грим. или он, может быть, упал ещё на улице в обморок и сейчас видит галлюцинации от холода? нет, точно нет. иначе бы не было так тепло... иначе не было бы так больно пальцам. – слушай, умник, тебе нужно идти дальше подарки развозить, если ты конечно не вор. – николас махнул руками в сторону закрытого окна, через которое харуа попал в его квартиру. – выгоняешь меня, – эльф обиженно надул губы. – на самом деле... ты был последним. все остальные уже получили свои подарки. николас нахмурился, но отвечать не спешил. неизвестно, врал ли эльф или говорил правду, может, он и не эльф вовсе, а просто какой то придурок с шизофренией, что придумал себе то, что он эльф и работает на санту но, почему-то, вану было все равно. он пошёл на кухню, слыша, как харуа следует по пятам за ним со звоном. николас раскрыл салаты, притащил их на небольшой столик у телевизора, расставил, поставил газировку, мандарины, немного фастфуда и садится на диван, когда на экране появилось поздравление президента. харуа сел рядом с ним. – а он тоже получил подарок, – шёпотом оповестил парень. николас усмехнулся. – и какой же? – уточнил он из интереса. – целый набор книг по гарри поттеру, – чужой голос стал ещё тише. а ван не выдержал, заливаясь громким смехом. на душе тепло и уютно. и гирлянда, протянутая по телевизору, грела душу, мягкий диван влёк к себе, салаты пахли необычайно вкусно, как и свежие мандарины. как и парень, от которого все ярче и ярче пахло конфетами и чем-то совсем приторно сладким, будто сахарной ватой. холодная щека эльфа коснулась его плеча и тот прижался к николасу, как будто к плюшевой игрушке. николас закрывает глаза. весь тот год прошёл незабываемо. были взлёты и падения, плохие времена и хорошие. ван верил, что всё, что было в году, это лишь бесценный опыт, который научил его быть сильнее. научил справляться с трудностями, научил радоваться мелочам, научил ценить людей и ценить каждое мгновение, проведённое с ними. если бы он только мог, он бы сделал ещё множество всего в этом году, но время подходило к концу. всё старое останется в старом году, а всё новое будет в новом. и николас прижался щекой к мягкому колпаку на макушке загадочного парня, чувствуя как теплеет от робких прикосновений. – я горжусь тобой, вэно, – нежный голос окутал теплом. николас сам не заметил, как начал улыбаться. их лица оказываются напротив друг друга, когда вдруг пробивают последние куранты. из динамиков телевизора взорвался гимн, в соседних квартирах тут же слышен крик счастливое «с новым годом», а за окном сияют разноцветные фейерверки. – спасибо, – одними губами сказал николас, сжав в большой ладони маленькую прохладную ручку харуа. – встретимся в следующую новогоднюю ночь, – прохладные губы быстро оставили поцелуй на его щеке. эльф вывернулся из его прикосновений и подошел к окну, открыв его нараспашку, высунув ноги за оконные рамы. николас поклялся, что в тот день слышал звон десятка маленьких колокольчиков на поводьях, а за окном на мгновение мелькнули новогодние сани, уносящие вдаль неожиданно настоящее новогоднее чудо.