Safe Space

      Джош медленно опускается на кровать, устраивая голову на своей подушке. Перед глазами только затылок Тайлера, но Джош знает, что тот не спит.        — Тайлер?        Вместо ответа слышит, как тот проводит ногой по простыне и втягивает носом воздух.        Джош понятия не имеет, что сказать. Просто проверяет его каждую ночь, перед тем как самому уйти спать в соседнюю комнату. Гостевую спальню — они договорились, что Джош временно будет ночевать там.         — Я даже не помню, когда мы в последний раз разговаривали по-настоящему.       — Прости, — тихо бормочет Тайлер.       Комнату освещает синий, мигающий огонек роутера. Это холодное свечение заставляет душу Джоша сжиматься каждый раз, когда он заходит в спальню перед сном.       Он правда не помнит, когда они в последний раз по-настоящему разговаривали. Доброе утро — кивок и тяжелый взгляд из-под густых ресниц. Спокойной ночи — тихий согласный выдох из-под одеяла.       Иногда Джошу даже кажется, что проблема в нем, но Тайлер отрицательно мотает головой и отмахивается.        У Тайлера поистине дрянной распорядок. Завтрак в три часа дня — если Джош напомнит ему поесть; короткий бытовой разговор — где мои тетради? ты не видел мой плед? — Тайлер рассеянный, теряет вещи, оставляет их где попало. Засыпает на диване поздним вечером, мешает день с ночью.        Иногда случаются проблески, и Тайлер приходит к Джошу с ноутбуком и непоколебимым настроем посмотреть фильм, который он недавно нашел. И он даже изредка хихикает и комментирует происходящее на небольшом экране в своей обычной манере. Джошу кажется, что вот оно, вот сейчас, очень скоро, после этого фильма, наступит облегчение и всё вернется на круги своя. Но потом Тайлер закрывает ноутбук и уходит к себе в спальню, заранее желая доброй ночи. Ворочается в кровати пару часов, а потом до утра сидит на кухне с кружкой чая, потирая висок.       Джош понимает, что у Тайлера был безумный год. Похороны дедушки и невозможность подобрать достойные слова, чтобы написать об этом песню — он перевел кучу бумаги, тысячу раз стирал заметки и начинал заново.        Но он не уделял много времени на написание мелодии — она появилось легко и быстро, всего пару дней за роялем.       Джош помнит, как грузчики расцарапали весь паркет, когда затаскивали его в гостиную, и он злился одновременно и на чужую неосторожность, и на Тайлера — иррационально, за то, что он не выбрал инструмент покомпактнее.        Теперь, изредка видя, как Тайлер сидит за роялем, он думает, какая же эта мелочь. Поцарапанный паркет. Если Джош слышит, как из гостиной льется музыка, он знает, что в этот день Тайлер добрался до своего инструмента сквозь тернии. Это меняет его привычный нездоровый распорядок, даже если он не задерживается за клавишами больше получаса.        Он провёл все эти месяцы словно в капсуле, в своей болезненной, но безопасной рутине, в маленьком пространстве спальни. Абсолютно подавленный тем, что кончик ручки застывал над листом каждый раз, когда он пытался написать хоть что-то.       Джош проводит рукой по простыни — в том небольшом промежутке между ним и Тайлером.       — Я прочитал, что сейчас отличный месяц, чтобы увидеть Млечный Путь на небе, — неуверенно начинает Джош, боясь потревожить тишину, которую Тайлер так трепетно оберегает в последнее время.       Джош уже научился оценивать его состояние по степени вовлеченности в разговор. Он знает, что Тайлеру не до Млечного Пути, не до болтовни о бесконечности вселенной и не до подсчета звезд — он хочет предложить ему молчаливое наблюдение, ни к чему не обязывающее. Хотя бы попробовать.       — И я подумал, что мы могли бы… —Джош прерывается, когда слышит тяжелый вздох рядом. Моргает пару раз и быстро, привычно сдается. — Ладно, забудь.        Медленно поднимается с кровати, поморщившись, будто его ударили под дых. Он не питал особых надежд, просто попытался снова.        — Спокойной ночи, — желает напоследок, прежде чем шагнуть к двери.       — Эй.       Дыхание застревает в горле. Может, Джош не зря старается. Может, это правда помогает, но Тайлер никогда не давал ему обратной связи. Он замирает и оборачивается к кровати — из синего кокона одеяла виднеется взъерошенная макушка.       — Что ты хотел сказать?        — Эм… — Джош даже теряется на мгновение, — я подумал, что мы могли бы выйти во двор и посмотреть, что происходит на небе.        Тайлер начинает вяло выпутываться из одеяла, спускает ноги с кровати, понурив голову.       — Мне нужно одеться.        Джош кивает и кусает губу. Чувствует себя так виновато, будто заставляет больного выйти на пробежку. И всё-таки молчит, не пускается в это «ты можешь этого не делать, если не хочешь». Он и так знает, что Тайлер не хочет, но его постоянное нахождение в четырех стенах не улучшает положение.        Тайлер натягивает толстовку и штаны. А Джош уже начинает нервничать, что ни черта они не увидят на небе, если его затянуло тучами. И вылазка во двор закончится разочарованием.       Он выходит на веранду первый и придерживает дверь, дожидаясь Тайлера. Ночь холоднее, чем Джош думал, и по его спине бегут мурашки.        Уличная деревянная скамейка — Тайлер устраивается посередине и съезжает по спинке, вытягивает ноги. Джош садится рядом и поднимает голову.       Наблюдать за звездами из города — не самая хорошая идея. Джош дает глазам привыкнуть к темноте и светлые крапинки на небе начинают проявляться крупными скоплениями. Облаков нет. Тайлер тоже смотрит вверх и терпеливо втягивает носом воздух.       Это так банально и скучно — наблюдать за звездами, потому что перед глазами почти ничего не происходит. Но на небе всегда что-то меняется, если быть внимательнее: одна звезда светит ярче, другая — крупнее и мерцает. Метеоры рассекают черноту.        Джош кладет руку на спинку скамейки позади Тайлера, чтобы тот смог удобно опустить на нее голову.        Тишина такая плотная и напряженная, что Джош начинает тревожно разглядывать небо, чтобы найти, за что зацепиться.        — Видишь ту яркую, чуть желтоватую? Над крышей гаража? — Джош неуверенно указывает пальцем. — Это, скорее всего, Арктур. Он... он уже старый. Красный гигант. И свет от него летел до нас почти сорок лет. Мы видим его сейчас таким, каким он был... когда мы с тобой только родились. А возможно, он уже даже изменился или умер, но мы узнаем об этом только через десятилетия.       Джош не знает, зачем рассказывает об этом Тайлеру, и роняет руку обратно на свое колено.        — Сорок лет… Долгий путь, — тихо отвечает Тайлер.        Джош сжимает переносицу пальцами и жмурится — возможно, ему не стоило. Он чувствует себя ужасно глупо. Затылок Тайлера давит на его руку, и от его головы будто исходит вибрация. Джош знает о его головной боли.       — Ладно, теперь мне неловко, что я плохо во всем этом разбираюсь, — Тайлер немного приподнимается, — я не знал, как называется эта звезда.       — Я тоже. Прочитал в Инстаграме NASA.       Джош даже не уверен в том, что он пересказал всё достоверно. И он тоже ни черта не разбирается в этой теме. Он просто пытается развлечь Тайлера, как маленького ребенка, в надежде, что тот наконец радостно захлопает в ладоши.        Джош ищет на небе знакомые созвездия от скуки. Через пару минут задумчивого молчания Тайлер хмыкает и поворачивает к нему голову.       — Так мило, что ты читаешь посты NASA.       Джош, застигнутый врасплох, неловко улыбается.       — Да. Иногда я даже лайкаю их.        Тайлер с тихим смешком возвращает взгляд к небу.        — Я настолько беспомощен в этой теме, что даже не смогу соединить точки в известные всем созвездия, — шепчет он с досадой.       Джошу хочется обнять его.       — То же самое, — он врет, — на практике всё оказывается куда сложнее… — Джош прерывается на полуслове, заметив рассекший небо световой след. — Ты видел?        Он поворачивает голову к Тайлеру с надеждой.       — Что?        — Метеор!        Тайлер округляет глаза и снова устремляет их вверх запоздало.        — Черт, нет, я не заметил.        Джош поджимает губы и набирает в легкие воздуха.        — Ничего страшного, будет еще.        Он обещает Тайлеру то, на что не может повлиять. Дурацкая привычка. На небе ничего не происходит еще какое-то время, как бы они оба ни вглядывались, звезды не соскальзывают с ночного полотна.       — Знаешь, о чем я мечтал в детстве? — отвлеченно начинает Тайлер, и Джош со всем вниманием поворачивается к нему. — Об этих тупых светящихся в темноте звездах, которые клеили на потолок и стены. Типа, у моего одноклассника были такие в комнате, и я просил маму купить мне их тоже. Думаю, в темноте это выглядело круто.       Джош наблюдает за тем, как глаза Тайлера медленно скользят слева-направо по небу.       — Так она купила их?        — Метеор, — Тайлер быстро указывает пальцем на мелькнувший след и продолжает, — не, она где-то вычитала, что они из фосфора, и это может быть вредно.        Джош знает, что утром он поедет в Волмарт и купит эти дурацкие люминесцентные звезды. Абсолютно безопасные. Такие же, какими они были тридцать лет назад.        — Это ведь продлится еще несколько недель? Млечный Путь и всё такое… — Тайлер подтягивается на скамейке, и Джош обнимает его за плечо освободившейся рукой.       — Да, — Джош рассматривает его лицо в полумраке, — тебе понравилось?       Тайлер кивает задумчиво.        — Мне понравилось то, что ты рассказал.         — Эм… — Джош проводит ладонью по плечу Тайлера, не до конца уверенный в своем следующем предложении. — За звездами лучше всего наблюдать за пределами города.        — Я знаю.        — Мы могли бы…        — Да, думаю, мы могли бы это сделать, — Тайлер соглашается, даже не дослушав.       — В следующий раз.       — Да. Ты будешь за рулём.        Тихо хихикнув, Джош кивает. Он не возлагал больших надежд на этот разговор — их коммуникация до сих пор кажется поломанной, обрывистой и нескладной. Будто у Тайлера есть лимит на количество слов, и ему нужно договориться обо всем побыстрее, пока он не исчерпал его.        Джош зовёт его в дом. Он не зря читает посты NASA, не зря проявляет больше инициативы, чем привык, хоть это и кажется нелепым. Его предложение выехать ночью загород потворствует дерьмовому распорядку дня Тайлера. Оно очень тупое. Но он надеется, что таким образом сможет напомнить ему, что там, снаружи, не опасно, и ему нужно выбираться куда-то.       Джош застывает у спальни Тайлера, собираясь пожелать доброй ночи и по привычке вернуться в свою комнату.        — Ты можешь остаться, если хочешь, — Тайлер кивает на дверь.       Прошло почти четыре месяца с того момента, как Тайлер решил, что ему нужно место, которое будет только в его распоряжении всё время. Он перенес туда много вещей: синтезатор, чтобы клавиши всегда были на расстоянии вытянутой руки; журнальный столик из гостиной, потому что заставил все прикроватные тумбочки пустыми чашками и всякой другой мелочью. Еще он привез что-то в коробках из родительского дома — Джош не спрашивал.       Он молча проходит в спальню первым. С грустным трепетом оглядывает не заправленную кровать и сбитое комом одеяло.        — Наверное, я буду мешать тебе спать, потому что ворочаюсь как на адских углях, — Тайлер со смешком забирается в самый центр этого постельного хаоса.       Остаться с ним на ночь означает обречь себя на бессонницу — Джош уже знает. Те несколько раз, когда он ночевал на соседней подушке, — Джош пожалел о них, потому что не смог сомкнуть глаз из-за постоянных хождений из комнаты в гостиную или кухню. И теперь он не уверен, как вести себя здесь, где у них с Тайлером не совпадает расписание.       — Что в коробках, Тайлер? — Джош спрашивает бездумно, решив, что прошло достаточно времени, чтобы этот вопрос не ранил, и опускается на кровать, подтягивая подушку себе под голову.        Тайлер отмахивается.       — Кое-какие вещи. Я знаю, что превратил нашу спальню в кладовку, но я скоро уберу всё отсюда.        Джош молча натягивает одеяло по плечи и поворачивается лицом к Тайлеру. Маленькая лампочка роутера вместо ночника окрашивает всё в мигающий синий — Джош никогда не обращал на это особого внимания, но за последнее время она стала наводить ужасную тоску.        Тайлер прикрывает глаза насильно и медленно набирает в легкие воздуха.        — Даже не представляю, как ты это терпишь, — бормочет он. — Я же просто выжил тебя из этой комнаты и притащил сюда всякий хлам.        — Я верю, что ты уберешься здесь, — Джош улыбается и засовывает руку под подушку.        Тайлер открывает глаза и сжимает губы, придерживая свою улыбку.        — Ты всё еще веришь моим словам. С ума сойти, — он выдыхает со смешком.       — Да.       Джош верит в то, что это когда-нибудь закончится и Тайлер сдержит свои обещания, даже если сейчас откладывает всё в дальний ящик. Он прячет улыбку за зевком. Тайлер поправляет одеяло и со вздохом отворачивается к стенке. Джош пялится в синий высокий потолок еще с минуту, боковым зрением замечая, как Тайлер царапает ногтем стену недолго и прячет руку обратно под одеяло.        Стоит только сонливо прикрыть глаза под тяжестью век и потерять ощущение кровати под собой, как Джош тревожно пробуждается. Тайлер старается вести себя тихо, когда выходит из комнаты. Это само собой разумеющееся — он вернется через пару часов или заснет на диване. Джош со вздохом переворачивается набок и проводит ладонью по еще теплой простыне. Заставляет себя заснуть под удаленный звук кипящего на кухне чайника.       Когда Джош спит в гостевой спальне, то его слепит взошедшее солнце, как только он открывает глаза. У Тайлера — плотно задернуты шторы, поэтому ощущение утра стирается. Вместо солнечных лучей здесь все тот же искусственный мигающий синий. Дурацкий техногенный шум вместо парящих на свету пылинок.       С утра Джош едет в Волмарт, тихо улизнув из спальни — Тайлер всё-таки вернулся после своих ночных посиделок на кухне.        Чувствует себя немного глупо, когда ищет люминесцентные звезды в отделе с товарами для детей. Но находит их в другом — рядом с ночниками и товарами для сна. Там же стоит стенд с открытками на любой случай. «Ты создан из звезд» — бросается Джошу в глаза, и он еще с минуту крутит карточку в руках. Цокает языком раздраженно за свою банальность и сентиментальность, но все равно покупает.       Когда возвращается домой, Тайлер все еще спит, поэтому Джош старается вести себя тише: откладывает уборку и мытье посуды на потом, надевает наушники. Только быстро разбирает пакет с покупками, зеленые фигурные пластмасски и открытку оставляет на кухонном столе.        Джош пропускает мимо ушей половину фильма, который заставил себя смотреть, чтобы убить время. Когда Тайлер не бодрствует где-то в доме, Джош скучает по нему. Он вытаскивает один наушник и убавляет звук, чтобы слышать, как к полудню Тайлер медленно начинает свою рутину: щелчок двери, звук льющейся воды в ванной, шаги и стук кухонных шкафчиков.        Тайлер появляется в спальне с шуршащим пакетиком в одной руке и открыткой во второй. На лице изумленная улыбка вместо слов.       Джош щелкает по клавиатуре и ставит фильм на паузу.       — Я был в Волмарте утром.       — Ты купил это в Волмарте? — Тайлер спрашивает об этом так, будто Волмарт — это не то место, где можно найти всё что угодно.       — Да.       Тайлер начинает смущенно хихикать.        — И что мне делать с этим? — он смотрит на Джоша с искренним удивлением и задорной улыбкой.       Просто какие-то вредные звездочки из фосфора и открытка с избитой цитатой. Джош не помнит, когда в последний раз Тайлер был настолько очарован какой-нибудь мелочью.        — Я не знаю? — Джош пожимает плечами. — Всё что захочешь.       Тайлер, с умилением поджав губы, забирается на кровать и устраивается рядом. Джош оглядывает его лицо: по скулам ходят желваки, и Тайлер показывает ему открытку вблизи.       — «Ты создан из звезд»? Ты не можешь быть таким милым, — с наигранным осуждением говорит Тайлер. — Прекрати. Это нелепо.       Джош смеется, не выдержав его пытливой манеры. Тайлер кладет руку поперек его живота и сжимает футболку в ладони.        — Я просто увидел эту открытку и подумал, что… Это будет в тему, — оправдательно отвечает Джош, облизывает и кусает губы, скрывая довольную улыбку. — Я даже не подписал ее.       Тайлер слушает и осматривает его лицо вдохновенно. Джош бы даже назвал этот взгляд вязким, как мед, до неловкости выдающий всё наружу.       Джош не успевает обнять его, потому что Тайлер прижимается губами к его плечу. Где-то между ними шуршит пакет со звездами, дыхание Тайлера обжигает кожу сквозь футболку.        Джош поджимает губы и гладит его по руке.       — Ты хорошо пахнешь, — бормочет Тайлер, потираясь щекой о ткань. Джош неопределенно качает головой.         — Наверное, новый кондиционер для белья. Тебе нравится?        — Нет, — отвлеченно говорит Тайлер, — то есть… Нет, я не про кондиционер.       Джош в смятении хмурится и не находит, что ответить. Так случается чаще, чем ему хотелось бы. Но он все еще способен понимать его с полуслова. Иногда. Тайлер лениво подтягивается повыше и упирается подбородком в плечо.       — Прости, в последнее время на моей голове будто была картонная коробка. И сколько бы я не вертел ей, не мог увидеть ничего вокруг.       Джош грустно улыбается: наверняка «картонная коробка» — это достаточно точное описание того, что Тайлер чувствует. Он всегда был хорош в метафорах.        — Но… вот это, — Тайлер снова поднимает открытку перед лицом Джоша и начинает хихикать, — это, типа, инструкция по сборке, которую я потерял. Спасибо за напоминание, что материал, из которого я сделан, неплохой.       И у него всегда было чувство юмора, да. Быстро поцеловав Тайлера в лоб, Джош спрашивает:       — Ты всё еще хочешь выехать за город ночью?        И с опаской ищет в чужих глазах сомнения. Но Тайлер кивает, отложив карточку позади себя.        — Да. Завтра ночью.        — Хорошо.       Тайлер рисует пальцами круги по груди Джоша, раскручивая внутри что-то невесомое и теплое.        — А в воскресенье утром я пойду в церковь, — он вздыхает, опустив взгляд на свою руку.        Джош смотрит на его опущенные ресницы всё время, пока Тайлер медленно не поднимает к нему глаза, усталые, но ясные.       — Мне нравится слушать о твоих планах, — Джош сдержанно обрисовывает свой восторг от услышанного. И думает иронично — неужели эта дурацкая открытка или те светящиеся звезды? Неужели они?        — А потом мы бы могли сходить в кофейню.       — Круто, — Джош соглашается с энтузиазмом.       — Это не свидание, — на лице Тайлера растягивается нетерпеливая улыбка.       — Боже, — Джош качает головой, рассмеявшись. Ему хочется до боли сжать Тайлера в объятиях, потому что он ведет себя невыносимо привычно. И говорит он всякие глупости как обычно, и прижимается губами к щеке Джоша в своей дурацкой манере.       — Это слишком мало для свидания, согласись, — шепчет Тайлер, щекоча дыханием кожу.        Джош чувствует, как его сердце начинает стучать медленнее.        — Значит, продолжай строить планы, — он поворачивает голову к Тайлеру, и ему приходится скосить глаза, потому что чужое лицо оказывается слишком близко.        Тайлер едва заметно кивает. На секунду его пальцы перестают водить круги по груди Джоша и замирают, словно прислушиваясь к чему-то внутри. Он поворачивает голову к ноутбуку неподалеку, экран которого уже потух.       — И что ты смотрел?        — М? — Джош замирает, не сразу сообразив, что Тайлер говорит про фильм.       — В наушниках. Когда я пришел.        — Просто какой-то сериал с главной страницы Нетфликса. Ничего особенного… — Джош щелкает тачпад и экран загорается. Он правда не искал ничего конкретного, ему просто нужен был фон, чтобы какое-то время не чувствовать себя бесполезным.       — Люблю «просто какие-то сериалы с главной страницы Нетфликса», — Тайлер хмыкает и устраивает голову на плече Джоша поудобнее, чтобы видеть экран.        — Поставить заново?        — Не надо.        Джош снова нажимает пробел. Картинка оживает. Два незнакомых актёра в кафе спорят о чём-то неважном под фоновую джазовую музыку. Он так мало следил за сюжетом, что теперь сам не понимает, кто эти люди и почему они ругаются. Но это неважно.       Важнее — тяжесть на его плече. Ровное, спокойное дыхание, которое вибрирует где-то у него под ключицей. Тепло, которое медленно растекается от того места, где Тайлер прижимается к нему боком, сквозь футболку и кожу, прямо внутрь, согревая что-то холодное и сжавшееся в груди за эти месяцы.        Джош не знает, надолго ли это. Может, завтрашний день начнется с задернутых штор, избегающего взгляда и отложенных планов, а ночь будет непроглядной, с затянутым облаками небом.       Но сейчас в его спальне светло, и солнце греет стены. Нет раздражающего синего огонька роутера, а звезды прямо на кровати — аккуратно сложены в небольшом прозрачном пакетике.