Любовь, алкоголь и приближающийся Новый год.

Зима вступила в свои права: холод щипал щёки, в воздухе медленно кружились снежинки, оседая на крышах домов и плечах прохожих. Город был украшен к Новому году — в окнах мерцали гирлянды, витрины сияли огнями, а наряженные ёлки создавали ощущение уюта и праздника. Где-то за этими огнями люди собирались в кругу семьи, смеялись, строили планы и ждали чуда. На улице уже стояла ночь. Потоки людей спешили по своим делам, машины одна за другой скользили по заснеженным дорогам, освещая путь фарами. В этом движении, шуме и свете город жил своей привычной предновогодней жизнью. Среди прохожих шла девушка с короткими белоснежными волосами. Она двигалась вперёд спокойно и уверенно, её шаги тихо скрипели по свежему снегу. Она ловко обходила людей, словно не желая нарушать ни их маршрут, ни собственные мысли. Сейчас её путь лежал к бару — нужно было купить бутылку шампанского, чтобы отметить Новый год, который наступит уже через несколько дней. Праздновать она собиралась одна. Друзей у неё не было, как и парня. Родителей тревожить не хотелось — да и ехать так далеко не тянуло. В этой тишине одиночества не было боли, лишь спокойное принятие. Возможно, именно так — без лишнего шума и ожиданий — этот Новый год и должен был начаться. Хотя нет, всё же один друг у неё был. Вернее — одна подруга. Рыжеволосая девчонка по имени Алёнка. Они познакомились ещё в младших классах и шли рядом почти до самого девятого. Тогда казалось, что их дружба — навсегда. Они были из тех, кто всегда держится вместе: поддерживали друг друга, делились секретами, вместе смеялись и грустили. Играли в игры, часами гуляли на улице, помогали друг другу с уроками и любыми мелочами, которые в детстве казались важными и большими. Алёнка всегда умела поднять настроение, а она — выслушать и понять. Они дополняли друг друга, не задавая лишних вопросов. Но после девятого класса их пути разошлись. Сначала — незаметно, потом всё дальше и дальше. Сейчас они больше не поддерживали общение: не звонили, не писали, даже редкие смайлики не появлялись в чате. Связь оборвалась тихо, без ссор и прощаний, словно её просто занесло снегом, как старую тропинку, по которой когда-то часто ходили вдвоём. Иногда она вспоминала Алёнку — не с тоской, а с тёплой грустью. Воспоминания были живыми, настоящими, но принадлежали прошлому, которое уже не вернуть. Сейчас блондинка подошла к бару и остановилась. На мгновение она подняла взгляд на вывеску, подсвеченную тёплым светом, затем — выше, к тёмному небу, усыпанному звёздами. Снег тихо падал, словно приглушая звуки города. После короткой паузы она всё же толкнула дверь и вошла внутрь, чтобы приобрести то, за чем пришла. Зайдя в помещение, девушка направилась прямо к барной стойке. Внутри царила тёплая и приятная атмосфера: мягкий свет, запах дерева и алкоголя, негромкая песня, доносившаяся из колонок, создавали ощущение уюта и временного убежища от зимнего холода. — Вам что-нибудь нужно? — спросил бармен, не поднимая глаз и продолжая протирать бокал. — Да, — ответила блондинка, — мне бы шампанское. Бармен наконец взглянул на неё. — Для Нового года? — с лёгкой улыбкой уточнил он. — Именно для него, — спокойно ответила она. Он закончил натирать бокал, аккуратно убрал его в сторону и кивнул. — Ожидайте, — сказал бармен и скрылся за полками. Морозова присела на высокий крутящийся стульчик без спинки. Она слегка покачнулась, устраиваясь поудобнее, и начала ждать, вслушиваясь в музыку и приглушённый гул голосов, позволяя мыслям ненадолго раствориться в этом тепле. Она решила занять себя телефоном, лениво пролистывая короткие видео из тиктока и одновременно наслаждаясь атмосферой бара. Музыка, тёплый свет и приглушённые голоса создавали ощущение уюта, словно мир за стенами на время перестал существовать. Мысли сами собой вернулись к предстоящему Новому году. Как она его отпразднует? Впрочем, ответ был очевиден. Всё будет как обычно: закуски, одно привычное блюдо, которое она готовила из года в год, шампанское, поздравление президента — и тишина. Морозова никогда не жаловалась на такую жизнь. За последнее время она привыкла быть одна, привыкла к одиночеству и даже научилась находить в нём покой. Но, несмотря на это, тоска всё равно подкрадывалась незаметно. В отдельные моменты она чувствовала, как становится особенно грустно, без явной причины. Из раздумий её вырвал внезапный звук — кто-то начал петь. Голос был женским, пьяным и громким, выбивающимся из общей мелодии бара. Блондинка вздрогнула и подняла взгляд. Ей стало любопытно, кто именно устроил этот импровизированный концерт. Она повернула голову в сторону звука и увидела девушку, сидящую за столиком. Перед ней стояла бутылка вина и бокал, уже наполовину наполненный тёмным напитком. Но внимание Морозовой приковала не выпивка — она смотрела лишь на лицо незнакомки. У девушки были рыжие волосы, собранные в два коротких хвостика. Карие глаза блестели, а на лице отчётливо читалось опьянение — впрочем, это совсем не удивляло. В какой-то момент, разглядывая её, Морозову накрыло странное ощущение: будто она уже видела эту девушку раньше. Но где и когда — вспомнить сразу не получалось. — Ваше шампанское, — отозвался внезапно появившийся бармен, протягивая пакет с бутылкой внутри. Морозова вздрогнула от неожиданности, быстро вернулась в реальность и взяла пакет. — Спасибо, — тихо сказала блондинка и расплатилась. Она встала со стула, собираясь уйти, но взгляд снова сам собой вернулся к рыжеволосой девушке за столиком. Сердце чуть ускорило ритм. После короткого колебания Морозова приняла решение подойти к ней. Внутреннее чувство подсказывало, что она уже знает, кто это. Или, по крайней мере, очень скоро узнает. Сделав несколько шагов, блондинка присела рядом с девушкой. Она снова внимательно рассматривала её, одновременно вслушиваясь в голос, стараясь уловить знакомые интонации. Тем временем та что-то напевала себе под нос, наливая в бокал очередную порцию вина. Поставив бутылку на стол, она залпом осушила бокал, даже не поморщившись. После этого рыжеволосая девушка повернула голову в сторону блондинки, оперлась рукой о стол, словно подставляя её под щёку, и продолжила что-то тихо напевать — уже почти несвязно, но удивительно тепло. Морозова вслушивалась в этот пьяный, неровный голос. С каждой секундой внутри разливалось странное, тёплое чувство. Оно было знакомым, почти забытым. И в этот момент до неё наконец дошло — она поняла, кто сидит рядом с ней. Осознание накрыло мягко, но сильно, будто воспоминания внезапно вернулись из-под слоя времени. Это была она. Та самая. — Алёнка, — тихо отозвалась Морозова, произнося её имя почти шёпотом. Но девушка никак не отреагировала. Она лишь прикрыла глаза и продолжила что-то напевать уже едва слышно. Тогда блондинка осторожно, почти невесомо, потрясла рыжеволосую за плечо. Та что-то недовольно пробурчала, медленно приподняла голову и приоткрыла глаза. Её взгляд был мутным, но цепким. Она начала разглядывать Морозову снизу вверх: зимняя чёрная обувь с мехом внутри, тёмные штаны, белоснежная куртка… и, наконец, остановилась на лице. — Мы… Злат-омы? — неуверенно, запинаясь, спросила она, явно путая слова. Блондинка тихо хихикнула. Сомнений больше не оставалось — этот голос, эти интонации она узнала бы из тысячи. — Алён, это же я, Снежка, — мягко сказала она. — Твоя подруга, помнишь? Рыжеволосая ничего не ответила. Она лишь продолжала всматриваться в лицо Морозовой, словно пыталась сложить разрозненные кусочки воспоминаний воедино. После нескольких секунд пристального разглядывания рыжеволосая резко потрясла головой и хлопнула себя ладонями по щекам, словно пытаясь прийти в себя. — Мото… роза? — пробурчала она, с трудом выговаривая фамилию блондинки. Снежка лишь тепло улыбнулась и кивнула. — Да, это я, Алёночка, — мягко произнесла она. Прошло ещё несколько секунд. Рыжеволосая потёрла глаза, снова взглянула на девушку перед собой — и вдруг её накрыло осознание. Глаза широко распахнулись. — Снеж… на? — неуверенно выговорила она имя подруги. Снежка снова ответила кивком. И в следующий миг девушка пронзительно взвизгнула, привлекая внимание нескольких посетителей, после чего резко подалась вперёд и обняла её. Блондинка рассмеялась и обняла подругу в ответ, чувствуя, как внутри разливается тёплое, давно забытое чувство. — Вот это встреча… — невнятно пробормотала рыжеволосая, запинаясь на каждом слове. — Я… вообще не думала, что вот так тебя здесь увижу… Её речь путалась, но эмоции были искренними и живыми. — Я тоже рада тебя видеть, — ответила блондинка, искренне улыбнувшись. Алёнка лишь ухмыльнулась и, не особо задумываясь, налила себе в бокал последние капли из бутылки, словно даже не заметив, что та почти пуста. — Ты как… здесь вообще? — запинаясь, спросила она и, сделав небольшой глоток, протянула бокал Снежке. — Да вот, шампанское себе купила к Новому году, — ответила Морозова и мягко покачала головой. — Нет, спасибо, я не буду. Она чуть помолчала и добавила: — Кстати, с наступающим тебя. — Как скажешь… — протянула Алёнка и допила остаток вина, после чего поставила пустой бокал на стол. — Тобя, кстати… тобе с наступающим. Снежка тихо рассмеялась, не сдержавшись от забавной, искренней путаницы в речи подруги. Алёнка собралась налить себе ещё вина, но заметила, что бутылка пуста. Она обшарила карманы, но денег у неё больше не оказалось. — Лядя… — пробурчала она, вставая со стула. — Пойдём отсюда. Снежка встала и, не раздумывая, ухватилась за руку подруги, чтобы вывести её из бара. Алёнка не возражала, лишь слегка улыбнулась сквозь лёгкое опьянение. Они вышли на улицу. Холодный зимний воздух обжигал щеки, но, несмотря на это, шаги были лёгкими, а город вокруг светился гирляндами, скрипучий снег хрустел под ногами. Алёнка, слегка пошатываясь, что-то невнятно рассказывала, её слова путались и сливались в поток звуков. Снежка пыталась прислушиваться и понять, о чём говорит подруга, но из-за опьянения и скорости речи это удавалось с трудом. Тем не менее Морозова чувствовала радость от того, что они снова вместе, и каждый её шаг рядом с Алёнкой наполнял сердце теплом, которого так долго не хватало. Во время пути блондинка решилась задать подруге вопрос. — Алёночка, — тихо отозвалась Снежка, — слушай, а почему ты пила в баре? Что-то случилось, или просто так? Алёнка вдруг остановилась, и Снежка тут же сделала то же самое. Рыжеволосая посмотрела на подругу своим пьяным, немного блуждающим взглядом. Улыбка с лица исчезла. — Хех… — пьяно ухмыльнулась она, — случилось… Морозова почувствовала, как внутри сжалось сердце. — Меня бросил парень, — пробормотала Алёнка, слегка покачиваясь. Снежка быстро подставила руку, поддерживая её, чтобы не упала. Снежке стало стыдно за свой вопрос — сразу было видно, что Алёнке плохо. — Ох, Алён… — проговорила она тихо, с тревогой. Через мгновение блондинка осторожно обняла подругу, постепенно гладя её по волосам. Алёнка сначала замерла, а затем сама прижалась к Снежке, утыкаясь лицом ей в плечо. В этот момент казалось, что весь холодный зимний город исчез, оставив только тепло и близость двух старых подруг. — Ушёл какой-то… к… еб@ной… а меня бросил… — пьяно проворчала Алёнка, голос дрожал и заплетался. Снежка тем временем продолжала крепко обнимать подругу, гладя её по голове, стараясь передать хоть немного спокойствия и тепла. Спустя некоторое время Алёнка отстранилась, её взгляд был пьяным и острым одновременно. — Слушай… — начала она, едва держась на ногах, — если я сопьюсь, передай моему бывшему, чтоб тоже крякнул. Снежка замерла, ужаснувшись сказанному, но дальше её удивление только усилилось: Алёнка начала материться и ругаться на весь город, словно выплескивая всю боль наружу. — Алён, прошу, успокойся, — мягко сказала Снежка, обхватывая подругу руками. — Не губи себя из-за какого-то парня… ему же будет всё равно. Она осторожно коснулась лица подруги, удерживая её взгляд. — Просто живи дальше и не думай о нём… — добавила она, стараясь вложить в слова всю заботу и силу дружбы. Алёнка на мгновение замерла, как будто впитывая слова, а морозный зимний город вокруг стал казаться чуть тише и безопаснее, несмотря на её бурю эмоций. Рыжеволосая коснулась своего лица, словно проверяя, действительно ли она здесь и сейчас. — Ты правая… — пьяно произнесла она, с трудом выговаривая слова. — Не стоит мне так горячиться о нём… Снежка тепло улыбнулась, крепче взяла подругу за руку и повела её дальше. Они продолжили путь по ночному городу уже почти в тишине — лишь Алёнка время от времени что-то невнятно бормотала себе под нос. Снежка молча шла рядом, не отпуская её руки и аккуратно направляя вперёд. — Ладно, — вдруг проговорила Алёнка, слегка отстраняясь. — Спасибо, что проводила меня… но тут наши пути расходятся. Она сделала шаг в сторону, собираясь уйти, но Снежка мягко, но уверенно остановила её. — Постой… — отозвалась блондинка. — А тебе долго идти до дома? Алёнка посмотрела на подругу и слабо кивнула. — Тогда… — после короткой паузы продолжила Снежка, — может, остановишься у меня? Переночуешь, отоспишься, а завтра спокойно вернёшься к себе. Алёнка задумалась, всё ещё держась за её руку. Несколько секунд тянулись молча, пока она наконец не кивнула. — Хорошо, — пьяно ответила она. — И… спасибо. Снежка лишь сжала её ладонь чуть крепче. В этот момент она точно знала: этой ночью Алёнка будет не одна. Через некоторое время они добрались до остановки. Холодный воздух обжигал лицо, но ждать пришлось недолго — уже спустя пару минут показался автобус. Они вошли внутрь вместе с потоком людей. Снежка усадила подругу на свободное сиденье, а сама осталась стоять рядом, придерживаясь за поручень. Автобус тронулся, мягко покачиваясь на заснеженной дороге. В салоне было тесно — транспорт оказался почти полностью забит людьми, каждый спешил по своим делам, погружённый в собственные мысли. Снежка смотрела в окно. Мимо проплывали дома, а из тёмных окон лился тёплый свет, создавая красивые, почти сказочные картины на фоне ночного города. Эти огоньки почему-то успокаивали. Затем она перевела взгляд на подругу. Алёнка сидела, слегка наклонив голову, всё ещё пьяная, но уже спокойная. Снежка невольно улыбнулась — ей было приятно просто смотреть на неё, чувствовать, что они снова рядом, пусть и при таких странных обстоятельствах. В этот момент одиночество, которое ещё недавно казалось привычным, будто отступило, уступив место тихому теплу. До этого момента всё было спокойно. Снежка стояла рядом, держась за поручень, пока внезапно не почувствовала, как в неё кто-то тычет пальцем. Прямо в ягодицы. Она вздрогнула, внутри всё неприятно сжалось. Девушка нервно сделала небольшой шаг вперёд, надеясь, что это остановит незнакомца. Но этого не произошло — прикосновение повторилось, уже более нагло, скользяще. Блондинке стало крайне неуютно и мерзко. Её охватило чувство беспомощности: вокруг много людей, тесно, не развернуться, и приходится терпеть то, чего она совсем не хочет. Или… нет. Внезапно кто-то крепко схватил её за ладонь и резко притянул к себе. Морозова сначала испугалась, сердце ухнуло вниз, но страх исчез почти сразу, когда она поняла, кто это был. Алёнка. Рыжеволосая потянула Снежку к себе и усадила прямо на свои колени, обняв за талию и прижав к себе так, что между ними не осталось расстояния. Движение было резким, но защитным — будто инстинктивным. — Алёнка… — тихо выдохнула Снежка, но не договорила. Ответа не последовало. Алёнка уже уткнулась лбом в её плечо, явно отключившись от усталости и алкоголя. Её руки всё ещё крепко держали Снежку, словно не собираясь отпускать. Снежка замерла, а затем осторожно расслабилась, чувствуя, как напряжение постепенно уходит. Пусть положение было неожиданным и странным, но сейчас рядом с Алёнкой ей было спокойно. И безопасно. Морозова незаметно перевела взгляд на пассажиров, пытаясь понять, кто именно её трогал. Но распознать человека было невозможно — она стояла спиной, а лица вокруг сливались в одно целое. В итоге она просто отпустила эту мысль и сосредоточилась на другом: на том, что её пьяненькая подруга, сама того не осознавая, спасла её от неприятной ситуации. Через пару остановок девушки вышли из автобуса и продолжили путь пешком. Снежка шла впереди, аккуратно ведя Алёнку за руку, чтобы та не отставала и не спотыкалась на заснеженной дороге. Спустя немного она повернулась к подруге. — Спасибо… — тихо проговорила Снежка, искренне благодаря её. Алёнка подняла на неё взгляд. — За что ты мэни благодарить? — запинаясь, спросила она. Снежка слегка поёжилась, но всё же ответила: — За то, что спасла меня от домогательства… Алёнка резко остановилась. Она отстранилась от подруги и взяла её за плечи, внимательно вглядываясь в лицо. — Чеее? — вырвалось у неё. — Да тебя домогались?! Снежка неловко кивнула в подтверждение. — Надо бы… т-аказать этих ублюдков, — пьяно, но с явным возмущением сказала Алёнка. Снежка тут же мягко перехватила её руки. — Тише, Алён, всё уже хорошо, — успокаивающе сказала она. — Всё закончилось. Главное, что сейчас мы в порядке и вместе. Алёнка ещё пару секунд сердито сопела, но постепенно напряжение спало. Она снова позволила Снежке взять себя за руку, и они продолжили путь по тихому зимнему городу, где холодный воздух уже не казался таким чужим и враждебным. — Снеж… — отозвалась Алёнка. Блондинка перевела на неё взгляд. — Если так и продолжится, то тебя и вые… могут, если ты будешь продолжать ничего не делать, — пробормотала она, пусть и пьяно, но неожиданно серьёзно. Она была права. Снежка это понимала. Но дать отпор ей всегда было трудно — с самого детства она была робкой, не умела постоять за себя, не могла ответить ударом на удар, даже словом. В школе её часто оберегала Алёнка. Полная противоположность: дерзкая, смелая, шумная и весёлая. Та, кто могла без колебаний полезть в драку, даже если противник был сильнее и выше. Та, кто всегда вставала впереди, закрывая Снежку собой. — Да, понимаю… — тихо ответила Снежка, с лёгкой грустью опуская взгляд. Некоторое время они шли молча. Вскоре показалась многоэтажка — тёмная, высокая, с редкими светящимися окнами. Снежка повела подругу к нужному подъезду, уже мысленно представляя тёплую квартиру и тишину. Но Алёнка вдруг остановилась и слегка дёрнула её за руку, не давая идти дальше. — Ты чего? — спросила Снежка, переводя взгляд на подругу. Алёнка тем временем смотрела на пустую детскую площадку перед многоэтажкой, глаза её блестели даже сквозь лёгкое опьянение. — Пойдём покачаемся, — пьяно предложила она, — как в страстные добрые времена. Снежка слегка хихикнула, улыбка сама расплылась по лицу. Она кивнула, соглашаясь на предложение подруги. Они прошли к качелям, предназначенным на двоих, и сели напротив друг друга. Снежка на одном месте, Алёнка на другом. Они медленно начали раскачиваться, чувствуя лёгкое покачивание под ногами и шум зимнего ветра. Скоро радость и смех охватили их обеих. Снежка вдруг нахлынули воспоминания — как они после школы шли сюда, к этим самым качелям, смеялись и дурачились, беззаботно качаясь вместе. И сейчас, спустя столько лет, та же лёгкость и веселье вернулись, хотя мир вокруг был уже другим. Они смеялись, разговаривали тихо, обмениваясь взглядами, и в этот момент казалось, что время хоть немного остановилось, а вместе с ним вернулось и их детское счастье. После радостного момента девушки направились к подъезду, а затем начали подниматься на нужный этаж. Для Алёнки это было непросто: в пьяном состоянии она то спотыкалась, то чуть не падала, притом что тянула за собой подругу, то упиралась в стены подъезда. Снежка поддерживала её, мягко направляя и помогая сохранять равновесие. Наконец они добрались до нужного этажа. Морозова достала ключи, вставила их в замок и повернула. Дверь открылась, и блондинка впустила Алёнку внутрь, закрывая за ними дверь. Снежка аккуратно наклонилась, помогая разуть подругу, которая уселась на обувницу. Сняв с Алёнки зимнюю обувь, Морозова сняла и свою. Затем она принялась снимать с подруги куртку. Алёнка почти не сопротивлялась, лишь слегка покачивалась из-за опьянения. Морозка повесила куртку на крючок, после чего начала снимать с себя собственную, уже чувствовав тепло и уют квартиры. Комната наполнилась тихой атмосферой уюта: зимний холод остался за дверью, а внутри было тепло и спокойно, словно все тревоги внешнего мира на мгновение отступили. Из-под куртки показался свитер и большая грудь. Алёнка, всё ещё пьяная, невольно задержала взгляд на подруге и тихо хихикнула. — Знаешь… — отозвалась Алёнка, но решила сначала кое-что уточнить. Снежка перевела на неё взгляд. — А… твой парень не будет против, что ты привела в дом пьяную подругу? — с запинкой спросила она. Снежка улыбнулась и, глядя на подругу, сказала: — Вряд ли… — после чего протянула ей руку. — Ведь у меня нет парня. Алёнка взялась за ладонь подруги. — Тогда странно… — произнесла пьяная Алёнка, когда Снежка уже направлялась в зал. Снежка остановилась и посмотрела на подругу. — Что именно? — спросила она. Алёнка снова осмотрела Снежку с ног до головы. — Странно, что с такой фигурой у тебя ещё нет парня, — сказала Алёнка. Снежка слегка покраснела, не зная почему, хотя могла бы просто рассмеяться. — Оу… — тихо вырвалось у Снежки. Она опустила взгляд на свою грудь — большую и пышную, — и на мгновение растерялась. «Что она имела в виду?» — подумала Снежка, чувствуя, как лицо немного краснеет. В голове мелькнуло лёгкое замешательство, но вместе с ним — странное тепло. Снежка осторожно взяла Алёнку за руку и повела её в зал. Алёнка слегка шаталась, то и дело касаясь её руки, словно невольно ища опору. Снежка чувствовала лёгкое дрожание пальцев под своей ладонью и невольно улыбнулась. Когда они подошли к дивану, Снежка помогла Алёнке устроиться: подставила подушку под голову, поправила плед и слегка подтолкнула спину подруги, чтобы было удобнее. Алёнка тихо вздохнула, словно наслаждаясь заботой, и на мгновение их взгляды встретились. Снежка заметила, как быстро замедлилось дыхание подруги, и это заставило её сердце биться чуть быстрее. — Отдохни пока, — мягко сказала Снежка, наклонившись ближе. — Может, хочешь что-нибудь поесть? Алёнка издала протяжный звук, ясно означавший «да», и слабо улыбнулась, не отводя взгляда. Снежка легонько похлопала её по плечу, стараясь сделать это непринуждённо, но едва заметно дольше задержала руку, чем нужно. Когда Снежка направлялась на кухню, она ещё раз бросила взгляд на подругу, невольно улыбнувшись. «Пьяная, но всё равно… милая», — подумала она, чувствуя лёгкое щекотание в груди. Оказавшись на кухне, Снежка надела фартук и задумалась, что приготовить. Достала из морозилки пельмени — простое решение, но сейчас казалось идеальным. Наполнив кастрюлю водой, она добавила щепотку соли и несколько лавровых листочков. Присев на стул, она наблюдала за водой и ждала, когда она закипит. В голове снова звучали слова Алёнки. «Да, у меня действительно нет парня…» — пробежала мысль. — «И, кажется, я так и не встретила того, кто бы стал моей настоящей любовью». Снежка почувствовала лёгкое щемящее чувство в груди. Она задавалась вопросом, каким будет человек, которого она полюбит: будет ли он любить её в ответ? Или использует ради собственной выгоды? «А может, мне вообще не нужен парень…?» — пробежала следующая мысль, и она чуть вздохнула, словно проверяя себя на искренность. Её взгляд невольно скользнул по кухне, пальцы стянули фартук. «Может, мне нравятся девушки?» — подумала Снежка, и эта мысль неожиданно согрела её. Возможно, именно поэтому она всегда ощущала дискомфорт, когда парни пытались к ней прикоснуться — в школе, на работе или даже сегодня в автобусе. Если это действительно был парень… а не девушка. Вода начала тихо закипать, и лёгкий пар поднялся к носу. Снежка вдохнула, почувствовав тепло, которое как будто успокаивало тревожные мысли. Она позволила себе на мгновение закрыть глаза, погрузившись в свои размышления о себе, своих чувствах и том, что делает её счастливой. Вода закипела, и Снежка аккуратно закинула пельмени в кастрюлю. Шумное бульканье сопровождало каждый их всплеск, и она размешала воду, чтобы тесто не прилипло ко дну. Затем накрыла кастрюлю крышкой и присела на стул, наблюдая, как пар медленно поднимается и слегка щекочет нос. Она с легкой улыбкой слушала тихое бурление воды, ощущая тепло пара на лице и пальцах. Каждый раз, когда крышка слегка дрожала от пузырьков, Снежка невольно дергала её рукой — нетерпеливо, но осторожно. В ожидании, пока пельмени всплывут, мысли снова унесли её в размышления: о подруге, о своих чувствах и о том, чего она хочет на самом деле. Тёплый пар и ритмичное бульканье создавали почти успокаивающую атмосферу, позволяя Снежке погрузиться в свои собственные ощущения. Через некоторое время пельмени были готовы. Снежка аккуратно переставила кастрюлю на другую конфорку, а работающую плиту выключила. Пар ещё слегка поднимался, слегка щекоча нос, и аромат лаврового листа наполнял кухню. Она сняла крышку, взяла ложку и осторожно достала один пельмень. Осторожно подула на него, наблюдая, как лёгкая дымка поднимается с горячей начинки. Затем положила пельмень в рот и почувствовала мягкость теста и сочность начинки — он сварился идеально. Удовлетворённо Снежка опустила ложку обратно, сняла фартук и открыла дверцу шкафчика, чтобы достать тарелки. Её пальцы слегка коснулись холодной керамики, но в этот момент кто-то неожиданно мешал ей — звук или движение отвлекли Снежку, заставив слегка вздрогнуть. Блондинка хотела обернуться, но не успела. Снежка вдруг почувствовала, как сзади её обвили руками, крепко обняв за талию. — Алёнка? — тихо произнесла она, удивлённо шепча имя подруги. И это была действительно она. Рыжеволосая мягко прижала Снежку к себе, постепенно скользя руками по талии. Снежка ощущала эти прикосновения и, не в силах сдержать эмоции, постепенно краснела, смущённо опуская взгляд. Сердце забилось быстрее, и внутри возникло лёгкое, едва уловимое тепло. — Что ты делаешь… прекрати… — прохрипела Снежка, пытаясь отстранить Алёнку. Её голос был слабым, но в нём слышалось смущение и лёгкая тревога. Но Алёнка не слушала. Рука рыжеволосой скользнула к груди Снежки и ритмично сжимала её. Тепло и неожиданная близость вызвали у Снежки невольный тихий стон. Она слегка упёрлась руками о бортики раковины, чтобы удержаться, но тело реагировало само. Алёнка наклонилась ближе, провела языком по шее Снежки, и та снова не смогла сдержать стоны, чувствуя, как лёгкая дрожь пробегает по телу. — Алён… ах… прекрати… ты ведь… ах… — слова давались Снежке с трудом, срываясь на короткие прерывистые вздохи. Внутри неё бушевала смесь смущения, волнения и неожиданного возбуждения, и она не знала, как с этим справиться. Каждое прикосновение Алёнки словно отзывалось в её теле, заставляя сердце биться быстрее, а мысли путаться — разум говорил «стоп», а тело отвечало совсем другим. Пьяная Алёнка без сопротивления повернула Снежку к себе. Морозова хотела оттолкнуть подругу, но движения случились слишком быстро — и она не успела. Алёнка прижала её к себе и мягко поцеловала в губы. Глаза Снежки слегка дрожали. Внутри бушевала смесь растерянности, смущения и лёгкого ужаса. Она не знала, что делать: инстинкты подсказывали сопротивляться, но кто учил её, как себя вести в такой ситуации? Особенно когда это делает твоя собственная подруга… Мысли плутали: «Это же Алёнка… Но… Почему я не могу оттолкнуть её? Почему всё моё тело будто замерло?» Каждое прикосновение и поцелуй вызывали странное, смешанное чувство: одновременно тревогу и непонятное возбуждение. Снежка чувствовала, что теряет контроль, а разум упорно пытался найти правильное решение. Во время поцелуя Алёнка осторожно залезла под свитер и начала пытаться расстегнуть лифчик. Снежка сначала хотела сопротивляться, но тело само реагировало на прикосновения — они были приятными, возбуждающими. Она почувствовала, как сердцебиение учащается, дыхание становится прерывистым, а щеки горят от смущения. Постепенно к этим ощущениям добавилось чувство доверия: Снежка понимала, что Алёнка, и в детстве, и сегодня, никогда не причинит ей боли. Это осознание немного успокоило её, позволяя полностью погрузиться в момент. Она обняла Алёнку в ответ, прижалась к подруге, ощущая тепло её тела и мягкость движений. Сердце Снежки билось быстрее, но внутри возникло лёгкое чувство безопасности — и вместе с ним растущая близость, которой она раньше не позволяла себе доверять. Действия которые делала Алёнка были приятными возбуждёнными. Она также начала понимать что Алёнка не сделает ей больно, и после этого она обняла Алёнку и как её подруга прижалась её к себе. Алёнка продолжала целовать Снежку, когда её руки осторожно расстегнули лифчик. С тихим шорохом он соскользнул с плеч и оказался откинут в сторону. Затем рыжеволосая попыталась снять свитер Снежки. Но Снежка резко остановилась. Она отстранилась, прекратила целовать Алёнку и глубоко вдохнула. Сердце колотилось, дыхание стало прерывистым, щеки пылали, а внутри смешались смущение, тревога и странное возбуждение. Собравшись с силами, Снежка медленно начала снимать свой свитер. Ткань скользила по плечам, открывая кожу, и она ощущала каждое движение: дрожь рук, лёгкое напряжение мышц, тепло, которое поднималось к щекам. Она чувствовала, как холод воздуха встречается с теплом её кожи, и это заставляло её тело реагировать непроизвольно. Каждое движение было осознанным — она позволяла себе быть уязвимой только перед Алёнкой. Сердце билось всё быстрее, а дыхание стало тяжёлым и ритмичным. Маленькие нервные дрожания плеч и рук переплетались с чувством безопасности и доверия, которое Снежка испытывала к подруге. Алёнка стояла рядом, нежно наблюдая за каждым её жестом. Запах её парфюма смешивался с теплом кожи, и Снежка почувствовала странное, почти магическое сочетание волнения и доверия. Внутри бушевала буря эмоций, но она позволила себе быть в этом моменте, чувствуя каждое прикосновение и каждый взгляд, который говорил: «Ты в безопасности». Снежка сняла с себя свитер, смущённо оголяя свою большую грудь. Её щеки пылали, дыхание становилось прерывистым, а сердце билось быстрее от волнения и близости Алёнки. Алёнка заметила это и уже возбуждалась, едва сдерживая себя. Она обняла Снежку, пытаясь прижаться к её телу, но Снежка мягко остановила подругу. — Не здесь… — тихо сказала она, почти шепотом, словно вживаясь в момент. — Продолжим у меня в постели. Алёнка, хоть и пьяная, кивнула и согласилась. Она осторожно подняла Снежку на плечо, и, медленно покачиваясь из-за алкоголя, понесла её к постели. Каждое движение было неловким, но целеустремлённым. Снежка ощущала тепло Алёнки, запах её парфюма, мягкость рук и плеч, которые держали её. Сердце колотилось, дыхание сбивалось, но вместе с этим возникало ощущение доверия и близости. Она позволяла вести себя, чувствуя странное сочетание тревоги и возбуждения. Алёнка слегка покачивалась, балансируя на ногах, и каждый шаг сопровождался лёгкой дрожью от алкоголя. Но в этих неловких движениях была решимость — доставить Снежку в безопасное место, где они смогут быть вдвоём. Снежка, прижавшись к подруге, чувствовала каждый импульс её тела и каждый ритм дыхания, и внутри неё смешались тревога, доверие и растущее влечение. С подсказками Снежки, Алёнка аккуратно принесла её в спальню. Каждое движение было медленным, почти осторожным, чтобы не спугнуть подругу. Она уложила Снежку на кровать, сама забралась сверху и уселась на её бёдра. Сердце Снежки забилось быстрее — тепло тела Алёнки было совсем рядом, а дыхание сбивалось от волнения. Алёнка начала снимать с себя одежду: сначала чёрную толстовку, затем красную футболку, после чего лифчик, открывая грудь. Снежка наблюдала за каждым движением, ощущая, как возбуждение растёт внутри неё. Лёгкая дрожь пробегала по её телу, а пальцы непроизвольно касались талии рыжеволосой. Когда Алёнка сняла всю верхнюю одежду, она наклонилась к Снежке, медленно спускаясь с её бёдер, и прикоснулась губами к шее подруги. — Знаешь… — пробормотала пьяно Алёнка, — я и не думала, что спустя столько лет ты станешь такой горячей. Снежка лишь прорычала в ответ, ощущая тепло и возбуждение, которое разливалось по телу. Она мягко провела рукой по талии Алёнки. — Действуй, — сказала Снежка, прижимая подругу к себе всем телом. Алёнка снова приблизилась и начала целовать Снежку в губы, а Снежка отвечала, обнимая её, чувствуя каждый дюйм её тела, дыхание и тепло. В этот момент границы исчезли — осталась только близость, доверие и растущее желание, которое обе ощущали одновременно. В следующее мгновение их языки снова встретились в жарком, страстном поцелуе. Обе девушки ощущали вкус друг друга, и с каждой секундой возбуждение внутри них разгоралась всё сильнее. Дыхание Снежки стало прерывистым, а сердце — бешено колотится. Алёнка осторожно проникла одной рукой под одежду Снежки, затем — в трусики, мягко массируя её интимное место. Снежка не могла сдерживать стоны, её тело реагировало на каждое прикосновение, дрожало и трепетало от наслаждения. Прервав поцелуй, Алёнка медленно отстранилась, её глаза горели желанием. Она аккуратно сняла с подруги штаны и трусики, а когда одежда упала на пол, раздвинула ноги Снежки. Её пальцы легко скользили по внутренней поверхности бёдер, а язык нежно касался кожи, вызывая у Снежки дрожь, вздохи и мягкое содрогание. Каждое движение было медленным, осознанным и наполненным доверием. Алёнка переключилась на клитор, наслаждаясь вкусом и реакцией подруги. Снежка ощущала, как тело откликается на каждое прикосновение: дрожь, потепление, лёгкая вибрация возбуждения. Её дыхание стало сбивчивым, губы дрожали, а глаза закрывались, позволяя себе полностью раствориться в моменте. Через несколько минут Снежка достигла кульминации. Каждое движение Алёнки, каждое прикосновение и лёгкое давление пальцев вызвали у неё дрожь, прерывистое дыхание и тихие стоны. Когда Алёнка прекратила ласкать клитор, волна наслаждения вылилась наружу, оставляя на груди рыжеволосой следы её возбуждения. Алёнка мягко прижалась к Снежке, ощущая её тепло, и начала нежно посасывать грудь подруги. Каждое её движение вызывало новые волны удовольствия: Снежка дрожала, её дыхание сбивалось, губы непроизвольно шептали звуки наслаждения. Когда всё закончилось, Алёнка не спешила отстраняться. Её руки скользили по коже Снежки, губы оставляли лёгкие засосы и мягкие укусы. Это были маленькие, но чувственные отметины — память о близости, доверии и страсти, которые они разделили. Снежка лежала, сердце колотилось, тело ещё дрожало, а глаза закрывались, позволяя полностью раствориться в ощущениях. Алёнка, наблюдая за подругой, испытывала смесь гордости и возбуждения: она оставила на теле Снежки следы, которые напоминали о каждом мгновении их совместной близости.

***

Несколько часов спустя. Наступило утро. Одежда была разбросана по комнате, а обе девушки спали, тесно прижавшись друг к другу. На их телах виднелись засосы и следы укусов — немые свидетельства прошедшей ночи. Первой проснулась Снежка. Она медленно открыла глаза, осознавая, что наступил новый день. Потянувшись, она почувствовала тёплую руку на своём теле, повернула голову и увидела рядом Алёнку, которая всё ещё мирно спала. Снежка на мгновение задержала на ней взгляд. В памяти всплывали события вчерашнего вечера, и, к собственному удивлению, она не чувствовала ни стыда, ни сожаления — только странное, тихое тепло внутри. Алёнка пошевелилась, будто что-то вспомнив даже сквозь сон, и чуть ближе прижалась к Снежке. Затем, не открывая глаз, нежно поцеловала её в щёку и слабо улыбнулась. В этот момент раздался звонок. Снежка вздрогнула и огляделась, заметив на тумбочке телефон Алёнки. Пока та продолжала спать, она осторожно потянулась к устройству, решив посмотреть, кто звонит и что происходит. Оказалось, что звонок был уведомлением о новом сообщении. Снежка нажала на экран и оказалась в личных сообщениях. Алёнке написал человек с ником «Сашуля». По имени Снежка сразу поняла — это бывший. От этой мысли внутри неприятно кольнуло, и на душе стало неспокойно. Следом открылось фото. На нём был изображён он — с яркой, самодовольной улыбкой и обнажённым, накачанным торсом. Под снимком красовалась подпись: «Посмотри, что за чудо природы. Не хочешь прикоснуться к нему снова?» Снежку передёрнуло от отвращения. Она задержала взгляд на экране всего на пару секунд, после чего желание читать дальше почти исчезло. Но затем в голове мелькнула мысль. Одна — дерзкая и внезапная. Та самая, которую она захотела воплотить. На губах Снежки медленно появилась коварная ухмылка. Парень с нетерпением ждал ответа от Алёнки. Для него она была лишь секс игрушкой ничего большего. И вдруг телефон завибрировал. Он сразу посмотрел на экран и увидел уведомление. — Ответила… — с довольной улыбкой подумал он. Он открыл чат — и улыбка тут же исчезла. На фотографии была Алёнка. Она лежала в постели в объятиях блондинки, которая с лёгкой усмешкой смотрела в камеру. Обе были укрыты одеялом, но на их плечах и шеях отчётливо виднелись засосы и следы укусов — слишком явные, чтобы их можно было объяснить случайностью. Под фотографией было написано: «Прости, Саня, но, кажется, ты больше не во вкусе моей любимой.» Парень уставился в экран, не веря глазам. — Что за ху... — вырвалось у него. Тем временем Снежка спокойно заблокировала этот контакт. Она зашла в настройки телефона, нашла его номер и переименовала его в: «Не отвечать» После этого Снежка выключила телефон и положила его на тумбочку. В этот момент Алёнка проснулась и сонно потёрла глаза. — Что-то случилось? — спросила она, ещё не до конца придя в себя. Снежка повернулась к ней и мягко улыбнулась. — Ничего особенного, — спокойно ответила она и, сделав паузу, добавила: — Разве что ты можешь окончательно забыть про Сашу. Зрачки Алёнки будто заискрились после слов Снежки. На мгновение она замерла, а затем улыбнулась, приблизилась к лицу блондинки и нежно поцеловала её в губы. — Люблю тебя, — тихо сказала она, отстранившись. — И я тебя, мой рыжик, — с улыбкой ответила Снежка. После этого обе девушки снова слились в поцелуе — уже спокойном, тёплом и наполненном уверенностью, что теперь они сделали правильный выбор.