Намеренный выбор

      На улице лил дождь как из ведра, среди ночных сумерек не было видно ничего дальше десяти метров, а объезд по главной дороге в Спенсер как назло был закрыт.       — Твою мать! Грёбаные тусовщики, неужели нельзя было свои слёты устраивать как-то по скромнее, чтобы копов не провоцировать? — Хелен с досады хлопнула тихонько по рулю.       Она была в курсе, что сегодня специальная ночь для студентов, когда старшие курсы устраивают своего рода «смотрины» для новеньких. Хелен как раз относилась к числу новеньких, но на вечеринку в долине не попала потому что задержалась в городе делая покупки: купила всего то пару футболок, несмотря на строгий дресс-код академии, пару довольно скромных платьев, да тетради со всякими милыми принтами.       Провела время она в целом очень даже прекрасно и без бестолковых вечеринок с алкоголем, громкой музыки и противных приставаний от старшекурсников.       Всё как обычно: как только они чуть перебирают, то начинается Санта — Барбара, без этого никак.       Так что Хелен потратила свободное время перед учёбой, можно сказать даже с пользой, ну а теперь вот, стояла под дождём возле своей машины, размышляя над тем, чтобы воспользоваться тайной тропой через лес, которая вела точно к корпусу общежития.       Она так быстро приняла решение, что аж вышла из машины, очень уж хотелось добраться до комнаты, принять душ и лечь спать.       Под дождём стоять не хотелось, бросать машину прямо на дороге тоже, но ничего не поделать, оставалось надеяться, что на утро путь снова откроют. Хелен мысленно прикинула, что наверное по этому поводу надо будет говорить с директором, а может даже с полицейскими.       Девушка едва удержалась чтобы не сплюнуть прямо себе под ноги.       Одежда на ней не щадно намокла просто насквозь, поэтому Хелен резко сорвалась с места и села в машину, чтобы немного отогнать ее ближе к обочине.       Забрала с собой рюкзак с вещами, телефон, студенческий билет, и ключи от машины. Убедилась, что заперла автомобиль, распихала ключи с телефоном по карманам толстовки, рюкзак повесила за спину, а студенческий положила в карман джинсов.       Идти через лес было порядочно.       То есть так казалось сейчас, в глубокой ночной темноте, и под дождём, но на самом деле тропа вела напрямую составляя примерно двести метров. Посреди густых зарослей деревьев это казалось невыполнимым квестом, но Хелен продолжая проклинать всех и вся в мыслях, двинулась точно ко входу в чащу.       Хлюпать кедами о земляную жижу с каждым шагом было все противнее, одежда уже напоминала по ощущениям мокрый пергамент, но Хелен стойко сжимая лямки рюкзака на плечах шла вперёд, где-то пригнувшись от низко висящих веток, где-то обходя глубокие ямки и колоужины.       Здесь, в чаще леса было уже не так светло, как на дороге при свете фонарных столбов, а лунного света, который пробивался сквозь кроны высоких деревьев едва едва хватало.       Когда было пройдено уже полпути, Хелен окончательно убедилась в том, что целесообразнее было остаться ночевать в машине под крышей, потому что сейчас на адреналине, с бешено колотящимся сердцем от быстрого шага, она запросто могла здесь заблудиться.       «Я не трус, но я боюсь.» — так Хелен характеризовала себя по жизни, вовсе не считая что она такая уж смелая, если вдруг с ней случится где нибудь тут, какая нибудь фигня.       Она упорно прокручивала слова своей сокурсницы Кейт, когда та подробно рассказывала ей о маршруте этого места на всякий пожарный, стараясь не отвлекаться на посторонние шумы, которые по мере приближения к развилке стали всё отчётливее.       Сначала Хелен принимала эти звуки за шум дождя, решила остановиться и прислушаться.       Огляделась по сторонам — никого и ничего подозрительного, на сколько позволял обзор.       Как вдруг прямо перед собой метрах в десяти она заметила сначала нечёткие волновые колебания, точнее прозрачный, довольно осязаемый на вид сгусток, который висел прямо над землёй и застыла в оцепенении.       Эти вибрации продолжали зависать в воздухе, а затем совсем рядом со своим правым ухом она услышала хрипловатый, ледяной голос, не злой, но устрашающий:       — Ая-яй…детка забрела слишком далеко и увидела то, чего не должна была.       Хелен резко отшатнулась на три шага назад как ошпаренная, как только ощутила мимолётное прикосновение холодных, мокрых пальцев к своей щеке.       Было не то, чтобы неприятно, а скорее жутко и неуютно потому что энергетика чувствовалась слишком негативной.       Неловко споткнувшись мыском кеда о рыхлую ямку, она рухнула на землю, пачкая ладони в грязи, а когда подняла глаза, то увидела что к ней медленно, но уверенно приближается молодой человек.       Возможно на вид ему было чуть больше лет, чем ей, в джинсах, чёрном джемпере и светлой ветровке. Довольно крепкого телосложения, да и черты лица у него слегка по юношески угловатые, но приятные, чувственные за исключением глаз…они были полностью чёрными.       Чёрными, как ночь или даже ещё темнее, в них таилось нечто по настоящему злое и кровожадное.       Хелен тяжело сглотнула, крепко зажмурилась, но видение не исчезало, сердце в груди застучало ещё сильнее — она никак не могла поверить в то, что происходит.       — Я не…я никому не расскажу о том, что видела, честное слово. — сил хватило только чтобы беспомощно всхлипывать шёпотом.       Зря она посмела подумать, что сможет разжалобить его, потому что этот странный парень криво усмехнулся в ответ.       Подошёл вплотную, присел на корточки рядом с ней, и от черноты его глаз вблизи, Хелен едва ни лишилась чувств.       Его полные, чувственные губы изогнулись в зловещей ухмылке, когда он ответил таким же ледяным с издёвкой тоном:       — Конечно, ты никому не расскажешь. Не сможешь. — парень снова коснулся её подбородка двумя пальцами, побуждая не прерывать зрительного контакта.       Хелен и не смогла бы лишний раз шевельнуться, до того была парализована пугающей темнотой его глаз.       — Потому что, как тебе известно, свидетели долго не живут.       Это последнее, что услышала Хелен запечатлев ту самую издевательскую ухмылку в своей памяти. ***       Очнулась Хелен на том же месте, когда дождь уже закончился, но на улице по прежнему ещё не рассвело.       Она чувствовала себя ужасно, вся в грязи, мокрая, и перепуганная до такой степени, что всю изнутри трясло. Собравшись с силами, она еле еле отлепила ладони от грязи, попыталась привстать, держась за ствол дерева.       Как только поднялась, то ощутила свой рюкзак на спине свалявшимся тяжёлым комком. В голове путались все мысли, да к тому же, стоило сделать шаг, как чуть ни упала вновь от головокружения.       «Сколько же я так пролежала?» — первая мысль, которая возникла в голове. Первая, после самой важной: «Жива. Я жива. Он всё-таки меня не убил.»       Во власти шока и потрясения она не имела понятия, радоваться этому или нет, ведь это означает, что ещё ничего не кончено и то, чему она стала свидетелем ей обязательно аукнется.       Едва переставляя ногами, Хелен побрела в сторону выхода из чащи с замиранием сердца и колким холодком по спине прислушиваясь к окружающей тишине, ожидая угрозы в любой момент.       Что это такое было? Реально ли это?       И почему в итоге она осталась жива?       Вопросы, которые в ряд ли найдут ответы.       А прямо из-за кустарников уже виднелось здание общежития — осталось только пройти ещё каких-то несчастных сто метров сначала по полю, затем по гравийной дорожке прямо к воротам.