Ретроспектива

— Наследник Малфой, прошу, вам пора вставать, — кто-то позвал его во сне, а сам он едва дёрнулся, — Наследник Малфой, Лорд уже ожидает вашего подъёма, пожалуйста. Он перевернулся на другой бок, плотнее кутаясь в одеяло. Отец может его немного подождать... И тут он вспомнил, что отца его нет в живых уже лет десять как минимум и его словно в ледяную воду окунули. Он почти соскочил с кровати, лихорадочно осматриваясь по сторонам. Комната. Его комната. Та самая, которая сгорела вместе с семейным мэнором Малфоев. У него мгновенно вспотели ладони. — Вы наконец проснулись! Что с вами?! Вы плохо себя чувствуете?! Мне позвать Лорда? — домовой эльф, один из многих эльфов семьи Малфой, сразу же засуетился. — Н-нет, не надо. Просто плохой сон. Выйди, я переоденусь. Эльф нерешительно застыл на месте, но не рискнул пойти против приказа. Стоило двери закрыться, как мальчик тут же прижался спиной к ближайшей стене и скатился вниз, надавливая ладонями на глаза. Изображение перед ним не менялось, оставаясь статичным и равномерным. На камоде неторопливо тикали часы, вдалеке слышались разговоры. Видимо эльф уже доложил отцу о произошедшем, а значит времени чтобы прийти в себя у него осталось немного. С огромным трудом он встал, направившись в ванную. Облокотившись на небольшую раковину, он смотрел на своё отражение. Точнее, на своё отражение лет в 13-14. Ещё не до конца сошедший детский жирок, лёгкая аристократическая бледность и почти острые черты лица из-за некоторых ограничений в питании. Он едва мог в это поверить. Раздался стук в дверь, от которого мальчик инстинктивно дёрнулся. — Драко? Что случилось? — удивительно, но его отец пришёл проверить его сам. Видимо эльф поднял огромную шумиху. — Всё нормально, отец. Просто небольшой неприятный сон, сейчас уже выйду, — отозвался он, стараясь держать свой голос не дрожащим и умеренной громкости. Быстро умывшись и смыв с лица последние следы недавней паники, мальчик вышел из ванной с нейтрально-высокомерным выражением лица, с которым часто можно было увидеть его на улице. — Ты готов? — несмотря на отстранённый взгляд, отец явно сканировал его на предмет травм или переживаний. Была бы ситуация не такой щекотливой, он бы даже умилился этому. Но сейчас чувствовалась лишь лёгкая горечь. — Да, отец. Лорд Малфой развернулся и они вместе направились к камину. Зачерпнув горстку пороха, Люциус вошёл в пламя с фразой "Косая аллея" на губах. Немного помедлив, вновь Драко последовал за ним. От переноса его слегка замутило, благо только мысленно, всё таки подобным способом перемещения он не пользовался уже очень давно. — Сначала за учебниками, — произнёс его отец, не останавливаясь и не сбавляя шаг, словно даже не допускал шанса потерять сына в толпе снующих магов. Драко протискивался сквозь толпу, стараясь не потерять из виду высокую фигуру отца. Отдалённой мыслью он подумал, что сейчас она кажется массивной и крепкой, даже несмотря на его знание о том, как сильно это ошибочно. Спустя несколько минут они зашли в книжный магазин. Здесь было довольно многолюдно, что неудивительно для предшкольного месяца. Открыв сумку, которую он захватил с собой при выходе из комнаты, Драко вытащил письмо с перечислением ученых принадлежностей для третьего курса. Третий курс... Драко попытался вспомнить, что именно произошло в тот год. «Сириус Блэк» Его родственничек был тогда самой живой темой разговоров. "Подумать только, ведь он сбежал из Азкабана чтобы убить Гарри Поттера!" — кричали на каждом углу. А его милые фоточки в стильной полосатой рубашке висели каждые десять метров по всем улицам. Даже сейчас из окна книжного он видел смотрящую на него со злостью физиономию двоюродного дяди с плаката. Очень не по-аристократически передёрнув плечами, он силой сконцентрировался на происходящем. Его отец делал вид что внимательно рассматривает книги, но он прекрасно видел, что тот наблюдает за ним. Драко сглотнул. Он не был уверен, когда отец догадается, и догадается ли вообще, но это сейчас было не так важно. Сейчас важно не выдать себя в первый же день своего пребывания. Ф- Драко не следует погружаться в экзистенциальный кризис пока он не доберётся до своей комнаты.

***

День, в общем-то, прошёл удивительно спокойно. Если бы не необходимость постоянно следить за выражением лица, позой и размеренностью дыхания, это было бы даже расслабляюще. Он и забыл какими спокойными могут быть дни, когда ты не загружен по самую макушку работой, политикой, учёбой, обучением и лечением. В принципе, можно считать это за отпуск. Хотя на протяжении всего дня Драко с трудом отрывал взгляд от своего отца. Он не мог позволить себе заплакать, точно не сейчас, но гулкая боль в груди не угасала ни на мгновение. Благо, даже если отец и заметил это, то не прокомментировал. За это он мысленно отдал благодарности Хотэй-сама*. По возвращении домой он постарался поскорее ретироваться в свою комнату. Фа- Драко был уверен, что отец это заметил, но ладно. Он ребёнок, так что уверен отец найдёт сам для себе удобное объяснение его поведения. Люди часто так делают, пускай и в этот раз будет. Раз уж никто и никогда его не слушает по поводу данного качества, тогда пусть хоть от этого будет польза. Он плотно закрыл дверь на щеколду, прислушиваясь к звукам снаружи. Лишь простояв добрых минут 5 в таком положении и поняв, что снаружи никого нет, он отошёл от двери и прислонился к противоположной от неё стене. Медленно сползая на пол, он чувствовал как его дыхание всё больше и больше сбивается, а сквозь него пробивается хриплый, задушенный смех. Он приложился затылком о стену и схватился за голову, оттягивая волосы до боли в корнях. Сердце стучало в ушах как огромный барабан и это било по, и без того накалённым, нервам «У меня паническая аттака» – осознал он с внезапной ясностью. Конечно, легче от этого не стало, но теперь он хотя бы знал, что да как делать. Он старательно попытался сосредоточиться на дыхании, но следовать собственным инструкциям на опыте было куда сложнее, чем предполагалось. Драко не уверен сколько времени прошло — может пара минут, а может пара десятков минут — но когда ему удалось себя успокоить, то мог лишь изнемождённо прислоняться к стене, рассматривая вычурный потолок комнаты. Мысли стали вязкими и скользкими, плохо удерживались в мозгу и не позволяли сосредоточиться на чём то конкретном. Ближайшие пол часа он провёл в некоторой прострации, просто переводя взгляд с одной вещи на другую, пребывая при этом в весьма апатичном настроении. Промелькнула даже мысль, а не так ли чувствует себя человек, когда ему вкололи транквилизатор*? Так он и заснул на полу у стены. Ночью к нему кто-то приходил. Он поднял его на руки и переложил на кровать. Укрыл его одеялом и посидел рядом с ним, перебирая пряди. Фао не знает, кто бы это мог быть. Драко догадывается, что это был отец.