Точки соприкосновений

Очередной заказ в каверне до жути вымотал Вайза. Он обессиленно упал на кровать, почти сразу же отключаясь от реальности. Перед глазами лишь отрывки сегодняшнего дня и битвы, битвы, битвы. Многочисленные битвы с эфиралами, заставляющие голову прокси раскалываться, не смотря на улучшенные глазные импланты давным давно. Это не отменяло его моральной усталости, желания поскорее улечься в свою кровать и отдохнуть, что он сделал прямо сейчас. Приглушенный шум телевизора разбавлял тишину в комнате, почти убаюкивая. Парень устало прикрыл глаза, мечтательно вспоминая о пройденных уже им приключениях. О Секции 6, об агенстве «Виктория», школе «Юйкунь», о любимых «Хитрых зайцах» и много о ком ещё. Все перемешивается в голове. То ресторан «Сырополис», то прошлое Вивиан, Лайтер.. Они давно не виделись. Последний раз, вроде бы, он появлялся.. а когда? Вайз не помнит. Открывает глаза, переворачиваясь на спину, снова прокручивая все события за последнее время у себя в голове. До знакомства с Хьюго, но не может вспомнить в них хоть намек на Лайтера. Интересно, а чем сейчас занимаются сыны Калидона? Наверняка, Цезарь по самое горло занята работой, а Люси и Бернис помогают ей руководить, следить за правильностью выполнения всех взвалившихся заданий. Возможно, за такое время, она точно привыкла к нагрузке на свои плечи, смирясь со своей участью главы. – Надеюсь, она хотя бы отдыхает, - бормочет себе под нос Вайз, садясь на кровать и доставая телефон. Подпирая щеку ладонью, парень открывает мессенджер, перечитывая переписки со своими друзьями. О том, как ему нужно было отдать какой-то цветок Ликаону, когда он временно был флористом вместо Орхидеи. Прокси не против ещё раз встать на её место. Ему очень даже понравилось собирать интересные букеты из роз, лилий, сочетать цвета, добавлять что-то от себя.. Так, зачем он вообще телефон достал? Отбрасывая его в сторону, Вайз зевает и поднимается с кровати, устало вытягивая руки над головой. Покидая свою комнату, не забывая обуться, он встречается с Белль. Парень ловит сестру, путает волосы на голове девушки ловкими, быстрыми движениями ладони, посмеиваясь с недовольного выражения лица сестры, укладывающей свои волосы обратно. Пока они вместе спускаются на первый этаж, Вайз пихает Белль в бок и скрывается за дверью, ведущей на парковку.

***

Неожиданно, в лоб прилетает что-то мягкое и кожаное. Вайз недоумевающе отшатывается назад, жмурится. Уже хочет возмутиться, какого хрена, кто-то в позднее время делает на их парковке, как перед ним предстает Лайтер, вопросительно вскинув бровь. Он чуть сдвигает очки указательным пальцем на переносицу, упираясь рукой в свой бок, чуть отставляя ногу в сторону. – Прокси, можешь помочь? - сразу переходит к делу байкер. Как ни странно, Фаэтон не слышал ни единого громкого звука ревущего мотора за пределами их видеопроката, но байк, все же, стоит рядом со служебной машиной. – Да, конечно, с чем именно? - он склоняет голову и подготавливается слушать двухчасовой рассказ о том, что на Объездной срочно нужна помощь прокси. Без него никак нельзя обойтись! Только Вайз может всем помочь! Байкер, почему-то, мнется, отводит взгляд, а на щеках появляется странный розоватый оттенок. – Говори как есть. Хуже запросов, чем с тем, чтобы помочь девушке починить её сломавшийся фен - я никогда не видел. - уголки губ чуть приподнимаются, когда он вспоминает лицо заказчицы при отказе, и небольшое напоминание о том, что они не мастера на все руки. Хоть таковыми их считают довольно большие колличество человек. – У меня тело ломит после боя, - начинает Лайтер, похоже понимая, что это хреновая причина для явки к своему другу. – И знаешь.. это очень похоже на Эфир. Не хочу превратиться в монстра, ха-ха, можешь помочь? - после этих слов Вайза передергивает. Он хватает байкера за руку, затаскивая в видеопрокат и уволакивает к себе в комнату. Прокси уже делал что-то подобное с Вивиан, когда та вколола себе какой-то шприц и, похоже, была на грани превратиться в эфирала, жертвуя собой. – Опиши что ты сейчас чувствуешь, - зеленоволосый медлит. – Быстрее, Лайтер, только попробуй превратиться в эфирала, - сжимает кисть сильнее. – Я тебя достану с того света. – Больно. Руку сжимаешь больно. И свет яркий, но не так сильно, как было на Объездной. Там я будто.. стал терять связь с реальностью и терять сознание? – Ты как доехал? - грубо, обеспокоенно спрашивает Вайз, резко замечая, что они уже довольно долго стоят вот так и он держит парня за руку очень крепко. Будто боится потерять. Или потерять с ним связь. Прокси не хочет больше терять родных ему людей, как его наставница. Ловя на себе взгляд байкера, Вайз отдергивает руку, прижимая её к своей груди. – А если бы ты потерял сознание за рулем? - серовласый тыкает ему в плечо. – Было бы ещё хуже. Думай башкой, пожалуйста, - он потирает переносицу, ведя плечом вглубь своей комнаты, нервно расхаживая до кровати и до зеленоглазого обратно. – Извини, - виновато отвечает ему Лайтер, делая шаг вперед. Сын Калидона кладет ладонь на плечо друга, слабо сжимая в знак поддержки. Все, что ему сейчас хотелось.. много чего, но не видеть прокси таким обеспокоенным, будто не знающим, что ему делать. – Уже неважно. Ты доехал - это самое главное, - Вайз тяжело вздыхает, смотря на чемпиона оценивающим взглядом сверху вниз. – Могу предложить массаж. Во время него я могу попробовать "извлечь" эфир. Утром вернёшься домой. - предлагает прокси, встречаясь взглядом с зелеными глазами напротив, быстро скрывающимися за солнечными очками. – Это единственный вариант. – Мне все равно терять нечего, - байкер разувается и оставляет обувь у входа. – Раздевайся, - непринуждённо бросает Вайз, направляясь к своей кровати. – Чего?! - Лайтер поворачивается к нему недоумевающе. Аж очки съехали на бок. – Говорю, куртку снимай свою и желательно шарф, - прокси делает несколько махинаций и укладывает подушки. – Я же не до трусов прошу. Да и чего я там не видел. – Яконечнонепротив.. - быстро бубнит себе под нос Лайтер, поправляя очки. – Чего говоришь? - склоняет голову в сторону друга. Улыбка невольно налезает на губы прокси. – Нет, ничего. Говорю, будь нежнее, у меня все же первый раз, - он сам отворачивается и смеется, не спеша снимая кожанку и шарф, откладывая их на спинку дивана. – На твоем месте я бы не шутил, а боялся, - когда зеленоволосый подходит ближе, Вайз пихает его в бок и говорит ложиться на живот. Если что, положит голову на подушки. – Но рад, что ты не паникуешь. - Фаэтон садится чуть ниже его ягодиц, начиная разминать шею, постепенно спускаясь к плечам. Глаза парня принимают яркий, синий цвет. В теле Лайтера достаточно эфира, чтобы сделать из него монстра. Вайз совсем немного паникует, как бы не потерять друга, но здесь главное - не торопиться. Делать все аккуратно и нежно, хотя в прошлый раз, с Вивиан прошло все за считанные секунды. Наверное, потому что тогда её сердце уже не билось и прокси был готов на все, используя много силы. Лайтер что-то сдавленно мычит, утыкаясь лицом в подушку. Все тело находится под напряжением, особенно под бережными прикосновениями Вайза. Оказывается, очень тяжело расслабиться. Он старается сосредоточиться на том, что это необходимо и здесь не время думать о другом. Кроме спасения своей жизни, из-за какого-то ублюдка, с которым дрался чемпион. Только вот, от кого из - в голову не приходит ни одного варианта. – Как себя чувствуешь? - прокси склоняется над его спиной, дыша ему прямо в шею. Разминая сильные руки байкера, скользя к плечам и обратно, Вайз немного ерзает, устраиваясь поудобнее, активно игнорируя поддрагивающие бедра зеленоволосого. – Чуть лучше, - приглушенно отвечает Лайтер, обнимая подушку. Вайз, похоже, не собирался двигаться дальше. Либо, ему очень удобно сидеть чуть ниже задницы, специально наводить мурашек по всему трепещущему телу и так слабого. Он прерывисто вздохнул, чуть откидывая голову назад. Оборачиваясь, он встречается взглядом с прокси. Тот же, обращает на него внимание только тогда, когда чувствует на себе излишнее внимание, осматривающее его старательное выражение лица. Серьёзное, обеспокоенное. Прокси и правда никак не может перестать волноваться за друга, но ничего не может с этим поделать. – В тебе, кстати, уже меньше эфира, - зеленоволосый только хотел обрадоваться, как его обломали. – Но не настолько мало, чтобы я тебя отпустил. Так что лежи, - Фаэтон улыбнулся, скользя ладонями ниже, к лопаткам. Лайтер снова вздрагивает. Словно все тело стало эрогенной зоной. По нему снова идут мрашки, но об этом никто ничего не говорит. Вайз замечает каждую реакцию, движение, вдох, но молчит, стараясь не придавать этому огромное значение. Вскоре, эти осторожные, сосредоточенные движения превратились в настойчивые и грубые. Слишком развязанные, не отдавающие себе отчета о содеяном, как прокси, юркнул пальцами около ремня зеленоволосого, разминая поясницу. Лайтер дрожаще вдохнул тяжелый воздух, обжигающий его легкие. Перед глазами, на мгновение, расплылась вся картинка, которая и так держалась на соплях. – Ты не мог бы чуть пониже.. - обрывается на полуслове Лайтер, понимая, что если он продолжит, то кроме прерывистого стона из этого рта ничего не вылетит. – Вот так? - ладони Вайза съехали ещё дальше. Гонщик затаил дыхание, метаясь взглядом из одной стороны к другой. Из одной полки к другой, с книги про какие-то компьютеры к инженерике. – Нет, - парень берет сероволосого за кисть, кладя его ладонь к себе на ягодицы. – Очень смешно, - закатывая глаза парирует Вайз, назло сжимая упругую мышцу, но как же он ошибался в своих выводах, что Лайтеру не понравится. Чемпион же, наоборот, приподнимает бедра, гонясь за прикосновением, как собака за лакомством. Руку будто пробивает током об оголённый провод, но прокси не убирает, наоборот, добавляя вторую и от них уже поднимаясь к пояснице, продолжая свой массаж. – А что? Нельзя поиздеваться над господином прокси? - игриво интересуется тот, оборачиваясь на сероволосого. Подмечая про себя небольшое сметение друга, не скрывая улыбки, байкер кладет голову на сложенные руки. Солнечные очки съезжают на бок и выглядит это довольно.. соблазнительно. Особенно с томным, оценивающим взглядом, которым Лайтер окидывает Вайза, будто собираясь что-то сказать. Руки тянутся заправить выбившуюся прядь зелёных волос за ухо, а может быть, положить ладонь на щеку друга. Но пальцы замирают всего лишь в паре сантиметров от кожи, натыкаясь на невидимую, но осязаемую стену. Вайз чувствует жар, исходящий от Лайтера до сих пор, но не понятно от чего именно. То ли от их близости, то ли от тренировки. Этот жар манит сильнее, чем любая яркая вывеска на площади Люмины. Хочется проверить, насколько мягкие эти взъерошенные волосы, почувствовать под своими пальцами шрамы, слушая рассказ о каждом. Однако, Лайтер сейчас слишком расслабленый, спокойный, не ожидающий (возможно) ничего такого красочного или неожиданного, что может вытворить прокси. Страх, что прикосновение нарушит эту маленькую идиллию между ними, заставляет Вайза медленно сжать ладонь в кулак и продолжить массаж. Покалывание не прекращалось, только усиливалось вперемешку с неутолимым желанием зайти совсем немного дальше. Его тянуло, как светлячка, на яркий свет фонарика в темноте. Одурманенно. Как под самым тяжелым наркотиком. Хотелось сократить эти жалкие несколько сантиметров, наконец-то ощутить эту раскаленную кожу под своими холодными пальцами и прильнуть губами к шее, по которой заметно стекает капелька пота, скрываясь где-то за воротом черной футболки. Неосознанно Вайз задевает в районе загривка, летая в облаках своих влажных мечтаний о Лайтере. Напрягаясь, сосредотачиваясь на своей задаче, прокси прищуривается, следом облегченно выдыхает. Эфира в теле друга заметно меньше. Процентов пятьдесят. – Давно ли шутники стали раскрывать свой умысел? - хмыкает Фаэтон, наклоняя голову в бок, отвечая своему другу спустя такой огромный период тишины. Несколько прядей коротко отстриженных волос спадают ему на глаза. Взгляд Фаэтона становится не таким отстранённым, а более заинтересованным. Он даже мельком смотрит на затылок чемпиона, улыбаясь. – Разве смысл шутки не в том, чтобы рассмешить кого-то? - продолжает он, останавливаясь около поясницы. – Не знаю, возможно, я первый, - пожимает плечами Лайтер, зевая, пряча лицо в изгибе локтя. – Бегу и спотыкаюсь записывать твое открытие в мировую книгу, - он щипает парня за бок. Тот вздрагивает, тихо посмеиваясь. – Давно ли прокси стали заниматься таким бредом? - заинтересованно спросил байкер. – Не знаю, возможно, я первый, - передразнил его Вайз, наклоняясь, судя по всему, к самой чувствительной зоне на шее парня, раз тот моментально притих. Лайтер ощутил, как воздух застрял в легких, а сердце пропустило удар, сжимаясь до мелкой точки, перед огромным взрывом. Жар чужого дыхания на коже обжигал сильнее, чем солнце в самом пылающем месте на Объездной, заставляя мышцы невольно напрячься. Весь его азарт и флирт мигом испарились, уступая место странному, щекочущему оцепенению. Он замер, боясь пошевелиться. Думая, как бы не нарушить это внезапное вторжение в свое личное пространство, пока в голове пульсировал лишь один вопрос. – Вайз… - прозвучало непривычно хрипло в разрушающей тишине. – Ты что это… что ты делаешь? - Он едва узнавал свой собственный голос, стараясь не выдать той дрожи, что пробежала по позвоночнику от близости друга. – Я? - прокси удивлено вскинул брови и показал пальцем на себя. – Ничего такого, что тебе бы не понравилось, - Фаэтон наклоняется ближе к его уху и шепчет: – Можно тебя поцеловать? Ответ привел Лайтера в чувства быстрее, чем любой удар в Каверне. Дыхание, которое только начало приходить в норму, снова сбилось. Он отшатнулся бы, если бы не был в такой затруднительной позе. Ему никто не мешает скинуть с себя Вайза и спросить "Какого черта, прокси?!", но в текущем положении мог лишь беспомощно лежать и смотреть на интересную стену. Этот тихий, прямолинейный вопрос, прозвучал приговором всем его защитным барьерам. Лицо Лайтера вспыхнуло пунцовым румянцем, поднимающимся от шеи к щекам. Слова, бывало желающие вырваться, застряли в горле, превратившись в невнятное мычание и попытку вымолвить хоть слово. Чемпион, обычно такой уверенный в себе и своих силах, сейчас потерял дар речи, не зная, как реагировать. Единственным его ответом стал сбивчивый, шокированный выдох и распахнутые в изумлении глаза, в которых читалось немое: «Ты серьезно?». – Ладно, извини, я увлекся, - поднимая руки в защитном жесте Вайз отстранился, понимая свою ошибку. Он не то что увлекся, а ошибся, поторопился, выбрал не тот момент. – Нет уж, постой, - молнеиносная реакция благодаря боям сработала самостоятельно. Секунда - Лайтер в мгновение ока поменял их местами, перехватывая чужую руку, возводя обе над головой и прижимая их к матрасу, наклоняясь так, что дыхание двоих выровнялось воедино. Соединяя их губы в томном поцелуе, Лайтер напрямую выплескивал всё то напряжение, что копилось между ними на протяжении последних, долгих, мучительных минут. Это не было похоже на агрессивный выпад бойца; напротив, поцелуй оказался тягучим и глубоким, исследующим. Лайтер действовал с осторожностью, словно держал в руках ценный, хрупкий кубок, выигранный с огромным трудом, но при этом, крепко сжатые запястья Вайза над головой, выдавали его истинное состояние - он не собирался отпускать прокси. Вайз почувствовал привкус металла и чего-то еле уловимого, похожее на моторное масло, что всегда сопровождало Лайтера после работы или помощи Цезарю. Но этот запах и вкус лишь дурманили голову, заставляя наоборот только податься, обхватывая ногами его талию, притягивая к себе. Сын Калидона двинулся вперед, углубляя поцелуй, заставляя того тихо выдохнуть прямо в их соединенные губы. Этот звук, полувздох-полустон, стал для зеленоволосого финальной точкой: он наконец расслабил плечи, нависая над Вайзом всем телом, чувствуя, как между ними исчезают последние миллиметры пространства и здравого смысла, ускользающего от двоих. Лайтер, вечно стремящийся к победе на ринге - чувствовал себя одновременно победителем и добровольным пленным. Он растягивал каждое мгновение, каждую секунду этого прикосновения, словно пытаясь запомнить мягкость губ Вайза на всю оставшуюся жизнь, пока весь остальной мир за пределами этой комнаты переставал существовать по одному щелчку пальцев. Сводило с ума абсолютно все: прокси, лежащий под ним, обычно такой серьезный и рассудительный, спокойный. А второго - Лайтер, обычно прикрывавший себя шутками и никогда не поймешь, это не серьёзно или он правда хотел, чтобы Вайз пригласил его в «Сырополис», после того как они достали двери? – Ты шутил тогда? - загнанно прошептал сероволосый, отрываясь от чужих губ, глубоко вдыхая. – Тогда - это когда? - усмехается байкер, прильнув обратно, прежде чем его легкие наберутся воздуха. – Когда ты двери мне помог принести, ну, которые в Сырополисе сейчас стоят. - с придыханием выдавил из себя он. – А-а-а, - осознанно протянул Лайтер, вспоминая и понимая, о чем имеет ввиду Вайз. – Пусть это останется нераскрытой тайной, мой дорогой прокси. - с довольной улыбкой промолвил гонщик, кусая мочку уха сероволосого. – Ну спасибо, - закатывая глаза ответил Фаэтон, запрокидывая голову назад, открывая чемпиону свою шею. Лайтер довольно ухмыльнулся, поглаживая бока парня, специально дразня тем, что не двигается дальше: не забирается под лонгслив, даже под наздором этих невинных зелёных глаз. Вид открытой, беззащитной шеи Вайза, заставил внутри гонщика что-то пробудиться, понемногу затягивая тугой узел внизу живота. Сменяя игривую усмешку на низкий, вибрирующий выдох, который опалил кожу прокси, Лайтер прижался губами где-то под челюстью, с первого раза попадая в пульс, задерживаясь ненадолго. Сердце Вайза бешено бьётся, так же, как и сердце чемпиона. Он не сильно втягивает кожу, оставляя яркий след. Его поцелуи стали более требовательными, частыми, перемещаясь от мочки уха к ключицам, оттягивая ворот, чтобы дотянуться. Лайтер действовал так, будто наносил серию точных ударов по груше или эфиралам, но вместо боли оставлял после себя только обжигающие следы. Прокси на это лишь шумно втягивал носом воздух, похоже, сдерживая рвущиеся наружу стоны. – Ты слишком много болтал для того, кто пару минут назад просил его поцеловать, - пробормотал парень прямо в изгиб шеи, с ощущаемой ухмылкой на коже Фаэтона. Байкер медленно выпустил запястья прокси из захвата. Теперь в этом не было нужды - Вайз сам притягивал его ближе, не желая увеличивать дистанцию. Даже когда зубы осторожно прикусили разгорячённую кожу, тот лишь вздрогнул. Его пальцы, до этого бессильно лежащие на матрасе, судорожно вплелись в зеленые волосы чемпиона. Руки Лайтера, грубые от постоянных тренировок и работы с техникой, не спеша скользнули вниз, снова оглаживая бока Вайза слишком нежно. Прежде чем приподнять край его, похоже, пижамной кофты, гонщик остановился, бросая взгляд на Вайза, изучающе смотря на острые черты лица. – Дальше будет не так мягко и легко, как этот массаж, - предупредил Лайтер, немного теребя ткань. — Ты точно хочешь этого? Вместо ответа, Вайз подался вперед, сам сокращая расстояние и втягивая чемпиона в новый, еще более глубокий и отчаянный поцелуй. Прокси не переставал исследовать тело своего друга, если его можно назвать таковым, после всего, что произошло за это время. На несколько секунд включая эфирное зрение, эфира в теле Лайтера не оказалось вообще. Об этом, конечно же, байкер узнает после, если прокси не потеряет свою голову от этих крышесносных прикосновений. Дрожь поднималась волной по позвоночнику, разносясь по всему телу с нечитаемой скоростью, заставляя Вайза прижать к себе чемпиона ещё ближе, сжимая его бока своими коленями, а щиколотками толкая бедра к своим. В одно из них упиралось что-то твердое. Улыбка, в какой-то мере самодовольная, захватила уголки губ прокси, нагло расплывающиеся вверх. Лайтер спустя мучительные минуты, наконец-то забрался ладонями под лонгслив Вайза, утягивая вверх, полностью снимая с него эту ненужную вещь, открывая для себя ещё больше красивого тела. Устраиваясь между разведенными ногами прокси, гонщик не может сдержать собственнического взгляда, которым он окинул торс Фаэтона вместе с грудью. Не дожидаясь какой-либо команды, Лайтер целует его сначала в грудь, а затем, захватывает губами один из сосков, языком играясь с бусиной во рту. Второй тоже не остается без предельного внимания, заключая его между указательным и средним пальцами. Вайз шумно втянул желаемый, густой воздух через нос, неосознанно выгибась на встречу. На последок, чемпион не сильно кусает его и двигается дальше, прокладывая дорожку из поцелуев к самому низу, иногда чередуя с лёгкими покусываниями. Когда губы Лайтера коснулись нежной кожи живота, Вайз рвано выдохнул, зарываясь пальцами в волосы чемпиона. Он направлял его ещё ниже. Сжимая пальцами пряди и оттягивая от себя, создавая мучительную пытку не только для своего тела, но и для самого байкера. Ощущение этих искусанных, горячих губ на своей коже давалось Вайзу совсем по-другому. Не смотря на болезненные ранки, приятная дрожь все равно ощутимо пробивала под кожей. Ожидание жгло внутри. Каждое новое прикосновение гонщика отзывалось электрическим разрядом. Лайтер остановился у самой кромки белья, чувствуя, как под его ладонями на запястьях бешено колотится пульс Вайза. Поднимая взгляд в немом вопросе, он поймал затуманенный взор Фаэтона, плавающего где-то в остатках своего самообладания и поддерживания диалога, которого не было совсем. – Продолжай, - Вайз лишь сильнее сжал бедрами талию чемпиона, притягивая к себе для окончательного подтверждения того, что вся осторожность при их встрече осталась в прошлом. Далеко, за рамками этой комнаты, где все ещё присутствует капля адекватности и сдержанности. Но точно не между ними. Подцепляя пальцами боксеры, Лайтер стягивает их до щиколоток Вайза. Обнажая своего друга, на этот раз, полностью, в душе не остаётся ни одной капли для сомнения. Смотря на то, как прокси задерживает дыхание, сжимает волосы байкера в своей ладони, в нем просыпаются необычные, странные чувства. Нежность, любовь, влечение - все перемешалось в один запутанный клубок, который достаточно сложно распутать, но одна ниточка решает показаться, чтобы облегчить путь для обладателя этого комка. Он обхватывает его за основание, заключая чувствительную головку губами, слизывая эякулят и немного продвигаясь вниз, захватывая полдлины. Придерживая Вайза за бедра и приподнимая расслабленное тело, придвигая к себе, до ушей Лайтера доносится приглушённый ладонью стон. Не сдерживая улыбки, байкер втягивает щеки, начиная опускаться дальше, прикрывая глаза. Одна рука все же скользит по левому бедру и обратно, нежно поглаживая напряженные мышцы под собой. – Расслабься. Я же не жру тебя. - с пошлым чмоком выпустил его член парень, что тот ударился о живот Вайза. – Со стороны так не скажешь, - несколько минут назад он лицезрел как его же член так горячо смотрится во рту у чемпиона, исчезающий с каждым движением головы вниз. Байкер тихо рассмеялся, утыкаясь лбом в правое бедро Вайза. – Все же хорошо, - он продолжает поглаживать его ногу, только теперь другую, доходя до голени. – Опасности нет. По крайней мере, я думаю, что со мной все будет просто отлично. Не зря же я приехал к такому замечательному прокси, - сопровождая поцелуями почти у самого низа, поднимаясь ими к колену, продолжил Лайтер, не прекращая поглаживаний. Фаэтон впервые избегает чужого взгляда, когда чувствует колючий жар на щеках. – Ну, мой милый директор, - подначивает его Лайтер, снова захватывая основание и оставляя поцелуй на головке. С губ Вайза срывается тихий стон, заглушаемый ладонью. – Ну уж нет, - цыкает парень, стукая того по кисти, выпрямляясь. – Я хочу слышать тебя. Каждый твой вдох, стон, все что угодно. Ты же прекрасен. – Продолжай уже.. - изнеможденно выдает прокси, утягивая его за волосы к своему истекающему члену. – Я не фарфоровый. Не надо возиться со мной как с девушкой. Байкер удовлетворённо хмыкает, ведя мокрую полоску к набухшей головке. Не отводя взгляд от резко сменившегося выражения лица Вайза, внизу живота разливается тягучее, приятное чувство желания завладеть всем этим податливым телом под собой. Прокси сжимает его волосы. В погоне за наслаждением он тянет парня на себя, заставляя парня принять себя почти по самую глотку. По позвоночнику пробегает холодок, а с губ Вайза срывается тихий стон. Он выгибается в пояснице, сминая под собой простынь, случайно задевая головкой заднюю часть горла. Опомнившись лишь тогда, когда Лайтер сдавленно закряхтел, упираясь ладонями в его таз, но не отстраняясь, обозначая свой предел - Вайз приподнимается на локте. Дыхание сбито, в глазах туман. – Прости, я... я забылся, - выдыхает он, пытаясь мягко отстранить друга. Однако Лайтер лишь плотнее прижимает ладонь к его животу, широко расставив пальцы и вынуждая Фаэтона снова откинуться на подушки. Чемпион не намерен останавливаться. Он сам задает новый темп - уверенный и тягучий, от которого у сероволосого кружится голова. Байкер ловит каждое приглушенное поскуливание, чувствуя, как под его руками мелко дрожат бедра прокси. Самодовольная ухмылка появляется на его сжатых губах вокруг длинны, но тут же спадает с очередным качком головы. Тихий влажный звук в тишине комнаты кажется оглушительным. Вайз закусывает губу, стараясь сдержать громкий вскрик, когда Лайтер чуть меняет угол, доводя его до предела. Взгляд Фаэтона затуманивается, он видит лишь зеленую копну волос снизу и чувствует жар, подстегающий к разрядке. – Еще.. - едва слышно шепчет Вайз, окончательно теряя связь с реальностью, выкидывая из головы то, где они вообще находятся. Забывая обо всем: о Белль в соседней комнате, о до сих пор не выполненных заданиях, что висят у него уже вторую неделю, о времени, даже не напрягаясь для того, чтобы прикинуть, сколько прошло. О чужих проблемах, каждый раз наваливающиеся на его плечи, о друзьях.. Лайтер отвечает на это лишь более глубоким толчком в свой рот, демонстрируя ту самую выносливость, которой славится на ринге, но теперь, направляя её не на врагов, а на извивающееся тело под ним. Меняя один угол за другим, а там уже и подавно пробираясь в горло, перекрывая себе воздух. Этот момент стал отправной точкой для обоих. Весь внешний мир с бесконечными цифровыми кодами, запахом моторного масла, гулом видеопроката по утрам после открытия, суеты Нью-Эриду, пыли, летящей в лицо из-под колес байка - окончательно перестал существовать. Остались только двое в полумраке этой комнаты, совсем немного освещённой подсветкой на потолке, отбрасывая тени на фигуры, сминающие простыни с каждым движением. Лайтер проявлял пугающую сосредоточенность. Он принимал каждое движение Вайза с жадностью. Каждый стон, всхлип, тихое "ещё" и "пожалуйста", не давая ни секунды передышки ни себе, ни другому. Его пальцы, привыкшие сжимать руль или кулаки на ринге, теперь нежно сжимали бедра Фаэтона, покачивая головой чуть быстрее. Прокси не мог сосредоточится, чувствуя, как внутри него тугой узел готов вот-вот лопнуть. Каждый новый толчок Лайтера, каждое прикосновение и глухой, влажный звук, вырывающийся из чужого горла, отдавались внизу живота нестерпимым жаром, заставляя парня выгибаться. Он больше не пытался контролировать себя: пальцы судорожно путались в зеленых волосах чемпиона, то притягивая его ближе, то в немом протесте толкая в плечи, ногтями впиваясь в кожу. Разум Вайза превратился в белый шум, где не было места мыслям об осторожности или последствиях. Только желание раствориться в Лайтере, в этом моменте, растягивать его целую вечность, чтобы продлить приятные ощущения снизу живота. Байкер выпрямился, обхватывая член Вайза в кулак и наклоняясь, захватывая губы прокси своими. На языке до сих пор оставался привкус горчинки и чего-то склизкого, похожего на свою природную смазку. Воздуха в легких катастрофически не хватало с каждым движением губ и наклоном головы в сторону, он держал парня за щеки, чтобы углубить поцелуй. Дыхание становилось прерывистым, а тихие стоны Вайза сорвались на хриплый, умоляющий шепот, когда он почувствовал приближение к концу. Это было похоже на падение в Бездну. Ощущение опустошения как в тот момент, когда Цезарь рванула в горячую лаву на своем байке. Только на этот раз, она не пугала, а манила своим теплом. Прокси вскинул бедра, последний раз толкаясь в сжатый кулак Лайтера. В момент разрядки, по ощущениям, время будто замерло. Вайз задохнулся в беззвучном стоне. Чувствуя, как всё его тело пробивает сильная дрожь, а мышцы сводит приятной судорогой, пока горячая сперма стекает ему на живот. Лайтер не отстранился сразу. Он замер, тяжело дыша, уткнувшись лицом в изгиб шеи прокси. Грудь тяжело поднималась и опускалась, а сердце продолжало свой бешенный ритм, стуча где-то в горле, как после пробежки. Комната медленно начала обретать свои очертания: звук работающего где-то поодаль приглушённого телевизора, шелест занавесок от небольшого сквозняка из приоткрытого окна. Всё то, о чем Вайз так старательно забывал длительные минуты назад, начало возвращаться, но теперь эти заботы казались мелкими и незначительными по сравнению с тем спокойствием, что разлилось по его уставшим конечностям. Когда Лайтер, наконец, отстранился, поднимая голову, на его лице читалась несвойственная ему мягкость. Вайз настойчиво избегал его взгляда. Но все же, прокси зацепился за то, как тот вытер губы тыльной стороной ладони, не сводя глаз с раскрасневшегося, совершенно дезориентированного Фаэтона, чьи волосы рассыпались по простыне. Молчание уж слишком затянулось. Как и неловкие переглядки между парнями. – Никогда бы не подумал, что Сын Калидона умеет такое, - усмехнулся сероволосый, приподнимаясь на локтях, чтобы достать салфетки, лежащие где-то на полках прикроватной тумбочки. – Тебе думать вредно. - он перехватил его руку, возводя над те над головой. – Не хватает задачек для прокси, которые дают тебе жители Нью-Эриду? - с хитрой улыбкой продолжает Лайтер, склоняясь ближе к его лицу, на котором все еще присутствовал легкий румянец. – Нет, не хватает, я люблю загадки. - вырывает кисть из хватки и поворачивается на бок, больше заботясь о том, как бы то, что они здесь вместе натворили, не стекло на постельное белье. Байкер, тем временем, сидит между его разведенных ног, собственническим взглядом окидывая тело Вайза не из-под пелены накрывшего его возбуждения всего-лишь пол часа назад. Красивый. Падла. Наконец найдя салфетки, Вайз вытирает с себя последствия их, похоже, огромной и взаимной любви, выбрасывая ту в недалеко стоящую мусорку. – Да что ты, - Лайтер неспеша лег рядом, притягивая Фаэтона к себе и накрывая его руку своей широкой ладонью. – А меня любишь? - переплетая с ним пальцы, байкер молча поднимает голову с плеча прокси. Вайз молчит, переводя взгляд с чемпиона на потолок. Мысли потоком накатывают так, что разболелась голова. Он потирает виски круговыми движениями, шумно вздыхая под пристальным взглядом зеленоволосого, а затем, не долго думая, поворачивается на бок, обнимая парня так крепко, насколько позволяют ему ослабшие руки. – Люблю, очень, - шепчет ему в кожу Вайз, звуча слишком приглушенно и поэтому, получается так, что его почти не слышно. Лайтер улыбается. Глупо, по-детски, но искренне, зарываясь носом в те растрепанные серые волосы, блаженно прикрывая глаза. – Уверен? - интересуется гонщик. – Сомневаешься? - отвечает вопросом на вопрос прокси. Их ноги путаются где-то внизу. Легкий, холодноватый ветерок обдувает разгоряченное, до сих пор не остывшее тело Вайза. Его пробирает небольшая дрожь и он ёрзает, прижимаясь к Лайтеру впритык. – Нет, просто уточняю, - он отмахнулся, утыкаясь в шею байкера