Идеальный подарок

      Сонару было не привыкать покупать дорогие вещи, в конце концов, он позволял себе множество прекрасных вещей в жизни, и разве можно было лучше использовать все те деньги, которые он заработал не совсем законным путём? Самым очевидным признаком дорогих вкусов Сонара был, конечно же, его культовый костюм, которым он очень гордился и без которого его почти никогда не видели. Сонар рано усвоил очень ценный урок, который заключался в том, что внешность - это всё, но особенно важно, если ты хочешь чего-то добиться в своей жизни.       Сонар остановился, разглядывая своё отражение в витрине ближайшего магазина, сменив свой обычный костюм и галстук на более тёплое тёмно-синее зимнее пальто balmacaan. Сонар переводил взгляд с отражения в витрине на манекены, и воспоминания продолжали захлестывать его.       — Привет, меня зовут Виктор. Приятно с вами познакомиться! — Весело сказал гораздо более молодой Сонар с ещё более непропорционально большими ушами, чем у него были во взрослом возрасте, когда он подошёл к детям, игравшим через дорогу от его дома. Один из мальчиков, который выглядел ненамного моложе его, с каштановыми волосами, был первым в группе, кто подошёл к Сонару.       — Привет, меня зовут…       — Сынок, отойди от него сейчас же! — Другой голос, на этот раз намного старше, заговорил, заставив обоих мальчиков вздрогнуть, когда ребёнка оттащили от Сонара, а их отец пронзил молодого гибрида яростным взглядом. — А ты, держи свои мерзкие лапы подальше от моего сына. — Это было последнее, что Сонар слышал или видел об этом маленьком мальчике, поскольку он и его друзья часто разбегались кто куда, как только он появлялся поблизости. Он не знал, чувствовали ли они то же самое, что, очевидно, чувствовали их родители, или просто боялись, что их родители снова разозлятся, но, честно говоря, Сонар обнаружил, что его совершенно не волнует, что было правдой.       Этот инцидент часто повторялся в детстве Сонара, и он вспомнил, как часто задавался вопросом, почему он всегда так отличался от других детей своего возраста и почему их родители всегда оттаскивали их в сторону, как только юный Виктор пытался заговорить с ними. Эти реакции с юных лет научили Сонара тому, что люди недоброжелательны к тем, кто отличается от них.       Затем настал день, который, по мнению Сонара, должен был стать началом лучшего будущего для него. Он очень хорошо помнил тот день, когда узнал, что ему удалось поступить в Гарвардский Университет, конечно же, он смог, он всегда гордился этим достижением, о чём никогда не забывал напоминать своим товарищам по команде и коллегам по работе, к их раздражению, которое часто встречалось в ответ.       — Да, Сонар, мы знаем, что ты выпускник Гарварда, ты говоришь это уже в третий раз… за сегодняшний день. — Эти или другие фразы часто произносились несколькими его товарищами по команде в унисон и обычно сопровождались различными раздражёнными вздохами и стонами. Он полагал, что может понять, к чему они клонят, потому что даже он признаёт, что довольно часто поднимает эту тему, но они, вероятно, не понимали, почему это имело такое большое значение именно для него.       К сожалению, Сонар обнаружил, что его студенческая жизнь в университете послужила ему ещё одним напоминанием о том, что внешний вид очень важен, и этот факт всегда удваивался для таких, как он. Конечно, всё было далеко не так плохо, как в те времена, когда он был намного моложе, но нужно было бы лгать самому себе или жить в полной изоляции, чтобы предположить, что подавляющее большинство людей относились к гибридам хотя бы нейтрально.       Поэтому, когда Сонар впервые приехал в кампус на свой первый семестр, он не удивился, обнаружив, что оказался в довольно враждебной по отношению к нему среде. Хотя преподаватели, с которыми он работал, были по меньшей мере профессиональными. Даже когда он точно знал, что некоторым из них действительно не нравилась идея иметь такого человека, как он, в своём классе, Сонар был благодарен, что они, по крайней мере, прямо не говорили ничего особо обидного. Они могли бросать на него тревожные взгляды, когда он подходил к ним, чтобы сдать работу или задать какие-то вопросы, но даже если Сонар знал, что это всего лишь вынужденный профессионализм, он был избавлен от потока оскорблений, которые привык слышать.       К сожалению, того же нельзя было сказать о его сверстниках. Казалось, что каждый день окружающие его люди придумывали новые оскорбления в его адрес.       — Урод, Монстр, Полукровка, Мерзость… — Список можно было продолжать, и Сонар с трудом мог припомнить каждое из них. В конце концов, он всё-таки выдержал эти долгие мучительные годы учёбы в университете и окончил уважаемый Гарвард, хотя и не без того, чтобы это не сказалось на его психологическом состоянии, но, мать вашу, он добился того, что получил эту степень, и доказал, что, несмотря на то, что, казалось, все были против него, он чего-то добился. Так что Сонара можно было простить, если бы он захотел немного похвастаться чем-то, что он считал своим главным достижением.       Однако гордыня всегда предшествует падению, и в конечном счёте, чем чаще звучали оскорбления, бросались холодные взгляды и происходила дискриминация на рабочем месте, тем неизбежнее это толкало Сонара на скользкую дорожку, на которой он оказался на долгие годы. Чтобы попытаться заглушить или, по крайней мере, притупить боль от взглядов, которые люди бросали на него, или полных ненависти слов, которыми его осыпали, Сонар обратился к различным веществам.       Он попробовал начать с алкоголя, как в то время поступало большинство людей его возраста, однако обнаружил, что физиология летучей мыши в очередной раз подвела его. Он узнал, что его организм усваивает алкоголь гораздо быстрее, чем большинство людей, что не позволяло ему должным образом запить свои печали. Это привело к тому, что Сонар стал экспериментировать с множеством других веществ, чтобы найти что-то, что могло бы, наконец, заглушить боль от существования в мире, который презирал его за то, что он не мог контролировать, и в конечном итоге нашёл бы утешение в своём самом известном пороке, над которым он усердно работает, чтобы, наконец, прекратить свои ядовитые отношения, кокаин.       Остальное, как мы уже знаем, стало историей, где Сонар пришёл к своим печально известным методам, строя козни и обманывая, чтобы выкачивать деньги из людей. Сонар в то время не видел лучшего способа отомстить миру, который пытался уничтожить его при любом удобном случае, чем обескровить тех, кому повезло больше, чем ему, и самому ощутить вкус хорошей жизни.       Думая об этом, Сонар протянул руку и провёл пальцами по дорогому красному шарфу, который он повязал на шею вместо своего культового красного галстука. Слегка улыбнувшись про себя, сопровождаемый тихим довольным возгласом, сожалел ли он о том, что сделал со всеми этими богатенькими ублюдками? Ни капли, в его глазах, все они получили по заслугам, никто из них не был таким святым, какими пытались казаться, элита общества вообще редко была хотя бы немного порядочной. Коррупция часто становилась жёстче, чем выше вы поднимались.       Так что это было, конечно, приятно, но на самом деле это ничего не изменило, общество по-прежнему презирало его, он полагал, что просто добавил им вескую причину ненавидеть его, среди всего этого несправедливого фанатизма и дискриминации. Если бы они были полны решимости видеть в Викторе монстра, он бы стал монстром, чтобы дать им повод.       Как преступник, Сонар твёрдо верил, что правила существуют для того, чтобы их нарушать, однако чего он никак не мог ожидать, так это того, что единственное правило, которое он считал верным, будет оспорено не один раз, а дважды. Первой появилась его теперь уже лучшая подруга Малевола, на неё люди смотрели очень похоже, Сонар предположил, что когда вы пересекаетесь с высокой мускулистой женщиной, которая выглядит так, словно вылезла прямиком из ада, вы можете получить несколько противоположных мнений. И по этой причине, в числе многих других, они быстро подружились и стали соучастниками преступлений. Позже Сонар ещё раз убедился в том, что его понимание людей пошатнулось, когда команда «Z» познакомилась со своим новым диспетчером. Роберт Робертсон - человек, которому всего за несколько месяцев удалось удивить Сонара не один раз.       Роберт очень быстро дал понять, что не собирается мириться с обычной мелкой ерундой в команде, но, что было важнее всего для Сонара, он совершенно ясно дал понять ещё одну вещь. Роберт кардинально отличался от всех его предшественников, потому что ему было не всё равно, конечно, он мог вспылить, и часто проявлял эту заботу в форме жёсткой любви. Сонар также признавал, что, по крайней мере, на раннем этапе он обнаружил, что может согласиться со своими товарищами по команде в том, что Роберт может быть довольно раздражающим со своими речами и созывом собраний команды, но факт оставался фактом: этот человек показал, что он действительно верит, что каждый из них может стать лучше.       Со временем Сонар проникся глубоким уважением к этому человеку, которое переросло в восхищение, и хотя Сонар до сих пор не знает, как это произошло, возможно, это связано с тем, что Роберт был одним из немногих людей в его жизни, которые проявляли к нему элементарную доброту и человеческую порядочность. Как он смотрел на Сонара и не видел всех его недостатков и неправильных поступков, а просто видел его, Виктора. Чем больше он думал об этом, тем больше Сонар осознавал, насколько низкими стали его представления о людях, если всё, что требовалось для того, чтобы Сонар заинтересовался кем-то - это относиться к нему так, как он относился бы к любому другому человеку.       Возможно, именно это и многое другое привело к тому, что Сонар влюбился в Роберта. Сначала он хотел просто отмахнуться от этого, в конце концов, он видел, как на Роберта смотрели такие девушки, как Блонди Блейзер, и он точно знал, что такой человек, как он, ни за что не сможет конкурировать с такой потрясающей женщиной, как она. Затем этому человеку пришлось пойти и удивить его снова, когда он ответил на чувства Сонара взаимностью, несмотря на свою неспособность говорить о них должным образом, и Роберт каким-то образом понял это, как всегда, когда речь заходила о Сонаре.       Именно так Сонар оказался там, где он был сейчас, и у них с Робертом дела шли на удивление стабильно, что бы там ни происходило в течение последних нескольких лет. Несмотря на постоянный страх Сонара и ожидание, что Роберт однажды поймёт, на какую дерьмовую судьбу он себя обрёк, оставшись с ним, Роберт оставался рядом.       Это заставило Сонара решить, что он собирается пойти и купить Роберту что-нибудь приятное на Рождество, чтобы показать ему, как много он для него значит. Единственная проблема заключалась в том, что из-за того, как Сонар провёл большую часть своей жизни, ему было чуждо представление о том, чего хотят другие. Он уже прошёл мимо нескольких магазинов, но так и не смог найти ничего подходящего, и всё это время его обдавал холодный воздух. Он плотнее закутался в куртку, выходя из очередного магазина, где не было никаких результатов с поиском идеального подарка.       — Просто нужно постоянно напоминать себе, что могло быть и хуже, зимой в Гарварде было намного холоднее… — Сонар бормотал себе под нос, пытаясь сделать нынешнюю погоду более сносной, но на самом деле это не работало. Ещё одной неудачной особенностью его физиологии летучей мыши было то, что, хотя части его тела, покрытые мехом, действительно сохраняли достаточно тепла, особенно в мягкие калифорнийские зимы, некоторые части его тела были особенно чувствительны к холоду, и, что более важно, это две очень большие части - его очень чувствительные уши. Хотя тыльную сторону его ушей покрывало небольшое количество шерсти, передняя часть была оставлена открытой холодному ветру, дувшему в лицо, когда он шёл.       Порывшись в карманах своего пальто, Сонар вытащил пару тёмно-красных вязаных шапочек и натянул их на уши. Они были подарком от Роберта, который, увидев, как сильно холодная зимняя погода беспокоит уши Сонара, занялся вязанием и сам научился делать пару маленьких «шапочек» для ушей Сонара, чтобы бороться с холодами. Если бы кто-нибудь увидел, как Сонар разрыдался, когда впервые получил их, он бы назвал их лжецами и сказал, что в тот день что-то попало ему в глаза. На самом деле именно этот подарок Роберта подтолкнул его к решению найти идеальный подарок для человека, который поселился в некогда сморщенном и холодном сердце гибрида.       Устав возвращаться с пустыми руками после посещения стольких магазинов, что, казалось, он уже сбился со счёта, Сонар задумался о новом подходе. Снова сунув руку в карман, на этот раз за телефоном, и бросив взгляд на экран блокировки, Роберт был застигнут врасплох, когда Сонар подошёл к нему сзади, и ему пришла в голову блестящая идея сделать неожиданное селфи со своим парнем. Задержав взгляд на изображении ещё на мгновение с тёплой улыбкой, Сонар разблокировал свой телефон и перешёл в групповой чат с остальными членами Команды «Z», за исключением Роберта Робертсона, и начал печатать.       Эй, ребята, нужна помощь, я весь день безуспешно пытался найти подарок для Робби, у вас, ребята, есть какие-нибудь идеи, что мне ему подарить? Нажав «Отправить», Сонар уставился на свои собственные слова, появляющиеся на экране чата, и застонал от того, как жалко это, вероятно, будет выглядеть для остальной команды, за исключением, возможно, Мэл.       В конце концов, именно он встречался с Робертом, и если кто-то и должен знать этого мужчину достаточно хорошо, чтобы выбрать идеальный подарок, так это он. Главная проблема Сонара заключалась в том, что он так долго ничего не давал, а только забирал у людей, и теперь ему приходилось учиться делать противоположное. К этому добавлялось давление, которое он испытывал, что всё должно быть идеально, потому что Роберт заслуживал только самого лучшего, что он мог предложить, и Сонар чувствовал себя совершенно растерянным от всего этого.       Почувствовав, как в лицо ударил холодный ветерок, Сонар решил просто засунуть телефон обратно в карман и поправить шарф на лице, прежде чем продолжить прогулку. Сонар решил зайти в ближайший магазин, что бы это ни было, чтобы дождаться ответа своих коллег в значительно более тёплой обстановке. К несчастью для него, в следующем магазине, куда он зашёл, одна из многих проблем, с которыми он столкнулся из-за своих чувствительных ушей, сменилась совершенно другой. Сонар обнаружил, что входит в местный зоомагазин, и его встретила какофония звуков, издаваемых различными животными, и от множества возбуждённых посетителей магазина.       Острый слух Сонара часто был одним из его самых мощных инструментов при работе с СДС, однако из-за этого он был легко перегружен и перевозбуждён в условиях высокого уровня шума, и не раз этот компромисс с его великолепным слухом приводил к тому, что Сонар страдал от частых головных болей. Пока он изо всех сил старался, чтобы его слух не улавливал все звуки сразу.       Он хватался за всё, что приходило ему в голову, чтобы отвлечься от всех этих звуков, терзающих его чувства.       — Биф! — Воскликнул Сонар про себя, когда в его голове сформировалась идея, не обращая внимания на взгляды посетителей, которые смотрели на него из-за его внезапной вспышки. Сонар решил сделать этот обход продуктивным. Он начал пробираться по проходам в поисках подарка для того кому было бы гораздо легче угодить, ещё одного маленького существа, который появился в жизни Сонара идя в комплекте с Робертом, милой маленькой пухленькой собачкой по кличке Биф.       Сонар был бы первым, кто признал, что он был искренне удивлён тем, как быстро Биф привык к его всё более частому присутствию рядом с ним и Робертом. Это было не потому, что он считал Бифа особенно пугливым или недоброжелательным к новым лицам, в конце концов, он быстро стал неофициальным талисманом команды. Нет, причина, по которой он ожидал большего сопротивления от своего нового компаньона-собаки, снова была в самом Сонаре.       Его гибридная внешность часто пугала большинство других животных, он сбился со счёта, сколько раз СДС посылал его забрать чью-то кошку, но в итоге эта тварь пугалась до смерти, когда видела кого-то, похожего на человека, но с головой, которая определённо не была человеческой. Сонар получил больше, чем полагалось, боевых шрамов от злющих кошек, которые бесились из-за его присутствие.       Поэтому, когда Биф впервые подошёл к Сонару и запрыгнул прямо к нему на колени, он был, мягко говоря, удивлён, ещё больше, когда Биф не испугался, когда Сонар в первый раз случайно превратился в квартире. Сонар не мог сказать, был ли этот пёс храбрым или ему просто не хватало мозговых клеток, но он всё равно его полюбил.       После нескольких минут блуждания возле полок Сонар собрал небольшую коллекцию товаров: новую собачью подстилку, пару новых игрушек для жевания взамен тех, которые, как заметил Сонар, начали изрядно изнашиваться, или, как, вероятно, выразился бы Роберт, «хорошо использовались», и небольшой набор, пакет рождественского печенья, подходящих для собак. Сонар принёс свой последний улов к кассе, заплатил за него и оставил кассиру немного доплаты, которая, как он надеялся, облегчит их страдания, вызванные работой в предпраздничный час пик.       Собрав свои вещи, Сонар мысленно приготовился сменить удар по барабанным перепонкам на горькие объятия зимнего ветра, когда он вышел обратно на улицу. Почувствовав, как завибрировал его карман, он свободной рукой выудил свой телефон обратно из кармана, видя, что все его товарищи по команде по-разному отреагировали на его головоломку. Решив, что движение поможет ему согреться, он решил ещё раз бесцельно побродить по рядам витрин, читая ответы в надежде, что хотя бы у кого-нибудь из команды найдутся для него хорошие идеи.       Перейдя к началу ответов своих товарищей по команде, он сначала просмотрел ответ Невидивы и почти сразу же пожалел о том, что прочитали его глаза.       Как насчёт того, чтобы разнообразить интимные ночи твоего парня? Например, какие-нибудь игрушки или что-то в этом роде?       Нет, просто, нет, мы же помним, что это должен быть искренний рождественский подарок, верно? Сонар напечатал ответ на неудивительно непристойное предложение Невидивы, он даже не был удивлён, что она предложила что-то настолько непристойное, просто разочарован тем, что она не внесла ничего существенного в его борьбу.       Хотя её предложение действительно порадовало Сонара, мех, покрывающий его лицо, скрывал смущающий красный оттенок, который в противном случае приобрело бы его лицо. Дело не в том, что он стеснялся более интимных моментов своей личной жизни с Робертом, Сонар никогда не стеснялся своих выходок, но что-то в том, что Визи так небрежно заговорила об этом в групповом чате, заставило Сонара захотеть свернуться калачиком в канаве. Покачав головой, Сонар решил перейти к следующему ответу, на этот раз от Призмы.       Как насчёт календаря, заполненного кучей твоих фотографий, сделанных со вкусом? Сонар в этот момент в недоумении смотрел на свой телефон: неужели его товарищи по команде действительно думают, что секс - это всё, о чём они с Робертом думают? Конечно, они были очень тактильной парой, но Сонар признаёт, что во многом это было связано с тем, что он сам изо всех сил старался использовать что-то вместо слов, чтобы казаться сентиментальным и романтичным, поэтому вместо слов он прибегает к нежному физическому контакту, чтобы показать Роберту, что он чувствует.       Чёрт возьми, кем вы все нас с Робби считаете? Мы не настолько похотливые. К тому же, у меня не было бы времени на это до сегодняшнего вечера, хотя, возможно, я сохраню эту идею для будущей годовщины, спасибо Призма. Сонар ответил, признав, что идея сама по себе неплохая, просто не подходит для данного сценария.       Сонар перешёл к следующему ответу, надеясь на что-то более убедительное, что-то, что покажет, что Сонар может говорить сердцем, а не только своим членом. Увидев, что следующее предложение было от Фламбе, Сонар уже приготовился к «потрясающей» идее. Член Команды «Z», владеющий пламенем, всегда был достаточно красноречив, а иногда даже проявлял физическую неприязнь к их диспетчеру с тех пор, как узнал о личности Роберта, так что можно простить Сонара за то, что он выразил некоторый скептицизм по поводу того, что он предложит хорошую идею.       Я не знаю, просто, напиши ему по-настоящему значимую и искреннюю открытку, полную всей той сопливой херни, которую ты хочешь ему сказать, или что-то в этом роде. Сонар был на самом деле ошеломлён и почувствовал, что ему нужно ещё раз перечитать предложение Фламбе. Он не ожидал, что первое достойное предложение поступит от самого большого ненавистника Роберта.       Ого, Фламбе, это была на удивление хорошая идея, теперь мы на верном пути. Сонар быстро ответил огненному герою, услышав сигнал из чата, прежде чем он успел проверить следующее предложение.       Что? У меня могут быть хорошие предложения, пошел ты. Сонар был немного удивлён быстрой реакцией Фламбе, как будто он активно следил за чатом, ожидая ответа Сонара, будучи более увлечённым, чем он мог бы признать. Сонар усмехнулся, покачав головой, прежде чем перейти к следующему ответу.       Как насчёт того, чтобы угостить парня пинтой пива хорошего качества? Сонар не хотел бы говорить, что ожидал подобной реакции от Громилы, но было бы ложью сказать, что это было не совсем так, и он ожидал другого предложения от этого человека. Размышляя об этом, Сонар на самом деле не думал, что это была совсем уж плохая идея. Он не мог сказать, что это был бы достаточно значимый подарок сам по себе, но он рассматривал его в сочетании с основным подарком в качестве небольшого бонуса.       Неплохая идея Громила, может, сам по себе оно и не станет хорошим подарком, но я, пожалуй, возьму что-нибудь подобное к нему, спасибо за идею. Получив следующий ответ, Сонар с удивлением обнаруживает, что он исходит от Купе. Отношения бывшей наёмной убийцы с Робертом всё ещё постепенно налаживались, она была счастлива, что он поручился за неё и пригласил вернуться в команду после инцидента с Пологом, но всё ещё требовалось время, чтобы вернуться к нормальной жизни, или, по крайней мере, к тому, что можно было считать нормальным для Команды «Z».       Я бы посоветовала раздобыть ему какое-нибудь оружие или клинок, которым он мог бы воспользоваться, чтобы защититься от любых потенциальных нападающих, в конце концов, мы не всегда можем быть рядом и протянуть руку помощи. Этот ответ заставил Сонара задуматься, он признаёт, что действительно беспокоится о Роберте больше, чем следовало бы. Так что, даже если бы он отказался от идеи такого подарка на Рождество, это была ещё одна идея, которую он решил обдумать в будущем. В конце концов, вы не потратите годы на то, чтобы носить мантию поколений Мехамена, без того, чтобы не привлечь к себе людей, которые, хотели бы вашей смерти.       Как бы то ни было, Сонар не хотел дискредитировать способность своего парня защитить себя. Роберт, возможно, и не обладал какими-то особыми способностями, но он был далёк от того, чтобы быть беспомощной девицей, которая только и ждёт, когда Сонар бросится на помощь. Сонар начал мысленно прокручивать в памяти драку в баре «Сардина». Сонар был удивлён масштабом резни, на которую был способен их, до этого, скромный диспетчер в ту ночь, он до сих пор помнил, какие мысли разбудил в нём тот вечер, когда он увидел Роберта в образе кровожадного хищника. Хотя до этого момента его восхищение Робертом неуклонно росло, именно в тот вечер Сонар по-настоящему начал понимать, что по уши влюбился в него.       Погруженный в свои мысли, Сонар, не осознавал, куда он шёл, и очнулся от воспоминаний, только когда почувствовал, что врезался прямо в чьё-то тело. Обратив внимание на окружающий мир, Сонар посмотрел вниз и увидел пожилого мужчину, одетого почти так же роскошно, как и он сам. Мужчина лежал на земле перед Сонаром, а рядом с ним валялось несколько сумок.       Наклонившись, Сонар протягивает руку, чтобы помочь мужчине подняться, и тот, не задумываясь, быстро ухватился за протянутую ему руку и, поднявшись на ноги, отряхнулся.       — Спасибо, сынок, хотя, возможно, тебе стоит больше обращать внимания на то, куда ты… — Когда мужчина внимательно посмотрел на Сонара, слова благодарности застывают у него на губах, и он резко отступает на шаг, тепло на его лице сменяется отвращением. — Фу, как посмел какой-то полуживотный урод прикоснуться ко мне. — Сказал мужчина, и теперь его тон был полон отвращения и яда. Сонар, со своей стороны, воздержался от множества отборных ругательств, которые он употребил бы в адрес этого фанатичного мудака, извергающего на него дерьмо, даже после того, как тот был достаточно любезен, чтобы просто не оставлять его неблагодарную задницу на земле. К счастью для этого человека, голос Роберта прозвучал в голове Сонара, когда он сделал глубокий вдох, напомнив себе, что теперь он герой, и это будет плохо смотреться не только на нём самом, но и на остальной его команде, если он устроит слишком большую сцену прямо здесь.       Подавив растущее желание просто-напросто ударить этого человека и отправить его задницу обратно на землю, он вместо этого наклонился, поднял пакеты с покупками и вернул их мужчине, который с издевкой выхватил их у него.       — Не думай, что это меняет тот факт, что ты урод природы, только потому, что ты вернул мне вещи, которые сам же и заставил меня уронить.       Желание Сонара отреагировать так, как он знал, он потом пожалеет, становилось всё сильнее по мере того, как его собственные сумки сжимались с каждой секундой всё сильнее, но он снова подавил желание ударить этого человека или того хуже, понимая, что на самом деле не хочет обострять ситуацию и привлекать ещё больше внимания, и поэтому, сделав ещё один глубокий вдох, Сонар натянул явно фальшивую улыбку, которую он привык использовать, когда обманывал людей, прежде чем ответить.       — И тебя с Рождеством, передай привет дому престарелых, из которого ты выбрался, когда вернешься туда, дедуля. — Просто сказал Сонар голосом, полным сарказма, прежде чем поправить шарф и просто уйти в сторону следующего ряда магазинов, возвращаясь к своей текущей задаче, а сердитые реплики мужчины становились всё тише по мере того, как он удалялся от него. Настроение Сонара после этой встречи значительно испортилось.       — Блядь… — Сонар, наконец, нарушил тишину, окружавшую его, как только почувствовал, что находится достаточно далеко от этого озлобленного старикашки. Остальные ответы его товарищей по команде были забыты, мысль о том, чтобы прочитать их, казалась ему такой далёкой, пока его разум был поглощён собственными мыслями.       Слова, брошенные в его адрес, давно перестали причинять ему боль, в конце концов, не то чтобы он к ним не привык, нет, его беспокоил не тот эффект, который эти ненавистные слова оказывали непосредственно на него. Он давно смирился с тем, что всегда найдутся люди, которые будут смотреть на него с отвращением, скорее он беспокоился о том, какое влияние может оказать на Роберта столь тесное общение с ним. Сонар знал, что этого человека это совершенно не волнует, Роберт часто напоминал ему об этом факте, чёрт возьми, Сонар помнил их самое первое свидание, хотя в то время Сонар отказывался так его называть.       Сонар недавно узнал, насколько плохо Роберт справляется с заботой о себе, особенно когда дело касается полноценного питания. Поэтому он решил сводить Роберта в хороший ресторан, угостить его по-настоящему качественной едой и дать ему почувствовать вкус хорошей жизни, в которую Сонару снова и снова удавалось проникнуть обманом. Проблема заключалась в том, что, как только они прибыли в ресторан, который выбрал Сонар, хозяин на входе бросил на него один взгляд и сообщил им, что такие люди, как он, не являются стандартными клиентами их заведения, что было действительно изящным способом при обслуживании клиентов, сказать им, что это заведение дискриминирует гибридов. Чего Сонар, откровенно говоря, не ожидал, так это того, что Роберт протиснулся мимо него и начал отчитывать мужчину за столь вопиющее проявление дискриминации, Сонар вспомнил, сколько времени ему потребовалось, чтобы отговорить Роберта от этого и убедить его уйти, и, что они найдут другое месте.       Это воспоминание напомнило Сонару о том, как ему повезло, что он был с таким человеком, как Роберт. Если не считать Малеволы, он никогда не встречал никого, кто защищал бы его так яростно, как он в тот вечер. Это напоминание только укрепило решимость Сонара найти что-то подходящее, чтобы выразить свою признательность за всё, что этот человек делал для него на протяжении последних нескольких лет.       С новыми силами Сонар прошёлся по нескольким магазинам, сначала чтобы купить бутылку вина по предложению Громилы, что отняло у Сонара неприлично много времени, поскольку он, по общему признанию, был довольно разборчив в алкоголе, особенно если это предназначалось в качестве подарка. Как только Сонар выбрал вино по своему вкусу, он перешёл к следующему пункту в своём списке, любезно предоставленному Фламбе, открытка, которую он заполнил, присев в ближайшем кафе. И снова это казалось монументальной задачей, пока он изо всех сил подбирал нужные слова. Закончив, он запечатал её в прилагающийся конверт.       Теперь Сонару оставалось только найти идеальную вещь в качестве главного подарка, и поэтому он зашёл в следующий попавшийся магазин, войдя внутрь и бегло осмотрев интерьер, он с уверенностью мог сказать, что этот магазин ориентирован на молодую аудиторию. Ряды всевозможных игрушек украшали полки повсюду, куда ни глянь, и Сонар был свидетелем того, как множество детей бегали туда-сюда.       Сонар мысленно пожал плечами, и с его губ сорвалось уклончивое хмыканье. Возможно, в этом магазине вряд ли можно найти что-то, что могло бы стать хорошим подарком для Роберта, но, проверив уже больше магазинов, чем ему хотелось бы сосчитать на данный момент, Сонар решил, что нет ничего плохого в том, чтобы хотя бы просмотреть. Прогуливаясь по магазину, он не удивился, когда не нашёл ничего, что могло бы зажечь пресловутую лампочку над его головой. Но пройдя чуть в глубь магазина, Сонар замедлил шаг и остановился, потому что краем глаза его внимание привлекла одна витрина.       Перед ним была выставлена целая коллекция плюшевых зверушек разных видов, но его внимание сразу же привлекла маленькая серая летучая мышь. Рядом с грудой плюшевых игрушек стояла вешалка, полная маленьких нарядов для них, одним из которых была странно знакомая светло-голубая рубашка на пуговицах, не слишком отличающаяся от рабочей рубашки Роберта. Руки Сонара двигались быстрее, чем его мозг, и, чтобы не стать жертвой порочного круга размышлений и самоуничижения, он схватил и маленькую летучую мышь, и рубашку.       Наконец-то добившись своей цели, Сонар встал в очередь, чтобы оплатить покупки. Пока он стоял в очереди, его внимание привлёк чей-то голос, окликнувший его.       — Боже мой, это Сонар?! — Когда он повернулся в сторону источника молодого голоса, он с удивлением увидел, что к нему подбегает молодой парень с выражением искреннего восхищения на лице. Сонар на самом деле не знал, как реагировать, он привык к тому, что люди убегали от него, и если они приближались к нему, то обычно на их лицах появлялось совсем другое выражение.       — Ух… Привет… — Сонар, прищурившись, посмотрел на ребёнка, не зная, что сказать в такой ситуации, он никогда по-настоящему не практиковался в общении с детьми, так как большинство родителей сразу же оттаскивали их от него.       — Боже мой, это действительно ты, ты мой самый любимый герой на свете! — Парень посмотрел на него снизу вверх с явным обожанием в карих глазах, его слегка растрёпанные светлые волосы соответствовали энергичной атмосфере, исходившей от мальчика. Теперь Сонар был по-настоящему ошеломлён: сначала ребёнок был рад его видеть, а теперь этот же самый ребёнок называет его своим любимым героем из всех.       — Что? Разве ты не предпочёл бы равняться на более эпичного супергероя, такого как Феномачо или Мехамен? — Сонар наконец заговорил, но парень просто покачал головой, прежде чем заговорить снова.       — Неа, ну, я имею в виду, они крутые и всё такое, но они не могут превратиться в огромных крутых летучих мышей, как ты! Ты просто потрясающе выглядишь, помогая бороться с плохими парнями! Некоторые из моих одноклассников не понимают, когда я говорю им, что ты мой любимый герой, но я думаю, они просто не знают, как реагировать на кого-то, кто отличается от них. — Когда ребёнок начал возбуждённо подпрыгивать, рассказывая о нём, что-то в мальчике привлекло внимание Сонара. У маленького мальчика был протез левой ноги. Внезапно в голове гибрида что-то щёлкнуло, и он, наконец, сменил выражение лица на тёплую улыбку, присев на корточки, чтобы поговорить с мальчиком как следует.       — Ну, осторожнее, я могу просто раздуть своё самолюбие из-за этого. — Сонар пошутил, состроив самодовольную мину, чтобы подчеркнуть свои слова, и это вызвало у мальчика лёгкий смешок.       — Шутки в сторону, спасибо, малыш, не так много людей разделяют твои мысли обо мне, хотя я, кажется, не расслышал твоего имени. — Прежде чем ребёнок успел ответить, раздался другой, более взрослый, торопливый голос.       — Эйвери, не убегай так, ты сильно напугал маму! — К ним подходит женщина, похожая чертами лица на мальчика, который подбежал к Сонару, и мягко отчитывает его за то, что он убежал.       — Мама! Смотри, это Сонар, это на самом деле он! — Сонар ничего не мог поделать, но слегка посмеивался над возбуждёнными выходками Эйвери. Женщина повернулась, чтобы посмотреть на Сонара, и он был удивлён, увидев, что она любезно приветствует его.       — О, вы только посмотрите на это, спасибо вам за всю вашу тяжёлую работу для этого города, и, конечно, спасибо за то, что поговорили с моим сыном, я уверена, вы могли бы догадаться, но он просто обожает вас.       — Не стоит благодарности, мэм, я был удивлён, когда ваш сын подбежал ко мне, я не совсем привык к такой реакции. — Он неопределённо указал на своё лицо, на что женщина понимающе кивнула. Затем Сонару пришла в голову неожиданная идея, и он снова обратил своё внимание на мальчика, который всё ещё смотрел на него так, словно он был лучшим существом на свете.       — Эй, Эйвери, что бы ты сказал, если бы мы сфотографировались вместе? — Сонар мог поклясться, что мальчик был в полном восторге, но при этом предложении глаза Эйвери стали почти комично большими. Сонар посмотрел на мать Эйвери, и они обменялись понимающими улыбками, когда она доставала свой телефон из сумочки. Сонар решил, что ему нужен подарок на память об этом моменте, когда он встретил своего самого первого поклонника, он достал свой телефон и подключил его к приложению «камера».       — Как думаете, вы могли бы сделать такой же снимок для меня? Не каждый день я встречаю такого большого поклонника, так что… для меня это очень важно… — Спросил Сонар, и в его голосе снова зазвучали робкие нотки, всё ещё непривычные к такому общению. Когда она забрала у него телефон, он опустился на колени рядом с Эйвери и обнял его за плечи. По указанию женщины Сонар и Эйвери изобразили свои лучшие улыбки, хотя улыбка Сонара выглядела как нечто среднее между неловкой ухмылкой и его обычной фирменной самодовольной ухмылкой. Сделав несколько снимков, она вернула Сонару его телефон, и он встал.       — Большое спасибо, Сонар! — Сказал Эйвери, всё ещё дрожа от радости при встрече со своим героем.       — Нет проблем, Эйвери, а теперь просто пообещай мне одну вещь: будь хорошим и всегда слушайся свою маму. — Сказал Сонар. Он знает, что сам никогда не следовал этому совету, но ему показалось правильным сказать это ребёнку.       — Да! — Взволнованно воскликнул парень, Сонар обернулся и увидел, что кассирша теперь смотрит на него с другого конца зала, где раньше были впереди стоящие клиенты. Он опустил голову, когда подносил свои товары к прилавку и расплачивался за них, извиняясь за задержку.       Как только его вещи были оплачены и упакованы, он снова посмотрел на Эйвери, и его слова вырвались прежде, чем он осознал это.       — Знаешь что? Не каждый день я встречаю кого-то, кто так рад встрече со мной, позвольте мне заплатить и за то, что покупает этот молодой человек. — Сказал Сонар, прежде чем позволить Эйвери подойти и положить свою игрушку на прилавок, и он сразу же узнал в ней точно такую же плюшевую игрушку, которую купил сам, но в отличии от него мальчик надел на неё маленький костюм и галстук, которые явно должны были соответствовать образу самого Сонара. Быстро оплатив покупку Эйвери, он попрощался с ним и его матерью, прежде чем собрать свои собственные покупки, выйти из здания и вернуться в квартиру.       То, что дверь в квартиру была не заперта, подтвердило подозрения Сонара о том, что Роберт действительно был дома, хотя он и не ожидал, что его парень будет где-то ещё в канун Рождества, если только он не был таким же плохим, как сам Сонар, когда дело доходило до покупки подарков в самый последний момент. Сонар, довольный тем, что ему удалось собрать все подарки Роберта в один пакет, переложил оба пакета в правую руку, а освободившейся левой открыл дверь и вошёл в квартиру, но тут же оказался в окружении Бифа, который в волнении начал кружить вокруг гибрида.       — Эй, Бифстер, дай мне минутку, чтобы положить вещи, и не споткнуться о тебя. — Сонар поприветствовал толстого пса улыбкой и смешком, и медленно подошёл к кухонному столу и поставил на него свои сумки, прежде чем наклониться, взять Бифа и погладить его по животу.       — А вот и мой мускулистый мальчик, как прошёл твой день? У тебя был хороший день с папой? — Задавая этот вопрос, он подошёл к дивану, чтобы присоединиться к Роберту, и обнаружил, что мужчина, одетый в рождественский свитер и пижамные штаны, развалился на нём и смотрит эпизод какого-то шоу, которое Сонар не сразу узнал.       — Счастливого Рождества, Роберт, хо-хо-хо и всякой такой фигни. — Приветствие Сонара вызвало у Роберта сухой смешок, когда он переключил своё внимание с шоу на своего парня.       — И тебя с Рождеством, Вик, догадываюсь, что ты делал кое-какие рождественские покупки в последнюю минуту? — Спросил Роберт с понимающей ухмылкой на лице.       — Что? Пффф, нет, ха-ха, за кого ты меня принимаешь, Боберт? — Сонар солгал не очень убедительно, изо всех сил стараясь, чтобы в его голосе не проскальзывали нервные нотки. Роберт в ответ только приподнял бровь, глядя на гибрида. — Ладно, возможно, в итоге я купил ваши с Бифстером подарки поздно, и под «поздно» я имею в виду… Сегодня… — Признался Сонар, немного напрягшись, пока не увидел, что ухмылка Роберта смягчилась и стала намного теплее.       — Всё в порядке, Виктор, многие люди так делают, чёрт возьми, я тоже был виноват в этом несколько раз. — Роберт признался, надеясь, что это заставит Сонара немного меньше расстраиваться из-за того, что он так долго покупал подарки для него, и Роберт может только догадываться, как долго. Похоже, это возымело желаемый эффект, по крайней мере, Сонар, наконец, расслабился, и лёгкая улыбка вернулась на его лицо, когда он подошёл и забрал сумки, прежде чем сесть на диван рядом с Робертом.       — Ладно, Бифстер, давай сначала разберёмся с твоими подарками, а, парень? — Услышав, как Сонар зовёт его по имени, Биф прибежал, звуки его шагов сигнализировали о его приближении, прежде чем он запрыгнул на диван между Робертом и Сонаром. Как только Сонар разложил новую кровать с новыми игрушками для жевания, Биф сразу же устроился на ней.       — Тебе удобно, мальчик? Я рад. И посмотри, что ещё у меня есть для моего любимого малыша. — Сказал Сонар, доставая пакет с печеньем, привлекая к себе пристальное внимание Бифа, он достал маленькое печенье в форме леденцовой палочки и протянул его Бифу, который взял его и быстро вернулся в свою постель, чтобы съесть угощение.       — Пока только это, Биф, потом сможешь взять ещё. — Сказал Сонар, убирая пакет обратно в сумку. Схватив другой пакет, он протянул его Роберту. Мужчина взял его и открыл, вытащив сначала бутылку вина, с ухмылкой на губах.       — Знаешь, Вик, тебе не обязательно подкупать меня алкоголем только потому, что тебя не было дома большую часть дня, — поддразнил Роберт Сонара, ставя бутылку на стол, отметив, что это определённо было высококачественное вино, конечно, он знал, что Сонар никогда не согласится на меньшее, особенно если это было предназначенный для него.       — Просто продолжай, Боберт, там ещё много чего есть. — Сонар ответил игривым толчком.       Роберт снова полез в сумку и нашёл открытку, однако, когда он хотел открыть её, Сонар схватил его за руку с выражением нервозности на лице.       — Ты не мог бы, ээ, не мог бы ты почитать её попозже? — Роберт, решив, что у Сонара есть на то свои причины, кивнул в знак согласия, приложил его к бутылке вина, а затем потянулся к последнему предмету в пакете и, вытащив его, увидел крошечную плюшевую летучую мышь, одетую в рубашку, очень похожую на его собственную офисную рубашку СДС. Роберт молча уставился на неё, просто восхищаясь крошечной летучей мышью, которая напоминала ему ту, что сидела рядом с ним на диване в натуральную величину.       Сонар, в свою очередь, начал беспокоиться по мере того, как молчание затягивалось, и, не успев опомниться, начал бормотать. — Я знаю, это немного просто и глупо, но я увидел это и подумал, что было бы неплохо подарить тебе маленькую летучую мышь, одетую, как ты, честно говоря, я даже не знал, понравится ли она тебе и… — Сонар не смог закончить своё заявление, так как Роберт решил заткнуть своего парня самым быстрым и эффективным способом, который он знал - притянув гибрида к себе для поцелуя.       Роберт несколько секунд держал его в объятиях, прежде чем отстраниться и посмотреть на ошарашенное выражение лица Сонара.       — Теперь ты в порядке? — Сонар, всё ещё не доверяя своему голосу, просто кивнул, позволяя Роберту продолжать. — Мне нравится, Вик, я вижу, мысль вложенную в детали этого подарка, и это действительно важно, ведь идеальный подарок - это тот, который исходит от чистого сердца, независимо от того, каков он на самом деле. — Второй раз за сегодняшний день Сонару повезло, что его шерсть скрывала тёмно-красную окраску, которой, вероятно, в противном случае стала бы его морда при словах Роберта. Не имея слов, чтобы сформулировать надлежащий ответ, Сонар решил просто заключить Роберта в объятия.       — Хотя я должен согласиться с тобой, предложение Фламбе было на удивление наивным для него. — Услышав это, Сонар выпрямился, широко раскрыв глаза в замешательстве.       — Ты… Что…? Как…? ХА? — Сонар запинался, совершенно сбитый с толку тем, как Роберт узнал, что открытка была идеей Фламбе. Роберт открывает свой телефон и показывает ему групповой чат, в который включён Роберт. Конечно же, там были все предложения, которые прислали ему товарищи по команде. Сонар застонал, схватил ближайшую подушку и зарылся в неё лицом, чем вызвал искренний смех Роберта.       — Я думал, что отправил это в другой групповой чат! — Крик Сонара был приглушён подушкой, прижатой к его морде.       — Это нормально, Виктор, что случаются несчастные случаи, но у меня есть только один вопрос. — Сонар убрал подушку с лица и приподнял бровь в ответ на слова своего парня.       — Когда я могу ожидать, что ты сделаешь тот календарь? Мне нужно знать, когда я заменю свой нынешний. — Единственным ответом Роберту была подушка, брошенная прямо ему в лицо, что, конечно, вызвало ещё больший смеха. Как только Роберт справился со всем этим, вытерев несколько слезинок от смеха за счёт своего бедного парня, он успокоился.       — Ладно, ладно, извини, Вик, я просто не мог ничего с собой поделать. Теперь моя очередь вручить тебе подарок. — Роберт встал и подошёл к их маленькой рождественской ёлке у балконной двери, взял маленькую упакованную коробку, вернулся и передал её Сонару.       Сонар взял коробку и, не теряя времени, открыл её, чтобы посмотреть, что же Роберт подарил ему. Внутри коробки был вязаный свитер, который был выполнен в стиле его обычного синего костюма и красного галстука. Сонар признал, что это была забавная идея, и он, не теряя времени, сменил свой нынешний наряд на свитер, наслаждаясь теплом, которое он дарил после долгого дня, проведённого на холоде, как в прямом смысле этого слова, благодаря удобному шерстяному материалу, так и в переносном смысле, из-за внутреннего тепла, которое разливалось в его сердце от этого прекрасного подарка, сделанного вручную Робертом, его Робертом.       — Значит, я так понимаю, Вик, тебе нравится?       — Ох, определённо нет Роберт, двойка с вычетом за абсолютный провал. — Саркастически ответил Сонар со своей фирменной ухмылкой, которая заставила Роберта закатить глаза.       — Итак, раз уж мы уже здесь сидим, не хочешь ли посмотреть что-нибудь, Вик? — Спросил Роберт, хотя ему уже казалось, что он знает ответ.       — Честно говоря, после того дня, который у меня был, я бы хотел просто немного отключить свой мозг, так что, может быть, что-нибудь из того, что мы уже смотрели раньше. — Роберт знал, что этим Виктор хотел сказать: «Давай посмотрим какие-нибудь повторы». Решив, что их обычный выбор, такой как «Закон и порядок», не совсем соответствовал бы тону вечера, Роберт решил включить один из их более лёгких обычных вариантов - «Психа». Он знал, что Сонар находит выходки главного героя, демонстрирующего свои фальшивые экстрасенсорные способности, довольно забавными, поскольку считает, что это не слишком отличается от обмана людей.       Когда Роберт приступил к просмотру первой серии, Сонар улёгся на диване, вытянувшись во весь рост, положив голову прямо на его колени. Роберт понял намёк и начал лениво перебирать пальцами шерсть на голове Сонара, уделяя основное внимание шерсти вокруг его щеки. Вскоре после начала первого эпизода Роберт уже мог слышать храп Сонара, который, вероятно, наконец-то отключился после изнурительного дня, и он был уверен, что услышит полную историю о нём, когда в конце концов разбудит Сонара к ужину. Однако пока он был доволен тем, что гибрид, лежавший у него на коленях, получил заслуженный отдых. При взгляде на умиротворённое выражение лица своего парня в голове Роберта промелькнула простая мысль:       Этот мужчина - поистине самый ценный подарок, который я когда-либо получал.