Новогодний переезд

1. Последний ящик с надписью «Кухня. Осторожно, хрупкое!» был аккуратно поставлен в кузов грузовика, втиснутый между другими, чтобы точно ничего не побилось. Глава семейства, Максим Матвеевич, обвёл глазами коробки, ящики, укрытую чехлами мебель и вздохнул. Их дом — в котором вырос сам Максим, где подросли его дети — опустел. На подоконниках остались следы от горшков, на стенах — более яркие пятна обоев, где висели фотографии. Теперь эти фотографии лежали в картонных коробках, и их следующий адрес был написан маркером на скотче: «г. Зареченск, ул. Новая, 15, кв. 18». Чужой город. Чужая улица. Другая, совершенно новая жизнь. Обойдя дом ещё раз и слушая, как эхом отдаются шаги в опустевших стенах, Максим вышел на улицу. — Ну всё, можно ехать. Всё погрузили, ничего не забыли, — мужчина попытался улыбнуться, но улыбка вышла бледной и натужной. Его супруга Ирина только кивнула; её лицо было усталым и озабоченным. У крыльца дома, который сейчас казался просторным и голым без привычных ваз и кашпо с цветами, стояли их дети. Четырнадцатилетняя Лиза, заткнув уши наушниками, старательно делала вид, что это её не касается, и ковыряла носком ботинка подмёрзшую землю. Рядом на корточках присел девятилетний Алёша. Мальчик старался бодриться, но подрагивающие губы и покрасневшие глаза выдавали его с головой: ведь придётся расстаться с приятелями из школы, а ещё с четвероногим другом — лохматым огромным соседским псом по кличке Буран, породу которого никто не знал. Но пёс отличался строгим и добродушным к детям нравом. Для мальчика это было как катастрофа. 2. Максим переглянулся с Ириной и позвал детей, стараясь, чтобы в голосе прозвучала уверенность: — Лиза, Лёша, поехали! Понимаю, что тяжело, но смотрите на это как на приключение. Лиза, вошедшая в «чудесный» переходный возраст, вынула наушник, кивнула и, вернув его на место, пошла к машине, всем видом демонстрируя, как она расстроена всем этим. Алексей не двинулся с места. Подняв взгляд на родителей, он упрямо выдохнул: — Я не поеду. Я не хочу ни в какой Зареченск. Почему мы не можем остаться? Ирина посмотрела на мужа, подошла к ребёнку и присела рядом, обнимая его. — Лёшик, — она так ласково называла сына, — мы не можем остаться: у папы новая работа в том городе. Ездить каждый день туда и обратно слишком тяжело, а нам без него будет трудно, если он будет жить в Зареченске. Мне тоже грустно — здесь столько воспоминаний… Зато у нас будет Новый год на новом месте. Начнём с чистого листа. Правда, здорово? — Нет! Неправда! — Сынок, теперь там наш дом… — Неправда! Мой дом — здесь! Где ребята, где… Буран… — мальчик всхлипнул. К ним подошёл Максим и поднял сына на руки. Мальчик стал вырываться, но мужчина лишь крепче прижал его к себе и понёс к машине. Ира, поднявшись, напоследок грустным взглядом обвела фасад дома: заколоченные окна, запертая дверь. Всё, возврата к прошлому нет. На глаза женщины навернулись слёзы. Она смахнула их перчаткой и поспешила к машине. 3. Зимой быстро смеркается, и из города они выехали, когда повсюду уже загорались фонари и яркая новогодняя иллюминация, а небо приобрело густо‑фиолетовый цвет. Грузовик с их вещами шёл впереди, а семейная машина следовала сзади. В салоне царила давящая тишина, полная напряжения и обиды. Алёша, выплакавшись и устав, задремал. Лиза, погружённая в музыку, смотрела в окно, рассеянным взглядом провожая мелькающий пейзаж. Ирина обернулась и посмотрела на детей. Её руки коснулась ладонь мужа. — Всё наладится, — тихо сказал Максим. — Новая школа. Новые друзья, новые впечатления. Да и возможностей там больше. Всё будет хорошо. — Лёша так расстроен… — Знаю. Он сказал, что… ненавидит меня. Но я думаю, это от расстройства — они так хорошо дружили с Бураном. — Надеюсь, время им поможет. Оно ведь всё лечит. — Будем надеяться, что это так. — Будем надеяться. — Ирина тяжело вздохнула, ссутулилась и спрятала нос в воротнике куртки. Максим тоже вздохнул и включил радио, чтобы немного развеять тишину. Но затея оказалась провальной: диктор вещал о новогоднем настрое, предпраздничных скидках и распродажах, а ещё о пробках на дорогах. Спустя буквально десять минут этого жизнерадостного бубнёжа мужчина выключил приёмник. Их настроение было антиновогодним. 4. Чтобы объехать пробки и сократить дорогу, поехали в объезд по просёлкам. Машину начало потряхивать на неровностях. Здесь фонари встречались реже, и стало ощутимо темнее. Из низких туч повалил густой снег — крупными липкими хлопьями. А потом снег стал ещё гуще. Дорогу начало заметать, и машины начали буксовать, застревая в липком сугробе. Внезапно грузовик впереди вильнул, потом выровнялся, но вскоре остановился, зажёг задние красные огни. Максим тоже притормозил. Он видел, как приоткрылась кабина, как водитель грузовика Николай выглянул, оценивая колёса, и попытался тронуться. Но в итоге мужчина махнул рукой, заглушил мотор, спрыгнул на землю и пошёл к ним, проваливаясь в снег по щиколотку. Максим опустил стекло и выглянул наружу. Николай, покрасневший от досады, махнул рукой: — Замело. Тут только трактором до какого‑нибудь жилья вытащить — назад не проехать. Засада! — И что же нам делать? — Не знаю! Надо было по шоссе ехать — пусть дольше, но не застряли бы так. Максим прикусил губу. На просёлочной дороге, в канун Нового года, в снегопад — откуда ждать помощи? Неоткуда. Ирина, слушая их разговор, смотрела с тревогой, чувствуя, как нарастает паника. 5. Повисла тишина, нарушаемая только едва слышным звуком, с которым хлопья снега падали на капот машины. Наконец Максим отмер, потом спросил, стараясь скрыть тревогу: — Может, поискать помощь? По карте тут вроде недалеко деревня… — Можно попробовать… Только вот… — Николай замялся. — Новый год, да снегопад ещё… Но попробую. А вы тут оставайтесь, грейтесь пока. Я быстро. Обещаю. Максим лишь кивнул. Коля слов на ветер не бросал — если сказал, значит, сделает. Мужчина достал телефон, включил навигацию, определил направление и решительно зашагал через усиливающийся снегопад. Лиза, заметив, что они стоят как‑то слишком долго, вынула из ушей наушники, убрала их в чехол и встревоженно посмотрела на родителей. — Что случилось? Почему мы стоим? — Мы застряли в снегу, милая, — Ирина постаралась скрыть тревогу. — А вызвать спасателей? — Вряд ли они к нам поедут — Новый год же… — Ну блин! Просто класс! Новый год в машине! Девочка надулась, скрестила руки на груди и опустилась в кресло. Проснулся и недоумённо заморгал Алёша. — Мы приехали? — Нет ещё. У нас… небольшая проблема. — Проблема? А как же… а Новый год? — Лёшик, всё будет хорошо. Дядя Коля пошёл за помощью, а мы его здесь подождём. В салоне снова стало тихо. Снаружи всё падал снег, заметая следы. А они были внутри, и машина стала маленьким островком их семейного единства. Казалось, они одни во всей Вселенной. Впервые за весь день не было ссор и обид. Была лишь тихая, общая беда. 6. Тишину прервал негромкий голос Алёши: — Пап… прости… Я сказал, что ненавижу тебя… Я тебя люблю… — Я знаю, — улыбнулся Максим сыну. — Ты был расстроен расставанием с Бураном. Я понимаю. Снова стало тихо. — Мы замёрзнем здесь? — Лёша смотрел широко распахнутыми глазами. — Нет, конечно, нет, — Ирина повернулась на сиденье и обняла ребёнка. — Дядя Коля скоро вернётся. — А в кино… — мальчик прижался к матери. — Это просто кино. История. Всё будет хорошо, Лёшик, ты мне веришь? Женщина стянула с сына шапку и поёрошила ему волосы, успокаивая. — Да, — мальчик притих, но снова встрепенулся. — А как же Новый год? Мы же… не дома… Как Дед Мороз узнает, где мы? — Видимо, придётся встречать Новый год вот так — в машине. Но этот праздник мы точно не забудем! — Максим постарался развеселить семью. Лиза фыркнула на своём месте: — Ну круто! А что не в сугробе? Дядя Коля — Дед Мороз, а я вместо Снегурочки… Это реально зашквар! — Елизавета! Что за тон и лексикон? — Да ладно вам! Это натурально кринж! — девочка состроила гримасу. — Новый год в сугробе! Возразить ей было нечего. Каждый думал о своём. Максим — о том, не ошибся ли он, согласившись на этот переезд. Ира — о том, как развеселить детей. Дети — о том, что этот Новый год будет худшим в их жизни. 7. Тишину снегопада нарушило тарахтение трактора и лучи света от его фар. Максим выглянул и с удивлением и надеждой увидел, что совсем рядом действительно остановился трактор с прицепом. Из него выбрались несколько человек, и вместе с ними — Николай. — Эгей! Зимовщики! Я с подмогой! — громко крикнул он, махая руками. Максим ощутил облегчение и радость. Другие фигуры в тулупах и ватниках оказались местными деревенскими жителями, среди которых были и женщины. Они подошли к машине, помогли семейству, попавшему в беду, выбраться наружу. Одна из деревенских женщин, в ярком тёплом платке, обмотанном вокруг головы и шеи, всплеснула руками, увидев Лёшу и Лизу. — Деточки! В такую‑то метель… Ну сейчас в тепле будете, мы быстро вас довезём. — А как же машины? — Максим, хоть и был рад гостеприимству и отзывчивости совершенно незнакомых жителей деревни, волновался. — Да завтра или послезавтра мужики тракторами вытянут вас на дорогу! И поедете спокойно! А пока вот у нас переночуете. Максим и Ира переглянулись. Наконец Максим неуверенно произнёс: — Неудобно как‑то… Мы не хотим мешать… У вас же праздник… — Какой праздник без гостей? — рассмеялась женщина. — Меня зовут Валентина Семёновна, можно тётя Валя. Да вы не стесняйтесь, в тесноте да не в обиде! Взрослые ещё немного поколебались, но, взглянув на детей, согласились: в любом случае в деревенском доме провести ночь лучше, чем в машине. Лёша повеселел — для него это было настоящее приключение. Лиза предвкушала, как выложит фото и видео в своём блоге, который она начала вести недавно. Прихватив сумки из багажника, семья погрузилась в кабину трактора, деревенские — в прицеп, и двинулись в обратный путь. 8. До деревни доехали и правда быстро. Их высадили возле дома Валентины Семёновны. Дети с интересом оглядывались вокруг: в деревне они ещё ни разу не были. Их прежнее жильё, пусть и было отдельным домом, находилось в городе — хотя и в частном секторе. А здесь всё было иначе. От других домов доносилась залихватская, разудалая игра гармошки, песни, музыка для танцев, смех, возгласы. Деревенские весело встречали праздник. — Пойдём в дом — погреетесь, и как раз к столу! Валентина Семёновна провела их через калитку и по протоптанной в снегу дорожке к дому. Дети во все глаза смотрели на то, как из трубы вьётся дымок, на резные наличники и высокое крылечко. Дом оказался большим и тёплым. А в гостях у хлебосольной и гостеприимной хозяйки собралась вся её семья: дочь с зятем и двое внуков. Неожиданных гостей приняли как родных. Валентина Семёновна — тётя Валя, как она велела себя называть, — тут же развернула бурную деятельность. Гостей сняли верхнюю одежду, разули, нашли тёплую одежду, чтобы переодеться, и усадили на диван, велев поставить ноги в тазы с горячей водой, в которую женщина насыпала по горсти сухой горчицы. — Сейчас погреетесь, а там и к столу. Гость в дом — счастье в нём! Согревшимся натянули носки — сперва обычные, а сверху шерстяные — и повели к столу, который просто ломился от деревенских разносолов. Лиза, с горящими глазами, снимала фото и видео на телефон, представляя кучу комментариев от бывших одноклассников. Лёша просто наслаждался атмосферой праздника, а их родители наконец смогли немного расслабиться. За столом семья сначала ощущала себя немного неловко: они чувствовали себя чужими, словно нарушили чей‑то семейный праздник. Но хозяева были настолько искренни и радушны, что стеснение быстро растаяло. 9. За столом взрослые разговорились, перезнакомившись. — А мы, знаете, как обрадовались, когда Коля постучался! — говорила дочь хозяйки, Ольга. — Гости на Новый год — это к счастью! А за машины не волнуйтесь — завтра или послезавтра мужики их тракторами вытащат, и поедете спокойно. — И правда, — кивнула Валентина, подкладывая гостям пирога. — И дети погуляют. Когда ещё так повеселитесь? Муж Ольги, Алексей, широкоплечий молчаливый мужчина, только кивнул. Максим и Ирина переглянулись и согласились. Это был новый необычный опыт, который запомнится надолго — как и этот праздник. Пока взрослые общались, дети с любопытством знакомились и присматривались друг к другу. Старшая дочка хозяев, Таня, с интересом спросила Лизу: — Вы из большого города? — Да, папа получил новую работу, вот переезжаем… И тут эта авария… — Девочка встрепенулась. — А вам тут не скучно? В городе же всякие аттракционы, развлечения… — Не‑а, — рассмеялась Таня. — Мы уже не первый раз так отмечаем. Тут на лыжах можно ходить, потом на пруду ледянку расчистят — на коньках покатаемся. А ещё вот у соседей лошадки есть… — Лошадки? — Да, можно на санях прокатиться. А айда с нами поколядовать? Лиза округлила глаза; даже Лёша оторвался от пирога. — Поко… лядовать? А как это? — Возьмём мешок, звезду, только оденемся потеплей — мороз вон какой — и пойдём по домам песни петь, частушки. Мы в прошлом году весело колядовали. У Лизы вспыхнули глаза — такого она точно не пробовала. — Я только у мамы спрошусь! Ирина, услышав о планах девочек, сперва хотела запретить, но Валентина Семёновна успокаивающе ей улыбнулась: — Пусть идут! Никто здесь им не навредит — повеселятся и развлекутся. — Одни? — Да тут сейчас ребятня соберётся. Да и мы пойдём — на площади веселье начнётся. Так что разрешение было получено — и тепло одетые дети отправились на улицу. 10. Взрослые тоже не сидели без дела: утеплив городских гостей, повели их показывать деревенское веселье. На деревенской площади уже было людно: горели костры, раздавались задорные наигрыши гармони и песни. Ирина и Ольга беседовали о детях и разных рецептах; их мужья обсуждали автомобили и рыбалку. На улицах слышались детские голоса и смех, то у одного, то у другого дома звучали песенки, исполняемые звонкими, пусть и слегка нестройными голосами. На столе стоят салаты — Дело трудоёмкое. Так устала я, ребята, Прилегла под ёлкою. После нескольких плясовых гармонисты взяли паузу, чтобы согреться чаем и пирожком, а потом зазвучали задорные наигрыши под частушки. Женщины — и молодые, и постарше, и в возрасте — выходили в круг и с задором исполняли весёлые куплеты, от которых смеялись все вокруг. Мы с друзьями Новый год Отмечали весело. Показали в новостях, Как мы куролесили. Ирина, охваченная общим задором, притопнула, глянула на мужа, поправила тёплый цветастый платок и, выйдя вперёд, спела: Дед Мороза мы просили Погасить за нас кредит. Старый в банке всё напутал, Заморозил счёт, бандит. Дружные хлопки и смех стали ей наградой. Нагулявшись вдоволь и повеселившись, все вернулись домой и с удивлением увидели румяные и довольные лица детей. Лиза просто светилась от восторга, а Лёша взахлёб рассказывал, как они провели время. Незаметно подошло время Нового года. 11. За окнами грохнул салют, потом ещё один и ещё. — С Новым годом! — крикнул кто‑то, и это подхватили десятки голосов. Все подняли бокалы, а дети, разумеется, стаканы с соком. Потом снова гуляли и веселились, угомонились далеко за полночь. Хозяйка нашла место и постелила неожиданным гостям, отыскала и подушки, пахнущие свежестью и травами, и пёстрые одеяла. Лежа в постели, Максим негромко спросил жену: — Ты не жалеешь, что так всё вышло? — Ни капельки. И я уверена, что дети надолго запомнят этот Новый год. Думаю, мы задержимся на денёк — всё равно каникулы… Мужчина кивнул и продолжил: — Знаешь, сегодня я понял очень важную вещь. — Какую? — Дом — это не место на карте. Дом — это там, где тебе рады. Где тепло. Даже если ты застрял в сугробе. И доброе отношение, и помощь нельзя купить. — Я рада этому. А ещё у наших детей появились друзья… — У нас тоже. Женщина улыбнулась. Да, эта метель дала им почувствовать, каким должен быть Новый год — весёлым, а не протокольно‑правильным. К тому же — как встретишь Новый год, так его и проведёшь. 12. Домой они поехали только второго января: их машину и грузовик с помощью трактора вытащили на шоссе. Провожали почти всей деревней, а семья Валентины Семёновны — и вовсе как родных. Женщина тепло обняла каждого и дала с собой корзину с разными вкусностями. Уже в машине, когда они ехали по дороге, Максим спросил, глядя на детей в зеркало: — А когда часы били двенадцать раз, вы загадали желание? — Да! — хором ответили дети. — А какое? — улыбнулась Ирина. Лиза и Лёша посмотрели друг на друга и ответили хором: — Чтобы следующий Новый год мы встретили с нашими новыми друзьями! Родители улыбнулись. Действительно, отметить праздник или провести каникулы в деревне будет очень хорошей идеей. Максим покрутил ручку радио, и салон заполнила песня с какого‑то новогоднего концерта. Детский голос пел: Когда в дом входит год молодой, А старый уходит вдаль, Снежинку хрупкую спрячь в ладонь, Желание загадай. Смотри с надеждой в ночную синь, Некрепко ладонь сжимай, И всё, о чём мечталось, проси, Загадывай и желай. Максим сжал руку Иры. Впереди их ждала дорога, новый незнакомый дом, разбор коробок и обустройство быта. Но теперь это не казалось таким страшным. Потому что они везли с собой не только вещи. Они везли с собой этот вечер, эту доброту и уверенность, что дом можно построить в любом месте. Главное, чтобы семья была вместе, а за порогом ждали люди, готовые протянуть руку помощи в канун Нового года.