Мой тихий мир.

Этот мир жесток и чересчур чёрств, словно давно забытый хлеб, который никто не трогает. Да и... тронуть его совсем не хочется. Ведь желания возиться с этим неприятным куском никогда не появится. Но почему? Почему именно с ней этот мир приобретает краски? Становится немного милосерднее, теплее и до боли в груди уютнее. Какое чуждое чувство средь моего хаоса, боли и страданий. Что оно вообще здесь забыло, не уж то заблудилось? Нет. Сюда нельзя попасть по ошибке, лишь прямиком из верхнего мира, в мой мир отчаяния и мольб о пощаде... Так, что же это? Почему эта неизвестность попала слишком глубоко, глубже, чем может увидеть очий взор, а именно в душу. Так неприятно... Хорошо... Совсем отвратительно. Как сам дьявол может ощущать себя спокойно и хорошо? Муки умерших должны терзать сознание, должны заставлять помнить все те ужасы, что сделали эти белые на вид руки, а на деле... Столько крови они впитали, что даже сказать страшно. Но рядом с ней... С этой женщиной, что явно может сотворить всё, что угодно, из чего угодно. Мир иной, мир светел, что режет глаза от непривычного ощущения тепла и вида ярких красок. Смех с тонких бледных уст, заставляет сердце, которое, казалось, умерло ещё сотню лет назад... вновь биться. Оно снова стучит, его слышно, оно начинает греть. А от смущения, неожиданных чувств щёки багровеют. Почему же она рядом? Ей совершенно не страшно стоять пред самим исчадьем ада? Кто же она такая, почему столь бесстрашна, горда, да и... прекрасна... Ох, точно, как же могло вылететь из головы. Милая, прелестная, превосходная дама, сама богиня стоит передо мной. Как же её гордость заставила её спуститься в эту дыру, как же её помощники ангелы пустили её сюда? Разве они не должны были отозвать ту? Что позволило самому Богу ходить по этим местам одной? Страх за даму подступил к горлу, а та, кажется, даже и не боялась, лишь склонила голову набок и смотрела на меня своими серо-зелёными очами, всё так же... мило. Она вновь рассмеялась, Я рассказал что-то смешное? Вроде просто молчал... Неужели я выгляжу так нелепо? Какой же стыд, как мне скрыть себя ото всех... Что вообще происходит... Почему, что... Зачем я вообще здесь? — Калб... Ты уснул? Если так, то вставай, мне скучно, пошли попьём чай с тортом... Твой братец всё же приготовил его. - Тихо и нежно зазвучал голос над ухом. Знакомый, теплый и слишком приятный. Та, кому принадлежит этот голос, сама Богиня... — Ты совершенно не позволяешь мне выспаться. Люди целыми толпами умирают от бессонницы каждый день, ты знаешь об этом? Этив. - Всё же отвечает Дьявол, продолжая лежать на спине. Он открывает свои глаза и тёмными, бездонными очами глядит на белоснежное лицо дамы над собой. Та, кажется, чересчур рада, что её партнёр наконец-то открыл глаза. — Не бубни, тем более мы совершенно не люди, поэтому умереть мы можем точно уж не от бессонницы. Поэтому вставай, прекращай валяться, кроме сна у тебя есть ещё куча дел. - Женщина вновь смеётся и, встав с края постели мужчины, быстро покидает его комнату, но опять же не закрывает дверь. Вот же... Ладно, злится на неё он совершенно не мог. Дама, что подарила ему надежду на будущее, да ещё и целый мир создала вместе с ним... Она та, кто пролила свет на его тёмное царство, а он помог немного затмить царство вечного солнца, спасая от слепоты, которую то могло принести. Бог, что простил все его грехи, а дьявол... Дьявол лишь склонился перед ней, прося помощи и спасения его души, а та, конечно же, не отказала. Помогла восстать из полного мрака, помогла стать тем, кто и впрямь может быть настоящим злом со всеми, но не с ней... Этив - целый мир для Калба, он не имел права даже печалиться при ней, но она замечала в нём всё, будь то печаль, иль отчаяние, счастье, разочарование. Она замечала всё. Он же выслушивал и саму даму, что для многих своих же подданных казалась той ещё болтушкой, а Калбу нравилось её слушать, ведь кроме голоса Этив ни один звук не казался таким нежным. Может, это и впрямь что-то больше, чем обыкновенная привязанность? Если да, то что же... Так тяжело понять, так страшно узнать об этом. Стоит спросить у самой женщины? Совершенно нет, вдруг она огорчится если узнает о его чувствах, а может разозлится, ох... Богиня в гневе страшна, ещё как страшна. Так. Хватит раздумий, она ждёт, и впрямь пора вставать. Мужчина спокойно поднимается, подходит к своему гардеробу и переодевается в привычный чёрный костюм с галстуком на шее и серого цвета плащом, имеющий меховой воротник. Со стороны слишком просто, с другой всего хватало, не хотелось казаться слишком нарядным. Особенно для кого-то, если это не Этив. Как только мужчина покидает свои покои, то тут же встречается с братом, а именно с Водасом; видимо, он куда-то спешит. Стоит ли ему побеспокоить брата и спросить о том, куда же он так бежит? Возможно стоит, но сейчас совершенно не было желания общаться, тем более, его дама ждёт его. Обменявшись лишь парой кивков, Калб проходит мимо брата, а тот в свою очередь томно вздыхает. — Насколько будет иронично если я попрошу у бога того, чтоб дьяволу было хорошо... Старший братец совершенно не меняется при всех, но с Этив он совершенно иной. Надеюсь, всё что было раньше, там и останется. - Произносит Водас совершенно беззвучно, одними губами, словно читает молитву. Во времена Великой войны было слишком плохо, ему совершенно не хотелось, чтобы это вновь случилось - сколько тогда ангелов и демонов пало. Калб же не думал о том, что было тогда, однако порой, видя повязку на глазу младшего, хотелось просить у него прощения и молить о том, чтобы тот наконец-то начал его лечить. Однако сам Водас не желал этого, чтобы каждый раз напоминать старшему и его спутнице о том, что может произойти если те войны вновь начнутся. Хоть время уже другое, многие ангелы и демоны живут вместе, а над ними царствуют всевышние, но разногласия между теми всё ещё бывали. Не столь страшные, как в те времена, но и не сильно спокойные. Лучше уж пусть это будут спокойные бытовые споры, нежели споры о том, кто с кем должен жить и кому полагается больше земель, совершенно не хотелось вновь терять тех, кого знаешь уже слишком долго. Мужчина с белоснежными волосами проходил дальше по длинным коридорам, пытаясь найти глазами ту, кто разбудила его, но видел лишь тех, кто являлся их близкими знакомыми. Даже сама Йосафайер и её подружка Фроуз здесь были, что они позабыли во дворце? Он не знал, но мог догадываться, что те вновь пришли посетить сад Водаса и немного поиграть там. Кто он такой, чтобы запрещать детям играть в саду, верно? В последнее время он видел множество улыбок, слышал много смеха, что даже было не слишком привычно. Хотя уже давно он слышал именно эти звуки, но они всё ещё казались чуждыми, и лишь голос его миледи казался приятен. Калб, казалось, шёл целую вечность, а всё потому, что Этив крайне не любила возможность телепортироваться, особенно в помещениях, которые были её домом. Именно поэтому Калб поддержал ту в том, чтобы по замку они именно ходили, а не перемещались этими глупыми телепортациями. Тем более, ходя по коридорам, можно было много кого встретить, даже тех, кого, казалось, слишком давно не видел. Наконец посетив центральный зал, мужчина замечает у большого панорамного окна даму с тёмными, словно смола волосами. Та медленно обернулась и с привычной для себя улыбкой глянула на дьявола. Женщина обошла широкий стол, хотя, скорее можно сказать, что она оббежала его... Подойдя к мужчине, что был теперь довольно близко, она обхватила его руками и явно была рада, что к ней наконец-то пришли. Тепло вновь разлилось по груди от того, как мило Богиня выглядела рядом, словно сама луна спустилась к нему чтобы осветить его душу. — Я уже думала вновь идти тебя будить, не то вдруг ты уснул. Но к счастью ты не провалился в сон, а всё же почтил меня своим присутствием. - Хихикнув, та коснулась лица мужчины рядом, а тот, совершенно не споря, прижался носом к руке девы и прикрыл свои глаза. — Ты же понимаешь, что я не имею права отказать тебе... Особенно когда ты просишь меня лично, а не отправляешь своих подданных. А ты довольно редко это делаешь. - Мужчина казался чересчур серьёзным, но казалось, что он вот-вот замурчит как самый настоящий кот. Огромный, домашний кот. — Конечно понимаю, поэтому когда ты мне срочно нужен я зову тебя лично. Мне совершенно не трудно дойти до твоих покоев, они не настолько далеко от моих. - Она осторожно убрала свою руку от лица Дьявола, но, видимо, ему не хотелось отстраняться, ведь он тянулся к руке до последнего. Приоткрыв глаза, он вновь взглянул на даму сверху вниз и едва улыбнулся, что бывало крайне редко. Чаще он смущался из-за поведения богини, ведь та любила либо дразнить Калба, либо же незаметно подходить и обнимать его в самые неподходящие моменты. Однако он, кажется, любил эти моменты, даже если они были слишком неподходящими, но без них он словно не смог бы дышать. Любовь... Хм, довольно странное выражение, но приятное устам и душе, может, именно это он ощущает, когда Этив без причин прикасается к лицу, обнимает, гладит волосы. Тогда, когда она сама лично будит его, когда она смеётся над его глупыми, по его же мнению, шутками, когда она приходит, чтобы просто позвать его прогуляться по саду или пройтись по дворцу. Скорее всего, именно это он и чувствует на протяжении тысячи лет. Да, несомненно, она та, кто заставляет чувствовать себя живым, та, кто позволил жить с ней под одной крышей, та, кто совершенно не боится его. Может, стоит наконец признаться ей в этом? В том, что он ощущает столь тёплые и привязывающие чувства к даме, насколько она приятна ему, и... самому дьяволу хочется находится с ней рядом всегда. Да, определённо стоит. — Этив. Прошу, отнесись к моим словам серьёзно, я... Я довольно долго думал об этом. Между нами произошло много всего, начиная с того, что мы были в вражде друг с другом и наши люди умирали кучами за нас, заканчивая тем, что мы сейчас стоим друг перед другом вот так. Просто спокойно стоим рядом, и можем без всяких проблем обнимать друг друга, можем общаться без страха того, что прикончим друг друга из-за ненависти. Мы сейчас просто рядом... - Мужчина тихо вздохнул, словно подбирая слова, чтобы правильно выразиться. - На моей душе всегда становится тепло, когда я вижу твоё лицо, слышу твой смех. Когда ты находишься рядом, я чувствую себя намного лучше. Сны всё ещё терзают мой разум, напоминая о тех страшных моментах нашей вражды, нашей войны. Но просыпаясь и вспоминая, что мы рядом, всё просто исчезает, заставляя душу наполниться теплом и спокойствием. Со стороны народа, наш дуэт это некий Инь и Янь, в котором ты это моя Янь, мой свет, вера в будущее и бескрайняя любовь... Я каждый день размышляю о том, как долго смогу молчать об этом, но, кажется, сегодня я хочу поставить точку. Хочу выразить всё то, что скрывается глубоко в моей душе, хочу быть с тобой рядом, ощущать себя тем, кому ты сможешь доверится и стать единственным спутником, чтобы твоя душа была вместе со мной. Станешь ли ты, богиня этого мира, той, кто сможет полюбить такого, как я? Казалось время остановилась, а Этив была ошеломлена от заявлений Калба. Она бы никогда не подумала, что тот сможет сказать что-то такое... Она знала, что когда-нибудь до этого дойдет, дойдет до того, что мужчина разберётся в своих чувствах и наконец признается ей. Раскроет глубины своей души и позволит стать той, кто освятит их и поможет остаться тем, кого любят. Богиня мягко улыбнулась склоняя голову набок, сделала шаг ближе, хотя казалось, что ближе некуда. Подняв свои серо-зелёные очи, та расплылась в ещё большей улыбке; в ней была лишь нежность, тепло и привязанность, ничего враждебного, грубого или отрицательного. Словно она сама ожидала этих слов, хотя могла признаться самостоятельно, но зачем? Если ещё романтичнее это слышать от мужчины, уже занявшего особое место в её сердце. Вроде было всем понятно... Богиня, влюбившаяся в дьявола, больше не может быть богиней. Но дьявол, который поклялся в любви богине, больше не может причинять боль всем остальным ради собственной любви… Так, почему бы им не создать именно тот мир, в котором они и будут счастливы? Вернее, они уже сделали его, значит осталось стать счастливыми обоим. Этив осторожно коснулась щёк мужчины и приподнялась на мысках, дабы дотянуться до головы Калба, ибо в отличии от неё он выше, да и явно не на пару сантиметров. Она тихо усмехнулась от тщетной попытки поцеловать мужчину и вновь встала на ноги, тихо бубня о том, что его рост испортил всё то, что она планировала. Беловолосый, кажется, впервые в жизни рассмеялся с того, как Этив пыталась создать момент романтичным, но облажалась из-за своего низкого роста. С лёгкостью подхватив ту под бёдра, мужчина улыбнулся, а та слегка смутилась, но всё же привычно расплылась в улыбке. Наконец она была выше него, а значит могла сделать то, что хотела. Она осторожно склонилась, но пред этим коснулась худыми пальцами щёк мужчины, поглаживая их, словно мнимо спрашивая его о разрешении, а тот без сомнений согласился. Тонкие, тёплые, бледные уста коснулись совершенно таких же, но прохладных... Глаза прикрылись, позволяя остаться друг с другом наедине и не обращать внимания на окружение, даже если кто-то и войдет в зал, то будет плевать, ведь сейчас... Сама Богиня и сам Дьявол наконец-то нашли собственное счастье.