Суицид моей веры.

Я вышел с работы. Я пошел домой. Я ничего не понимал. Монотонно перебирая ногами я смотрел вниз, на покрытую снегом и льдом дорогу. Зрачки были расфокусированны, я был погружен в свои мысли, добираясь до квартиры словно автопилотом. Какой сегодня день недели? Четверг? Или он был вчера?.. Когда я последний раз покупал продукты? В памяти — белый шум, сквозь который пробиваются только обрывки: желтый свет магазина, холод банки пива в руке.. Что вы знаете о жизни? О рутине, повторяющейся изо дня в день. Снова и снова. От выходных до выходных. Я был благодарен новому году, благодаря которому я мог остаться дома. Но даже придя домой я не испытал облегчения. Я снял куртку, прошел в гостиную и свалился на диван. Отчего то я почувствовал себя грязным. Огляделся. Мой организм давал понять что я голоден, но я просто игнорировал его. Я потерял интерес к жизни ещё давно. Сначала я искал ее смысл, а после, поняв что эта штука бесполезна, старался жить как все. Люди живут ради собственного спасения. Я пытался жить ради него. Я учился улыбаться в такт другим, кивать в паузах, изображать интерес. Это была самая изнурительная работа. Кажется видно, что у меня этого не вышло. Спасать себя раз за разом, для чего бы это? Я давно думал все это закончить..но бывал у психологов, к сожалению никто из них не смог понять меня. Я просто уходил. Я с усилием встал с дивана, голова закружилась, а в ушах стал отдавать гул собственного сердцебиения. Я схватился за голову правой рукой, левой оперевшись об гредушку дивана, зажмурился, ожидая пока это утихнет. Долгое отсутствие пищи в организме давало о себе знать. Я упал обратно на диван, поглощённый собственным бессилием. Тело стало ватным, тяжелым, чужим. Взяв стоявший на столике рядом с диваном стакан, я отпил пару глотков воды. Я не мог думать не о чем, кроме собственной смерти. Я держался, пытался спасаться, но все было четно..Я устал. Сколько бы не было попыток, я не был услышанным или понятым. Проблема в специалистах? Думаю, проблема во мне. Вы знаете что такое брать веревку, вставать на стул, затягивая петлю на шее? Пока остаётся последний шаг до смерти остановиться, развязав верёвку и как ни в чем не бывало пойти на работу. Я знаю. Я вытворял такое почти каждое утро, с каждым днём затягивая петлю все сильнее. Но так и доходил до конца. Почему я так цеплялся за жизнь? Ради других. Родителей, друзей, и хоть со всеми я виделся не часто..только одно представление о том, что они могут грустить из за моей смерти останавливало меня, а руки уже сами развязывали петлю, которая плотно засела на шее. А приходя домой я ложился на диван, пытаясь распутать свои мысли. Сам того не замечая, я проводил так до самого утра. Я почти не спал, не ел, не пил. Мир постепенно терял краски, запахи, объем. Он становился плоским, как экран. А я — точкой на этом экране. Точкой, которая вот-вот погаснет. Я повернулся в сторону окна, туда, где месяцами стоял стул, а на потолке висела петля. В моей голове был один вопрос. Зачем? Каждый день ходить на работу, пытаться спастись, успокаивать себя тем что это лишь временно.. Если здесь решение? Психологи, психиатры, да и люди в принципе — никто из них не способен мне помочь. Я убежден в этом. А смерть..такая манящая и привлекательная, так и зовёт к себе. Туда, где нет ничего. Не лжи, не лицемерия, не боли. Не тех людей, которые нагло врут в лицо, за спиной оскорбляя меня. Там нет ничего. Не чёрного экрана, а лишь абсолютная, тихая пустота. Я встал с дивана, остановился, пытаясь преодолеть головокружение. Я сделал шаг к стулу. Мой мир был обречён. Здесь мне больше ничего не надо. Родители? Знакомые? Мне теперь плевать. Я знаю, что моя жизнь не принадлежит мне. Сожалеть буду не я. Я просто больше так не смогу. Второй шаг. Я услышал вдалеке шум лифта. Кто то поднимался на этаж. Странно, что я обратил на это внимание. Мельком я глянул на часы. Оказалось, время было около 4 утра, а я даже не заметил, как стало приближаться утро. Третий шаг. И стул уже передо мной. В мыслях прокрутились всевозможные моменты: первая любовь, последняя любовь, бывший друг и коллега, с которым я часто говорил. О, болтали мы о всяком, от вкуса чая до теории возникновения человечества. Я встал на стул. Лицом я смотрел прямо в окно. Панорамное окно. Квартира о которой только мечтать можно, престижная работа и доход выше среднего. У меня было все для нормальной жизни. Кроме стабильного психического состояния. Я услышал шаги где то на этаже. Надо же, кто то идёт домой в такое время. Или же наоборот, на работу. Помнится, рядом со мной жил какой то охранник.. Я надел петлю на шею. Затягивал ее плотнее, как только мог. Ощущение лёгкого удушья не вызвало у меня удивления. Петля давила на синяк от той же веревки, который я постоянно прятал за воротником. Я давно не боюсь смерти. Я выжидал момент, когда смогу умереть. Это мой осознанный, осмысленный выбор. Для меня больше нет ничего. Я приготовился оттолкнуть стул. Остановился. Лучи солнечного света врезались в глаза, и я на секунду зажмурился. Вид на постепенно приобретающий свет город завораживал. Я улыбнулся. У меня больше не осталось сожалений. Я со всей что есть мочи силой оттолкнул стул вбок. Веревка врезалась в шею, и я начал задыхаться. Я отчётливо услышал звон ключей, затем — шум замочной скважины. Мое сознание затуманилось, но я начал перебирать всевозможные варианты. Число..27? Нет, если сейчас 4 утра то..28. У кого есть ключи? У матери. О Боже.. Почему то лишь перед смертью мне вспомнилось, что сегодня — мой день рождения. Обремененный работой я совсем забыл.. По щекам текли слезы, кровь перестала поступать в мозг, а кислород — в организм. В глазах окончательно потемнело. Мне было искренне жаль, что моей матери пришлось зайти в квартиру, позвать меня по имени, выйти в гостиную.. Обнаружить, как я теряю сознание, а тело мое бьётся в предсмертных судорогах. Хриплым голосом я попытался сказать что то вроде извинения..я ведь даже не оставил предсмертной записки. Последнее что я услышал — ее испуганный возглас.