Эго и наказание

1 глава Адам проснулся сегодня невероятно рано для Петербурга - в 10:30 утра. Он меланхолично посмотрел на часы, полежал минут двадцать, затем встал. «Нужно сделать что-то полезное для Родины», — подумал он. И, поскольку Родина редко просит невозможного, Адам выбрал йогу: занятие тихое, безобидное и, как ему казалось, не требующее особого морального напряжения. На платформе [запрещенная компания Meta] включил базовую тренировку для новичков, расстелил коврик и встал собакой мордой вниз. Затем лег на коврик от усталости, поняв всю бесполезность этого занятия. От скуки и в силу довольно юного возраста, Адам решил потренироваться в более привычном ключе — быстро подрочил и уснул прямо на коврике для йоги. Проспал до вечера. То ли вечер то был, то ли раннее утро, понять было трудно. Зимой все за окном совсем не радостное. Вот и Адама совсем ничего не радовало. Вокруг сплошной дискурс да рецепции, слова ему едва знакомые, но обязательно им употребляемые за парой сигарет в курилке университета. Такова была посредственная жизнь студента исторического факультета. Сегодняшние пары он проспал. В целом, ничего страшного в том не было — всего лишь пропустил пару занятий о дискурсах и рецепциях. Ничего страшного бы с ним не случилось если бы он и в целом не получал историческое гуманитарное знание, оно же все равно постоянно переписывается, перетасовывается. Юноша мечтал однажды переписать собственноручно учебник истории, куда бы смог добавить таких великих современных деятелей как [иноагент], [иноагент], [иноагент], ну и конечно, куда без [иноагент]. Адам сладко потянулся, затем прошел по коридору в туалет. Щеколда захлопнулась, Адам глубоко выдохнул. Резкий заряд стуков в дверь испугал Адама, пару капель мочи попало на пол. ⁃ Пидрила, ты там скоро? Адам нервно рявкнул «щас», огляделся в поисках туалетной бумаги и, не нашедши таковой, вытер капли с пола носком. Все-таки, Адам был человеком воспитанным и ни за что не оставил бы такой конфуз перед глубокоуважаемыми соседями. Тем не менее, один из трех глубокоуважаемых соседей по квартире продолжал тарабанить в дверь. Адам не хотел выходить уже из принципа. Почему он не может просто побыть сам с собой около унитаза? Почему он просто не может спокойно справить нужду? Он же не тарабанил в дверь, когда сосед в своем очередном депрессивном эпизоде сбривал себе брови под Cristal Castles. Или когда сосед напился и уснул в ванне. Или когда его мефедроновая шлюшка мастурбировала верхом на нашей неисправной стиральной машине. Причин для репетиции соло на двери была масса, но Адам — человек воспитанный. Послышался щелчок, в двери показался сосед, вскрывший замок ножом. В русских квартирах часто так можно сделать — замок в ванной довольно простой для вскрытия, как и сама ванная довольно простое место для вскрытия. Но соседу было не до каламбуров: — Еблан, я ссать хочу битый час, свали блядь отсюда Адам покорился. Туалетный покой был нарушен, а значит и смысл быть там был утерян. Юркнув в свою комнату и выругав позднюю ступень капитализма, юноша сел за ноутбук. Thinkbook начал свирепо разогреваться, создавая приятный фоновый шум. Тишина, какой не привык мыслить современный человек, все-таки создает атмосферу хоррора. Не дай бог еще и мысли какие в голову залезут. Адам с умным видом посмотрел на экран рабочего стола. Предательски подмигивала папка с названием «ДИССЕР». Все-таки, для Родины нужно было сделать что-то полезное, а Адаму было просто необходимо написать гениальную диссертацию по вопросу советской историографии о причинах Смутного времени. Это могло бы изменить ход истории, переписать учебники… однако пока был только недоработанный титульный лист. Адам решил добавить своего научного руководителя. Свирепый рев ноутбука, деловитое быстрое печатание по клавишам, и вот великий Канд. Ист. Наук С. И. Гизмунд красовался в Times New Roman 14 кеглем в равнении по правому краю. Адам был собой доволен. «Сила маленьких шагов!» подумал он. Затем передумал на: «Гуси Рим спасли!». Попытался вспомнить, откуда пошла эта поговорка, вспомнил, остался невероятно доволен собой и закрыл вордовский файл с будущем спасением исторической науки. Хватит на сегодня, пожалуй, дел — подумал Адам. В Telegram пришло сообщение: Ленка Милый, привет! Я приду сегодня? «Бляяять а я уже дрочил сегодня». Подумал юноша. Пораскинув мозгами, меланхолично пройдя туда и сюда по комнате 15 м2 и прикинув, хочет ли он секса сегодня, уверенно напечатал: «Можно» Ленка придет. Надо же прибраться немного, а то уж совсем как-то неприлично будет. Вспоминая о неприличном, Адам в паническом приступе брезгливости сбросил с себя носки и закинул их под кровать. Выкинул обертки из под конфет и 10 банок редбула, развесил одежду в шкаф. В целом, справился. Ленка Открывай! Адам лениво поплелся ко входной двери. В парадной стояла нарядная Ленка, вкусно пахнущая парфюмом табак-ваниль. Наверное, табаком от нее пахло и без всякого парфюма, но Адам видел этот флакон духов в коммуналке Ленки и точно знал, что их верхние ноты — табак/ваниль. Точно ли то были табак и ваниль, если табак разит как вчерашний бомж, а ваниль как-то и вовсе пахнет собачьим дерьмом? Симулякры, сплошные симулякры… Ленка обвилась вокруг шеи Адама, попутно расцеловывая щеки. Ленка была девка видная, мясистая, с огромными титьками. Единственное (ну, и не так чтобы прям единственное), что Адаму в ней не нравилось – ее безвкусные партаки. Ему казалось загадкой, как искусствовед мог позволить себе набить такую кучу безвкусного дерьма, вроде тянущихся рук из «сотворения Адама» или цветочной рассады на бедре. Ну ладно, училась она, в целом, посредственно, и не претендовала на великий светоч науки, поэтому то ей было простительно. Особенно с такими титьками. ⁃ Милый, нальешь мне чаю? Девка кокетливо села на кровать и закинула ногу на ногу. Адам молился чтобы от носков под кроватью не разило мочой. Кивнув, Адам пошел делать чай. Он любил этот процесс, увлекательно выбирал чайник, долго перебирал между Бай Хао, Да Хун Пао и Мао Цзэ Дун, затем заваривал по инструкции и обязательно разогревал в микроволновке. Адам был полон странностей и загадок, но таков был он, этот воспитанный и тонкий юноша. Ленка, отхлебнув чай, поставила его на столешницу около кровати. ⁃ Баланда какая-то а не чай. Ленка была безусловно права, да и Адаму уже было все равно — он уже тянулся стягивать с нее кожаную юбку из секонд хенда. Пять минут спустя, Ленка промурчала что-то о великолепии момента и элегии чувств, однако Адам мало что в этом понимал. Он бы хотел, да не понимал. Ему Ленка, в целом, нравилась — она была доброй, в меру умной, смешной и с титьками. Но будущая мать его детей не должна жариться в анус, поэтому Ленку на эту роль он не рассматривал. Да и в целом Адам как-то в роли отца себя тоже не видел. Его ждали великие дела в науке, женщины уже как-то потом… — Ленка, мне пора работать — Милый, я же только пришла… И правда, Ленка только пришла. Вовремя опомнившись, Адам прижал ее вспотевшее тело к своему, дабы не портить девушке самочувствие. Пролежав без пользы для общества еще так минут 20, Адам встал. Ленка, аки кошка, вертелась туда и сюда, привлекая внимание. Адам чувствовал себя уставшим. Хотя, он не мог вспомнить, когда он в последний раз чувствовал себя абсолютно бодрым. Наверное, последний раз, в детстве, когда мама после шести школьных уроков отводила его на классы фортепиано, после классов фортепиано – на дополнительные занятия по французской литературе. Мать Адама была женщиной очень статной и эрудированной – ходила в театры да музеи, читала много умных книг, слушала Моцарта, коллекционировала фарфор, экзотические чаи и алкоголиков. С последним ей как-то особенно везло – она любила тонких поэтов и эксцентричных актеров. Вдохновение требует топлива, оно, как ни странно, всегда находится на дне бутылки “Беленькая”. Адам тряхнул головой. Может, он хотел так взбодриться, а может, избавиться от тоски по маме. – Лен, я пойду за энергетиком. Юноша лениво натянул брюки, лязгнул ремнем, надел любимый свитер с растянутым горлом и вышел в коридор, случайно хлопнув дверью. Он критически осмотрел рукава, полные катышков. Давно пора выкинуть к чертям собачьим этот свитер, да таких свитеров больше в России не продают. То был качественный свитер из Uniqlo, да еще и за две штуки! Сейчас на маркетплейсе можно найти что-то подобное, но стоить оно будет в четыре раза дороже. Этот свитер напоминал Адаму о прошлой России, где ему были доступны все блага глобального капиталистического мира – зара, эйч энд эм, кока кола. Однако, мысль о том, что сейчас он переживает сложные времена, которые обязательно кончатся, возбуждала Адама. Он был убежден, что потом, в свои семьдесят, будет рассказывать молоденьким студентам о том, как тяжело жилось в ковид и двадцатые годы двадцать первого века. Из тяжелого, конечно, Адам переживал только сезонные приступы атопического дерматита. Из кухни доносилось мерзкое дребезжание посуды и запах пережаренного кофе. – Ад, ты в магазин? – Да – Захвати туалетку… как она там бля… ну такую, чтобы слои были у нее… Адам быстро кивнул, не поняв и не вдаваясь, о чем хотел сказать его сосед. Он подобрал упавшее с крючка пальто в коридоре, быстро сунул ноги в кроксы и вышел в прокуренную парадную. Быстро сбежав вниз с третьего этажа, Адам вывалился в морозный вечер декабря. Двор колодец гулко отозвался на звук хлопающей двери. Кто-то резким движением закрыл окно. Адам поднял голову на небо. Мысли роились у него в голове, подобно червям в гниющем трупе. Кредит, диссертация, наука, вот бы в Европу свалить, а вот у Санька уже тачка, да нахуй мне эта тачка сдалась, я водить не умею, а вот Вова женился, ну у Вовы и работа приличная, он Тим бим… Бим Бам… Фаркрай.. да как там… Тим Лид! Во. Такие все нормальные, аж тошно. Ну ничего, я пока лишь студент магистратуры и мне всего 25 лет, я еще слишком молод для этого дерьма. Ленка может скоро ебать мозги начнет, но хер с ним, дропну если что. Адаму нравилось жить в мире, где все можно скипнуть и дропнуть, если что-то пойдет не так. Он был человеком, следующим принципам рацио, истинным стоиком. Чувствам он отводил ровно столько, сколько потребуется его женщине после секса. Таков был Адам. Морозный ветер нес стоика вперед до магазина ПятьстоянОК. Корка льда вперемешку с химикатами приятно похрустывала под ярко зелеными кроксами. Мимо проносились машины, жадно питая светом темный переулок. Вывеска «ПятьстоянОК», выложенная неоновой лентой, практически полностью перегорела, оставив на радость публике светиться только « стоя К». Такая нелепая и яркая случайность Адама очень обрадовала. Дрожащей от холода рукой он достал из кармана свой старенький Honor Galaxy Labutin 10, навел камеру и запечатлел сие художество. Он не успел проверить, сфотографировалось ли что-нибудь — телефон сразу же отключился от холода. Адам тихо выругался и засунул телефон во внутренний карман пальто. В полуподвальном магазине «ПятьстоянОК» было совсем пустынно, даже вечно ошивавшийся бухарик Виталик куда-то запропастился. Может сдох. Может съебался куда. Адаму, впрочем, было всё равно, он шел привычной дорогой до полок с энергетиками. Холодная баночка спасительного пойла быстро оказалась у Адама в руке и, не дотерпев до кассы, он выпил ее залпом прямо в магазине. Вытер рот рукавом, взял еще две банки редбула и баночку светлого нефильтрованного жохеншпатена для Ленки. Давненько Адам не баловал ее вниманием, и был невероятно горд собой, что вспомнил о том, какое именно пиво она любит. Ленка и Адам стали секс-партнерами месяца два назад, предварительно сдав анализы на ВПЧ, сифилис и кишечную палочку. Они были людьми очень взрослыми и осознанными, а заниматься сексом без справки в сегодняшнее время может быть чревато последствиями. Адам точно знал, какими, ведь каждый год в день борьбы со СПИД к ним в школу приезжали волонтеры и показывали фотографии разлагающихся от СПИД органов. Или это в день борьбы табака было… В общем, не важно, от чего конкретно разлагается организм, но Адам лучше выберет сигареты чем незащищенный половой акт. Проскальзывая по грязному полу магазина на кроксах до кассы самообслуживания, Адам вдруг вспомнил про туалетную бумагу со слоями. Развернувшись на носках в обратную сторону, проскользил в отдел с туалетной бумагой. Долго выбирая, он решил взять упаковку из четырех ароматизированных запахом персика рулонов. Адам любил персики и очень надеялся, что это именно то, что имел в виду его сосед. Персики… Как давно я вообще покупал фрукты? Я не помню, когда в последний раз я откусывал свежее сочное кисло-сладкое яблоко. Адам взвесил пару красных яблок. Автомат выплюнул наклейку-штрихкод. Каждый раз в магазине он злился на то, как он бесплатно выполняет чужую работу — сам взвешивает овощи, вводит бонусную карту, пробивает товар. Однако, его также злило и взаимодействие с людьми, поэтому он предпочитал все же выполнять эту рутину. Снежинки искрились под редкими фонарями и быстро исчезали в тени тротуара. Ноги в резиновых тапках уже начали замерзать. Скоро Новый год. Адам не очень любил этот праздник, особенно сейчас, когда он представляет собой адскую смесь советских традиций выживания в праздничное время и капиталистической клоаки по выкачиванию бабла. Как это может уживаться все вместе? Надо бы потом об этом как-нибудь прочитать, углубиться… Железная дверь еле поддалась ключу. На полу коридора проступили мокрые грязные лужи, рядом стояли грубые мужские ботинки, покрытые плотной коркой соли. Из кухни показалось лицо соседа номер 2. – Здаров! Ты когда мне долг вернешь? Адам деловито пошарил по карманам, будто он хоть когда-либо носил с собой наличные деньги. – Брат, давай когда зарплата придет, я сразу же отдам, ладно? Брови соседа номер 2 нахмурились. Он медленно вышел из кухни, вытягиваясь во весь рост. – Адам, я жду твоей зарплаты уже месяца два. Адам ее ждал практически также долго. Нервно сглотнув, он с силой зажал кнопку блокировки на телефоне, на что тот отозвался радостным экраном перезагрузки. Сосед номер 2 и Адам пытливо разглядывали горящий логотип. –Адам, тебе точно надо менять эту рухлядь. –Бля, да он хорошо работает, просто замерз на холоде. У него камера при приближении может луну снять в таком качестве, в каком даже ни в один телескоп не увидишь! –Ну и нахуя мне твоя луна, когда ты мне деньги вернуть не можешь? Телефон, наконец, включился. Адам зашел в приложение банка и перевел соседу 600 рублей. Минусовой баланс кредитки ярко подмигнул молодым людям, окрасив интерфейс мобильного банка в бордово красный. Сосед номер 2 утвердительно кивнул и повернул в сторону кухни. Историк, наконец, смог разуться. Еще одна мокрая пара носков за день очень расстроила юношу, так как на завтра новой пары совсем не было, а такие бытовые приземленные дела как стирка в его грандиозные планы на сегодня не входили. А в список покупок не входил стиральный порошок… Благо, у соседа номер 1 был порошок, который Адам периодически воровал, каждый раз браня себя и клянясь в том, что сегодня же купит новую большую пачку “Персил” на 20 стирок. Адам знал, что не за горами тот день, когда в одной продуктовой корзинке он сможет совместить оливковое масло, шампунь, порошок на 20 стирок и бритвенные лезвия. Осталось только… осталось только… Сморщенными от влаги ступнями Адам, корчась от отвращения, собрал покрывающую пол дорогу пыли от коридора до личной комнаты. Ленка лежала и буднично смотрела тик ток. —Наконец-то ты пришел! Ты купил мне онигири? —Лен, я взял кое-что получше. Адам победно вручил ей баночку жохеншпатена. —Только одну? Ты же знаешь, я меньше трех не пью, что за детский сад! Адам действительно не учел, что Ленка пьет с малолетства. — Да блядь, не было денег у меня три купить! Про онигири ты, кажется, не говорила —Я тебе же писала в телегу, ты ее не читаешь? Адам было хотел сказать, что телефон замерз, да уже как-то совсем совестно стало от своего и без того безысходного положения жалкого бедного человека. Больше этого его раздражало, что он не может совсем избавиться от телефона, скрыться от всех и больше никогда не быть обязанным заходить в телегу. Он бы столько успел, столько бы сделал, если бы не гребаный интернет и часовые ролики о недрах либерального твиттера. Плюхнувшись на край кровати, Адам извинительно приобнял полуголую Ленку. Ленка взвигнула и машинально стряхнула промерзшую до костей руку Адама. Он, впрочем, не сопротивлялся и засунул греть руки под свои ляжки. —Уже как-то поздновато ехать в Купчино… Я могу остаться у тебя на ночь? —Да, конечно оставайся Ленка радостно чмокнула Адама в щеку, открыла банку жохеншпатена и сделала первый сладкий глоток пива, протянув после тихое “ах”. Адам встал и начал лениво доставать из шопера оставшиеся покупки. Сиротливый натюрморт: два яблока, две банки редбулла и большая упаковка туалетной бумаги с химозой оказались на его столе напротив открытого Thinkbook’а, мерцающим синим экраном блокировки. –Адамчик, давай посмотрим мой любимый фильм? –А какой твой любимый фильм? –Малхоланд Драйв… Финчер – мой любимый режиссер! –Так его же Линч снял? Ленка тяжело вздохнула и закатила глаза. – Да имя у него такое – Финчер Линч! Господи, это позорно, не знать такой базы… Адам ухмыльнулся. Он давно понял, что на их этом ебучем искусствоведении их учат нести чушь с невероятно умным видом и подтасовывать факты, лишь бы не выглядеть глупо. То ли дело настоящая наука – история. Берешь и переписываешь под себя, как тебе надо, а не ищешь причинно-следственные связи там, где их быть совершенно не может. С искусством так конечно тяжелее. Возьмется ли кто-либо переписать Джоконду? Не встретит ли он каких-либо препятствий на своем пути? Скорее всего, это невозможный сценарий – Джоконду видели миллиарды, а вот все наши архивные документики… Впрочем, конкретно в случае Ленки как искусствоведки все еще сложнее – ее малая образованность и коучи в инстаграм сделали из нее самоуверенную машину по убийству клеток головного мозга. Но сил и желания спорить не было. Пусть будет права, пусть в микрокосме наших недолгих близких интимных парнерских взаимоотношений Линч будет гордо носить имя Финчер. Финчер Линч. Адам разблокировал ноутбук и ввел в поисковой строке «Малхолланд Драйв». В очередной раз убедившись в несостоятельности поиска по запросу только по названию фильма, Адам добавил: «Малхолланд Драйв смотреть онлайн бесплатно». Перейдя по первой выданной поисковиком ссылке, Адам взял ноутбук со стола и положил к Ленке. Ленка в состоянии полного чарующего предвкушения и приятного нетерпения пододвинула ноутбук к себе и начала смотреть все 4 рекламы казино. Адам, предварительно вооружившись очередной банкой редбулла и выключив основной свет, лег к ней рядом. На двадцать пятой минуте этого чарующего видеоряда историк послышал посапывание своего секс-партнера. Он аккуратно нажал кнопку паузы, выбрался из объятий Ленки и отнес себя вместе с ноутбуком на положенное место – рабочий стол. Впервые за вечер, с момента прихода Ленки, он решил зайти в свои соцсети. Телеграм после долгой загрузки выдал россыпь новостей в телеграм каналах и сообщений в личных чатах. Морщась, он сразу перешел в папку “личные”. Мама Ад, с тобой все хорошо? Давно не звонишь! Ты пьешь таблетки? Сосед 2. Очень жду 600 р🙏🏻 Вовка Чееел, слушай, может сходим на выхах я, ты, Ромка в баню? Гизмунд научник Уважаемый Адам, вам наверное будет полезн… Ленка Адам, возьми мне онигири в магазине, пожалуйста! Быстро пролистывая и оставляя без ответа накопившиеся сообщения, Адам резко остановился на одном из чатов с неизвестным номером +79710807572 Ты хоть в курсе, что случилось? Сердце Адама бешено забилось. Что могло случиться – меня отчислили, спалили с ChatGPT или это мошенники балуются? Адам ринулся в госуслуги и отключил все возможные функции, позволявшие бы без его ведома оформить кредит и продать наследственную квартиру под Мурино. Только предприняв все необходимые меры безопасности, Адам рискнул зайти в загадочный чат. С аватарки на него смотрела ярко улыбающаяся девушка, довольная окружающим ее пейзажем Италии. Она показалась ему очень знакомой… Пролистывая череду аватарок в телеграм, Адаму удалось опознать в ней близкую подругу Верки, своей бывшей секс партнерки, с которой они перестали общаться с момента появления Ленки. Адам быстро напечатал ответ опознанному номеру: Что случилось? Адам напрягся еще больше, когда подруга Верки быстро прочитав сообщение, начала что-то долго печатать. Печатает… печатает… печатает…. Онлайн. Печатает… Печатает… Печатает… +79710807572 Вера покончила с собой.