Сансара

Глава 8 Маг из северных ответвлений клана Фудзивара шёл на тайное собрание. Его плащ развевался от спешки. Мужчина то и дело оглядывался, нет ли за ним хвоста. Впервые за многие годы он появился без слуг. Положение дел Японии теперь было на волоске от смерти. Каждый день мог стать последним. Маг получил приглашение на встречу в столице от Фудзивара-но Мотоцуне и заявил, что встреча секретная. Не смотря на животных страх, ослушаться самого влиятельного человека Японии было нельзя. Как только мужчина пересек порог его встретили десятки глаз. Кого-то он узнавал, кто-то оставался скрытым в тени капюшона. Взгляд у каждого затравленный, как у зверя зажатого к стенке. Они обращались к богу, теряя надежду в свою самостоятельность. Жалкое зрелище Маг, нарушивший мертвую тишину, сел в самом темном углу. Его глаза опустились вниз, стараясь слиться с не примечательной толпой. Осталось лишь понять, заманили их всех в ловушку или это грандиозное собрание запишут в истории как первый шаг к освобождению. Или к геноциду… Стараясь отогнать мысли о худшем, мужчина поднял глаза к центру зала. Там пока было пусто, но было ясно что вот-вот начнется речь. В помещение было тихо. Со всех углов слышны испуганные пересуды близких друг другу людей. Они в ужасе рассказывали сплетни, выдавая их за правду. -Он был последней надеждой. Что делать теперь, когда Фудзивара мертв? -На каждую рыбку, найдется рыбка по-крупнее. Мы справимся. Мотоцуне не единственный в своем роде. О чем они говорят? Фудзивара-но Мотоцуне мертв? Маг, к которому с почтением относился даже император? Мужчина, чья власть была неоспорима? Надежная опора Японии треснула и теперь страна осталась хромой? Отмахнувшись от неправдоподобных сценариев, мужчина осмотрел глубину помещения. В центре зала стоял молодой маг с приглушенной ядовитой энергией. Он ничем не выделялся от остальных, кроме необычного шрама на лбу. Мужчина на сцене поднял руки вверх, призывая обратить на него внимание. Перешептывания в зале стихли и все в ожидании замерли. -Мы столкнулись с общим врагом.

***

Кохэку опешила всего на секунду, перед тем как устроить бурю. Ее руки угрожающее поднялись и тот час стукнулись о стол. Рукописи, чернила и канцелярия рухнули на пол, приходя в негодность. На ее лице исказилась гримаса искренней злости и отчаяния. -Я убила всех его людей своими руками, ото-сама! Как ты можешь отправить меня к нему!? Мои руки испачкают его невинно-белое лицо в крови! Урауме терпел, понимая внутреннюю боль дочери. Его выдержка позволяла сохранять спокойствие, но тем не менее его голос стал грубее. -Ты не должна об этом беспокоится, Кохэку. Просто успокойся и готовься к свадьбе. -Нет! - отрезала девушка звонким криком. Мужчина поднял одну бровь, попытался скрыть раздражение. Он устало закатил глаза, будто объясняя маленькому ребенку. -Решение принято. От твоего слова ничего не зависит. Я говорил тебе о свадьбе. Предупреждал тебя с самого начала. Ты должна была меня послушаться. Кохэку замолчала. Ее острая, жгучая ненависть распространилась и на отца. Эмоции лились нескончаемым потокам, готовясь сжечь девушку изнутри. Глаза горели. В воздухе завис запах пороха. Еще одно слово и все вокруг погрузится в развалины. Кохэку подобна бомбе. И сейчас главное остановить отсчет до взрыва. -Император даже разрешит тебе продолжить заниматься боевым искусством. Сердце девушки перестало биться, воздух больше не поступал, а в ее венах закипела кровь. От ярости, заполонивший грудную клетку хотелось избавится. И Кохэку взорвалась. Брови нахмурились, а руки обжег огонь. За секунды до катастрофы, Урауме попытался остановить трагедию. -Кохэку, стой, ты должна..! -Я сожгу все дотла! Рука рассекла воздух и врезалась в стену. Круговой ударной волной отбросило Урауме в сторону, а все вещи в комнате превратились в прах. Огонь поглотил большую часть комнаты, избегая лишь одну девушку. Она горела не снаружи, а изнутри. В огне девушка выглядела как в своей ипостаси. Разъяренная, грозная и беспощадная как само пламя. Взгляд потерял фокусировку и теперь Кохэку просто тяжело дышала, не останавливаясь в своей ярости, потерявшей границы. Голова загудела и брюнетка почувствовала подавление своей силы. Теперь кончиков волос едва доставали языки пламени. Пожар вспыхнувший в мгновение и безвозвратно уничтоживший все убранство комнаты, начал угасать от ледяной техники Урауме. Янтарные глаза впились в него сверху вниз. Тогда она почувствовала как что-то надломилось в его ледяном хладнокровии. Мужчине было сложно сдерживать шок. Сила девушки была нечеловеческой. Во время боя на войне, он не увидел ничего необычного, ведь Кохэку толком не использовала техники. Сейчас ее огонь разрушал все и оставлял лишь воспоминания с запахом гари. Урауме, промолчал, боясь гнева собственной дочери. Мужчину про знобило, как от холода, не смотря на то что в комнате царил пожар. -Ты не должна так использовать техники. - Урауме выдавил из себя единственный упрек. -Пфф.. Кохэку с вызовом подняла брови вверх. Ее горячая кровь постепенно остывала. Но безумный нрав все еще жаждал справедливости. Пусть отец и не послушает дочь, он точно послушает Господина Рёмена. Девушка вспомнила как тот согласился помочь. Уцеплявшись за надежду, как за биение сердца при смерти, Кохэку побежала в его покои. Она неслась не беспокоясь о том как выглядит. Будто потерянная секунда означала попасть в оковы злосчастной судьбы. Урауме не успел опомнится, как тут же хватился дочери. Он сразу понял куда направляется Кохэку и не медля рванул за ней. Побеспокоить Короля Проклятий было грубейшим тоном. А вбежать к нему с истерикой стоило быть приговором к смерти. Перед девушкой осталась последняя дверь. Пока Кохэку, обезумевшая петляла по дворцу, она успела разбудить всех обитателей. Мирный ночной пейзаж стал не спокойным. Брюнетка остановилась перед дверью. Замялась на секунду, а потом сразу постучала. -Господин Рёмен! Прошу вас.. это срочно! Никакого ответа. Кохэку терпеливо ждала, опустив голову вниз. Прошло время и перед тем как она собиралась постучаться еще раз послышались тяжелые шаги. Двери распахнулись и на брюнетку подул легкий сквозняк. Девушка тут же подняла голову, стараясь не смотреть на неприкрытый торс, который находился в паре сантиметров от ее любопытных глаз. Брови жалобно нахмурились и Кохэку смягчилась. -Господин Рёмен, меня выдают замуж! За императора! -И все? Из-за этого ты нарушила мой сон? По тону двуликого можно было понять, что он раздражен. В речах сквозило пренебрежение. Он и близко не разделял переживаний Кохэку. Можно было предположить, что он даже не удивлен этой новостью. -Это все.. но вы обещали мне помочь! -Не испытывай меня, Кохэку. Моим решением была твоя свадьба с императором. Девушка замолчала. Без единой эмоции на лице. Мир рухнул. В груди больно сдавило, перекрывая кислород. Эти слова были сродни пыток. Давно ей не было так больно. Тишину разрезал безразлично холодный голос Сукуны. -Неужели годы воспитания тебя не изменили? Ты так и осталась маленькой капризной девчонкой. Должна была понять, с кем нужно считаться и как себя нужно вести. - двое будто находились в разных мирах. Кохэку даже не смотрела мужчине в глаза. Слушала свой обезумевший голос в голове который кричал «ОН ВИНОВАТ! РЕШИ СВОЮ СУДЬБУ САМА». Тогда девушка подняла глаза и снова встретилась с ним взглядом. - Ты закончила со своей истерикой? Носа Короля Проклятий коснулся горький запах пороха. Кохэку запустила обратный отсчет. Его губы тронула издевательская ухмылка. Рёмена одновременно разозлило и раззадорила девушка. Он не мог спустить ей все с рук. Она так хотела боя? Получит сполна. Началом битвы стал оглушающий треск потолка. Подпаленная древесина рухнула и приземлилась между ними. Черная смола, ядовитый дым и красные от злости глаза Кохэку. Больше ничего не было. Или Сукуна просто не хотел больше замечать. У девушки с собой не было привычного оружия, были лишь эмоции, охватившие буйство. Этого было достаточно, чтобы противостоять всем магам, даже самому сильному. Мужчина не применяя техники, бросился на нее. У него было желание ранить, укротить, подчинить. Никак не успокоить. Хищник в клетке может быть и агрессивным, так ведь? Огонь не смог остановить Короля Проклятий, но стоило ему преодолеть завесу дыма его встретили горячие руки девушки. Даже слишком горячие! Мужчина сразу же бросился в сторону, не глядя на свой торс, он осознал мощь девушки и это дало ему новую силу. Не теряя не секунды, Кохэку бешеная в своем гневе закричала и бросила новую ударную волну. -Я не буду подчинятся! Сукуна оторопел от своевольного решения Кохэку. В груди у него заплясала первобытная злость, когда зверь первым обнажает клыки, не осознавая силы охотника. Техника загремела и отбросила все в разные стороны. Королю Проклятий сложно было стоять на ногах. Но удержавшись на одном месте он начал продвигаться вперед. Его тело покрывалась ожогами, а от за предельной температуры в комнате все вещи, выдерживающие ударные волны, начинали плавиться. Преодолев завесу дыма ему предстала Кохэку. Ее золотистые глаза блестели от влаги. Брови хмурились в отчаянии. Она вытянула руку вперед, не подпуская к себе мужчину. Никто из них не хочет разрешить конфликт. Обоим нужна разрядка. С насилием и болью. Первая не выдержала Кохэку. Она подняла другую руку чтобы создать огненные искры прям здесь. Сейчас ее силы были на пределе. Маленькое пламя в ее руках вспыхнет как лесной пожар. Лишь только небольшой фейерверк загорится в ее руках, ближайшие километры пойдут крахом. Мужчина резко перехватил ее запястье заводя за спину. Девушка напрягла свое тело, пытаясь вывернуться из захвата. Она не снижала температуру своего тела, заставляя руки, касающийся ее, мгновенно покрываться волдырями. Рёмен Сукуна, не взирая на боль, лишь усилил хватку. Первая пара его рук захватила запястье Кохэку, а вторая удерживала ее голову, заставляя смотреть на себя. Девушка не могла концентрироваться на своей силе из-за ужасающей боли. Сукуна не жалел ее. Жадно мстил за ее выходку. Через время он почувствовал как ее температура тела снижается, а сама Кохэку обмякает в его руках. Мужчина наклонился к ней, со злобой прошипев. -Мне полагается прямо сейчас убить тебя, дрянь. Король Проклятий перехватил ее шею. Он крепко сжал пальцы, не беспокоясь о ее самочувствии. Его наполнял азарт, какого не было в бою на войне. Чистый адреналин. Укрощение. Он с легкостью поднял Кохэку в воздух, на уровне своей головы. Голова девушки тяжело встретилась с обветшалой стеной, пострадавшей в огне. -На что ты полагалась когда бросала мне вызов?! Ты никто! Рёмен с удовольствие унижал Кохэку. Каждое новое предложение сопровождалось грохотом. Ее голова с неимоверной силой вновь и вновь встречалась со стеной. Во рту был вкус металла. Раньше девушке казалось, что это вкус победы. Наверное, потому что она никогда не проигрывала по настоящему. Глаза мечтали закрыться. Кохэку больше не сопротивлялась. Безвольно болталась в руках Короля Проклятий. -Ты будешь делать то, что я тебе скажу. Ты не получишь преимущества лишь потому, что Урауме приютил тебя в младенчестве. Еще одна такая выходка.. - мужчина сделал паузу, он не шутил - и ты поймешь, почему все содрогаются от страха при моем упоминании. Он посмотрел на нее, ища последние крупицы сознания. Потеряв интерес, Сукуна мгновенно разжал руку, позволяя девушке упасть на пол. Ее тело свернулось калачиком, пока она с жадностью набирала воздух. Рёмен безразлично покинул комнату. Кохэку вернулась в сознание спустя пару минут. Ее тело непрерывно знобило, она полностью потеряла всю проклятую энергию. Казалось, что сейчас ее встретит Идзанами-но Микото и ее душа навсегда отделится от бренной оболочки. Но духовного спасения не произошло. Сердце Кохэку билось, пусть и с трудом. Медленно и скрупулезно девушка поднялась на локтях. Комната в которой она находилась не похожа даже на самый нищий крестьянский дом. Это покои Сукуны Рёмена, которые Кохэку безжалостно сожгла. К горлу подкатил ком. Она опять почувствовала себя ничтожной букашкой в чужих руках. Она не владелица своей судьбы, и от этого хотелось беспомощно рыдать. У нее нет сил, нет статуса. -Лучше бы меня все таки забрала смерть. - пробубнила брюнетка, отчаявшись. Кохэку вытянула руки и с трудом поднялась. Ее ноги дрожали так, будто она в первый раз стояла на своих двоих. В глазах потемнело и вместе с этим ужасно сильно заболела голова. Такое ощущение, будто внутри черепа взрывали пороховые бочки. Девушка стояла на месте еще несколько минут, пока ее тело не начнет адекватно функционировать. Глаза распахнулись и еще раз обошли взглядом комнату. Кохэку интуитивно почувствовала присутствие хищника и не ошиблась. В обветшалом окне высунулась лисья морда. Животное ожидала Кохэку. И девушка послушна поспешила за ним. С трудом перелезла через окно и последовала за лисой. Хищница начала уводить брюнетку в лес, то и дело оглядываясь идет ли она за ней. Кохэку шла сначала медленно, потом начала ускорятся. В один момент, она обернулась. Поместье было так далеко, что казалось похожим на крохотную горошину. Ее муки и страдания остались там. Может и тело так и продолжило лежать среди пепелища. Многие называют животных проводниками в загробный мир. Куда ведет ее лиса, следившая за девушкой всю жизнь? Пока девушка шла, она начала рассматривать лисицу. -Как-то Господин Рёмен сказал что мы похожи. Насмехался.. или все же..? У хищницы брюшко было белым, а остальная шерсть огненно-рыжая. Ушки пушистые, глаза янтарные. Девушка неосознанно подумала, что они действительно похожи. В ту же секунду лиса замерла. Она остановилась перед заброшенной деревней. Обернулась и жутко серьезными глазами посмотрела на Кохэку. -Плевать, умерла я или нет. Зачем я здесь? Лисица вильнула пушистым хвостом и подошла к девушке. Начала тереться о ее кимоно и подталкивать вперед, к поселению. Девушка повинуясь начала идти. Место выглядело старым, но не настолько чтобы разваливаться. Домов было много. Площадь всего хутора занимала не меньше 1 ри. Проходя через густые заросли, Кохэку начала чувствовать знакомый запах жженой древесины. Девушка тут же бросила взгляд на ближайший дом и увидела, что весь он покрыт смолой. Тут случился пожар. Но разве могли столько людей просто бросить такую деревню. Дома можно было отстроить. А живы ли вообще бывшие жители..? -Что мне здесь нужно? Или тебе что-то надо? - Кохэку обратилась к лисе, но не заметила хищницу в поле зрения. На улицу уже напал вечерний туман. Начало смеркаться. Острое зрение уловило движение где то спереди. В доме рядом послышался шорох. Девушка начала осторожно к нему приближаться. У порога ее ожидаемо встретил рыжий хвост. Девушка прошла вглубь помещения. Здание еле держалось. Весь дом был покрыт смолой. Единицы уцелевших вещей были обуглены. Голова начала сильно болеть. Кажется, будто туман проедал ее мозг. Начали всплывать незнакомые воспоминания и места. Размытые лица. Все было будто под действием горького сакэ. Сначала девушка как будто наблюдала со стороны, не принимая в этом участие. Пока эти ложные воспоминания не залезли ей в душу.

***

Была теплая весна. На деревьях расцвели почки. В воздухе витал цветочный аромат. Деревня, не смотря на то, что большая часть мужчин ушли по долгу родине, была оживленной. Кохэку увидела старуху. Она вальяжно проходила по всему поселку и давала поручения встречающимся девушкам. Ее путь закончился у крайней избы. Переступив порог, старуха встретилась с иной красавицей. За столом сидела молодая барышня. По ее плечам струились черные стеклянные волосы. Глаза невинного голубого цвета. Лицо, под стать титулу Императрицы. Кохэку опешила от такой чистой и изысканной красоты. Девушка, будто в ожидании, задумчиво смотрела в окно. Ее пальцы перебирали волосы, заплетая их в небрежную косу. От завораживающей картины Кохэку отвлек хриплый голос старухи. Попаданка сразу заметила, что голос бабушки стал мягче и ласковее. -Отохиме, опять бездельничаешь? -Простите, матушка. Я всего лишь задумалась. -Связала бы одеяльце или кимоно побольше - Старуха кивнула головой на живот красавицы. Тогда Кохэку заметила, что она беременна. - а то смотри, как живот растет. Наверное бравый боец будет. -Матушка, я не виновата, что мечтательна.Вы ведь сами назвали меня Отохиме! Мне Хидэёси рассказывал про значение моего имени. Так называют девушек с прекрасными и нежными образами. А имя предначертало мне романтическую судьбу и историю. Значит, что я с ним проживу долгую и счастливую жизнь с своими детьми. Лишь только он вернется с похода, мы поженимся. -Отохиме, ты думаешь, что все романы о любви заканчиваются хорошо? -Ты не научила меня читать, но любовь такое окрыляющее чувство. Оно безобидно и прекрасно. Разве истории о взаимной любви могут быть трагичны? -Ты такая умница, Отохиме. Добрая, честная. Помогаешь ведь всем. И избранника себе нашла подобающего. Хидэёси парень справедливый. Он же маг. И очень сильный. Не только тебя, всю деревню защитит от напастей. Старушка подошла к девушке и поцеловала ее в макушку. Юница заливисто рассмеялась, а в ее смехе растворился туман воспоминаний. Дымчатое облако в котором сейчас беззаботно болтали мать с дочерью рассеялось, оставив Кохэку в неосязаемом пространстве. Цвета меняли свой цвет как настроение. От золотистого смеха девушки он плавно перешел к пыльно-голубому. Почувствовался вкус слез и дождя. Переломное событие, меняющее судьбу. Кохэку услышала женские протяжные вопли. Облако не могло сфокусироваться на картинке и воспоминание было размытым. Девушка почувствовала, что будто находится во сне. Она могла полагаться лишь на слух, чувства и нечеткую картинку. Вглядевшись в событие, Кохэку увидела как старуха принимает роды. Все было настолько абстрактно, что ей на секунду показалась, что она в всем этом участвует. Но ведь ее роли здесь нету. Бабушка, отчаянно вздохнула, в ее руках показалось крохотное тельце. На голове было немного черных, как смоль волос. Кохэку хотела радостно вздохнуть, но перед эти она поняла что что-то не так. Комната погрузилась в тишину. Ребенок не плакал… Из воспоминания, полностью потерявшего картинку, послышался разговор. -Матушка.. отчего младенец не плачет? - послышался уставший, но не менее обеспокоенный голос рожавшей. -Девочка.. она дышит, и сердце бьется… Но что-то не так.. -Окугата-сама! Король Проклятий в деревне! Всех девушек забирает. Мужчины… все погибли Только Хидэёси вернулся.. он не впускает его в деревню - казалось, каждое слово давалось молодому голосу с трудом. -Как он будет противостоять Королю Проклятий?! Хочет любимую на совсем оставить? -Простите, за дерзость. Но вы же связаны с колдовством.. нет ли способа победить его? -Было бы все так просто. За колдовство нужно платить, это крайняя мера. Я уже давно старая для этого. Нужно полагаться только на Хидэёси. По звукам в комнате старуха и девушка, озвучившая весть, вышли с избы. Воспоминание стало четким. Теперь Кохэку увидела обессиленную Отахимэ, с растрепанными волосами на кровати. Девушка тут же бросилась к младенцу, начала читать молитвы, целовать каждый кусочек детской плоти. -Только не он, только не Хидэёси. Он единственный.. обещал, что поженится на мне…! Бредни родившей девушки были похожи на мысли сумасшедшего. Ее причитания становились все громче и отчаяннее, пока не перешли на крик. Отохимэ взяла ребенка на руки и слезла с кровати. Ее обессиленное тело рухнуло на пол, но несмотря на пронзительную боль девушка продолжила свой путь. На коленях, она дошла до старого стола с алхимией. Старуха рассказывала как в молодости читала заговоры, накладывала проклятия и делала обереги. Встав на обе ноги девушка долго не решалась. Она продолжала прижимать ребенка к себе, боясь отпустить. -Он выживет. Он сильный маг. Сможет защитить всех нас. НЕ СДОХНЕТ ОТ РУК ПАРШИВОГО РЁМЕН СУКУНЫ. Роман о истории их любви закончен. Но не история Кохэку. Судьба определила последние строчки в их книге. -Отохимэ… Хидэёси мертв. - новость прозвучал как приговор. Безжизненный и без эмоциональный голос старухи. Кохэку вырвали из воспоминаний. От таких качелей захотелось очистить желудок. Брюнетка лишь сильнее свернулась калачиком, но неожиданно почувствовала тепло. Приоткрыв глаза, она заметила янтарный взгляд на себе. Он смотрел в душу, отбрасывая оковы оболочки. Пробирал до мозга костей.Кохэку вспомнила о том, что сейчас видела. История была не закончена. Что стало с тем младенцем, а что собиралась сделать та роковая красавица, потерявшая любимого..? Столько вопросов. Почему она вообще это увидела. Эта история этой деревни, отчего тогда тут все разрушено? И что делал здесь Король Проклятий..Голова снова начала раскалываться и девушка не нашла ничего лучше как просто расслабиться. Лиса укрыла и согрела ее своим теплом. Ни одна мысль больше не проходила в ее сознании. Перед тем как погрузится в сон в ее памяти мелькнул последний узор. Девушка на видела что именно происходит, в голове застыла не двигающаяся иллюзия. Краски на этом холсте напоминали огненно-рыжий хвост лисы. В деревне царил беспорядок. От иллюзии был слышен звук рыданий, мольбы и детского плача. Девушка не была участницей воспоминания, но почувствовала мощный поток проклятой энергии. Магия была разбавленной, поэтому сконцентрироваться лишь на одной было невозможно. Будто бы чай смешали с соком и добавили овощей. Настолько разный был контингент шаманов. На изображении появился фокус и Кохэку начала видеть лица и события. Вся деревня была поглощены огнем. Он стирал все, оставляя за собой руины. В центре поселения стоял Король Проклятий. Он скучающе рассматривал деревню, в поиске противника, который даст ему нужный азарт. Чуть впереди него был Урауме, на лице было несвойственное ему любопытство. Его руки были протянуты. Когда Кохэку проследила за их направлением, то увидела ту же самую старуху с младенцем. В огне заканчивалась жизнь и начиналась смерть. Но тут было все по другому. Огонь стирал саму историю.

***

За столом, ранее принадлежащем Фудзивара-но Мотоцуне, сидел его старший сын. В связи с неожиданной смертью главы Клана, его должность занял Тохикира. Парень был еще молод, но уже славился своим выдающимся умом в сфере политики. Лишь только он занял главенствующий пост, принял решение, связывающее судьбу его младшей сестры и старшего сына Императора. Глава Японии услышав его предложение ответил весточкой почти сразу. Свадьба состоится. Пусть наспех и с небольшими почестями. Сейчас самое важное-укрепление связей внутри государства. Фудзивара-но Тохикира потушил едва горящую свечку и покинул кабинет. Его голова раскалывалась от боли и мысли смешивались в кашу. Из-за этого он не сразу услышал как надрывный женский голос звал его. -Онси? Уже поздно, почему ты бродишь по поместью? Его младшая сестра была полностью облачена в черные траурные одежды. Ее лицо омрачало глубокая печаль. Все слезы давно иссякли, оставив девушку с пустотой внутри. Старший брат никогда не видел ее в таком состоянии. После убийства матери, почти сразу умер отец. В отличие от него, Онси была любимой дочерью. Девушка с трудом переживала потерю. -Тахокири-гими, нам нужно найти и похоронить отца. Его дух не найдет путь в царство мертвых. -Япония в шаге от краха. Нам нельзя тратить на это ресурсы. -Понятно.. -Ты выходишь замуж за сына Императора. Решение окончательное, подготовка уже началась. Фудзивара-но Онси опешила. Она знала, что у ее отца были планы на нее. Не ожидала лишь того, что ее свадьба произойдет в одно время с гибелью Мотоцуне. -Такова была воля отца. Я не смею ее оспаривать.