Побочные эффекты тишины

Элси не понимала, когда отключалась. В полной темноте её мысли, лихорадочно бьющиеся о черепную коробку, притихали на какое-то время, позволяя тьме перед глазами полностью поглотить её. Без снов, без тревог. Иногда, просыпаясь, первые пару секунд девушка не помнила ни того, кто она, ни что с ней случилось. Из блаженного беспамятства её вырывала внезапная боль в связанных руках, которыми она пыталась пошевелить. Животный страх моментально сковывал её, заставляя замереть. Тело будто пыталось уберечь её по-своему. Горло пересыхало, язык не отрывался от нёба, чтобы она не могла позвать на помощь. Ей казалось, что те двое постоянно наблюдают за ней из темноты. Ждут, когда она даст им повод снова ударить её. Элси не знала, что мужская рука может бить так больно. Злобно, наотмашь, словно мужчина забыл, что перед ним человек, а не боксёрская груша. Один из них явно получал от этого удовольствие. Элси не знала, как себя вести с ним. Слёзы, мольбы или покорная тишина его раздражали одинаково. Рядом с ним её кожа постоянно горела от ударов. Он впивался в её бёдра ногтями, оставляя синяки, входил резко, без подготовки, тихо проклиная её на языке, в котором она с ужасом распознала родную речь. Другой был спокойнее. Он не бил её. С ним она позволяла себе сопротивляться и умолять. Он лишь покрепче вжимал её в кровать, обездвиживая своим мощным телом. Именно он помог ей опустить руки в первый день, когда его друг наконец-то слез с неё. Сперва Элси почувствовала, как чьи-то волосы опустились на её лицо, щекоча кожу. От его горячего дыхания несло дешёвым пивом и табаком. Живот девушки сжался от спазма, она испугалась, что её стошнит прямо на себя. Вдруг чужие губы нежно коснулись её, язык протолкнулся в безвольно приоткрытый рот. Мужчина оторвался от неё, когда почувствовал её слёзы на своих щеках. Пару мгновений Элси ощущала его взгляд на себе, а потом он потянулся к проволоке, которой были перевязаны её руки. Стальные шипы вновь растревожили ещё не покрывшиеся как следует корочкой раны, кровь снова выступила из них. Бросив проволоку на пол, о который она ударилась с глухим стуком, мужчина осторожно согнул её окаменевшие руки в локтях, помогая опустить их. Суставы мучительно заныли, боль прострелила грудь, откуда всё же вырывался судорожный всхлип облегчения. Всё. Oни закончили и собираются её отпустить. Игнорируя слабость в онемевших запястьях, Элси попыталась опереться на локти, чтобы приподняться. Чужая рука тут же легла на её грудь, укладывая девушку обратно. Кровать жалобно заскрипела, когда мужчина завозился на ней. От осознания девушка похолодела. Это было ещё не всё. Пока Элси вновь захлёбывалась в бессвязных мольбах, он вдруг уселся на её бедра и почти нежно припал к груди. Его дыхание становилось тяжелее с каждой секундой, неуклюжая мягкость в движениях сменилась настойчивой жадностью. Послышался резкий звук расстёгиваемой ширинки и гадкий смешок того, кто стоял неподалёку. *** Так пролетали дни. Элси не знала, сколько времени она там провела. Балансируя между бессвязными мыслями о том, как ей выбраться, и спасительным забытьем, куда она периодически проваливалась, девушка потеряла счёт дням. Мучители не спешили покидать её. Ей казалось, что они занимают собой всё её пространство, время и даже тело. Когда, насытившись ею, они уходили, девушка проваливалась в беспокойную дремоту, из которой её вырывали новые шаги. Она точно знала, что это был кто-то другой. Человек, который никогда не пытался прикоснуться к ней. Его поступь была более тихой и осторожной, чем у тех двоих. Она умоляла его отпустить её, давясь слезами, шептала, что никого не видела и никому ничего не расскажет. Но всё без толку. Тот человек просто садился рядом и подносил к её сухим губам горлышко стеклянной бутылки. Она жадно припадала к ней, пила воду, не переставая плакать. Потом он доставал ломтики хлеба, до тошноты приторные печенья или, что было хуже всего, маленькие, дикие яблоки. Несмотря на горечь, они всё же хранили в себе тепло солнца и свежесть мира снаружи. В тёмном, пахнущем плесенью сарае это было почти что издевательством. *** Пустота во тьме вскоре сменилась кошмарами. В одном из таких она лежала парализованная на сухой, потрескавшейся земле прерии. В центре ярко-синего неба виднелось неестественно огромное солнце, словно небесное тело неожиданно решило приблизиться к планете. День был до безумия яркий, но она не чувствовала тепла. Напротив, её тело дрожало от холода, ледяная кровь носилась по венам, замораживая её изнутри. Над ней столпились койоты. Один лизал её лицо, усевшись на груди, второй принюхивался к волосам, остальные покусывали пальцы, локти, тыкались вытянутыми мордами в ноги, щёлкали зубами, угрожая вцепиться в плоть. Вдруг над ней возник человек. Его высокий силуэт закрыл её от леденящих лучей солнца. Элси попыталась отстраниться от морды койота, который упорно вылизывал её лицо. Из-за животного девушка не могла разглядеть лица мужчины, стоящего над ней. Она видела лишь неестественно большие, холодные, словно затянутые туманом, серые глаза, с ужасом уставившиеся на неё. Она очнулась, когда один из койотов больно наступил лапой на её живот. Элси машинально дёрнулась, стараясь отстраниться от мужчины, лежащего сбоку от неё. Он держал её в крепких объятиях, продолжая покрывать короткими поцелуями щёки, царапая лицо щетиной. — Чего же ты проснулась, красавица? — прошептал он, уткнувшись в её висок. Голос был низкий, хриплый, почти ласковый. — Поспи, ещё слишком рано. Не переживай, я рядом. Он тебе не навредит. Элси замерла. Почувствовала, как защипало глаза под повязкой. Он говорил так, будто они были обычной парой, которая просто провела ночь вместе. Шумно втянув её запах, мужчина провел языком по нежной девичьей коже, понемногу наваливаясь на Элси сверху. В это время она прислушивалась к темноте, пыталась понять, рядом ли тот, другой. Кажется, нет. Элси сглотнула, крепко сжав бёдра. Горло было сухим. Она едва слышно, почти беззвучно попросила: — Можно мне… пожалуйста… в туалет? Мужчина замер. От её сиплого голоса у него в груди что-то болезненно кольнуло. — Конечно, малышка, — мягко прошептал он, не спеша отрываться от её шеи. — Не бойся, я тебя отведу. В нос ударил тошнотворно сладкий аромат гниющих листьев и переспелых плодов. В воздухе витал едва уловимый запах костра. Мужчина осторожно подтолкнул её вперёд. Девушка сделала несколько несмелых шагов. Её слишком быстро отвыкшие от нагрузки ноги дрожали. Ткань на глазах была туго затянута, полностью лишая её обзора. — Давай, вот здесь, — тихо сказал он. Элси застыла, а после его слов шумно втянула носом воздух. Девушка до последнего не осознавала, что ей придется сделать. Перед ним. Вздрогнула, когда он задрал юбку, наспех натянутую на её обнаженные бедра по дороге. Не желая тратить время на поиски её топика, мужчина накинул на неё свою рубашку, от которой жутко несло бензином и палёной резиной. Она поёжилась, когда он положил руки на её плечи, а затем настойчиво надавил на них. Заставив её опуститься на корточки, мужчина сел перед ней, всё так же придерживая её, будто маленького ребенка. Тело девушки прошила судорога. Облизнув пересохшие губы, она тихо попросила: — Можешь, пожалуйста, отойти? Его губы дрогнули. Она не увидела нервную усмешку, исказившую его лицо. Покачав головой, словно сгоняя с себя морок, мужчина повернул голову в сторону. — Детка, будешь тянуть время, застудишь себе там всё. Элси сжала зубы, впервые позволив себе разозлиться. Этот мужчина притащил её сюда, он сделал это с ней, так какого чёрта ей стесняться? Она точно знала, что не выдержит ещё одного вторжения в свое тело с полным пузырём. Шумно выдохнув, девушка расслабила сведённые мышцы, наконец-то чувствуя облегчение. Игнорируя присутствие другого человека, она успокаивала себя тем, что это намного лучше, чем лежать на мокрых простынях. Стараясь не обращать внимания на полыхающие щёки, девушка не спешила подниматься. Она сидела на корточках, выигрывая для себя больше времени на воздухе. Мужчина молчал. Только его руки всё так же спокойно лежали на её плечах. — Ты всё? — тихо спросил он. Она обреченно кивнула. Он осторожно помог ей подняться, придерживая за талию. Ноги дрожали, колени не хотели выпрямляться, но он не отпускал её. — Ты молодец, — мягко сказал он, проводя ладонью по её волосам. — Всё хорошо. Элси не ответила. Она просто стояла, опустив голову, и пыталась унять дрожь в ногах. В груди слабо вспыхнул огонёк унизительной надежды. Может, после того, что он заставил её сделать, она станет ему противна? Может, он отпустит её? Не станет больше трогать? Огонь погас, не успев разгореться. Мужчина поднял её на руки и быстро зашагал обратно. Она упёрлась в его плечи. Из-под повязки снова потекли слёзы. — Не надо, пожалуйста... Хватит... Можно мне уйти, я так больше не могу... — Тише, маленькая. Аккуратно посадив её на кровать, он мягко погладил её по волосам, будто пытаясь успокоить истеричного ребёнка. Неловко коснулся ворота рубашки, слишком огромной для неё. — Нет! — вскрикнув, она вцепилась в края ткани, покрепче запахивая ее на груди. Его старая фланелевая рубашка была её единственной призрачной защитой за долгое время, и она не хотела с ней расставаться. — Какого хрена? — донеслось со стороны двери. Калеб насмешливо выгнул бровь, переводя взгляд с полураздетого друга на девушку, закутанную в его рубашку. — Как она умудрилась тебя раздеть? Элси застыла в ужасе. Тяжёлые шаги мужчины по земляному полу были едва слышны, но каждый из них заставлял её сердце уходить в пятки. Она знала, что никто ей теперь не поможет. — Она... просто замёрзла. — Замёрзла, значит, — задумчиво протянул Калеб. — Ну так давай её согреем. — Мужик, уже поздно, давай просто оставим её и... — Конечно, — в тёплом голосе проскользнули весёлые нотки. — Сгоняй ей за горячим шоколадом на дорожку, а я помогу собрать вещи. — Калеб сплюнул под ноги. — Не будь придурком. Элси почувствовала, как чья-то рука грубо ухватилась за воротник рубашки. Калеб не стал пытаться разжать ее руки. Он просто дёрнул рубашку вниз, обнажая плечи и спину. Не церемонясь, он перевернув девушку на живот, схватил её за бедра и рванул их вверх. — Нет! Пожалуйста! — она вжалась в матрас, инстинктивно пытаясь отстраниться от чужого тела. — Заткнись, — прикрикнул на неё Калеб, больно сжав её волосы в руке. — Пожалуйста... — захлебываясь в рыданиях, продолжала молить она. — Только не так... Позади неё раздался мягкий, тихий смех, от которого кожа покрылась мурашками. — Ты погляди, у неё уже появились предпочтения. Взглянув в нахмуренное лицо друга, мужчина усмехнулся. Крепче намотав чёрные волосы на кулак, он вжался в девушку сзади. — Но я хочу именно так.