Гости.

Сегодня, в субботний вечер, должны приехать горячо любимые, близнецы Доу. Билдермен весь день, и до вечера, метался от угла к углу, переживая, что всё пойдёт не так. И Шед не понимал, почему он себя так ведёт, будто к нему не родные дети приезжают, а высокоуважаемая знать. Когда порог дома переступили, и все сели за стол. Шедлетский, до этого, закрывшийся в комнате, и занятый бумажной волокитой, наконец вышел к гостям. — здравствуйте! — помахала дружелюбно Джейн, голос у неё всё ещё высок и певуч, Шед отлично запомнил детей Билдермена, когда те были ещё совсем маленькими. — Здравствуйте. — Джон Доу сдержанно кивнул, по странному вопросительно глянув на отца. Похоже, они не были осведомлены о том, что к ним присоединится другой Джон. Часы тянулись ближе к часу ночи, Джей, украдкой посмотрев на часы, удивлённо обомлела и шепнула что то брату, тот с умным видом кивнул. — пап, нам пора. — Билдермен лишь понимающе улыбнулся, и, после ещё пары тройки минут, выпроводил из дому. Шед, в догонку прикрикнул с кухни короткое "пока" и продолжил дальше жевать бутерброд. Строитель, с видом несчастного человека, зашёл на кухню, присев возле Джона, аккуратно прижавшись к нему. Было видно как он скучает, хотя виделись они, всего каких то пару минут назад. Шедлетский, не задавая вопросов, обнял его в ответ, прижимая ближе. — знаешь, мне показалось, что никто из твоих детей не ожидал меня...ну в смысле, мне показалось, что они вообще не знали что я тут, как бы, живу. — сказав это, Шед почувствовал как Дэвид напрягся. Что то было не так. Нет, быть такого не может. — погоди — Джон вопросительно глянул на Строителя, а после, продолжил. — только не говори мне, что ты их не предупреждал. — Билдер отвёл взгляд. Вот оно что. — да неужели? Ты им не говорил!? — мечник вскинул брови. — Билдер, что они ещё не знают? Может, то, что мы встречаемся, или то, что я Теламон и...— Билдермен вздрогнул, отрицательно покачав головой. — ты серьезно!? Чёрт возьми, когда ты вообще собирался им сказать?!. — на секунду, отпрянул, и посмотрел угрюмым взглядом на него, Шед продолжил. — то есть, получается, я для них никто, и вообще, лезу к тебе обниматься, навязываюсь, а ты в их глазах такой несчастный, настолько добрый, что не можешь мне отказать!? Шед бессильно упал обратно на стул. Он чувствовал себя настоящим злодеем, который всё это время, пользовался добротой Билдера. Хотя на самом то деле, всё было вообще не так. Именно строитель и был инициатором переезда Джона, в его просторную квартиру. Однако, чувство было сильнее логики. Билдермен долго смотрел куда то в пол, будто пытаясь прожечь в нём дыру. А после, устало вздохнул. — Шед, не пойми не правильно, в этом нет твоей вины, я просто...понимаешь, как мне объяснить детям, что я наконец то нашёл того, кого по настоящему люблю, и этот кто то — ты? Билдермен говорил тихо, смотря прямо на Джона, в его глазах, чистое сожаление. — и как мне объяснить им, что ты — и есть тот самый большой и холодный Теламон, что сделал не поправимое с их лучшим другом и своим созданием?. Шед несколько раз моргнул, теперь, почувствовал себя не просто мультяшным злодеем, а настоящей сволочью — он испортил Дэвиду настроение. — и как мне им объяснить, сколько всего ты прошёл, прежде чем вернуться ко мне и...— договорить ему, честный монолог не дали, Джон его поцеловал, одновременно прощая, и прося прощение. Принимая и успокаивая. — всё в порядке, просто прошу, Дэв, рассказывай о таких вещах, я и сам в состоянии им об этом рассказать, если ты, конечно, этого хочешь. Кажется Билдермен снова влюбился.