Весь мир-мой крематорий

Сяо Юань был ошеломлен. Младший брат, которого Сяо Ду искал больше десяти лет, а найдя, лелеял как сокровище, не родился с ним от одной матери? Это было совсем не в стиле Сяо Ду. Другими словами, неужели Сяо Ду, холодный и жестокий по натуре, мог пойти на такое ради младшего брата, который даже не был его кровным родственником? Похоже, всю свою привязанность он сосредоточил исключительно на нем. Сяо Юань необъяснимым образом вспомнил смутный образ собственного старшего брата. Если бы этот брат действительно существовал, стал бы он искать его? — Мастер Сяо? — голос Мэн Чи прервал мысли Сяо Юаня. — Ты слушаешь? Сяо Юань сосредоточился: — Да. Где находится место с кровным барьером, куда могут заходить только члены семьи Гу? Мэн Чи ответил: — Руины секты Цинянь — Долина Скрытого Меча. На следующий день все четверо продолжили свой путь и до захода солнца прибыли в павильон Юньцзянь. Будучи сектой номер один в поднебесной, павильон Юньцзянь сочетал в себе изящество традиционного южного клана с величием бессмертной обители заклинателей. Туманные облака плыли среди нефритовых чертогов, павильонов и беседок над водой на вершинах горных хребтов. Стоя на мече и глядя вниз, Сяо Юань с изумлением осознал, что эта резиденция по размерам едва ли уступает половине города Лулин. «По сравнению с павильоном Юньцзянь, Сюйфу — просто ветхая соломенная хижина, продуваемая всеми ветрами». Сюйфу был местом, где жили трое: учитель Сяо Юаня и два его ученика. Услышав это сравнение, Му Инъян сердито воскликнул: — Даже собака не презирает родную конуру за бедность! Сяо Юань равнодушно отозвался: — Сюйфу — не мой дом. Му Инъян возмутился: — Ты живёшь в Сюйфу с пяти лет. Как это он не твой дом? У тебя вообще есть совесть, Сяо Юань? Сяо Юань и впрямь задумался над этим вопросом на мгновение: — Пожалуй, нет. Гу Лоуинь позвал: — Мастер Сяо. — Да? — Мы спускаемся. Сяо Юань коротко отозвался, и его хватка на талии Гу Лоуиня немного усилилась. Двое учеников павильона Юньцзянь, охранявшие ворота, чрезвычайно взволновались, увидев прибывших: — Молодой мастер павильона и Линь-шисюн вернулись! Скорее идите и доложите шишу Цяню! Сяо Юань спросил: — Почему шишу Цяню, а не мастеру павильона? Линь Улянь объяснил: — Глава павильона сейчас находится в уединении, поэтому Цянь-шишу временно заправляет всеми делами. Гу Лоуинь и Линь Улянь отправились на встречу с Цянь-шишу, а Сяо Юаня и Му Инъяна пригласили отдохнуть во двор под названием Билуочжай. Му Инъян спросил: — Ты уже достаточно тут высмотрел? Теперь мы можем вернуться? — Шиди, куда ты так торопишься? Мы ведь только пришли, — Сяо Юань налил две чашки чая, сделал глоток и добавил: — Хороший чай. Шиди, не хочешь выпить? Му Инъян с каменным лицом сел напротив Сяо Юаня. — Здесь больше никого нет, так что выкладывай всё напрямую. Какого чёрта ты задумал, раз так рвался пробраться в павильон Юньцзянь? Сяо Юань удивлённо посмотрел на него: — Потрясающе! Оказывается, мой шиди вовсе не глуп! — Ты!.. Сяо Юань не дал Му Инъяну вставить и слова, тут же спросив: — Ты знаешь о Цинъяне? Му Инъян мгновенно отвлёкся: — Конечно, знаю. Цинъянь — это пламя, оставшееся в мире со времён древней войны богов и демонов. Оно горит лазурным огнём, отсюда и название. Говорят, любое выкованное в нём оружие становится артефактом высшего ранга, обычному до него далеко. Павильон Юньцзянь смог стать сектой меча номер один в поднебесной именно потому, что владеет единственным в мире источником Цинъяня. Сяо Юань кивнул: — Можно сказать, Цинъянь — главное сокровище павильона Юньцзянь. Если представится случай, я бы с удовольствием на него взглянул. — Раскатал губу, — презрительно фыркнул Му Инъян. — Кто ты вообще такой, чтобы они показывали тебе подобную святыню? Сяо Юань с улыбкой возразил: — Шиди, ты, должно быть, забыл, но я вообще-то спаситель Гу Лоуиня. Му Инъян взял чашку чая и холодно процедил: — Ну и что? Тебе за это и так пообещали кусок тёплого нефрита, выкованного в пламени Цинъяня. А ты разинул рот на сам источник? Спишь и видишь сны средь бела дня! — У каждого мужчины должны быть амбиции, и моя амбиция — увидеть Цинъянь, — Сяо Юань коснулся подбородка и с притворным вздохом произнес: — Неужели мне придётся полагаться исключительно на своё лицо, чтобы соблазнить Гу Лоуиня? Му Инъян как раз набрал в рот чаю. Он едва не поперхнулся, резко вскочил и сердито выпалил: — Сяо Юань! Не думай, что раз ты смазлив, то тебе всё сойдёт с рук! Он был по-настоящему взбешён. Ему вообще не следовало слушать бредни Сяо Юаня и тащиться с ним в павильон Юньцзянь. Нужно было просто вырубить его и отнести обратно в Сюйфу. — Я никогда так не думал, — Сяо Юань шутливо ущипнул себя за щеку. — Честно говоря, я бы и сам не прочь сменить лицо. Вскоре после этого слуга из павильона Юньцзянь передал приглашение в главный зал на ужин. Гу Лоуинь уже переоделся в традиционные одежды своей секты. Его белоснежное одеяние сидело безупречно, а длинные волосы были аккуратно убраны под нефритовую корону. Он действительно выглядел как молодой господин с блестящим будущим — благородный, холодный и утончённый. Линь Улянь тоже был весьма недурен собой, но рядом с Гу Лоуинем он явно блекнул. Гу Лоуинь слегка кивнул Сяо Юаню: — Мастер Сяо. — Ма… Мастер Гу. Линь Улянь с улыбкой вмешался: — По-моему, хватит уже сыпать этими официальными «мастер Сяо» да «мастер Гу». Как насчёт того, чтобы называть друг друга по-братски? — С какой стати? — Му Инъян и не думал вежливо церемониться. — Мы что, так близки? — Ты с ними не близок, а я — вполне, — парировал Сяо Юань. — У нас с мастером Гу давняя и глубокая связь. Не так ли, Гу-сюн? Гу Лоуинь тихо обронил: — Да. Давайте ужинать. Сяо Юань огляделся: — Мы будем только вчетвером? Линь Улянь объяснил: — Цянь-шишу очень хотел лично поблагодарить Сяо-сюна, но ему не терпится изучить принесённое тобой бронзовое зеркало, поэтому… — Гу-шисюн, Линь-шисюн! — в зал вбежала девушка лет пятнадцати-шестнадцати. Она тоже была в одеждах ученицы павильона Юньцзянь, а в руке держала меч. Завидев Гу Лоуиня, она мгновенно вспыхнула от волнения: — Гу-шисюн, ты наконец-то вернулся! Если бы ты задержался ещё немного, я бы сама спустилась с горы на твои поиски! Гу Лоуинь никак не отреагировал на её появление, поэтому Линь Улянь мягко пожурил её: — Шимэй, разве ты не видишь, что у нас гости? Нехорошо так шуметь. — Вижу, — взгляд девушки переместился на Сяо Юаня. — Я слышала, что это он спас Гу-шисюна. Сяо Юаню показалось — или девушка и впрямь выказала едва уловимую враждебность? Линь Улянь поспешил сгладить неловкость: — Сяо-сюн, молодой господин Му, это наша младшая шимэй Лу Юэяо. Её балуют с самого детства, так что не принимайте её капризы близко к сердцу, если она покажется вам резкой. Сяо Юань лишь улыбнулся в ответ. Лу Юэяо захлопотала: — Могу я поужинать с шисюнами? Я весь день тренировалась с мечом и просто умираю от голода. Линь Улянь с улыбкой отозвался: — Конечно, садись. Однако Гу Лоуинь холодно заметил: — Боюсь, тебе здесь не всё придётся по вкусу. — С чего бы это? Мне нравится любое блюдо, которое готовят в нашем павильоне Юньцзянь! Гу Лоуинь ничего на это не ответил и лишь подал знак слугам нести еду. Когда столы заставили кушаньями, прекрасные глаза Лу Юэяо округлились от изумления. Линь Улянь выглядел задумчивым, лицо Му Инъяна стало чернее грозовой тучи, и лишь один Сяо Юань так и просиял от радостного удивления. Сконфуженная Лу Юэяо спросила: — Почему на столе одни морепродукты? — Краб, фаршированный апельсинами, жареные креветочные котлеты, тушёный морской окунь… — с улыбкой перечислил Сяо Юань. — Мой шиди упомянул об этом лишь вскользь, но я не ожидал, что Гу-сюн запомнит мои вкусы. Гу Лоуинь ровно произнес: — У меня хорошая память. Сяо Юань поудобнее перехватил палочки: — В таком случае не стану церемониться. Му Инъян крепко сжал кулаки, из последних сил сдерживая желание перевернуть стол. Что вообще задумал этот тип по фамилии Гу?! С какой стати он так услужлив с его шисюном? Глядя, как Сяо Юань уплетает угощения за обе щеки и то и дело рассыпается в похвалах, Му Инъян почувствовал, как в груди разливается глухая, жгучая обида. Раньше, когда шицзунь готовил для них, Сяо Юань выглядел точно так же — совершенно счастливым. Заметив, что Му Инъян сидит неподвижно, Сяо Юань подцепил кусок креветочной котлеты и переложил ему в пиалу: — Почему ты ничего не ешь, шиди? Поверь, здешний повар готовит в сто раз лучше нашего шицзуня. Му Инъян процедил, чётко выговаривая каждое слово: — Сяо Юань, мне до смерти хочется тебя задушить. Сяо Юань ничуть не смутился: — Тогда тебе тем более нужно хорошенько подкрепиться, чтобы на это хватило сил. Атмосфера за столом воцарилась странная и тяжёлая, словно подспудно накатывала тёмная волна. Линь Улянь мягко улыбнулся, пытаясь сгладить неловкость: — Здесь ведь не только морепродукты. Посмотри, есть ещё и жареная горькая дыня. Сяо-сюн, не хочешь попробовать? Сяо Юань замялся: — Ну… Му Инъян вдруг усмехнулся: — Эту жареную горькую дыню тоже заказал молодой господин павильона Гу? Какая жалость, ведь мой шисюнь терпеть не может горькую дыню. Стоит ему съесть хоть кусочек, как он тут же покрывается сыпью и весь чешется. Гу Лоуинь перевёл взгляд на Сяо Юаня, и тот беспомощно кивнул, подтверждая его слова. Гу Лоуинь спокойно произнес: — Прости. — Молодой господин павильона Гу, тебе не за что извиняться. Вы с моим шисюном знакомы меньше месяца. Вполне естественно, что ты этого не знал. Линь Улянь нахмурился: — Молодой господин Му, кажется, ты что-то неправильно понял? Му Инъян улыбнулся, но улыбка эта не коснулась глаз: — Надеюсь, что это просто недоразумение. Гу Лоуинь окинул Му Инъяна холодным взглядом и велел слугам унести блюдо с горькой дыней. Лу Юэяо и Линь Улянь переглянулись, на их лицах читалось явное замешательство. Самого же Сяо Юаня чужие пикировки ничуть не заботили. Ему не было дела до того, что затевают остальные, пока он может сытно и вкусно поесть в своё удовольствие. Так Сяо Юань прожил в павильоне Юньцзянь несколько дней. Гу Лоуинь выказывал должное гостеприимство, обеспечивая его изысканными кушаньями и винами, а время от времени лично сопровождал его на прогулках по окрестностям секты. Сяо Юань всем сердцем желал воспользоваться этими моментами, чтобы сблизиться с Гу Лоуинем и завести разговор о Цинъяне, но Му Инъян тенью следовал за ними по пятам. Ему так ни разу и не удалось остаться с ним наедине. Стоило им троим оказаться вместе, как между ними вновь повисала та самая удушливая и неловкая атмосфера, что и во время памятного ужина. Гу Лоуинь, по всей видимости, тоже устал от этого напряжения и со временем перестал заглядывать к нему в Билуочжай. Тем временем Мэн Чи через Систему снова поднял тему Цинъяня, и, тщательно взвесив все за и против, Сяо Юань решил больше не медлить. В один из дней, едва Му Инъян, сытно пообедав, задремал на кушетке, Сяо Юань решил незаметно выскользнуть из комнаты. Но стоило ему приоткрыть дверь, как из-за спины донёсся ледяной голос: — Куда это ты собрался? Сяо Юань обернулся со скучающим выражением лица: — Найти Гу Лоуиня. Му Инъян тут же вскочил: — Я пойду с тобой. — Ещё чего, — отрезал Сяо Юань. Му Инъян прищурился: — Между тобой и Гу Лоуинем что-то происходит? — Пока нет, но, возможно, появится в будущем. Глаза Му Инъяна потемнели: — Раз ты так говоришь, я тем более не могу тебя отпустить. Сяо Юань привычным движением крутанул Угуань Фэнъюэ в пальцах: — Кстати говоря, я давненько не спарринговался со своим шиди. Му Инъян недоверчиво воскликнул: — Ты собираешься драться со мной из-за какого-то Гу Лоуиня?! Сяо Юань улыбнулся: — Я и сам не хочу доводить до этого. Просто, шиди, ты стал таким липким… Настолько липким, что у меня уже сил никаких нет.