Весь мир-мой крематорий

В следующие несколько дней Сяо Юань был занят делом. Оно оказалось несложным: старый мастер Сюй из семьи фармацевтов уезда Тунъань умирал от тяжёлой болезни. Перед смертью он очень хотел увидеть свою покойную жену, которая скончалась ещё в молодости. Сяо Юань принял облик ушедшей супруги мастера Сюя и прошептал ему на ухо несколько утешительных слов. После этого старик ушёл из жизни с умиротворённой улыбкой на лице. Сын покойного, молодой мастер Сюй, глубоко любил и уважал отца, поэтому посчитал Сяо Юаня своим великим благодетелем. В качестве платы Сяо Юань попросил всего один таэль серебра, но молодой человек попытался вручить ему в сто раз больше. Сяо Юань вежливо отказался: — Я не нуждаюсь в деньгах. Однако я уже два года безуспешно ищу одно лекарство. Если мастер Сюй поможет мне отыскать его, то уже он станет моим благодетелем. Мастер Сюй спросил: — Какое же лекарство ищет господин Ань? — Безжалостный цветок, — ответил Сяо Юань. Фармацевт уже исследовал противоядие от яда Гу, которое передал Ло Лань, и рецепт был полностью готов. Не хватало лишь одного-единственного ингридиента — Безжалостного цветка. Лицо мастера Сюя помрачнело: — Безжалостный цветок и Змеевидная красавица рождаются в море Учуань, в самых бесплодных и пустынных землях. Оба эти растения невероятно редки. Лишь великие заклинатели из Верхнего Царства Бессмертных способны добыть хотя бы один или два экземпляра. Семье Сюй посчастливилось заполучить такой много лет назад, но его уже использовали для лечения моего отца. Боюсь, найти второй будет крайне трудно… Сяо Юань и сам прекрасно знал всё, о чём говорил мастер Сюй. — В любом случае, я прошу мастера Сюя присмотреться и разузнать об этом. Если появятся хоть какие-то новости, пожалуйста, немедленно сообщите мне. Цена значения не имеет. Мастер Сюй внезапно о чём-то вспомнил и сказал: — Кстати, я слышал, что на Празднике любования цветами во дворце Байхуа гости смогут увидеть Безжалостный цветок и Змеевидную красавицу. Сяо Юань задумчиво переспросил: — На Празднике любования цветами? Мастер Сюй со вздохом улыбнулся: — Жаль, что семья Сюй — всего лишь клан из Нижнего Царства Бессмертных, и мы не получили приглашения на это торжество. Иначе я бы непременно приложил все усилия, чтобы раздобыть для господина Аня Безжалостный цветок. — Что вы такое говорите, мастер Сюй? — с улыбкой ответил Сяо Юань. — Вы и так мне очень помогли. Вернув себе прежний облик, Сяо Юань направился к резиденции. Стоило ему подойти к дверям, как он смутно ощутил на себе чей-то пристальный взгляд. Обернувшись, он увидел Гу Лоуиня, с которым не встречался уже несколько дней. Гу Лоуинь стоял под ивой у входа в особняк Ань. С мечом в руке, статный и благородный, словно редкая орхидея или безупречный нефрит, он казался созданием, с которым ничто в этом мире не могло сравниться. Их взгляды встретились. Сяо Юань не мог сделать вид, будто не заметил его, поэтому подошёл ближе и спросил: — Приветствую, бессмертный мастер. Вы… проходили мимо? — Нет, — Гу Лоуинь посмотрел на невзрачного мужчину перед собой и почувствовал, как его сердце снова необъяснимо затрепетало. — Я жду тебя. — Ждёте меня? — удивился Сяо Юань. — Бессмертному мастеру что-то нужно от меня? Гу Лоуинь отчётливо произнёс каждое слово: — Я хочу, чтобы ты кое-кем притворился. Сяо Юань улыбнулся и сказал: — Оказывается, бессмертный мастер хочет обсудить со мной дело. Тогда, пожалуйста, проходите в особняк, там мы обо всём и поговорим. У него не было причин отказываться от предложения Гу Лоуиня, к тому же отказ выглядел бы подозрительно. Сяо Юань провёл Гу Лоуиня в гостиную, приказал А Чу подать чай и обратился к гостю: — Бессмертный мастер, вы… Гу Лоуинь перебил его: — Просто называй меня по имени. — О, — откликнулся Сяо Юань. — Гу Лоуинь? Этот знакомый, доносящийся словно издалека звук заставил сердце Гу Лоуиня пропустить удар. Прежде чем он успел осознать свои действия, его рука сама собой схватила Сяо Юаня за запястье. Тот даже нахмурился от резкого натиска. Гу Лоуинь снова задал всё тот же вопрос: — Кто ты? Сяо Юань изобразил на лице крайнее удивление и замешательство: — Я Ань Му, неужели ты забыл? Придя в себя, Гу Лоуинь медленно разжал пальцы: — Извини. Сяо Юань потёр запястье, насторожившись из-за такой реакции. Неужели Гу Лоуинь действительно заметил что-то неладное? Или он и правда часто вел себя так, как рассказывал Шэнь Фугуй? Собравшись с мыслями, он спросил: — Так кем же ты хочешь, чтобы я притворился? Гу Лоуинь долго молчал, прежде чем медленно произнести: — Моим покойным суженым. «Итак… Гу Лоуинь хочет, чтобы я притворился самим собой?» — подумал Сяо Юань. — Хотя моя техника изменения лица творит чудеса, я не могу превратиться в кого угодно, — произнёс Сяо Юань вслух. — Тебе нужно дать мне какую-то вещь своего суженого, чтобы я мог… — Да, — прервал его Гу Лоуинь. Сяо Юань мысленно удивился. Неужели у Гу Лоуиня действительно что-то осталось от него? Гу Лоуинь достал из рукава мешочек, открыл его и бережно вынул две переплетённые между собой черные шелковистые пряди. Опустив глаза, он тихо сказал: — У меня есть его волосы. Сначала Сяо Юань просто подумал, что этот мешочек кажется ему знакомым, но когда увидел внутри волосы, то сразу вспомнил: разве Гу Лоуинь не показывал ему его за несколько дней до их свадьбы два года назад? Тогда он не хотел ни жениться на Гу Лоуине, ни влюбляться в него. Он просто сказал, что всё это лишнее. Но как Гу Лоуинь умудрился срезать его волосы? Не мог же он сделать это тайком? Неужели строгий, утончённый и элегантный молодой господин павильона Гу тайно пробрался к нему посреди ночи и подстриг, пока он спал? Сяо Юань невольно улыбнулся. Эти люди один другого краше. Гу Лоуинь совладал со своими эмоциями и поднял на него взгляд: — Почему ты улыбаешься? — Ничего, — Сяо Юань кашлянул и с серьёзным видом добавил: — Отдай мне его волосы. Гу Лоуинь на мгновение замялся, прежде чем передать Сяо Юаню чёрную прядь. Глядя на выражение его лица, можно было подумать, будто он отдаёт главное сокровище павильона Юньцзянь. — Не волнуйся, — с улыбкой сказал Сяо Юань. — Я потом верну её. Сяо Юань нежно погладил прядь грубыми пальцами своего нынешнего тела. Один белый волосок особенно выделялся среди тонких чёрных волос. Направив духовную силу, Сяо Юань ощутил, что это действительно его собственные волосы, до сих пор хранившие его ауру. С тех пор как Сяо Юань покинул гору Циюэ, он ни разу не принимал свой первоначальный облик. Он уже почти забыл, как выглядел раньше. Сяо Юань мысленно вздохнул и спросил: — Хорошо, я стану им. А что потом? — Потом? — Что именно ты хочешь, чтобы я сделал? — усмехнулся Сяо Юань. — Сразу предупреждаю: я торгую своим мастерством, а не телом. Гу Лоуинь на мгновение растерялся, но вскоре тихо произнёс: — Я просто хочу увидеть его. Сяо Юань возразил: — Но даже если я приму его облик, это буду не он. — Да, я знаю, — голос Гу Лоуиня слегка дрогнул. — Я просто… я больше не могу это выносить. Сяо Юань приподнял брови, но ничего не ответил. Он закрыл глаза и мысленно воссоздал в памяти собственные черты лица. Гу Лоуинь не мигая смотрел на стоявшего перед ним человека, наблюдая, как постепенно меняются черты его лица. Кожа побледнела, зрачки посветлели, а уголки глаз слегка порозовели, словно от хмеля. Черты лица и фигура одновременно стали более изящными. Затем он медленно открыл глаза. Перед ним из ниоткуда возник Сяо Юань. Нефритовое лицо Гу Лоуиня исказилось, взгляд стал диким, и Сяо Юань даже заметил в глубине его глаз проблески безумия. Сяо Юань осторожно позвал его: — Гу Лоуинь? Сердце Гу Лоуиня болезненно сжалось, тупая боль в груди заставила его невольно согнуться, но он так и не отвёл взгляда. Последние крупицы здравого смысла твердили ему, что стоящий перед ним Сяо Юань — точь-в-точь как тот, что являлся ему во время медитаций. Иллюзорный, нелепый сон, который он сам себе навоображал. Но этот сон был слишком реален. Сяо Юань стоял прямо перед ним, на расстоянии вытянутой руки. Стоило лишь протянуть ладонь, и он сможет коснуться его. Всё, что нужно — просто протянуть руку… Последние остатки ясности сознания окончательно растворились. Глаза Гу Лоуиня налились кровью, он крепко стиснул плечи Сяо Юаня и дрожащим голосом спросил: — Это ты? Знакомое и в то же время подзабытое ощущение возвращения в тело, в котором он прожил семнадцать лет, вызвало у Сяо Юаня смешанные чувства. Однако его голос прозвучал по-прежнему спокойно и естественно: — Ты снова забыл? Я Ань Му. — Ань Му… Ты Ань Му, — повторил Гу Лоуинь, словно пытаясь внушить это самому себе. Хватка на плечах Сяо Юаня постепенно ослабла, и в конце концов он отпустил его. Алая пелена и безумие в глазах немного рассеялись. Гу Лоуинь слегка успокоился и поднял руку, возведя между ними невидимый барьер. Сяо Юань не понял этого жеста и спросил: — Ты… — Не говори ничего, — мягко перебил Гу Лоуинь. — Просто дай мне посмотреть на него. Сяо Юань замолчал. Гу Лоуинь созерцал его сквозь прозрачную преграду, и Сяо Юань отчётливо ощущал его страдания и отчаяние. Казалось, их разделял не барьер, а непреодолимая пропасть между жизнью и смертью. Сяо Юань отвернулся и тихо зевнул, мысленно решив, что позже затребует с Гу Лоуиня кругленькую сумму. В конце концов, павильон Юньцзянь не обеднеет. Возможно, Гу Лоуинь действительно испытывал к нему глубокие чувства и раскаяние, но какое теперь это имело отношение к нему самому? Больше никто не проронил ни слова. Чай на столе успел остыть. Когда А Чу зашёл, чтобы поменять чайник, и увидел на месте своего молодого господина невероятного красавца, он едва не выронил поднос. — Мо… Молодой господин? Сяо Юань скучающим тоном отозвался: — Да. А Чу совершенно опешил: — Чьё это лицо… Оно такое… такое… — А Чу долго заикался, но так и не смог подобрать слов от потрясения. Сяо Юань улыбнулся и сказал: — Ступай, поменяй чай и не мешай бессмертному мастеру любоваться красотой. — Молодой господин, тут ещё один бессмертный господин пришёл, по фамилии Шэнь. Сяо Юань посмотрел на Гу Лоуиня: — Он пришёл за тобой? Кадык Гу Лоуиня дёрнулся. Он поднял руку, снимая барьер, устало коснулся глаз и негромко произнёс: — Пригласи его войти. Когда Шэнь Фугуй переступил порог, Сяо Юань ещё не успел вернуть себе прежний невзрачный облик. Глаза Шэнь Фугуя округлились от изумления, и он ошеломлённо повернулся к Гу Лоуиню. Поймав его взгляд, он сразу обо всём догадался: — Молодой господин Сяо Юань… действительно выглядел именно так? Гу Лоуинь негромко сказал Сяо Юаню: — Всё в порядке, можешь вернуть прежний вид. Лицо Сяо Юаня снова изменилось, принимая привычные черты Ань Му. Шэнь Фугуй же возвёл глаза к небу и шумно вздохнул: — Теперь я понимаю, почему ты никак не можешь его отпустить. Я бы тоже не смог забыть такую красоту. Гу Лоуинь вернул себе привычную холодность и прямо спросил: — Сколько ты хочешь за услугу? Сяо Юань молча протянул раскрытую ладонь. Шэнь Фугуй тут же предположил: — Пятьдесят таэлей серебра? Сяо Юань покачал головой: — Пятьсот таэлей. Шэнь Фугуй резко вдохнул воздух: — Пятьсот таэлей?! Да ты обдираешь нас как липку! Сяо Юань с улыбкой парировал: — Сам Гу Лоуинь молчит, чего ты-то так разволновался? — Я распоряжусь, чтобы деньги доставили позже, — коротко бросил Гу Лоуинь. Шэнь Фугуй лишь мысленно сокрушался, досадуя на его покладистость и понимая, что Гу Лоуинь просто безнадёжен. Гу Лоуинь повернулся к приятелю и спросил: — Зачем ты пришёл? Шэнь Фугуй на мгновение замялся. Он долго размышлял, как бы поступить, чтобы не обидеть разом и старшую сестру, и своего шимэя. В итоге единственным выходом оставалось обратиться за помощью к Ань Му. — Называй любую цену, — сухо произнёс Шэнь Фугуй. — Моя секта Сюаньлэ вполне может позволить себе выложить несколько сотен или даже тысяч таэлей серебра. Сяо Юань понимающе усмехнулся: — О, так ты, получается, сам пришёл ко мне на убой. Шэнь Фугуй понял, что сам вырыл себе яму. Он хотел было возразить, но не нашёлся что сказать, и его лицо залила краска. Своеобразный характер этого юноши вызывал у Сяо Юаня смутное чувство близости — будто перед ним был старый приятель, чей язык, впрочем, не отличался особой язвительностью. Сяо Юань на мгновение задумался, а затем спросил: — Неужели это дело действительно стоит несколько тысяч таэлей? Уверенность Шэнь Фугуя тут же пошатнулась: — В любом случае, мы можем это обсудить. Вспомнив сегодняшние слова мастера Сюя, Сяо Юань пришёл к выводу, что ему так или иначе придётся отправиться во дворец Байхуа. Тех пилюль с противоядием, что в своё время дал ему Ло Лань, осталось совсем немного. Если он не раздобудет Безжалостный цветок для приготовления новой порции лекарства, то в следующий раз, когда пробудится яд Гу, ему придётся искать молодого и сильного мужчину, чтобы тот согревал его постель. А впрочем… разве это такой уж плохой вариант? Сяо Юань усмехнулся: — Какая щедрость. Что ж, тогда я составлю компанию двум бессмертным мастерам в их путешествии. Гу Лоуинь холодно осведомился: — И ты вот так просто соглашаешься идти? Сяо Юань спокойно ответил: — Были бы деньги, а черти и жернова завертят. Заработок — это то, что приносит мне искреннюю радость. Хотя Сяо Юань обосновался в уезде Тунъань, он частенько странствовал по округе. А Чу давно привык к тому, что молодой господин пропадает раз в несколько месяцев. Собирая вещи для Сяо Юаня, слуга спросил: — Молодой господин, эту светящуюся штуку тоже взять с собой? — Возьму, — небрежно бросил Сяо Юань. — Если столкнусь с опасностью, она вполне может спасти мне жизнь. В пути Сяо Юань следовал за Гу Лоуинем и Шэнь Фугуем. Гу Лоуинь в дороге почти всё время молчал, зато Шэнь Фугуй без умолку болтал, крутясь возле Сяо Юаня. Он то и дело советовал ему побольше разузнать о покойном суженом Гу Лоуиня, чтобы ненароком не выдать себя на Празднике любования цветами. Спустя два дня они втроём прибыли в уезд Хунсю — ближайшее к дворцу Байхуа поселение. Праздник был уже на носу, поэтому в Хунсю царило ещё большее оживление, чем в уезде Тунъань. Ещё на подходе к городу им стало попадаться множество заклинателей. У городских ворот дежурили две молодые женщины. Судя по их одеяниям, это были ученицы дворца Байхуа. Каждому входящему в город мужчине они задавали два вопроса: женат ли уважаемый заклинатель, и если нет, то свободно ли его сердце. Сяо Юань с любопытством спросил: — Почему они об этом спрашивают? Шэнь Фугуй объяснил: — Дворец Байхуа принимает исключительно учениц. Из-за этого даже в самом округе Хунсю женщин много, а мужчин не хватает. Девушки, достигшие брачного возраста, часто не могут выйти замуж. Если они не хотят уезжать далеко от дома, то им остаётся только подыскивать приезжих мужчин, чтобы те вошли в их семьи в качестве мужей. Я слышал, что женщины в Хунсю нравом ничуть не уступают мужчинам. Стоит им положить на кого-то глаз, и они за со сокрушительным упорством погонятся за ним хоть на край света, пока не добьются своего. Это просто жуть! Сяо Юань усмехнулся: — Неужели? Выходит, мы в опасности? — Именно поэтому эти две бессмертные девы и задают свои вопросы. Если ты уже женат или у тебя есть возлюбленная, они дают специальную нить. Её нужно просто повязать на запястье, и тогда местные девушки не станут тебя донимать. — Теперь понятно. Когда они подошли к воротам, Шэнь Фугуй заявил, что у него есть дама сердца, и получил нить. Сяо Юань ответил честно, поэтому остался без неё. Когда же очередь дошла до Гу Лоуиня, ученица дворца заметно переменилась в лице и с явным предвкушением спросила: — Женат ли уважаемый заклинатель? Гу Лоуинь ответил: — Да. Девушка заметно расстроилась и уже собиралась протянуть Гу Лоуиню нить, как вдруг раздался насмешливый голос: — Ни родительского благословения, ни уговора через свах. И это тоже зовётся браком? Путники оглянулись на голос и увидели юношу. Он был облачён в строгие, полностью чёрные одеяния, и лишь алая лента в волосах выделялась ярким пятном. У молодого человека были ясные глаза и красивые черты лица. Ему следовало бы выглядеть сияющим и жизнерадостным, но выражение его лица оставалось мрачным, а от самой фигуры исходила пугающая враждебность, делавшая его отчуждённым. Глаза Гу Лоуиня опустились: — Му Инъян. Сяо Юань мысленно присвистнул: «…Ого». Его глупый шиди так сильно вытянулся. Му Инъян холодно взглянул на Гу Лоуиня и процедил: — Мало того, что ты сжил со свету моего шисюна, так теперь ещё и порочишь его доброе имя после кончины! Молодой господин павильона Гу, мне вот просто интересно: в твоей секте все такие же бесстыжие, как ты?