Весь мир-мой крематорий

Раз Му Инъян выразился столь категорично, Сяо Юаню оставалось лишь на время оставить эту тему и перевести разговор на другой вопрос, который его немало интриговал. — К стати, я слышал, что во дворце Байхуа в последнее время творилось бог весть что. Какую-то младшую шимэй из павильона Юньцзянь отравили, а Гу Лоуинь спешно покинул дворец и вернулся в свой орден, где через несколько дней пал в демоничество… — Сяо Юань нарочито небрежно поинтересовался: — Молодой господин Му ведь как раз находился в то время во дворце Байхуа. Не знаешь, что там стряслось? В глазах Му Инъяна отразилось глубокое отвращение: — Мне даже проклинать павильон Юньцзянь тошно, только даром воздух сотрясать. Во всем этом ордене нет ни одного достойного человека. Надеюсь, все они закончат так же, как Лу Юэяо и Гу Лоуинь. — Лу Юэяо мертв? Му Инъян нетерпеливо бросил: — Понятия не имею. Но даже если еще коптит небо, то точно недолго осталось. — Так почему же Гу Лоуинь вдруг пал в демоничество? Взгляд Му Инъяна стал острым как клинки. Он яростно стиснул зубы: — Да потому что старейшины павильона Юньцзянь отказались отдавать останки моего шисюна! Они вознамерились… — Его голос резко оборвался, а лицо исказилось от подступившей тошноты. Он не смог выдавить ни слова — ему становилось дурно от одной мысли об этом святотатстве. Сяо Юань напряженно ждал продолжения, но Му Инъян лишь судорожно вздохнул и до хруста сжал кулаки: — Если бы Гу Лоуинь не обезумел за одну ночь, устроив кровавую резню в павильоне Юньцзянь, я бы уже давно вернул прах шисюна в наш орден. Мой шисюн наверняка перевернулся бы в гробу, знай он, что его кости покоятся в руках этого чудовища. Вот увидишь, как только я разнесу павильон Юньцзянь в щепки, я обязательно заберу своего шисюна домой. Сяо Юань не удержался и обронил: — Это ведь просто кости, вряд ли стоило доводить до такого. Му Инъян злобно уставился на него: — Ты вообще зачем сюда заявился? — Пришел побеседовать со старейшиной Мэн. Му Инъян сердито буркнул: — Вот и иди ищи его, не мозоль мне глаза. Сяо Юань без колебаний согласился: — Хорошо, бывай. Выйдя из аптекарской обители, Сяо Юань нос к носу столкнулся с возвращавшимся Мэн Чи. Тот удивленно спросил: — Ты уже уходишь? — Ухожу, ухожу, — Сяо Юань с недовольной миной оглянулся на Му Инъяна и понизил голос: — Боюсь, если я еще немного с ним поговорю, то не сдержусь, раскрою себя, и он превратится в собаку. Хотя Мэн Чи понятия не имел, что юноша имеет в виду, его все равно это позабавило. Сяо Юань бросил взгляд на медную ступку и пестик в руках старейшины: — Ты только что ходил измельчать снадобье? — Именно, — Мэн Чи приподнял ступку, демонстрируя свежий порошок. Сяо Юань наклонился и принюхался, но не уловил вообще никакого запаха. — Это целебное средство или отрава? — полюбопытствовал он. Мэн Чи довольно улыбнулся: — Раз уж я лично за него взялся, то, разумеется, это яд. Сяо Юаню стало по-настоящему интересно: — И как он называется? Каково его действие? Мэн Чи опустил голову, любуясь своим творением. В его глазах вспыхнул фанатичный блеск, а на губах заиграла странная, предвкушающая улыбка: — Я приготовил его специально для павильона Юньцзянь, так что дать имя еще просто не успел. Ученики этого ордена обладают прочным фундаментом и мощной ци, поэтому их раны затягиваются куда быстрее, чем у обычных людей. Но стоит им вдохнуть или проглотить это сокровище, как ранения, которые прежде заживали за сутки, будут мучить их по меньшей мере три дня, а то и полмесяца. Причем они даже не поймут, в чем причина. И когда количество их раненых превысит все мыслимые пределы, секта Синтань нанесет сокрушительный удар. Сяо Юань воскликнул: — Поразительно! Но раз уж ты можешь их отравить, почему бы просто не подсыпать им смертельный яд вроде «Иссохших Костей»? Разве это не было бы быстрее? К чему все эти излишества? Улыбка Мэн Чи постепенно угасла, и он озадаченно воззрился на Сяо Юаня. — Я в чем-то не прав? — невинно поинтересовался тот. — Нет, в твоих словах есть смысл, — сердито буркнул Мэн Чи. — Я как раз придумал название для этого снадобья. Давай назовем его «Пустышка». Четырнадцатого числа Сяо Ду приказал служанке передать: — Господин Сяо, Его Светлость желает вас видеть. Сяо Юань без труда разгадал намерения Повелителя Демонов. Он послушно последовал за служанкой в главный зал. Сяо Ду сидел за столом, держа в ладони какой-то предмет, и выглядел полностью погруженным в свои мысли. Услышав шаги Сяо Юаня, Сяо Ду спрятал вещь и слегка приподнял взгляд. Прежде чем тот успел вымолвить хоть слово, Сяо Юань отрезал: — Если ты собираешься спросить, все ли я обдумал, лучше не трать слова попусту. Сяо Ду какое-то время пристально разглядывал его, после чего произнес: — Не торопись. У тебя в запасе есть еще целый день. — Неважно, сколько времени ты мне дашь, мое решение останется прежним. — Не будь так категоричен, — Сяо Ду, казалось, пропустил это мимо ушей. — Когда завтра придет время делать выбор, ты вполне можешь передумать. Сяо Юань нахмурился. Последние два года он регулярно принимал противоядие, которое ему доставал Ло Лань, но все еще отчетливо помнил те несколько приступов Акации Гу из прошлого. Пока его оставляли в полном одиночестве, он вполне мог перетерпеть муки, просто стиснув зубы от боли. Но стоило кому-то оказаться рядом, как сводящая с ума похоть затуманивала рассудок, превращая его в одержимого страстью безумца. Очутись в такой момент поблизости мужчина, Сяо Юань без раздумий бросился бы в его объятия. К счастью, на этот раз он заранее подготовил себе путь к отступлению. — Сегодня я позвал тебя вовсе не из-за Акации Гу, — прервал его мысли Сяо Ду. — Я хочу кое-что тебе отдать. Сяо Юань отказался не задумываясь: — Мне ничего от тебя не нужно. Внутри у Сяо Ду все оборвалось, и он горько усмехнулся про себя: — Сперва хотя бы взгляни, что это, хорошо? — Нет, — отрезал Сяо Юань. Дважды отвергнутый Сяо Ду мгновенно сбросил маску мягкости, его зрачки опасно сузились. Сяо Юаня резко толкнуло в спину неведомой силой, заставив сделать два шага вперед. В тот же миг Сяо Ду перехватил его и рывком усадил к себе на колени. Сяо Юань даже не подумал сопротивляться — он лишь молча задействовал технику смены обличья. В мгновение ока прекрасный юноша в объятиях Сяо Ду превратился в дородную торговку, мать Сяо Бао из уезда Тунъань. Тело Сяо Ду мгновенно застыло. Сяо Юань воспользовался его замешательством, поспешно поднялся на ноги и, коснувшись своего нового лица, вкрадчиво произнес грубым женским голосом: — Как вам мой облик, Ваша Светлость? Нравится? Сяо Ду бессильно закрыл лицо руками и глухо выдохнул: — А-Юань, прекрати издеваться. Я ведь просто хотел тебя обнять. — Смешно. Столько людей вокруг мечтают меня обнять. Мне что теперь, подставлять плечо каждому встречному? Сяо Ду изо всех сил подавил вспышку бешеной ревности: — Не смей упоминать при мне других, А-Юань. Тебе я ничего не сделаю. Но любой из тех, кто посмел к тебе прикоснуться, при одном твоем слове окажется на шаг ближе к призрачным вратам преисподней. Сяо Юань равнодушно пожал плечами: — Ну так иди и найди их, мне-то что. Сяо Ду криво усмехнулся: — Использовать и выбросить… А-Юань, да ты безжалостен. И в этом мы с тобой поразительно похожи, не находишь? Сяо Юань тоже улыбнулся, но одними губами: — Куда мне до тебя. Между нами все еще лежит непреодолимая пропасть. — Скоро этот разрыв исчезнет, и мы станем единым целым. — Стоило Сяо Ду договорить, как сандаловая шкатулка на столе с тихим щелчком распахнулась. — Взгляни. Надеюсь, этот подарок тебе понравится. Сяо Юань заглянул внутрь. Там действительно лежал складной веер. Хватило одного мимолетного взгляда, чтобы его глаза восхищенно загорелись. — Этот веер выточен из ледяных кристаллов глубоководного моря Учуань, — пояснил Сяо Ду. — Он невероятно легкий и послушный в руке, точно белый дракон, скользящий по волнам, но при этом обладает абсолютной прочностью. В ближнем бою он не уступит ни одному из прославленных мечей поднебесной. Говорят, его прежним владельцем был сам бессмертный владыка Бичао, который уже вознесся в верхние сферы. Ты ведь наверняка слышал о нем, А-Юань? Конечно же, Сяо Юань слышал о нем. Любой, кто использовал веер как оружие, не мог не знать имени Бессмертного Лорда Бичао. Истинное название этого артефакта он тоже знал — «Бихай Чаошэн», Рожденный в Синем Приливе. Сяо Ду улыбнулся. Взглянув на реакцию Сяо Юаня, он понял, что не прогадал с подарком: — По сравнению с флейтой Угуань Фэнъюэ, которую тебе когда-то вручил Ли Сяньтин, этот веер просто вне конкуренции. Сяо Юань силой заставил себя отвести взгляд от Бихая Чаошэна и спросил: — Где ты умудрился откопать эту легендарную вещь? Сяо Ду понизил голос до шепота: — Если ты чего-то желаешь, я достану это для тебя, чего бы мне это ни стоило. Этот ход Сяо Ду оказался по-настоящему сильным. Не существовало культиватора, который не мечтал бы стать сильнее, и Сяо Юань не был исключением. С таким прославленным оружием в руках он мог бы добиться невероятных успехов в своем дальнейшем самосовершенствовании. Внутренняя стойкость Сяо Юаня на мгновение пошатнулась. Но мимолетное искушение так и осталось искушением — принимать подарки от Сяо Ду он по-прежнему не желал. — Я не говорил, что мне это нужно. Сяо Ду пристально посмотрел на него: — Разве ты не хочешь его? — Нет. Отказ Сяо Юаня прозвучал уже далеко не так твердо, как в начале разговора. Сяо Ду тихонько усмехнулся: — Я прикажу отнести шкатулку во двор Чансинь. Если веер тебе не нужен, просто забрось его в угол, пусть пылится. Сяо Юань, все еще сохранявший облик дородной тетушки, поморщился: — Бихай Чаошэн — невероятно мощное оружие. Даже если у человека сильная база культивации для защиты тела, под удар такого артефакта лучше не подставляться. Сяо Ду кивнул: — Верно. Сяо Юань медленно, взвешивая каждое слово, произнес: — И ты не боишься, что я однажды ударю им прямо тебе в грудь? На губах Сяо Ду проступила горькая усмешка: — Неужели ты действительно пойдешь на это? Сяо Юань уклонился от прямого ответа: — Я советую тебе убрать его с моих глаз. — Это не имеет значения, — тихо отозвался Сяо Ду и улыбнулся. — Даже с этим артефактом в руках ты не сможешь причинить мне вреда. Сяо Юань промолчал, задумчиво разглядывая Бихай Чаошэн. Сяо Ду хотел, чтобы Сяо Юань остался с ним на ужин, но в зал поспешно вошел Ли Яньчжи, докладывая, что прибыл с крайне важным известием. Сяо Юань поднялся: — Раз так, я, пожалуй, пойду. — Останься, — остановил его Сяо Ду. — В секте Синтань нет секретов, которые тебе нельзя было бы знать. Сяо Юань удивленно приподнял брови, но промолчал. Ли Яньчжи с крайне серьезным видом доложил: — Господин, старейшины Шести Вершин павильона Юньцзянь направляются к секте Синтань, дабы разузнать о судьбе Лорда Искателей Мечей. Помимо шестерых старейшин уровня гроссмейстера, их сопровождают десятки молодых мастеров меча. — Ого, — не удержался от комментария Сяо Юань. — Весьма внушительный состав. Сяо Ду лишь пренебрежительно фыркнул: — Они явно переоценивают свои силы. — Звание старейшины павильона Юньцзянь просто так не дают, их мощь нельзя недооценивать, — заметил Сяо Юань. — Тебе лучше проявить осторожность и не относиться к врагу свысока. Сяо Ду довольно улыбнулся: — А-Юань переживает за меня? — …Считай, что я вообще ничего не говорил. — Я расправлюсь с ними быстро, — Сяо Ду явно пребывал в отличном расположении духа. — Вернусь завтра еще до захода солнца. Сяо Юань мысленно добавил: «Можешь вообще не возвращаться». Однако реальность доказала, что старейшины Шести Вершин павильона Юньцзянь оказались действительно крепкими орешками. К закату следующего дня Сяо Ду так и не объявился. Каким бы всесильным он ни был, в одиночку одолеть шестерых сильнейших мастеров он не мог. Главные стражи секты один за другим отправлялись на подмогу, и даже Мэн Чи не стал исключением. Именно в этот момент, когда защита Синтань ослабла до предела, Сяо Юань пробрался к аптекарской обители Мэн Чи. Как они и уговаривались, дверь оказалась незаперта, и на ней не было защитных заклинаний — юноша без труда скользнул внутрь. Мэн Чи намекал, что оставит противоядие от Акации Гу на самом видном месте. Сяо Юань огляделся: он сразу наткнулся на баночку с ядом «Пустышка», но вот самого противоядия нигде не было. Тем временем небо окончательно потемнело, и на небосклон взошла полная луна, заливая все вокруг чистым, холодным сиянием. На лбу Сяо Юаня выступил холодный пот. Мысленно приказывая себе сохранять спокойствие, он принялся лихорадочно обыскивать каждый угол аптеки. Пальцы его неудержимо дрожали. Нет… Пусто… Ничего нет! Где же оно? Куда подевалось противоядие?! Акация Гу, спавшая два года, почувствовала сияние полной луны и вновь пробудилась в его сердце. Сердце Сяо Юаня бешено заколотилось, дыхание стало обжигающим, а тело — настолько мягким и слабым, что он не мог даже устоять на ногах. Сяо Юань прислонился к аптечному шкафу, тяжело и прерывисто дыша. Пейзаж перед глазами плыл и размывался, а по комнате начал разливаться тот самый, давно забытый сладкий аромат. Сквозь затуманенное сознание он смутно увидел, как кто-то толкнул дверь и вошел в комнату. Юноша уловил исходящий от Сяо Юаня запах, и выражение его лица мгновенно изменилось: — Это же… Сяо Юань почувствовал чужую ауру, и бушевавший внутри него пожар вспыхнул с новой, сокрушительной силой. Сам того не осознавая, он хрипло прошептал: — М-м… не уходи. Вошедший резко присел перед ним на корточки и мертвой хваткой вцепился в его плечи. Глаза его налились кровью, а голос сорвался: — Почему ты тоже… Этот запах… Кто ты, черт возьми, такой?! В тех местах, где его сжимали чужие пальцы, Сяо Юань ощутил лишь приятное, дразнящее покалывание. Обезумев от жара, он всем телом прижался к юноше, пальцами цепляясь за ленту, которой были перевязаны его волосы. А затем, собрав последние силы, он подался вперед и накрыл своими губами губы незнакомца.